Чем-то вроде стать...

Чем-то вроде стать...


Лёша Самолётова


Моим облачным летом, прогретым нещадно днём, незабудок букетом, от каждой двери ключом, земляничным компотом, футболкой с Л. на груди, разноцветным блокнотом, рассыпанным конфетти, фестивалем фонтанов и морем за горизонт, и аллеей платанов, полоской от ярких шорт, молочком для загара, холодной речной водой, ароматом базара, в прибрежном песке щекой, переменчивым ветром, романами про июль, пестрой шляпой из фетра, деление сплошь на нуль, придорожной таверной, периною на кровать.

Для меня ты, наверно, бы мог чем-то вроде стать?
Этим странным и очень стремительным летом.

Я носила бы джинсы и кеды смешных цветов, и зелёные линзы в оправе больших очков, я включала бы рэгги и лёгкий hot summer рок, рассекретила тэги на "больше-не-одинок", оставляла небрежность в ресницах и волосах, подростковая внешность и звёздочки на часах. Зачехлила костюмы, рубашки и дипломат. Мы до августа юны. Конфетки и лимонад. На руках три браслета, в карманах сплошной Love is. Я не альфа. Я - бета. Улыбочку шире. Чиз. Помнишь, так говорили лет двести тому назад? Ты бы, к слову о стиле, был мне идеальный брат. Рельсы-рельсы и шпалы, уедем вдвоём играть?

Для тебя я, пожалуй, могу кем-то вроде стать?
Я начну. Ну а ты, если хочешь, следом.


© Copyright: Лёша Самолётова, 2014
Свидетельство о публикации №114070100626

Ты заводишь будильник на шесть двадцать пять...

Ты заводишь будильник на шесть двадцать пять...


Лёша Самолётова


Ты заводишь будильник на шесть двадцать пять,
чтобы утром поставить на без двадцати.
Получается будто бы дольше поспать,
ну а спать тебе нравится, как ни крути.

Надеваешь рубашку и строгий жакет,
аккуратно (как можешь) подводишь глаза,
потому что с подводкой такой яркий цвет!
Ты не видишь отличий. (Но Он так сказал!)

Ты садишься в машину и давишь на газ,
на повторе любимая песня. (Его!)
Стоя в пробке, кидаешь сестре пару фраз,
строишь глазки. Подводка творит волшебство!

На работе вбиваешь логин и пароль,
"и вперёд за цыганской звездой кочевой".
Встречи, цифры, звонки, впрочем в этом вся соль.
Если можешь вертеться, получишь с лихвой.

Получаешь. И можешь идти на обед
в ресторан, где готовят отличный гарнир
(ты когда-то бывала с Ним здесь тет-а-тет)
и с эспрессо подносят нежнейший зефир.

Встречи, цифры, звонки - в этом точно вся соль.
(Он плохому тебя не учил никогда).
Ну а боль? Боль со временем сходит на ноль.
Остываешь. Не даром пришли холода.

Покупаешь билеты в кино, в первый ряд,
и с подругой болтаешь весь фильм о других.
(Не о Нём, Он из тех о ком не говорят.)
Разве сложно найти разных тем городских?

Когда кончатся титры, ты едешь домой,
выбирая сознательно долгий маршрут.
Город крайне красив, когда крайне пустой.
На спидометре сто пару сладких минут.

Ты заводишь будильник на шесть двадцать пять,
чтобы утром поставить на без двадцати.
Без Него можно жить (жить, а не выживать!)
Ты отлично справляешься, как ни крути.


© Copyright: Лёша Самолётова, 2014
Свидетельство о публикации №114011610107

Чайная церемония




А теперь, девочка, учись жить по-новому. Привыкай спать одна на двух подушках. Отвыкай заваривать чай в двух кружках. Теперь можно по комнате в бигуди. Теперь можно по клубам и с подружками на Ибицу. Главное - не увидеться.

Провести демаркацию границ. Это мое болото, а это - твое королевство, принц.
Кстати, отвыкай называть его "счастьем" и "принцем". Меняй привычки, не меняй принципы. Рад только папа. Он не верил в принцев, он верит в дам и королей. Ты говоришь Аньке: "Еще налей". Ты заливаешь горе, заливаешь близким, что по колено море. Боишься спиться. По ночам тебе не спится.

