Я помню, что тогда было очень холодно, у меня заледенели волосы, ног я уже не чувствовала и постоянно поскальзывалась. Какие-то таджики ремонтировали переход, ругались, кричали и роняли железное ведро на лед. Звук удара железа слышался на всю улицу, заглушая шум проезжавших мимо машин. Какие-то женщины ходили туда-сюда, некоторые красивые, некоторые не очень, но ничем друг от друга не отличающиеся - в темных шубах или куртках, в теплых шапках и, конечно, уггах. Из открытого кафе вышел мужчина с папкой в руках и телефоном у уха и кричал на собеседника. Завернул к серой машине и хлопнул изо всех сил дверью, как будто показал, как сильно он зол на человека на том конце и на весь мир вообще. А рядом со мной шел другой мужчина с телефоном, который освещал его лицо, сосредоточенное и немного раздраженное.
-Ну, все, я не могу найти адрес! - не выдержал он, - ну, вспомни, пожалуйста!
-Да ты же записал куда-то! - я смотрела на него почти умоляюще, - посмотри еще раз.
-Удалил случайно, видимо. - он потер лоб рукой с красными от холода пальцами. - Я помню, что сейчас мы перейдем дорогу, а потом.. а потом не помню.
Он прищурился, чтобы посмотреть улицу на указателе и растерянно на меня взглянул. Впрочем, с его зрением удивительно было, что он в такой темноте видит хотя бы меня. Я не сдержалась и засмеялась над его беспомощностью.
-Ну, хватит ржать! - сказал, но сам заулыбался, - скажи лучше, что там за улица?
-Гашека там. - еще посмеиваясь, ответила, - Туда?
Он посмотрел на меня так внимательно, словно я спросила его, помнит ли он, как родился, и пожал плечами. Невысокий, коренастый, в темно-синей куртке, он странно подходил этим узеньким улицам, высоким домам и огням вдалеке. Да и таджикам тоже. На их фоне выглядел культурным, высоким и успешным. Светлые прямые волосы выбивались из капюшона и падали на лицо, закрывая глаза, а он сдувал их, не вытаскивая руки из карманов.

С того дня прошел год, даже немного больше. За этот год я увидела его смеющимся, грустным, молчаливым, раздраженным, веселым, пьяным. Прошел целый год: за это время я ни разу не появилась на улице Гашека, таджики наверняка успели доделать переход, а угги вышли из моды. Прошел всего год: а этот парень сейчас не подходит узеньким улицам, выглядит успешным не только на фоне таджиков, а его привычки медленно отвечать, сдувать волосы и иногда манерничать уже совсем меня не умиляют.