почитайте.........

с какого-то сайта.


Wicked Game
Всем суицидникам посвящается…
-1-
Она сидела на кресле, сложив голову себе на колени, одной рукой обхватив их, а в другой она держала сигарету. Ее прямые как стрела чернильного цвета волосы чуть прикрывали бледное лицо, рассыпаясь на хрупких плечах. Он сидел рядом на полу, облокотившись на стену, и чуть согнув ноги в коленях, выпуская сигаретный дым, и думая о чем-то своем. Только что здесь были крики, битье посуды и разного рода оскорбления и упреки. Сейчас все тихо, каждый прокручивает у себя в голове только что сказанные слова.
- Ты меня так сильно ненавидишь? – Не выдержав этой мучительной тишины, почти с безразличием спросила она, не выпуская из руки сигарету.
- Только вот не делай из себя жертву. Ты знаешь, что это не так. – Он смотрел в пол, стряхивая пепел с сигареты. Его слегка кудрявые волосы снова были расположены в хаотическом порядке, а под глазами размазан черный карандаш.
- Что не так? – Теперь она уже смотрела на него, от возмущения ее черные, как горошины глаза, чуть прищурились, так бывало всегда, когда она злилась. А выражение лица ожидало ответа.
- Ты сама знаешь что. – Он все еще не поднимал на нее глаз, казалось, ему было за что-то стыдно, он хотел ей это сказать, но не позволяло чувство гордости.
- Все! Я так больше не могу! – Она резко встала с кресла, ее длинное красное платье в стиле «крестьяночка» не давало сделать широкий шаг. Она схватила мешковатую сумку и направилась к выходу. Перед ее глазами показались потертые синие джинсы клеш и несравненные «Камелоты».
- Останься. – Он закинул ноги на дверной проем, не давая ей пройти. Он смотрел на нее снизу такими виноватыми мутно-зелеными глазами, что это заставило ее остановиться. – Прости, я был не прав. Если хочешь, можешь мне даже врезать… - Он встал на ноги и теперь был выше ее больше чем на голову.
- Хочу. – Она сжала правую руку в кулак и резко ударила его по лицу. Удар был относительно не сильный, он отвел голову. Из его алой губы потекла кровь.
- Я это заслужил.
- Ты это заслужил. – Повторила она. И сразу все раздражение испарилось, ей вдруг стало его жалко. – Сильно больно?
- Не очень. – Он приложил руку к губе. От жалости к нему ее сердце сжималось и она не нашла другого выхода как сделать то, что ей больше всего хотелось. Она приподнялась на цыпочки и поцеловала его, слизывая капли крови. Сладкий поцелуй, очень сладкий со вкусом железа и табака. Ему было больно, но это было не в счет, сладость поцелуя заглушала боль, делала ее менее ощущаемой, укутывала нежностью. Он запустил руки в ее волосы, она скользнула своими милыми лапками ему под футболку. Потом они потеряли равновесие и упали на рядом стоящий диван, она засмеялась так весело, так игриво. Он не устоял, чтобы не поддержать ее, он обожал эту улыбку, она была такой светлой, настолько естественной, что по сравнению с этим, даже самый заразительный смех казался фальшивкой. Ее губы были накрашены красной помадой, и после такого поцелуя она размазалась вокруг рта, и закрасила его губы. А она все «заливалась» смехом, чуть откидывая голову назад.
- Ты дурачка. – Он обнял ее вокруг талии, продолжая улыбаться.
- Ну и что, что дурачка. Зато красивая. – Она еще шире улыбнулась, и обвила его руками вокруг шеи.
- Красивее всех. Нет, я тебя обожаю. – Он поцеловал ее в шею.
- А я тебя люблю. – Сделав серьезный вид, как бы перебив его цену, сказала она.
- А я тебя люблю еще сильнее.
- Льстец!
- Какой есть.
Она легко, как бабочка, «спорхнула» с дивана и, схватив его руку, тянула на себя, побуждая его сделать то же самое.
- Вста-вай! – Произнесла она по слогам, все, также тянув его к себе.
