Если спросить «среднестатистического» тематика о «корнях» БДСМ, то он (или она), вероятнее всего, назовёт лишь два произведения (оба, кстати, художественные). Точнее, даже не столько художественные произведения, сколько их авторов – де Сада и Захер-Мазоха. Могут ещё вспомнить Фрейда (хотя навряд ли читали его работы на эту тему – уж больно это тоска смертная). Ну, и, возможно, ещё «Историю О» - то ли чистый худлит, то ли художественную обработку реальных – и страшных – событий (лично я склоняюсь ко второму варианту). 

В результате, создаётся, скажем так, весьма далёкое от реальности представление об исторических корнях этого довольно любопытного явления. Что, в свою очередь, препятствует правильному пониманию того, что на самом деле происходит внутри «верхних» и «нижних» и во время сеансов, и в Д/С-отношениях (как известно, плохое знание истории всегда или почти всегда мешает правильно понимать настоящее). 

Попробую восполнить этот пробел (насколько это возможно в небольшой заметке). Сразу хочу указать источники. В первую очередь – это уже упоминавшаяся мной книга «Ода кнуту» (In praise of the whip) Никлауса Ларжье, а также другая книга – «Иная любовь» (Different Loving) Глории Брейм. Плюс ещё пара англоязычных монографий и несколько статей (вполне научных), которые за давностью лет (я читал их лет так десять назад или около того), увы, не помню. 

Вообще, надо отметить, что «тематическая инфраструктура» в России отстала, например, от американской, лет так на 25 (хотя, строго говоря, это сильно зависит от конкретного штата). Но об этом можно говорить долго (тем более, что в этих самых США я прожил около пяти лет) и в другой теме. 

Сначала давайте определимся с терминологией. Во-первых, что есть Тема? Синоним аббревиатуры БДСМ, естественно. Зачем его изобрели, грубо нарушив принцип старика Оккама («не нужно плодить сущностей без необходимости»)? Вот бы знать… Единственное предположение – для благозвучности. «Тематик», несомненно, звучит куда благозвучнее «БДСМ-щика» или «БДСМ-ера». 

Во-вторых, что есть БДСМ? Бондаж-Доминирование-Садизм-Мазохизм. Хотя с научной точки зрения куда правильнее было бы использовать несколько другую аббревиатуру – БДА (Бондаж-Доминирование-Алголагния). «Влечение к боли», то есть. Эмоциональное, чувственное и сексуальное. Активная («садизм») и пассивная («мазохизм»). 

Теперь перейдём собственно к определению, согласно, пожалуй, уже общепринятому в научном сообществе (точнее, в сообществе психологов), БДСМ есть набор определённых стереотипов поведения, восприятия и мышления, направленные на получение эмоционального, чувственного (в том числе, хотя и не обязательно сексуального) и духовного удовольствия и радости (это разные вещи) от активной и/или пассивной роли в соответствующих практиках (действиях) и сеансах. «И» потому что есть «свитчи» (которых правильнее было бы называть «свитчерами»). Да, кстати, «тематиком» называется тот или та, который или которая практикует хотя бы одно из вышеупомянутых направлений. Так что и чистые СМ-щики тематики, и даже ТН-щики (те, кто практикуют адаптированные к БРД реконструкции реалных телесных наказаний сиречь порку). 

Затем следует определиться с временем появления такого общественного явления, как БДСМ (именно явления – сам термин появился только в веке двадцатом). Оказывается, это вовсе не XIX век, и даже не XVIII, а век XV. Именно так – пятнадцатый век. При этом, что неудивительно, Тема началась с эротической флагелляции (кстати и сейчас, по данным социологических исследований, в Северной Америке и Европе), 75% тематиков – либо чистые флагеллянты, либо в основном флагеллянты. 

Эта датировка очень важна, потому, что она однозначно указывает на то, что практически у всех тематических практик (за исключением японского бондажа шибари и чисто сексуальных практик типа страпона) христианские корни. С российским БДСМ есть небольшие нюансы, но об этом ниже. 

