Жизнь идет, времени мало. ЛиРу проигрывает в приоритетах. Буду писать во время кофейных пауз на работе
Бурили недавно возле алюминиевого завода, на пустыре. Туда хотят переносить разные индустриальные объекты, что пострадают в результате постройки моста
Бурил с Микке, этим странноватым северянином. На карте нашею видны границы бывших построек и углекуч. Я надеялся, что мы выбурим что-нибудь интересное. Но кроме угля ничего примечательного не находили. Ах да, к берегу моря выходит странный пласт земли, что напоминает каолинит, но не он. Не поймем пока - что.
Открыл для себя, что антишумовые наушники имеют в себе радио и прием телефонных разговоров.
Бурили до ночи, когда вокруг уже ничего не видно. Только звезды, Луна и наш прожектор, освещающий бурилку.
Достаем пробы земли и я мыслено составляю постепенно картину прошлого - как все здесь выглядело тысячи лет назад. Вот тут шел берег песчаный, косой слой поверх гальки. А вот тут был залив с камышами, что создали свой исторический след в виде органического осадка.
Микке слегка придавил полевку чем-то и она, дрожа от холода и обиды, боли не двигалась с места, прыгая высоко в ответ на все попытки ее расшевелить.
Нам повезло с погодой - я ее приношу. Потому что все остальные дни буровики мучались под холодным дождем. По утрам развекался, ломая корки льда на лужах.
Микке проболтался, что играл в группе и даже выступал в Хультсфреде и Роскилде, на разогреве каких-то известных рокеров. Давным-давно. В нем еще копаться и копаться - я про Микке.
После бурения, промерзший, я ехал домой, где согревался ужином, душем, улыбками и смехом любимой жены