- Зря стараешься, у тебя слишком мало сил. Каше больше есть надо! – Он улыбнулся издевающийся, хищной улыбкой. Она отпустила руку и упала на пол.
- Все! Я сдаюсь! Лентяй!
- Ко мне сейчас придут, я должен работать.
- Хорошо, тогда я как всегда удаляюсь. – Она встала на ноги и, состроив обиженную гримасу, подобрала с пола сумку и направилась к выходу.
- Детка, не обижайся, ты ведь знаешь, я не могу работать, когда ты рядом. – Он подошел сзади, и обнял ее за плечи, именно так как она любила. Ей нравилось чувствовать его дыхание у себя в волосах, ощущать тепло его рук. В такие моменты она не могла на него обижаться, и он это прекрасно знал, и успешно этим пользовался, мерзавец…
- Я все понимаю, тогда я полетела. – Сказала она, повернувшись своей милой мордашкой к нему, улыбнулась. Он еще раз нежно поцеловал ее в губы, опять сладкий поцелуй, вкус табака…
- Во сколько ты сегодня придешь домой? – Он все еще не отпускал ее из своих красивых лапок. И так было всегда, когда она уходила от него даже на несколько часов. Ему по чему-то казалось, что каждый раз, когда она уходит, она может не вернуться вообще, и ему становилось страшно.
- Рано, ты еще спать будешь…- Она снова засмеялась.
- А если серьезно?
- Если серьезно, то через часа три. Ты ведь к тому времени уже закончишь?
- Надеюсь, что да.
- Ну, тогда я пошла. – Он выпустил ее из своих объятий. Маленькое, хрупкое босоногое тельце в длинном легком красном платье с большой сумкой на плече последовало к зеркалу возле выхода. Она стерла помаду вокруг своих маленьких губ, и подкрасила их еще раз. – Кстати, тебе тоже не мешало бы стереть, а то подумают, что ты педик. – Она послала ему воздушный поцелуй и, улыбнувшись, так босиком скрылась за дверью.
- Клео! – Окликнул он ее.
- Что? – Она резко повернулась и посмотрела в его бездонные, полные какого-то необъяснимого страха глаза.
- Я тебя люблю.
- Я тебя тоже. – Она широко улыбнулась, и легким движением руки захлопнула за собой дверь.
Поспешные шаги направились вниз по лестнице, она так торопилась выйти из этого неухоженного подъезда на светлую, жаркую июльскую улицу небольшого города Санкт-Петербурга, что неслась по ступенькам, не замечая абсолютно нечего перед собой. Столкновение, сумка упала с плеча Клео. Она подняла глаза.
- Девушка, будьте аккуратней! – Аристократичным голосом произнесла стоящая перед ней высокая блондинистая с точеной фигурой девушка-нимфетка.
- Простите, очень торопилась. – Подняв с пола сумку, тихо произнесла Клео.
- На пляж? – Бросив взгляд на босые ноги невысокой девушки, язвительно произнесла блондинка.
- Почти. А Вы на Тверскую? – Девушка чуть приоткрыла рот, сделав вопросительное выражение лица.
- Нет, татуировку делать. Кстати, Вы не знаете, где здесь проживает некий… - Блондинка полезла в свою розового, как и все остальное, цвета сумочку.
- Вадим. – Облегчила ей задачу Клео. – Да, знаю. Пятый этаж тринадцатая квартира.
- А Вы, как я понимаю, у него уже были. Не так ли? – Блондинка посмотрела на небольшую татуировку в виде круга с орнаментом, расположенного у Клео на лодыжке.
- Вообще-то я с ним живу. – Она удовлетворенно улыбнулась, и, взглянув на часы, иронично добавила. – Извините, тороплюсь на пляж.