А теперь, девочка, учись жить по-новому. Знаешь, привыкаешь даже к хреновому.
Ты же к нему когда-то привыкла.
Теперь жалеешь, что у сердца нет красного "ВЫКЛа". И, как дура, делаешь по утрам два чая. И пишешь ему: "Вернись, я скучаю". Потом стираешь, конечно. Целуешь общие фотки нежно. А потом рвешь. На кухне успел затупиться нож. Ты заводишь песню про дом без мужика. Ты долго страдаешь. Пока…

Пока
Не находишь в коробке последний пакетик зеленого и завариваешь одну чашку.
Просто из экономии…

А теперь послушай

А теперь послушай. Я тебе говорю.
У нее будет комната – та, что окном на юг.
Будет письменный стол, в бокале холодный брют.
Будет пара любимых брюк.

Будет платье в шкафу – брюссельские кружева,
в этом платье по телу пальцами вышивать…
В этом платье она чужая, она жена.
А без платья она жива.

У нее будут дети и кошки, стихи и сон,
у нее будет море с утра и на коже соль,
каждый шаг ее будет спокоен и так весом,
словно стоит еще двухсот.

У нее будет теплый дом, а за домом лес,
будет женщина-рысь, что ночами с ладони ест…
У нее не будет тебя, понимаешь, Бес?
А пока только ты и есть.

(с) Кот Басё

Белая ворона и серый волк

Она сидела у всех в печёнках,
она прогуливала уроки,
она растила в себе волчонка
и ненавидела караоке,
свою квартиру, парней окрестных…
Вокруг подруги мужей искали.
Ей всё казалось сухим и пресным.
А волк внутри только зубы скалил.

Сменила восемь спортивных секций.
Там было более выносимо.
Считала вспышки в случайном сексе.
А волк внутри наливался силой.

Прошли недели, года, столетья.
Она обута, она одета.
Она на жёсткой сидит диете,
хотя не знает, зачем всё это.
Она умеет развлечься с толком
и в книжном бизнесе преуспела…

А тот, внутри, остаётся волком
и откликается на Акелу…




© Ника Невыразимова

Девочки сверху ...

Девочки сверху ...


Мы же сильные девочки, что нам плакать и голосить?!
На свято место всегда претендентов найдётся уйма.
Не хочет? Не надо! Бери пальто, вызывай такси.
Подрастём и напишем о нём в мемуарах: «Три вялых дюйма».
Мы большие девочки. Больше всех этих помещений.
Пусть стучатся в трубу. И наш адрес отныне таков:
Город стёртых и неотвеченных сообщений,
Улица длинных, не принятых нами звонков.
Мы бродящие девочки из дрожжевого теста.
Мы любой январь проживаем сочным густым июнем.
Ну, полежим под его квартирою в знак протеста,
Зато потом встанем, поправим чёлку и гордо сплюнем.
Мы же сильные девочки. Где хотим, там и плачем.
От кого хотим, от того и рожаем детей.
Мы стольких людей послали к чертям собачьим,
Что теперь даже как-то боязно за чертей.
Мы же взрослые девочки. Мы познаёмся в воинстве.
Проигравший, как водится, ловит с окна манатки.
Если мы говорим о каком-то твоём достоинстве,
Значит, мы уже знаем о каждом твоём недостатке.
Мы хорошие девочки. Мы не гордимся победами.
Мы не строим гробниц в чужих душах, не жаждем Голгоф.
Наши враги всегда с нами делятся бедами.
Потому что нам нравится быть причастными к бедам врагов.


Я звучащая девочка. Я мелодия всех гармоник.
Я сама себе друг, сослуживец, кумир и обитель.
Я маленький, бедный, замёрзший слоник.
Пожалей меня, мальчик, пока никто не увидел."


Марьяна Высоцкая

Помнишь, Герда?

Помнишь, Герда?