Почему христианские? Потому, что к XV веку никакая эмоциональная (и, тем более, духовная) жизнь в Европе вне христианства была просто невозможна – за тысячу лет Церковь (и католическая, и православная, а других просто не было) безжалостно вытравила всех своих «конкурентов» на этой «поляне». Кого-то – так и вовсе выжгла, как например, катаров и прочих богомилов и вальденсов. Хорошо это было для человечества или плохо – вопрос спорный и совершенно не тематический, но так просто было. А за тем, чтобы всё за пределы христианства никто никуда не выходил, бдительно следила Святая Инквизиция. Где-то с большим, где-то с меньшим успехом – но в целом довольно эффективно. 

Отсюда следует простой и весьма категоричный Хочешь досконально разобраться в Теме – изучай христианство. Точнее, мистические практики католических монахов и монахинь. В частности, такое довольно сложное явление, как самофлагелляцию (самобичевание, то есть). Которое практиковали великие святые – и мой небесный покровитель Франциск Ассизский, и Пётр Дамиан, и падре Пио, и Хосемария Эскрива. А очень влиятельная (и немаленькая) католическая организация Опус Деи практикует до сих пор. Точнее, нумерарии Опуса Деи, но это сути не меняет. 

Что же случилось в веке пятнадцатом? Коротко говоря – рвануло. Человеческое общество стало настолько развитым, что ему стало тесно в церковных рамках и оно захотело принципиально иной – светской – «эмоциональной поляны». В первую очередь, естественно,сексуальной (ибо ничто так яростно, жестоко и безжалостно не подавлялось Церковью, чем человеческая сексуальность). Особенно учитывая обязательный целибат монашествующих и священников. 

И чем экстремальнее и «разнузданнее» (не обязательно в «плохом» смысле) секс, тем лучше (как известно, маятнику свойственно из одного крайнего положения перемещаться сначала в другое и лишь потом – в состояние равновесия). Захотело – и реализовало. И даже Святая Инквизиция ничего не смогла с этим поделать. Таких оргий в таком количестве и такого размаха Европа не видела ни до, ни после (если иметь в виду лишь христианский период её истории – в дохристианской Римской империи случалось и не такое). В том числе, и вполне себе тематических оргий. В которых, естественно, были использованы наиболее подходящие из имеющихся христианские практики. 

Поэтому, строго говоря, БДСМ всё-таки является извращением. Только не медицинским, а религиозным. Ибо, с точки зрения христианства, такое «секуляризованное использование» соответствующих практик действительно является извращением оных. Не кощунством, как «чёрная месса» сатанистов, но извращением. К сожалению, это есть неоспоримый исторический факт. С точки зрения духовности, это был безусловно, «шаг вниз» - от чисто духовных энергий христианства к энергиям эмоциональным и сразу же ещё ниже – к религиям сексуальным. Но, как я уже говорил, маятник должен был «качнутся в крайность». Кроме того, Церковь сама была во многом виновата – не следовало устраивать такую духовную диктатуру – да ещё в течение столетий. 

Надо отметить, что сие «общественное явление» (эмоционально-сексуальный общественный взрыв) не обошло стороной и Святую Римско-Католическую Церковь (что стало одной из основополагающих причин такого тоже весьма неоднозначного явления, как Реформация). Иными словами, грешили святые отцы «по полной программе». Соответствующие отчёты «проверочных комиссий» Святого Престола иногда просто страшно читать. Впрочем, и сами Верховные Понтифики, мягко говоря, оказались не без греха… Что и предопределило просто-таки головокружительный успех Реформации (и её вождей - Мартина Лютера, Жана Кальвина, Ульриха Цвингли и других). 

Всё это, разумеется, относится лишь к Западной Европе и к так называемым «имущим классам» (в первую очередь, естественно, к аристократии). Россияне от них переняли всё то же самое (как это водится на Руси, не без своих «поправок») – только куда позже – в XVIII веке, в результате архисекулярных реформ Петра Великово, безжалостно отшвырнувшего Русскую Православную Церковь от «кормила власти». В первую очередь, естественно, идеологической. 

Ещё одно небольшое замечание. Анализ «исторических корней БДСМ» я буду проводить в направлении «снизу вверх» (то есть, сначала с позиции «нижнего», а затем уж – с позиции «верхнего»). Не потому, что я сам «нижний» (по «естественной тематической идентичности» я вполне себе классический «свитчер» - уж извините, буду использовать правильную «кальку» - что в Д/С, что в С/М), а потому, что я придерживаюсь точки зрения, что именно «нижние» (точнее, их потребности) являются главной движущей силой и отдельных сеансов, и тематических отношений. Да и больше нижних, чем «верхних» (если брать всю генеральную совокупность латентных тематиков, коих в западных странах, по данным социологических опросов, аж 25% взрослого населения). 

