- п.а., ну произнесите же что-нибудь!
- нет, не нужно, я лучше маслин поем.
мы забрались на диван с ногами. фойе блестело. закрывала глаза, потом плыла над толпой до зеркала и обратно, вокруг хрустального шара люстры, в трещины старых милых бело-голубых стен. на зеркале было написано "саша черный". потом вышел артист и дописал размашисто - "под сурдинку", и восклицательный знак съехал со строки.
мы уже столько живем вместе, что я перестала помнить другие дни; мы вместе едим, вместе выходим из дому, вместе ездим в метро:
- ты еще наплачешься, - говорит;
вместе засыпаем после полуночи.
они опять снесли к консъержке книги - я отхватила четырехтомник вересаева, китайскую прозу и гимназические мемуары; ямамото-сенсей хвалится знанием русского сленга, я прилежно учу хирагану, просрочила библиотечные книжки и часто испытываю чувство стыда.
васильевский остров прекрасен. как жаба в манжетах.
ты готов к холодам? укрывайся теплей