Помнишь, сердце рвалось в груди
И метель завывала в танце;
Обжигали кристаллы льдин
И слезились водой на пальцах,
Буря в клочья рвала рассвет,
Задыхаясь в безумном вое,
И кружил бесконечный снег,
Землю с небом связав стеною?
Помнишь мёртвый холодный зал
И дворец без тепла и света,
И насмешку в его глазах? –
Путь закончен. Ну здравствуй, Герда.
Помнишь, Герда, как лёд сверкал
В ровных стенах пустого зала?
Ты ответила: «Здравствуй, Кай,
Я так долго тебя искала!
Как разлука была горька,
Как метели хлестали в спину!
Так пойдём же отсюда, Кай –
Здесь так холодно, так пустынно»

- «Что ты, Герда, идти? Куда?
Мне хватает надежд и знаний.
Этот мир состоит из льда,
Совершенных и чётких граней.
Посмотри, как блестит паркет,
Как слепит голубой оттенок,
И ломается слабый свет,
Утопая в прозрачных стенах.
Опускается снег – гляди,
Как узор его прост и точен.
Помоги мне сложить из льдин
«Вечность» - символ зимы и ночи».

Помнишь, Герда, как боль сильна,
Как порой бесполезна помощь?
- «Милый Кай, в мире есть весна.
Почему ты её не помнишь?
Что случилось с тобой, ответь,
В белой клетке холодных башен?
Здесь кругом обитает смерть –
Неужели тебе не страшно?
Я всего лишь зову туда,
Где деревья шумят под небом,
И неистово бьёт вода
По звенящим зелёным стеблям.
Где-то там за границей льдов,
За скопленьем прозрачной тверди
Над землёю царит Любовь
Как основа всего на свете.
Там лучами струится свет,
Заплетаясь в узорах радуг.
Милый Кай – здесь же просто снег,
Ты за снегом не видишь правды!
Там за снегом шумит река,
Там листвой шелестят деревья…
Где здесь Вечность – ответь мне, Кай!
Почему я в неё не верю?»

- «Слово «Вечность» - всего лишь звук,
Комбинация битых льдинок.
Хватит, Герда – взгляни вокруг,
Как искрятся снега призывно,
Как уходят во тьму года,
И под снега резной завесой
Расцветает из толщи льда
Наше Снежное Королевство.
Как мельчайший узор снегов,
Совершенством своим прекрасно,
Мне на свете важней всего
Наше Вечное Государство.
В бесконечном его снегу
Мне не нужно ни тьмы, ни света.
Об одном попросить могу –
Оставайся со мною, Герда».

Помнишь, Герда, - холодный взгляд
Как военный кинжал отточен?
- «Кай, прости, я пойду назад,
Я не выдержу вечной ночи,
Не забыть мне далёкий мир,
Где дымок над кострами вьётся.
Твой дворец – это просто миф,
Он растает при свете солнца.
Понесутся капели вниз,
Разбивая водою плиты.
Вечной может быть только Жизнь,
Что теперь от тебя сокрыта.
Я устала от вечных льдов,
От легенд, перевитых ложью.
Я люблю – но моя любовь
Ничего изменить не может».

Помнишь, Герда – кружился снег
Вечной ночи и вечной смерти?
Он стоял и смотрел ей вслед
На пустом ледяном паркете...


Ксения Кириллова


http://www.kirillova.orthodox.ru/poezia.html

Ну здравствуй, мартовское безумие...

Ну здравствуй, мартовское безумие...


Кот Басё


Ну здравствуй, мартовское безумие, моя вселенная, дух огня. Все так понятно и предсказуемо, что нам нельзя ничего менять. Все так продумано и устроено (какими силами, черт возьми!), что заголовки к моим историям всегда оказывались людьми. Все так отчетливо предначертано, давно расставлено по местам, никто из нас не спросил, зачем это, и спорить тоже никто не стал. К какому богу пристать с вопросами, на чью победу идет игра? Давай без шуток, теперь мы взрослые, серьезный возраст, законный брак. И этот мир нам обязан нравиться, и не к лицу нам вести войну. Но помни, свет мой, из этой матрицы есть выход в звездную тишину.

И этой ночью, отбросив сложные законы жанра, замедлив миг, я каждым словом вхожу подкожно в тебя, не созданную людьми. И звезды множат свои колонии, и мы умеем не умирать. Таких упрямых огнепоклонников в раю сжигали бы на кострах.

Наутро все у нас будет правильно – и мир, и март его голубой.

