ФРАКТАЛЫ И «БРИТИШ ПЕТРОЛЕУМ»:

В связи с катастрофой в Мексиканском заливе компания «Бритиш Петролеум» сегодня на слуху. Мы, однако, хотим предложить разговор не о драме в Мексиканском заливе, об интересных моментах из истории самого транснационального капитализма. Рассуждая об особенностях этой системы, которую один из крупных российских политиков назвал некогда «миром лишь иногда выхватываемых светом теней», имеет смысл руководствоваться определением такого современного понятия как «фракталы».

В связи с катастрофой в Мексиканском заливе компания «Бритиш Петролеум» сегодня на слуху. Мы, однако, хотим предложить разговор не о драме в Мексиканском заливе, об интересных моментах из истории самого транснационального капитализма. Рассуждая об особенностях этой системы, которую один из крупных российских политиков назвал некогда «миром лишь иногда выхватываемых светом теней», имеет смысл руководствоваться определением такого современного понятия как «фракталы». Фрактал (лат. fractus – дроблёный) – термин, введённый Бенуа Мандельбротом в 1975 году для обозначения нерегулярных, но самоподобных структур. Даже небольшая часть фрактала содержит в себе информацию о целом фрактале.

Официальная история гласит, что преуспевший на добыче австралийского золота британский аристократ Вильям Нокс д’Арси (William Knox D’Arcy) в мае 1901 года «получил одобрение персидского правительства» на поиск и добычу нефти«. Чуть менее официальная добавляет, что «одобрение» было достигнуто серией взяток коррумпированным персидским чинушам и вельможам, увенчавшейся 5000 фунтов стерлингов на карманные расходы распродававшему ради личного благополучия будущее подведомственной страны персидскому шаху. «Одобрение», собственно, означало концессию – чуть-чуть на личные нужды местного «руководства» и немножко в казну, остальное – западным акционерам. Обычная схема для «экспансии на Восток». Тогда в стране добычи оставляли лишь символическую по тем временам плату за право пользования недрами – роялти. Ввести налог на прибыль концессионера страны третьего мира набрались наглости лишь со второй половины ХХ века.

Спустя некоторое время, в преддверии перспективной разработки нефтяных запасов Ирана – нефть тогда уже рассматривалась как топливо будущего – д’Арси потребовались спонсоры, а британскому флоту, в преддверии переделов мира – мазут. Пообщавшись с британским правительством, средства д’Арси предоставила базирующаяся в Шотландии Burmah Oil, быстро ставшая генеральным акционером новообразованной «Англо-Персидской нефтяной компании». Основал, кстати, Burmah Oil господин по фамилии Каргилл (Cargill). Очень рекомендуем набрать фамилию в поисковике и посмотреть, что покажет.

Сам г-н д’Арси скончался в 1917 г., но на бизнесе это особенно не сказалось. Ещё накануне Первой мировой войны большой друг разработчиков колониальных богатств Уинстон Черчилль сподвиг Кабинет министров Великобритании взять основную долю в «Англо-Персидской нефтяной компании» напрямую себе. Добывающей компании были приданы перерабатывающие производства, а затем и заправочная сеть «Бритиш Петролеум», ведущая на тот момент на Британских островах. Была она вообще-то активом германского «Дойче банка», реализовывавшим через неё румынскую нефть, но с началом Первой мировой, понятное дело, была быстренько экспроприирована британским правительством, получившим полный цикл добычи и переработки нефти и извлечения доходов на соответствующую продукцию.

На самом деле британское правительство выступало в качестве функционера, серьёзные господа с частным капиталом из прибыльной компании никуда не делись. Тем более, что за период между двумя мировыми войнами компания, ставшая уже «Англо-Иранской», добилась весьма солидных успехов, идя в ногу со временем и всесторонне развиваясь. Двадцатый век был веком нефти, и «семь сестёр» – семь ведущих англо-американских нефтяных компаний, в число которых по праву входит ВР, неплохо на этом нажились.

Словосочетание «семь сестёр», кстати, ввёл в оборот послевоенный премьер-министр ИталииЭнрике Маттеи, весьма этих «акул» не любивший и пытавшийся отстоять от них Италию. Погиб Энрике в авиакатастрофе, которая, как выяснилось уже в наши дни, произошла в результате диверсии. Но ещё за 10 лет до гибели итальянского премьер-министра за противодействие интересам «Бритиш Петролеум» жестоко поплатился чересчур патриотичный премьер-министр тогда ещё шахского Ирана Мохаммед Мосаддык.