Теперь перейдём к анализу корней отдельных тематических практик. Начнём с буквы «Б». С бондажа, то есть. Классического «западного» бондажа (о шибари я помолчу, ибо в японской истории и культуре не силён). Если верить Википедии, шибари как техника связывания восходит к техникам боевого связывания ходзё-дзюцу (вот бы ещё знать, что это за зверь такой), возникшим в Японии в XV—XVI веках. Ну и Бог с ней, тем более, что бондаж из всех БДСМ-практик лично для меня наименее интересен (слишком статичен). 

Поговорим о бондаже западном, исторические корни которого, уверен, для большинства (если не для подавляющего большинства) бондажистов окажутся совершенно неожиданными. Это вериги. Вериги христианских монахов-аскетов (и католических, и православных). 

Практика ношения монахами вериг основана на легенде, согласно которой святой Пётр во время двух своих арестов (в Иерусалиме около 42 года по приказанию Ирода Агриппы и в Мамертинской тюрьме в Риме при императоре Нероне около 64 года) был скован цепями. Собственно, первые монахи-аскеты стали носить цепи, существенно ограничивающие передвижение, именно в подражание святому Апостолу Петру (такое «подражательство» вообще довольно распространено в монашеской среде). Кстати, эти вериги можно увидеть воочию – они находятся в прозрачной дарохранительнице у центрального алтаря церкви (точнее, специально построенной базилике Сан-Пьетро-ин-Винколи. В переводе с итальянского, Chiesa di San Pietro in Vincoli означает именно «святой Пётр в оковах». Судя по фотографии, цепи были весьма внушительными. 

Затем было обнаружено, что ношение вериг (и даже временное полное обездвиживание с помощью тех же цепей) весьма способствует духовному развитию монаха, ибо является весьма эффективным средством «смирения плоти» (вес монашеских вериг может достигать нескольких десятков килограммов – тут уж не до передвижения). Во-первых, путём умаления – монах в веригах (особенно полностью обездвиженный) полностью зависим от других монахов, в частности, от воли настоятеля монастыря (и, следовательно, от воли Божьей). Во-вторых, у человека религиозного ограничение подвижности резко обостряет духовные ощущения (эмоции высшего порядка), что, в соответствии с христианским вероучением, приближает человека ко Всевышнему (и, тем самым, вызывает у него сильное чувство духовной радости). Именно радости, а не удовольствия (первое является чувством более высокого порядка, чем первое). Поэтому неудивительно, что эта практика получила весьма широкое распространение в монашеских общинах. 

Для человека же нерелигиозного обездвиживание обостряет совсем другие чувства (в частности, сексуальное). Что, разумеется, ну просто очень приятно. Особенно если вместо тяжеленных цепей использовать мягкие толстые верёвки или тканевые ленты (или что там ещё используют профессионалы-бондажисты). По мнению английского сексолога начала XX века Г. Эллиса, "любое сдерживание мышечной активности вообще имеет тенденцию повышать состояние сексуального возбуждения". Как, впрочем, и других эмоций. 

Иными словами, бондаж является просто усилителем эмоций. Для человека религиозного – религиозных; для человека нерелигиозного – чувственных и сексуальных. Ну ещё и мощным средством расслабления (как известно, ничто так не расслабляет, как полное подчинение и полная «передача контроля»). 

Это, так сказать, «вид снизу». А что же «вид сверху»? Ну, во-первых, есть люди, которые обязательно нужно кого-то контролировать («прирождённые верхние»). Во-вторых, стремление к творчеству - каждый бондажист не без основания считает себя скульптором. И, в-третьих, пресловутая «обратка» - эмоции нижнего передаются «верхнему». Впрочем, в этом абзаце я ничего нового не сказал – бондажисты всё это и так знают. 

С течением времени о христианских корнях бондажа (как и других тематических практик), просто забыли (ничего удивительного - после двух-то веков жесточайшеё секуляризации). Вот и приходится "восстанавливать историческую истину".