Но мы-то знаем, что в каждом пламени есть силы, правящие тобой.


© Copyright: Кот Басё, 2015
Свидетельство о публикации №115032500617

Отверженная...

Отверженная...


В список ошибок внеси меня – и забудь. Лучший подарок повторно не получить. Я солгала б, что жалею, но нет – ничуть. Только бы целой осталась меж нами нить. Только б из жизни моей не исчез ты вдруг – я ничего, кроме этого, не боюсь. Я не коснусь твоих губ, но касаюсь рук, и оттого ускоряется слишком пульс.

Если твоё молчание – это знак, я ничего, ничего уже не спасу. Кем-то погашен ведущий меня маяк, значит, настала пора приходить на суд. Время покаяться, время держать ответ, время отыскивать истину в сотне правд. Много ли тех, кто тобою бывал согрет, кто ненадолго тебя получил, украв? Сколько их было, воровок, подобных мне? Тех, кого только единожды целовал... Кто, как и я, не задумавшись о цене, грудью бросался на чёртов девятый вал?

Если твоё молчание – это знак, то не воскреснет тепло наших встреч былых. Всё, что останется мне – пустота и мрак вместо того, что делили мы на двоих. Плач вместо смеха, погашенная свеча и обратившийся льдом огонёк в груди. Я научилась о чувствах к тебе молчать, как о нарушенном мною "не укради". Кара заслужена... Что же – да будет так! Кто мне сегодня судья? Расскажи, палач... Ждёт ли меня гильотина, петля, мышьяк – это не важно. Проигран последний матч.

И не найти наказания тяжелей, чем отлучение вечное от тебя. Чем ощущение чьей-то руки в моей, если рука вдруг окажется не твоя. Чем осознание – мало украсть на час, а удержать – невозможно, не хватит сил. Кара заслужена... Бог по делам воздаст.

Буду молиться, чтоб всё же меня простил.

8-9.03.15 (ред. 25.03.15)

© Владислава Рукавишникова

http://vk.com/ru_kavishnikova_stihi?z=photo-656332...3021%2Falbum-65633271_00%2Frev

Я так за тебя боюсь...

Я так за тебя боюсь...


Честно признаться – я так за тебя боюсь. Знаешь, пишу – и немного дрожит рука. Это привязанность глупая – боль и грусть, вечное "жду сообщения и звонка". А у тебя – неприятностей легион, снегом на голову рухнули – все за раз. Если б умела – я их прогнала бы вон, только умений – ни капельки, кроме фраз вроде "всё будет в порядке", "прошу, держись", кроме касания лёгкого до плеча. Я бы спасла тебя, только такая жизнь – просто не знаю, что делать, с чего начать.

Я для тебя бы зажгла в темноте свечу, но, как ни горестно, нет у меня свечи. Больше всего я её отыскать хочу, только в ответ на вопросы любой молчит. Так и не знаю – ну как мне её найти? Разве я правда ничем не могу помочь? Я не хочу, чтоб ты сбился, мой друг, с пути, если уходишь понурый в глухую ночь... Хочется выдохнуть, крикнуть: "Не уезжай!", только я помню – нет права тебя держать. Раз лишь с тобой в декабре наступает май, жду исцеления – я же умею ждать.

А за окошком сменяется снег дождём, это исправить бы тоже – да вот никак. Ты, поселившийся в сердце сейчас моём и заставляющий вывесить белый флаг, вечной улыбкой так просто пробил броню, что на попятный нет смысла уже идти. Честно признаюсь, я очень тебя ценю – как же ты вовремя встретился на пути! Ты стёр из жизни всё серое, дал огня – яркие краски на небо моё плеснул. Это забавно – подобным легко пленять... Если приснишься – навечно хочу уснуть. Если напишешь – прочту миллионы раз, каждую фразу запомню как "Отче наш". Пусть мне Господь никогда тебя не отдаст, помню: ты есть. Не иллюзия, не мираж...

Если случится какая-нибудь беда, очень прошу – не умалчивай ни о чём. Ты же мне друг... Я друзьям помогу всегда, так что давай, обопрись на моё плечо. Если всё рушится, если достигнут край, просто держись – ты же сильный, сильней других. Просто держись – не сдавайся, не умирай!

