Коренные жители Африки спят неглубоким сном.

Часто можно услышать, что современная цивилизация испортила человеку сон, и что мы, живущие в городах, окруженные ноутбуками и смартфонами, купающиеся в искусственном освещении, спим намного хуже, чем наши предки, которые были ближе к природе.

(Под «хуже» здесь имеется в виду, что мы в последнее время спим меньше, чем надо, и сон наш неглубок и беспокоен.)

Однако исследования, которые проводятся с людьми из «нецивилизованных» народов, говорят о том, что на самом деле эти земледельцы и охотники-собиратели из африканских и южноамериканских коренных племён спят столько же, если  не меньше, чем городские жители развитых стран. Да и сон у тех, кто остался «близок к природе», не такой уж глубокий.

Так, в статье, которую антропологи из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе опубликовали в 2015 году в Current Biology, говорится, что индейцы чимане в Боливии, народ хадза в Танзании и бушмены в Намибии проводят в постели от 6,9 до 8,5 ночных часов, причём собственно на сон они тратят 5,7–7,2 часа (зимой – на час дольше).

Известно, что современный цивилизованный человек спит в среднем 6,5–7,5 часов, то есть, получается, всё-таки больше, чем коренной земледелец и охотник-собиратель.

Но пусть мы спим столько же или даже больше, чем охотники-собиратели – может быть, наш сон хуже сам по себе?

Дэвид Сэмсон ( David Samson) и его коллеги из Университета Дьюка, Университета Невады и Университета Дар-эс-Салама почти четыреста дней наблюдали за тем, как спят несколько десятков охотников-собирателей из африканского племени хадза; похожий эксперимент провели с жителями Мадагаскара, которые до сих пор занимаются традиционным сельским хозяйством, только за ними наблюдали около трёхсот дней.

И хадза, и малагасийцы носили специальный прибор на запястье, который регистрировал движения тела и фиксировал периоды сна (заодно отмечая, был ли сон спокойным или беспокойным), а также отмечалась  активность мозга.

По словам авторов работы, и хадза, и малагасийцы спали в среднем 6,5 часов, что, в общем, согласуется с данными антропологов из Калифорнийского университета в Лос- Анджелесе.

Но, кроме того, их ночной сон был сравнительно неглубоким: записи электрических ритмов мозга показали, что медленноволновая фаза сна и фаза быстрого сна были у земледельцев и охотников собирателей относительно короткими, а те, кому приходилось спать в окружении соплеменников или членов семьи, по ночам просыпались несколько раз.

Вероятно, чтобы восполнить недостаток ночного сна, и те, и другие спали днём. У хадза, ложившихся ещё раз вздремнуть во второй половине, дневной сон длился в среднем 47,5 минут.

Мадагаскарские земледельцы спали раз или два по 55 минут в самое жаркое время дня; ночной сон начинался у них ранним вечером, и вскоре после полуночи малагасийцы просыпались и бодрствовали около часа.

По историческим свидетельствам, такой же двухчастный ночной сон был и у жителей Западной Европы, живших 200–500 лет назад, то есть в доиндустриальную эпоху. Подробно результаты наблюдений описаны в статьях в American Journal of Physical Anthropology и в American Journal of Human Biology.

Очевидно, что режим сна у людей оказался достаточно пластичен, чтобы подстраиваться под изменяющиеся обстоятельства, и когда усложнение культуры потребовало больше времени на активную жизнь, сон «сконцентрировался» – вместо нескольких периодов неглубокого сна мы стали спать глубоко и только в один заход.

В то же время исследования, подобные этому, демонстрируют, что связь между режимом сна и состоянием здоровья может быть сложнее, чем кажется.

Известно, что плохой сон сопутствует нарушениям в обмене веществ,  и т. д., однако тут стоит помнить, что когда говорят об общих медицинских последствиях неправильного сна, то часто имеют в виду не только его количество, но и сам суточный ритм.

На сон можно тратить нужное количество часов, однако, если ложиться спать то днём, то ночью, то ранним утром, то ранним вечером, биологические часы придут в негодность, что плохо отразится на состоянии здоровья.

С другой стороны, если сравнивать «малоспящих» охотников хадза и, к примеру, банковских служащих, то тут стоит учитывать довольно-таки разную среду, в которой живут те и другие: возможно, что неглубокого прерывистого сна вполне хватает в условиях африканской саванны, а вот городскому жителю следует спать как раз долго и глубоко.