Я помню жуткое мгновенье,
Передо мной явилась ты,
Была ты словно привиденье,
Как гений страшной дурноты!

Ползла ты по стене упрямо,
Влачился хвост по потолку.
И я подумала: «Ой, мама!
Помру со страха! Не могу!»

Твои огромные лупёшки
Сверкали красным в темноте.
В тебя я бросила лукошком,
Но лишь попала по балде

Балда была прочнее стали,
Лукошко в щепки разнесло!
Рога по всей балде торчали,
И лап огромное число…

Вот лапы тянутся до горла,
В коленках дрожь, и в сердце страх,
Дрожит душа, дыханье сперло,
Но нож сверкнул в моих руках…

К утру утихло поле битвы,
Дождь барабанил по стеклу…
Лишь лапы, хвост, рога, копыта
Валялись кучкою в углу

Отчистив комнату от крови,
Через недельку и денёк,
На улицу я вышла снова,
Чтоб кости выкинуть в бачок.

Как хорошо гулять под солнцем,
Прохладным воздухом дыша,
Но сны про драку и уродца
Жить начинают мне мешать.

Что ты за зверь была той ночью,
Когда мои порвав мечты,
Из тьмы влетела ты так точно
В моё окно…Эх, кто же ты?

Наверное, исчадье ада,
Сбежавшее от Сатаны…
Но больше мне тебя не надо,
Уйди, очисти мои сны!

Ты снилась мне опять сегодня.
В кромешной, гулкой темноте,
В ночную мглу протяжно воя,
Страх пробуждала в животе…

И завтра снова будешь сниться,
Опять придешь меня пугать.
Мне остается лишь убиться,
Ведь даже днем хочу я спать.

Но я не буду убиваться,
И, все же, как-нибудь посплю,
А коль продолжишь издеваться,
Во сне на части порублю!!!

Вот, все наладилось как-будто,
И света луч в окно проник,
Но иногда я вижу смутно
Во снах твой жуткий адский лик…

Но жить мне больше не мешают
Те вопли долгие во мгле.
«Пикник» в наушниках играет,
И чашка чая на столе…