Хочется крикнуть, но голос ужасно тих...

19.12.14 – 25.12.14

© Владислава Рукавишникова

solar radiation...

solar radiation...


Мирра Залевская


«- Понесло меня» - говорит, смеется. Смотрит так, что хочется закричать. « - Понесло, - вот это вот злое солнце в волосах оставило мне печать. Мне чума в одежде саванно-белой, аментивный мой принесла синдром, я всегда – смеется – хотела верной, но теперь приходится выйти вон.
Ты меня – смеется – прошу, не бойся. Не рехнулась, даже пока трезва. Просто солнце стало настолько солнцем – выжигает мне изнутри глаза. Просто небо стало куда повыше, в темных пятнах, каплях густой крови. Ты меня ведь слышишь? Скажи, что слышишь. В городах, непомнящих нас, живых.
Я плету свою колыбель для кошки, все ношусь, как с писаным полотном, все боюсь, что лопну внутри хлопушкой, отравлю и мир – и тебя - свинцом. Я рассадник яда, стальной коллектор, пятый всадник, личный Армагеддон. У меня на месте людского сердца пустота и векторы на разгон.
Нет, не жарко, просто магнит под кожей, расстегнуть бы давящий воротник. Понесло меня – кто же знал, что сложно – так, о невозможном-то говорить. Понесло – уже добралась до ручки, без тебя совсем не могу дышать. Я тебя и правда – настолько сильно…»

Так молчит, что хочется
Закричать.


© Copyright: Мирра Залевская, 2013
Свидетельство о публикации №113012207757

Самое честное...

Самое честное...


Лёша Самолётова


Самое честное пишется после двух. Именно пишется, не говорится вслух. Именно пишется, прячется в шкаф и стол. Самое честное - самый простой глагол.

Самое честное - это глагол "люблю": мартовский воздух и лёгкое feeling blue; мамин омлет с помидорами по утрам; пару клише из классических мелодрам; планами если забит каждый выходной; время от времени просто побыть одной; в кухне большой разговоры и смех родных; чью-то улыбку, ударившую под дых; солнце, ползущее к крышам, в семь с чем-то там; множество этих "люблю".
Ну ты знаешь сам.

Самое честное - это глагол "прости": нам никогда не окажется по пути; я забываю снять трубку и позвонить; я не хочу больше слушать, как надо жить; мама, прости, мне не нужен ничей совет. Я не оторва, не дура, не домосед; самое честное в за полночь эсэмэс. "Мне ненормально с тобой, ненормально без." Я не должна так писать, так себя вести. Как по-другому - не знаю.
Прости.
Прости.

Самое честное - это глагол "боюсь". В страхе, скажи, хоть один то найдётся плюс? В страхе, что больше никто сюда не придёт - стены, подушки и кожу накроет лёд; все чем-то заняты, строят свои мосты, | гнёзда, плотины, и взгляды совсем пусты; новый формат одиночества выйдет в сеть, вроде всё было, о чем тут теперь жалеть?

Самое честное - спрятать весь бред под ключ | и уверять всех: "я счастлив и так везуч". Самое честное - самый простой глагол. Всё "будет" хорошо.
Веришь, baby-doll?


© Copyright: Лёша Самолётова, 2015
Свидетельство о публикации №115032803932

<4040>

вот когда он уже третий год раз в две недели врывается в вашу жизнь, и трахает вас прямо в прихожей, и говорит, как плохо ему дома, и какое это нестерпимое счастье, что судьба подарила ему именно вас - не надо его жалеть
у него всё хорошо
это у вас всё плохо

(c)
опубликовано псевдо_мысли

-10668-

Подчиненный перед лицом начальствующим должен иметь вид лихой и придурковатый, дабы разумением своим не смущать начальство. (c) Указ Петра I от 09.12.1709

-10715-

 Бог сказал: "Бойся слез обиженного тобой человека, ведь он будет просить меня о помощи, и я помогу"

©

-10330-

Единственное, чего люди не прощают, это то, что ты без них, в конце концов, обошелся.

(с) Марина Цветаева

Без заголовка

ты приходил, когда было некуда деться, а я не знала, что делать, когда тебя нет

Без заголовка

и те, кто были самыми близкими с треском летят в черные списки.