Теперь нарушим немного «последовательность анализа аббревиатуры» и перейдём к С/М-практикам. В первую очередь, разумеется, к флагелляции (см. приведённую в части 1 статистику). Корни которой (во всяком случае, на Западе) – в религиозных практиках самофлагелляции (сначала языческих, затем, разумеется, христианских, точнее, католических – впрочем, в то время это было одно и то же). 

Начать, наверное, нужно с того, что самобичевание не было христианским изобретением. Они эту практику позаимствовали. Причём не у иудеев. Иудеям такое даже в голову не приходило, ибо их религия для этого слишком посюсторонняя и практичная. Себялюбивая (причём вовсе не обязательно в таком уж плохом смысле этого слова). Мусульмане (точнее, шииты) действительно практикуют самобичевание. Позаимствовав его у христиан. А христиане позаимствовали эту практику у языческих народов Средиземноморья, в первую очередь, у фригийцев. 

Это народ, населявший Фригию - одну из внутренних областей на западе Малой Азии. Сейчас это срединная часть Турции. О фригийцах известно не так уж и много; мы знаем только, что одним из их местных богов был Аттис (или Атис) – по преданию, юноша необычайной красоты, который, помимо прочих «достижений», учредил мистерии. Точнее, оргии. Одним из важных элементов которых была как раз самофлагелляция. Конечно, же отнюдь не духовная, а практически наверняка эротическая. Поэтому этот персонаж вполне может считаться основателем эротической флагелляции. Хотя надо отметить, что жрецы его культа использовали самобичевание в религиозных целях, вкупе с, как ни странно, исповедью и отпущением грехов. 

Христианство – в первую очередь, католичество и православие – вообще очень многое позаимствовало у язычников. Приспособив, естественно, к своим духовным потребностям. Если внимательно посмотреть на многие православные праздники и ритуалы, то можно очень легко обнаружить их языческие корни. Например, ритуал православной литургии и католической Святой Мессы во многом скопирован с имперских государственных ритуалов Рима (западных в католичестве и восточных в православии). Вплоть до одежды и некоторых предметов культа. 

Самобичевание у христианских монахов (это почти исключительно монашеская практика, за исключением кратких периодов массовой истерии в Италии, Испании и Франции) преследовало, в основном, две цели, первую из которых Церковь никак не может одобрить (сообщества флагеллянтов периодически запрещались официальной Церковью); вторая же, на мой взгляд, не лишена здравого смысла. 

Первая – это телесное самонаказание. Наказание себя за свои грехи. Что Церковь, конечно же одобрить не может, ибо это нарушает стандартную церковную процедуру исповеди, отпущения грехов и епитимьи. А церковный кодекс канонического права не предусматривает и, насколько мне известно, никогда не предусматривал самобичевание (или бичевание) в качестве дозволенного вида епитимьи. Поэтому это действительно самодеятельность. К тому же очень вредная – по вполне понятным причинам. Поэтому, конечно же, учение святого Петра Дамиана о том, что тысяча ударов бича при самофлагелляции заменяют прочтение десяти псалмов – это исключительно его личное мнение, к тому же, глубоко ошибочное. Даже святым, как известно, свойственно ошибаться. 

Кстати, любопытно, что в течение целых семи лет – если верить легендам – самонаказанию путём самобичевания регулярно подвергал себя принц Гаутама Сиддхарха, всемирно известный как Будда. Но это так – небольшое отступление. 

Со второй целью всё гораздо сложнее. И интереснее. Начать надо с того, что самобичевание активно практиковали не только уже упомянутый мной святой Пётр Дамиан, но и Святой Доминик - основатель одноимённого ордена, а также Святой Франциск Ассизский – основатель ордена францисканцев. И тысячи других епископов, священники, монахов, монахинь и особо ревностных мирян. 

Дело в том, что боль от самобичевания мгновенно блокирует то, что Церковь называет плотскими искушениями («закрывает двери демонам»). В результате для человека религиозного остаются только боль и Бог, а для Сатаны и его искушений просто не остаётся места. Ни в душе, ни в сердце, ни в разуме. Причём этот духовно-целительный эффект обычно длится ещё некоторое время после самобичевания (по рекомендациям отца Хосемарии Эскривы – основателя приснопамятного Opus Dei, эффект от примерно минутного самобичевания длится примерно неделю). Поэтому совсем неудивительно, что эта «болевая практика» была широко распространена в католической церкви (и не исчезла до сих пор). 

