К концу XI в. в Англии насчитывалось свыше 80 городов, в которых проживало 5% всего населения. Правда, значительная часть их сохраняла долгое время полуаграрный характер, население их жило за счет земледелия и скотоводства не в меньшей степени, чем за счет ремесла, города владели общинными угодьями и пахотными землями и отличались от деревни в основном размерами и наличием укреплений. Но имелись и более значительные города, например Лондон, Йорк, Линн, Бостон, Ипсвич, население которых занималось в основном ремеслом и торговлей. Лондон давно уже считался торговым центром всей северной Европы, он установил прочные торговые связи с Прибалтикой, Скандинавией, сюда стекалась значительная часть товаров, привозимых с континента и с Востока. Обуздание феодальной вольницы, суровое преследование разбоев и убийств создали в Англии безопасность торговых путей. Все это благоприятно отразилось на развитии торговли, и купечество поддерживало поэтому сильную королевскую власть. Король использовал ее как основной состав народного ополчения.


Из свободного крестьянства и рыцарей избирались присяжные в собраниях сотен и графств, дававшие королевским чиновникам нужные им сведения, помогавшие им при раскладке налогов и т. д. Хотя нормандское завоевание и ухудшило положение основной массы крестьянства, усилило феодальную эксплуатацию, но установление сильной королевской власти при нормандской династии было прогрессивным для своего времени явлением. Именно благодаря сильной королевской власти был до некоторой степени сдержан разгул буйной разбойной феодальной вольницы, установлен внутренний мир в стране, прекратились бесконечные внутренние феодальные войны, нарушавшие нормальную жизнь страны, особенно тяжело отражавшиеся на положении крестьян. Благодаря сильной королевской власти стало возможным сравнительно быстрое экономическое развитие Англии, в частности развитие ремесла и торговли.

Нормандское завоевание способствовало завершению в Англии процесса феодализации. Немалую роль сыграла в этом процессе всеобщая перепись населения, проведенная в 1086 г. с целью получения сведений, необходимых для сбора налогов. Для составления ее Вильгельм Завоеватель разослал во все города и селения Англии специальных людей, которые расследовали, сколько земли в том или ином селении, кто ею владеет, сколько держателей, сколько у них скота, какие они несут повинности и т. п. Эти сведения были собраны чрезвычайно подробно, и жители говорили, что как в день страшного суда ничто не укроется от бога, так ничто не укрылось и от королевских посланцев. Книга страшного суда» показывает, что завоевание завершило в основном формирование феодальной собственности на землю. Со всей последовательностью был проведен принцип: «Нет земли без сеньора». Верховным собственником земли считался король, все остальные получали ее или от короля или держали друг от друга. С другой стороны, «Книга страшного суда» была орудием закрепощения крестьян. Если сравнить время правления короля Эдуарда и время составления переписи, то бросится в глаза резкое сокращение количества свободных крестьян и сокменов. Многие из свободных и полусвободных крестьян в переписи занесены были в разряд вилланов, как назывались в Англии крепостные крестьяне. Для нас же «Книга страшного суда» является неоценимым источником, по которому мы изучаем экономическую и социальную историю Англии в переломный период.

Из «Книги страшного суда» мы видим, что в конце XI в. формируется основная хозяйственная и социальная ячейка средневековья — поместье, или, как его называли в Англии, манор. Завершение этого процесса относится уже к XIII в. Манор сохранился здесь, как и в других странах Западной Европы, на протяжении всего средневековья. Структура манора была различна в различных районах страны. Чаще всего в центре манора стояла деревня, которая состояла из господской усадьбы, вокруг которой были разбросаны дома крестьян - общинников, как свободных, так и крепостных — вилланов. На окраине деревни были разбросаны крохотные хижины с приусадебным участком, в которых ютилась деревенская голытьба — коттеры. Как и в англосаксонский период, сохранилась двух - или трехпольная система обработки земли, чересполосица, принудительный севооборот, система открытых полей. Земли лорда манора были разбросаны среди крестьянских участков, поэтому он также подчинялся принудительному севообороту. Пастбища, леса, луга, реки, болота, пустоши и т. п. находились в общем пользовании всех жителей деревни.