Без заголовка

Чтобы ты сука подавился этой свободой.

Рататуй

Читать далее...

Сметанный тортик из печенья

Этот тортик готовить одно удовольствие... быстро, просто, а самое главное вкусно!!! 

Это прекрасный вариант для детей... особенно тех, кто страдает аллергией  на сладкое.

Давайте готовить?!

Жёны vs. Любовницы/Wives vs. mistresses

 

 

Жёны vs. Любовницы

Я не против тех и тех. Возможно, на будущее одна из них. Жён же я не могу понять и принять только в одном отношение: в наплевательском отношение, никак не иначе, как, прежде всего  к себе.

Женщины делятся на две категории: Это курицы и лебеди. Лебеди по жизни - это  спина ровно, грудь вперед, качая бедрами, играя в такт, они ходят свободно, полны энергии, шея длинная, голова поднята. Они будто бы все состоят из чего-то богемного. Это есть порода.

Курицы живут по принципу - вышла замуж, можно толстеть, ура. И вот, привет первый размер «плюс». Потом еще «плюс», и еще «плюс».

Первые складочки, жировые отложения скапливаются не только на талии, бедрах, и где-то еще, но и на их полушариях головного мозга, закупоривая тем самым «живительные поры» Потому-что, как это еще назвать, не принятие, не желание работать над собой, для своего, же блага. Ни для кого еще не было секретом, что уходя на работу ваш благоверный, наверняка идет не в тундру, (хотя туда они тоже идую, но это как правило, издержки определенной профессии, это уже командировкой зовется.) Во все остальное время, правильно он идет в офис, и не важно, где вы живете : В занюханной провинции или в  современном мегаполисе. Ухоженных, с маникюром, в костюме, в парфюме хватает везде. Куда смотрит ваш муж, правильно: он смотрит, прямо по-курсу, на нее, а если она еще и успешная, с двумя высшими образованиями, к примеру, что вызывает восторг, знаем-знаем, из жизни говорю, то всё пиши, пропало. Он начнет за собой больше следить, подкатывать к этой successful woman

Никак не иначе, а если дома его ждет обрастающая кг Марфуша, которая еле-еле закончила училище на повара, и уверяющая всех, что все ее кг-это никак не иначе, как стаж. Стаж, ага, гасите свет.

Я конечно сейчас не говорю, что есть жены красавицы, и с фигурой, образованием, карьерой у них все в порядке, и стол накрыт и детки умницы. Таким тоже изменяют, да-да. С теми самыми Фросями, плюс 100 кг. Но это уже, как правило, последняя степень «гениальности» таких мужей.

 

Любовницы же, либо это  «отчаянные» женщины, которые вечно ждут - декабристки. Ждут, когда пятый сын пойдет в дедсад, ждут когда, у жены пройдет радикулит. Ждут когда, а что они ждут??? И стоит ли игра свеч??? Как правило, первая ступень наивности. Ты становишься на эту ступень, она обламывается, ты идешь дальше. Одна ступень-это приблизительно равняется - один год. И  вот тебе 40,а ты все ждешь. Чего ждешь.

Или же это такие свободолюбивые дамы, которым жизнь, в кайф, и их такое положение вещей, более, чем устраивает.

-Что, не пришел?? Справляешь именины  плюшевой собаки жены??

-Да, Катись, ты к черту.

Следующим шагом, она либо смоет макияж, и уберет платье в шкаф, либо позвонит своей закадычной подруге. Ну не пропадать же добру-то. А??

И тебе не обидно, и  мужику..с одной стороны досадно, а  с другой, он вроде бы понимает, что его здесь не особо-то и  держат.

