С одной стороны, неожиданно оказывается, что даже самые радикальные перемены в жизни можно описать простой формулой – «сначала мы жили так, а теперь мы живем вот так». И сам процесс адаптации описать довольно затруднительно. Да и сама тутошняя жизнь – как ее описывать? Просто жизнь.
Адаптация не похожа на отпускной созерцательный режим – здесь все новое сразу пытаешься встроить в картину мира, применяешь «слёту», попутно перестраиваясь, но этого нового настолько много, что в принципе меняется восприятие. Какая-то рутинная интеллектуальная деятельность вдруг становится ненужной, зато возникают новые склонности. Я вот, например, теперь с трудом заставляю себя писать в блог, очень мало (в сравнении с московским режимом) появляюсь в соцсетях, зато начала писать длинные письма подругам и запоем читаю не киндл, а настоящие бумажные книжки. Первые две недели казалось, что совершенно невозможно выспаться – ложишься, проваливаешься, через восемь-девять часов едва встаешь. Может быть, дело в большом входящем потоке новой информации, которую мозгу нужно обработать? Сейчас уже полегче.

Сама собой стала худеть – хотя именно "худеть" я перестала, и ем, например, очень много хлеба, который здесь прекрасен. Опять же, возможно потому, что стал отступать стресс, который душил в последние годы. К переживаниям по поводу дочери я уже «привыкла», а все остальное здесь реально проще – для меня. Здесь нет особой спешки, все как-то спокойно – хотя, может быть, из-за того, что по естественным причинам огромный поток информации проходит мимо меня. Здесь у нас просторное жилье - и только сейчас я осознала, насколько тесно мы жили в последние шесть с лишним лет, практически в одной комнате, и как угнетающе это действовало. Здесь я не обязана работать – могу и даже потихоньку работаю, на квартплату и алименты, но исчезло это тревожное чувство «должна-должна». Когда изучали модальные глаголы, осознала, что перешла в ненавистный многим класс тётенек, которые могут позволить себе не работать. "Musim pracovat", говорит преподавательница, "а то денег не будет". А я не musim, мне достаточно другого глагола – muzu (над u кружочек, над z - галочка, их нет в клавиатуре). И дело не в том, что у нас тут так все хорошо с финансами – не очень как раз хорошо: доход меньше, а расходы больше. Но как бы я ни работала, мои гонорары все равно существенной роли не сыграют, при здешних ценах – так, наверно, лучше домом заниматься и по возможности «помогать мужу», что я и пытаюсь делать. А то мерзкое чувство постоянно маячащего за плечом «чёрного дня», к которому меня приучали с младенчества, наконец, исчезло. Практика показывает, что даже мне, с моим отлично развитым воображением, не под силу предугадать, куда повернёт моя жизнь. Так какой смысл готовиться к какому-то определённому будущему? Сколько шансов, что оно наступит? Вот спланировали отпуск – и отлично. Достаточно.