Ударники рыночной экономики

Эта история о двух олигархах и британской компанией ВР уже стала классикой жанра лихих 90-х годов в России. Небольшая предыстория...

Конфликт вокруг Сиданко начался с залогового аукциона, когда крупнейшие российские банки покупали за бесценок крупнейшие российские предприятия. В числе прочего продавались три нефтяные компании. Нефтяная компания ЮКОС венчалась с Михаилом Ходорковским. "Сибнефть" - с Борисом Березовским. А на Сиданко были сразу два претендента - Владимир Потанин (ОНЭКСИМ) и Михаил Фридман (Альфа-банк).

Поэтому Потанин пришел к Фридману и сказал: зачем ссориться? Давай купим Сиданко в складчину. Моих две трети и твоих треть. А оформим все на меня. Фридман согласился. И вместо того чтобы устраивать некрасивую склоку перед аукционом, Альфа-банк и ОНЭКСИМ купили Сиданко в складчину. Спустя некоторое время Потанин снова встретился с Фридманом и сказал:

знаешь, мы передумали и решили, что Сиданко будет только наша. Вот тебе 100 миллионов долларов - или ты получаешь их, или ты не получаешь ничего. И группа "Альфа" получила 100 миллионов долларов за треть компании. А спустя некоторое время ОНЭКСИМ продал 10 процентов Сиданко английской Бритиш петролеум за 570 миллионов долларов. Группа Альфа справедливо решила, что ее кинули по-черному. И затаила обиду.
 

А вот как вспоминает эти времена третья сторона этого конфликта в лице президента нефтяной корпорации BP в 1995–2007 годах лорда Джона Брауна: "Владимир Потанин" отличался от большинства олигархов. Роману Абрамовичу, Борису Березовскому, Михаилу Фридману и Михаилу Ходорковскому приходилось самостоятельно пробивать себе дорогу, они начинали с нуля. Потанин же входил в партийную элиту и удачно перешел в бизнес из номенклатуры. Он был хорошо образован, вышколен для работы в Кремле, занимал должность первого заместителя премьер-министра. Его отец был крупным советским чиновником.

Все знали, что именно Потанин — один из архитекторов залоговых аукционов. По этой схеме он приобрел большую долю Норильского никеля, самого крупного в мире производителя никеля, как мне тогда казалось, находившегося в весьма плачевном состоянии. Еще Потанин купил нефтегазовую компанию СИДАНКО. Она-то меня и интересовала. Потанин был не единственным акционером, поэтому я встречался не только с ним, но и с другими участниками этого консорциума.

Как-то сэр Джон встретился с Борисом Йорданом, главой Ренессанс-капитала. Так как сэр Джон любит покупать компании, а его собеседник составил многомиллионное состояние на ваучерной приватизации, то речь шла о России. Сэр Джон хотел что-нибудь у кого-нибудь купить.

- Нет проблем, - сказал Борис Йордан. - У меня есть партнер Владимир Потанин, который только что был российским первым вице-премьером и вообще очень просвещенный человек. У него прекрасно управляемая компания Сиданко, а у компании Сиданко есть компания Русия-Петролеум, которая имеет лицензию на разработку Ковыктинского газоконденсатного месторождения. Разработка Ковыкты стоит 12 миллиардов долларов, но это потрясающий бизнес. И сэр Джон купился, вернее - купил 10% Сиданко.

Но затем вдруг случилось 17 августа 2008 года...

Из-за 17 августа ОНЭКСИМ Потанина потерял 70 миллионов долларов, вложенные в ГКО, и 400 миллионов долларов форвардных контрактов. Однако в результате ряда мероприятий дыра в балансе банка составила не 470 миллионов долларов, как то следует из законов арифметики, а 5 миллиардов долларов.

[текст вырезан]




подробнее http://www.newsland.ru/News/Detail/id/220428/cat/37