Мы все-таки встретились.
Я всю дорогу до встречи уговаривала себя вести с ним хорошо, не хамить, отвечать на вопросы, спрятать зубки и быть белой и пушистой.
Не получилось.
Мы встретились, но я так и не смогла себя заставить посмотреть на него. Нет, я смотрела, но без удовольствия. Отвечала на его вопросы, но сама ни о чем не спрашивала. И он молчал. Единственная тема, которую он затрагивал – это моя личная жизнь.
- Оксан, я никогда не поверю, что за те три года, что мы не виделись, у тебя никого не было.
Ну, был. Недолго. И Лешку я вспоминаю с гораздо большей теплотой, чем его. Лешка, по крайней мере, меня не кидал. Это я его кинула…
…Я все-таки не выдержала:
- Да что тебе до того, был - не был… Что, других тем для разговора нет?!
Он предложил политику… Я не тот человек, с которым можно обсудить мир политики. Я от него далека.
- Кто твоя лучшая подруга?
«Кто»… Ну назову я имя, и что? Оно же ему ничего не скажет.
- У меня ее нет.
Молчание.
- Оксан, я тебя спросить хочу…
И снова молчит. И я молчу.
Мне с ним ни капельки неинтересно. Почему тогда согласилась встретиться? Во-первых, мне все равно нечего делать, а во-вторых, мне было любопытно, изменился ли он? Нет, увы. Даже наличие юридического образования, своя практика и одно выигранное дело не сделали его в моих глазах привлекательнее.
- А что означает этот браслет? – кивает он на желтый браслет с надписью Scuderia Ferrari. – Я его на нескольких твоих фотографиях видел.
- Ничего, - отвечаю, не задумываясь. Нет, можно, конечно, было, рассказать о Формуле и о том, что эта надпись – название команды, за которую я болею, но… Я столько рассказывала о своих увлечениях, взахлеб рассказывала, что на меня смотрели, как на ненормальную. На ЗВ научилась не трясти своими хобби, как флагом, и теперь очень осторожна. Говорю об увлечениях, когда считаю нужным. Сейчас явно не тот момент. – Просто ношу его, пока не порвется. Ему уже полтора года.
- А что ты делаешь после работы? – очередная его попытка наладить контакт.
- Делаю украшения из бисера. У меня галерея есть, в фотоальбомах на мейл.ру, можешь посмотреть.
- Хорошо, зайду как-нибудь.
Я вспоминаю диалог накануне.
…Придерживаю телефон плечом и листаю бисерную книжку в поисках схемы. Нашла, изучаю.
- Что ты сейчас делаешь?
- Изучаю схему.
- Какую схему?
- Как плести колье.
- ЧТО плести?!
- Колье.
…Нифига он не зайдет и не посмотрит. Не тот человек.
- Оксан, ты ничего у меня спросить не хочешь?
- Нет.
Хочу, вообще-то. Хочу понять, какое место я занимаю в его жизни. Что ему от меня надо, и, соответственно, как себя мне с ним вести. Хочу спросить, почему он уже четыре года собирается повести меня в кино, но вместо этого ведет по каким-то паркам и набережным. Почему он звонит, говорит нежные слова и пропадает на год.
… Я уже не ношу розовые очки, что вы. Спасибо Максиму за шокотерапию. 27 ноября 2005 года я не забуду никогда. Кстати, к Максиму я тоже тепло отношусь.
…Но нет никакого смысла вываливать ему все мои претензии.
Он пытается рассказать мне о своей работе, о том, что сейчас он занимается разводом. Пожимаю плечами - что ж, так бывает - и развернуто выражаю свое мнение на эту тему. Он молчит.
Вообще, такое тщательное выспрашивание, есть ли у меня кто-нибудь, его упирание на то, что он к своим 30 годам многое понял, правда, вот так и не сказал, что, и вот этот рассказ про развод… Каюсь, я начала думать, что он меня сейчас замуж позовет.
Ан нет.
Звонит его телефон. Клиенты.
- …Если будут настаивать, то говорите, что вы ждете от них письменного ответа и ложьте трубку…
Юри-ист…
Я очень придирчива к тем, кто мне не нравится. Как бы показываю себе, что он, ко всем своим прочим грехам, еще и говорить не умеет.
Поговорил, отключился, и мы снова молчим. И смотрим на Иртыш, по которому семейство на катере катает на буксире своего отпрыска.
Снова телефон, и снова его. Приятель, с которым он договаривается о встрече в 8. Смотрю на часы – восьмой час. Скоро расстанемся, слава Силе. И близость расставания подталкивает его:
- Оксан, я тебе прямо скажу: ты отталкиваешь людей.
С улыбкой развожу в стороны руками. Ничего нового он мне не сообщил. Отталкиваю. Только тех, кто мне не симпатичен.
Тут, в принципе, можно было встать в позу, и заявить, что он сам виноват, что его отталкивают. Он сам погубил какое-либо мое хорошее отношение к нему, теперь пожинает плоды.
Но я этого не делаю. Не хочу.
Он кладет свою руку на мою, как бы пытаясь смягчить возможную обиду.
Нет никакой обиды. Я уже жду, когда он меня, наконец, отпустит, и мы больше – я очень на это надеюсь, - никогда не увидимся даже в сети. Почему не ухожу сама? А мне интересно, чем все это закончится. Да и не тороплюсь я никуда.
Он начинает говорить о том, что ему очень хочется с кем-нибудь поговорить.
- Ты мне нравилась, Оксана.
- Разонравилась, - пожимаю плечами.
- Но все равно… Можно, я как-нибудь тебе позвоню, чтобы поговорить?
Мне становится смешно. Мы провели вместе полтора часа, а проговорили… ну, хорошо, если минут 30 из них.
- Господи, тебе настолько не с кем общаться, что ты даже на меня согласен? – смеюсь.
Кажется, я его обидела.
- Сколько тебе лет?
- 23.
22, на самом деле, но я уже начала себя готовить к тому, что скоро мне будет 23.
- А мне 30. И я понял, что общение – это очень важно и нужно.
Кто бы спорил. Другое дело, что и общение должно быть не в тягость.
- Чем тебя Интернет не устраивает? Там общения – завались и с теми, кто тебе по-настоящему интересен.
- Оно не живое…
Молча пожимаю плечами. Лично мне живого общения на работе, хоть и по делу, за глаза.
Расписываю ему преимущества общения по Сети.
- Ну вот, теперь ты молчишь. За-е-бись разговор.
Он сворачивает разговор.
- Ну я пошла?
Быстро ухожу, включая на ходу плеер.


Ощущение: и что это было? И надежда, что больше он ко мне не подойдет даже в Сети. Кажется, он меня жалеет - бедная, одинокая девочка, все общение в Сети. Ну бедная, ну одинокая, ну в Сети общаюсь… Не знаю, я привыкла уже и пока не задумываюсь, действительно ли это так.
А в общем… я очень надеюсь, что в этот раз он все же оставит меня в покое. Потому что в следующий раз начну махать руками-ногами и слать в пешее эротическое путешествие. Сходу.