Вообще, все случаи, приведенные выше - тяжелые. Ведь главное найти  свое, работать над своим, строить свое. Это получать нежность, заботу и поддержку, и тут же ее отдавать. Потому-что любые отношения построены на взаимности. В отношениях, в семье, в дружбе, всегда нужно работать, работать. Это и желание возвращаться в уютный дом, потому-что тебе есть куда пойти. Тебе есть к кому пойти. Это и совместные ужины, и умение слушать, это и совместные походы, куда-нибудь. Это и неожиданные, приятные  подарки, перед работой, после, во время. Это приятно. И не важно, сколько это продлится. Потому-то ничто не вечно в этой жизни, а вот сделанные человеком эти самые воспоминания - вечны. © -Январская-

 

[Они все могут, потому что уверены, что могут все.* Вергилий]

Когда ты любишь своё отражение в зеркале. Поёшь песни в ванне. Просыпаешься от пенья птиц, и тебе уже не нужен будильник. Когда та, которая приходит из школы в три, а из музыкальной школы в пять, очень сильно тобой гордится и хочет быть во всём на тебя похожей. Читать далее...

-4576-

понимаете, все такие необычные, такие своеобразные. у каждого свои замуты. ахах, я божественно талантлив, посмотрите. а я так вообще солнце. или - не посягай на мою свободу, я зачахну в неволе. или - мне от тебя ничего не нужно, только быть рядом. правила-правила. романтическая поебень. кстати, что вообще можно делать с человеком, которому ничего от тебя не нужно?
"просто люби меня, рома."
а еще - сиди тихо, не еби мозги, не выебывайся, не требуй, не обижайся, не устраивай истерик, не выясняй отношения. _не ревнуй_
ну и люби меня, конечно. где восхищение, рома? где фанатическая преданность?
почему ты не конспектируешь?
(с) 17th
(diary.ru)

[...]

потому что нужно спрашивать когда берешь чужой нож
потому что каждый раз когда ты вот так вот врешь
все шире брешь
никогда меня не поймешь
ну чего стоишь,
говорю, давай режь

потому что начну говорить если, закончу плачем
потому что эти стихи мои
и для меня они много значат
потому что это я проглочу молча, а они за меня скажут, дадут сдачи
и как трудно брать себя в руки к пяти утра не отчаятся
потому что ты не представляешь даже какого это
когда единственное что твое
тебе больше не подчиняется
когда вообще ничего не получается
когда закрываешь глаза и изо всех сил загадываешь
и вот уже прям как будто видишь.
открываешь - а ничего не случается
...

без ко...нтинента

 

Просто однажды я решила стать Шикарной. И влюбиться. В деньги. И говорить не то, что ожидают от меня люди. Стать взрослой женщиной. Безумно сексуальной. Какая есть. Вот он. Момент истины. Когда не надо вежливо улыбаться в ответ. Однажды ты просыпаешься и чувствуешь себя настолько сильной и Собой, что он настаёт. И тебе не надо нести чушь про маски для лица, про то, что вечно чего-то не хватает, про то, что у тебя тоже всё не очень. Потому что у тебя Очень. Всегда. И всё самое лучшее будет твоим.

Вы можете ненавидеть меня, но лучше любите.

 Безумная, умалишенная девочка. Без симптомов и без диагнозов, руки не трясутся, зрачки не расширены, давление в норме, галлюцинации не мучают. Но шансов у этой девочки на нормальную жизнь, на нормальное счастье, путное, шансов у нее – ноль. И она душит себя наушниками, глушит ароматами. И она душит себя ароматами, глушит наушниками. Сапожки, кроссовки, туфли, шлепанцы – сколько она их уже сносила, а так до цели и не дошла. То ли так и не догнала, то ли так и не убежала. 
Без слез, без истерик – все как по накатанной, витки спирали вьются ее же кудрями, сюрпризов здесь мало, но все же случаются, и каждый раз она думает: я послушаю песню - другую, и все образуется. 
Ее давно научили, эту девочку, без хоть немного темного прошлого, что то, что ее – то всегда с ней будет, и когда отпустишь – все равно вернется. И она в это верит, как в свою религию, как в свою совесть. И потому никого не держит, и в руках у нее – ничего. Лишь припадки ревности свои ненавидит, они и отпускать мешают и совести. И ей страшно - просто до одури. 
Равнодушна она ко многому, к алкоголю, табаку и к красивым мальчикам, к чужим разговорам, к советам, к еде и к науке. 
С ней все ясно, с этой девочкой, подававшей надежды в детстве, ставки сделаны, стрелы запущенны, ни одной у нее в загашнике. Фарт на вашей стороне,  поставьте на красное. Но она всегда – только на черное.