Всеми распорядками деревенской жизни ведала сельская община через общинный сход. Она играла в жизни средневековой английской деревни большую роль и сохранилась на протяжении всех средних веков. С формированием феодализма община была не разрушена, а превращена в крепостную общину, в которой лорд манора был господином. Его приказчик хозяйничал на сельском сходе, а сам сход стал орудием в руках феодала, помогавшим ему выжимать доходы из крестьян. Община связана была круговой порукой, и в случае невыполнения какой-нибудь повинности — за это отвечали теперь все общинники. Но, несмотря на это, община представляла собой крестьянскую организацию, благодаря которой крестьянство могло давать отпор непомерным требованиям феодалов. Таким образом, община играла двойственную роль в жизни английской деревни: с одной стороны, она являлась орудием феодальной эксплуатации, с другой стороны, она противостояла феодалу, как организация крестьян.

«Книга страшного суда» делит все сельское население Англии на несколько категорий. На самом верху общества находились непосредственные держатели короны, имевшие своих вассалов.

Зависимое население делилось на рабов, составлявших 9% всего населения страны, и так называемых бордариев и коттариев, составлявших 38%. Свободных насчитывалось 12% всего населения. Но не во всех районах Англии соотношение между этими группами крестьян было одинаково. Особенно много свободного населения было в Восточной Англии — в области датского права. Так, в Линкольншире оно составляло до 45% всего населения, в Сеффолке — до 40%, в Норфолке — до 32%, тогда как в центральных графствах его почти не было. Группа свободных клонилась в этот период к упадку. Свободный крестьянин не был совершенно свободным, так как верховные права на его землю принадлежали лорду манора. За пользование наделом свободный крестьянин также был обязан нести в пользу феодала определенные повинности, хотя и более легкие, чем вилланские. Чаще всего свободный уплачивал продуктовую или денежную ренту. Отработочной ренты он обычно не нес. Он подчинялся лорду в судебном отношении, но мог уйти из поместья, продать или подарить свою землю, разумеется, при условии уплаты ренты лорду. В основном это были домашние слуги, пастухи и пахари на господской земле. В XII в. рабы были полностью поглощены вилланами и коттерами. Бордарии и коттарии были малоземельными крестьянами. Часто они не могли жить за счет своего ничтожного надела и занимались ремеслом или нанимались к феодалу. Вилланы были основной категорией зависимого населения. Они имели наделы в общинных полях размером от 6 до 12 га. Помочи были дополнительной повинностью, которую лорд мог потребовать в любое время, что делало ее особенно тягостной, так как выполнять ее приходилось в наиболее страдную пору уборки урожая или стрижки овец, когда лорду особенно нужен был труд крестьян. Продать или подарить свою землю виллан мог лишь с разрешения лорда.

Хозяйство манора носило в основном натуральный характер, темпы развития были крайне медленными. Хозяйственные порядки повторялись из года в год. В каждой местности они зависели от целого ряда условий и со временем превратились в традицию, в обычай. То же самое было и с повинностями, которые повторялись из года в год, становились традиционными, фиксировались обычаем. Но вместе с повинностями обычай фиксировал также и крепостное состояние крестьян, поэтому он складывался, как правило, неблагоприятно для крестьянства. К тому же, несмотря на существование обычая, лорды, когда это бывало им нужно, находили пути к увеличению повинностей без грубого нарушения традиции. Так, например, в некоторых районах лорд обязывал крестьян печь хлеб в своей печи, и за это они должны были вносить ему дополнительную плату. И таких поборов было множество. Если крепостной крестьянин умирал, феодал получал часть его имущества за разрешение наследникам пользоваться остальным. Если женился крестьянский сын, лорд также получал плату за это — так называемый выкуп крови. Очень тяжелым бременем ложились на крестьян также судебные штрафы, взимаемые с крестьян за малейшую провинность: неявку на барщину, плохое отбывание повинностей, всякого рода потравы и т. п. Таким образом, обычай не был непреодолимой преградой для роста феодальной ренты.
http://tourism-london.ru/spavochnik-po-velikobrita...ssa-feodalizacii-v-anglii.html