В колонках играет - пока ничего
Настроение сейчас - тока с работы пришёл))

Он не любил ночь в городе. Она – искусственный день. Смотришь в небо и, порой, луны не видишь – до того ярки огни Большого Города. Вечно яркие улицы, нескончаемый поток машин, шум от миллионов источников. К этому можно привыкнуть и спать спокойно. Так привыкают люди, живущие возле сортировочных станций железной дороги.
Но в ту ночь Он не мог уснуть. Он вышел на балкон квартиры на двенадцатом этаже и смотрел на город. Рядом стояла бутылка водки и стакан. И Он иногда прикладывался к алкоголю. Так что взор его уже был размыт, а в душе стало ещё гаже, чем до того, как он сделал первый глоток.
Позади, в квартире, спала незнакомая женщина. Кто она – Он смутно помнил, познакомились, вроде, в баре. Потом выпили, приехали к ней…
Он усмехнулся. Всё, как вчера. Уже пять дней. Он снова плеснул себе в стакан, выпил и, облокотившись на перила, посмотрел вниз. Голова кружилась. «Упаду»,- практически без эмоций подумал Он. «Упаду и что?» Да ничего. Он отпустил стакан, что держал в руке, и тот полетел вниз, казалось, что медленно. Осколки стекла рассыпались по асфальту внизу. Стоит шагнуть – и твоя жизнь разлетится вдребезги. «Хотя, она уже вдребезги», - вздохнул он и сел на табурет, что стоял здесь же, на балконе.
Возможно ли в жизни такое, что две половинки, прожившие вместе достаточно долго, пережившие многое, вдруг расстаются по глупости? По Его глупости. Возможно всё. В принципе, чему удивляться, большенство ссор происходит по глупости. У кого-то не будет настроения, кто-то наорёт на кого-то, могут даже слегка подраться. А потом взаимные признания в ненависти, спешная сборка вещей и хлопок дверью «на прощание». А потом через несколько часов злость проходит и наступает пора анализа собственных действий. В народе это обычно называют «отходчивостью». То есть как скоро виноватый человек сможет прийти к выводу, что он не прав и будет искать возможность попросить прощения. «Половинки» же чувствуют друг друга, порой делают всё синхронно, читают мысли, настроение и, как правило, быстро мирятся. Ведь они действительно любят друг друга. Так было и у Него и Неё. До одного, дождливого дня, когда вдруг у него взыграла мужская гордость (читай, глупость), и он, сказав «не вернусь», ушёл в ливень, уехал прочь, бросив плачущую навзрыд Половинку.
Думал удариться в блядство, но… К своему стыду он понял, что не может. Все эти женщины были как город – красивые своей глянцевостью, слепящие своей неестественностью, соблазнительные своей порочностью. С ними Ему было скучно, что в первый день, что сегодня. Все они были, будто клонированные. Те же разговоры, те же мысли, те же движения, какзалось, что голос тот же. Различие лишь во внешности. А Она… Как Природа, её красота – Естественна. Разве надо украшивать неоновой вывеской берёзу или подсвечивать воду в деревенской речке? В это просто и Естественно влюбляются. Без порочных мыслей в голове. Влюбляешься и любишь… Даже если говоришь, что ненавидишь…
Открылась дверь на балкон:
—Эй, чего сидишь? Замёрзнешь! Пойдём, я тебя согрею…
—Извини, мне пора.
Он встаёт и идёт в коридор, провожаемый недоумённым взглядом. Что Его не устроило в ней, может, Он гей, но тогда чего приехал. Ей не понять того, что когда действительно любишь, все остальные автоматически становятся «друзьями».
Он летел через ночную Москву. Алкоголь выветрился и голова была ясной, как луна, глядевшая в окно. Как Она, что с Ней? Такие мысли не появлялись в голове все пять дней, а тут – как прорвало и в груди поселилась скребущая душу кошка по прозвищу «Беспокойство». Купив цветы. Алые розы, такие, какие она любит, он проделал последний километр пути.
Подъезжая к дому, он видел свет в Её окне, в Их окне. Она не спала. Стыд, не покидавший его все эти дни перестал шептать на ухо. Он уже кричал: «Как ты мог!» И он, припарковавшись в другом, нежели обычно, месте, долго сидел и решался.
Подходя к двери квартиры, он, чтобы не разбудить Её бабушку и маму, отправил СМС: «Я у двери». Дверь не открывалась очень долго, но когда, наконец, на пороге показалась Она, просто сказал: «Если можешь – прости». Слезы покатились по щекам…