Надо заметить, что нефтяной бизнес, банковский капитал, венчурные инвестиции и финансовые спекуляции – это всё тесно взаимосвязанные команды дельцов, создателей Нового мирового порядка после Второй мировой. Достаточно посмотреть на биографии американского и британского политического истэблишмента, чтобы увидеть, что он также представляет собой с этим «бизнесом» одно целое. С 1970-х, после того как правительство США во главе с Джимми Картером и англо-американский «бизнес-пул» сделали финт и отвязали доллар от золотого обеспечения, «семь сестёр», включая «Бритиш Петролеум», стали неплохо зарабатывать на системе делания денег из воздуха в мировых масштабах, обернувшейся нынешним кризисом. Конечно, попутно делаются инвестиции и в альтернативную энергетику, и в нефтепровод «Баку-Тбилиси-Джейхан», к примеру.

Но основная функция ВР с 1980-х, когда власти Великобритании официально избавились от последнего пакета ее акций, заключается, похоже, в том, чтобы аккумулировать активы именно в нефтяной отрасли. В 1988 году «Бритиш Петролеум» приобрёл Britoil, занимавшуюся разработкой нефтяных месторождений в Северном море и наследовавшей в 1982 году British National Oil Corporation (BNOC), некогда ответственной аж за государственные нефтяные запасы Соединённого Королевства. В 1987 году «Бритиш Петролеум» поглотила к Standart Oil, одну из «сестёр», детище Рокфеллеров. Другое их детище, Amoco, выделенное в 1911 году в ходе кратковременной попытки властей США бороться с монополизмом, ВР отдали в конце 1990-х, когда стало ясно, что на повестке дня стоит не возобновление нефтедобычи в США, а новая колонизация на Востоке (в Ираке для начала). В 2000 году ВР приобрела ARCO, с её активами на Аляске. Также к ней перешли Castrol, наследница той самой Burmah Oil, (Каргиллы теперь переключились на генную инженерию в сельском хозяйстве) и ARAL, ранее германский консорциум с развитой инфраструктурой производства и продажи продуктов нефтяной переработки.

Однако с некоторых пор опасным делом стало возглавлять эту махину. Британский аристократ Джон Браун, член Палаты лордов, барон Мэддингли, обладатель научных степеней и почётных титулов, буквально за год до почетного ухода с поста возглавлявшейся им с 2001 года (членом Палаты лордов он стал в том же году) ВР, стал жертвой громкого скандала. Вслед за гибелью 15 рабочих на перерабатывающем заводе в Техасе и утечкой из разъеденного коррозией нефтепровода на Аляске, Браун попытался лгать в истории с публикацией рассказов его бывшего любовника. Пришлось ему лишиться из-за досрочного ухода годового бонуса в 3,5 млн фунтов ($7 млн, 1,3 его годовой зарплаты), а также опциона на приобретение акций максимальной стоимостью 12 млн фунтов ($23,8 млн) в 2007-2009 гг., а также отойти с видных позиций в совете директоров финансовой группы Goldman Sachs. Наверно, его утешают должность президента Королевской инженерной академии и доходы в Riverstone Holdings LLC, одной из структур по пожинанию прибылей из связанных с энергетикой отраслей.

Нынешнему топ-менеджеру Тому Хэйуорду тоже теперь есть из-за чего покидать свой пост досрочно. Но, учитывая позиции в финансовой группе «Ситигрупп» и должность в Chartered Management Institute (это признанный британский центр по подготовке транснационального менеджмента), ему тоже наверно будет чем утешиться. Правда, придётся оставить место в пресловутой «Бильдербергской группе». Ну да от «Бритиш петролеум» там есть постоянный представитель – председатель совета директоров компании сэр Питер Сазерлэнд, также один из руководителей Goldman Sachs и Лондонской школы экономики, всё-таки не ставший в 2004 году председателем Еврокомиссии. Зато до 1995 года был главой Всемирной торговой организации.

Нынешний кризис, ужас в Мексиканском заливе и показательные процессы над махинаторами из Goldman Sachs могут, с одной стороны, быть предвестниками крупных изменений в бытии известнейшей нефтяной компании Запада. С другой – могут оказаться пшиком. Уж слишком глубоки сущности.

Марат Кунаев