Для человека же нерелигиозного… (хотя и не для всякого, а лишь для тех пресловутых 25% «латентных тематиков»), флагелляция усиливает вовсе не религиозное чувство (которого нет) а эмоциональные и сексуальные «энергии более низкого уровня». Понятно, что мимо такого «усилителя» в XV веке пройти просто не могли. И, как это было в случае бондажа, превратили духовный усилитель в усилитель эмоциональный и сексуальный. Ничего удивительного, особенно если учесть, что и многие «святые отцы» грешили ровно тем же самым (см. мою рецензию на книгу «Ода кнуту»). 

А вот на Руси всё произошло куда проще и прямолинейнее. Ибо не было в православной церкви флагелляционных духовных практик. Вериги носили, а вот самобичеванием не занимались. Поэтому тематическая флагелляция на Руси возникла путём прямого использования (точнее, эротизации) практики официальных телесных наказаний (которые в ту пору были повсеместными). Поэтому корни западной Темы – религиозные, а вот российской – чисто светские. 

С остальными С/М-практиками всё более или менее понятно. Думаю, что не скажу ничего нового, если отмечу, что «вышли» они из «методов физического воздействия» на подследственных, которые в те годы были широко распространены, достаточно известны и необходимость которых не подвергалось сомнению ни палачами, ни истязуемыми. Доходило до того, что перед началом пытки палач и жертва совместно молились за успех этого «предприятия». За то, чтобы установить истину, то есть. Вот такие были времена. А «вышли» путём эротизации, конечно. Ибо принципиально тот же самый воск или иглы ничем не отличаются от флагелляции. Такое же болевое воздействие (иногда сильнее, ). 

Теперь поговорим немного об исторических корнях Д/С. Точнее, о трёх его составляющих – подчинении (полной передаче контроля); поклонении «верхнему» (или «верхней») и фетишизме. 

Как я уже говорил (рассказывая о корнях бондажа), полная передача контроля (отдача себя во власть другого человека) может быть очень даже эротичной и сексуально возбуждающей. Когда в XVI веке в Англии, Германии, Швейцарии и Нидерландах из разгромленных протестантами монастырей в «мирскую жизнь» хлынули тысячи монахов и монахинь, освобождённых от своих обетов (в частности, от обета помалкивать о том, что происходило за стенами монастырей), выяснилось, что «обет послушания» (полного подчинения послушника своему наставнику) очень даже «поддаётся секуляризации». Эротической секуляризации, то есть. Что и привело к довольно широкому распространению «эротических игр» в «настоятеля и послушницу» (как правило, разнополых, хотя в те годы… скажем так, и «однополая любовь» была широко распространена) – во многом прообраза нынешних Д/С отношений. 

И опять Россия пошла по своему особенному пути. Ибо в Российской империи, в отличие от Западной Европы существовало вполне себе конкретное рабство (если называть вещи своими именами, а не пытаться стыдливо прикрываться термином-обманкой «крепостное право»). Так что за наглядным примером отношений «хозяин/раб» далеко ходить было не нужно – всё перед глазами. И тоже прекрасно эротизируемо. 

Поклонение «верхнему». Точнее, культ верхнего (или верхней). Если внимательно посмотреть, вполне себе языческий культ (Ваала или Астарты – во многих их проявлениях). Это, пожалуй, один из двух случаев (второй - фетишизм), когда к христианским корням БДСМ добавляются корни языческие (как известно, эпоха Возрождения была возрождением, в первую очередь, именно язычества). А если говорить о корнях христианских, то, конечно же, в поклонении святым (протестанты не сильно грешили против истины, когда утверждали, что в католичестве и особенно в православии, культ святых зашёл так далеко, что превратился практически в культ языческий). Даже сейчас (например, в Мексике) одно от другого отличить крайне затруднительно. 

Фетиш (поклонение вещам Хозяина) – такая же языческая практика (да и вообще, если отвлечься от «исторических изысканий», практически любой тематический сеанс, особенно Д/С – типичнейшая языческая мистерия). Хотя надо отметить, и в христианстве (католичестве и православии) поклонения «вещам» хватало. Иконы, Святые дары, статуи святых. И снова легко эротизируемо. Легко и просто. 

Как, впрочем, и любой шаг вниз.