- Хорошо, до встречи… Клео. – Отчетливо произнеся, блондинка направилась вверх по лестнице. Клео застыла в изумлении, от шеи прямо по позвоночнику «побежали» мерзкие, холодные мурашки, сумка выпала из рук. В голове девушки застыл один вопрос: «Откуда она знает мое имя?». Клео была на сто процентов уверенна, что она видела эту девушку в первый раз, такую блондинку она бы точно запомнила. Простояв в таком состоянии, несколько минут, девушку посетила мысль, что она могла звонить Вадиму, и что он ей мог сказать, что у него есть девушка Клео. Идея глупая, но она отвлекла Клео хотя бы на несколько минут от дурных мыслей. Она встряхнулась, очередной раз подняла с полу сумку и, почти успокоившись, отправилась туда, куда и направлялась с самого выхода из квартиры – на набережную, только там она могла уединиться с собой, рисовать в свое удовольствие. Искусство- это ее вторая любовь в жизни после Вадима, но именно любовь к искусству привела ее к нему, к человеку, который стал ее второй половинкой, за которого она готова отдать все, включая и саму любовь к искусству.
-2-
С самого рождения Клео жила в огромнейшем, шумном городе, напоминающий чем-то новорожденный Лас-Вегас, столице огромнейшей России – Москве. Богатые родители, огромная квартира в центре города, куча тряпок и безоблачное будущее – о чем еще может мечтать обыкновенная девушка- тинэйджер? Обыкновенной конечно, больше нечего и не требовалась, но Клео была другой, не похожей на остальных ее сверстниц. Клео - это естественно ее не настоящее имя, в паспорте у нее написано Наталья Диарская. Но кто об этом знает? Так ее уже давно никто не называл, ну и мы не будем портить традицию. Итак, родители Клео были большими аристократами, жили по принципу: «А что же скажут люди?». А Клео жила по принципу: «А мне параллельно, что скажут люди». Она хотела сделать татуировку, а родители сказали, что это вульгарно. Она любила ходить по улицам босиком, а родители сказали, что она похожа на цыганку. Она хотела стать художником, а родители сказали: «Будешь адвокатом!» В школе Клео не любили, считали ее не такой как все, ее не интересовали вечные походы по магазинам, пустая болтовня и обсуждение парней, как остальных ее ровесниц, ведь она училась в очень престижной школе, в которой девушки больше не о чем и не думаю. Ее друзьями были уличные хиппи, которые вечно курили гашиш, только с ними она чувствовала себя как дома. Клео не была отличницей в обыкновенной школе, зато с отличаем, закончила художественную. После окончания средней школы, встал вопрос, о том, куда Клео поступать. Естественно она хотела учиться и дальше на художника, но родители сказали, что это не профессия и отправили ее в престижный юридический университет. Она специально завалила экзамены, но родители подкинули денег и ее зачислили. Клео пропускала занятия, совершенно не училась, добиваясь того, что ее, наконец, отчислят. Но все было напрасно, когда ставился такой вопрос, снова приходили родители и спонсировали «родной» университет. Наконец, с горем пополам Клео отучилась горестный год в этом «аду». И 13 мая, когда ей исполнилось восемнадцать лет, она пришла в университет, забрала оттуда документы, собрала вещи и уехала на вокзал, оставив на своем компьютере записку: « Дорогая моя семья! Мне уже восемнадцать и вы не можете меня держать. Пожалуйста, если вы меня любите, не ищите меня, я просто хочу быть свободной! Я вас очень люблю, ваша Наташа». На вокзале она купила билет на поезд в тот город, рейс на который был самым ближайшим, этим городом оказался прекрасный Санкт-Петербург.
Пробыв в грязном неухоженном поезде почти сутки, Клео, наконец, вышла на свет божий. Маленькая, босоногая девочка с длинными чернильного цвета волосами и очаровательной улыбкой направилась к первому же попавшемуся киоску с прессой и купила газету с объявлениями, там она сразу наткнулась на объявление: «Профессиональные татуировки, недорого тел: ###-##-##» У девушки загорелись глаза, сразу мелькнула мысль: «Вот что я хочу!» Клео решила начать свою новую жизнь с набития себе татуировки, она так давно об этом мечтала! И вот теперь, когда ей восемнадцать лет, когда она совершенно в другом городе, когда нет рядом вечных надзирателей - родителей, можно осуществить свою мечту. Наконец она свободна! Клео подбежала к ближайшему автомату, набрала указанный номер, длинные гудки, никто не берет трубку. Девушка уже хотела нажать на сброс, как на другом конце провода раздался усталый, но довольно приятный низкий мужской голос:
- Да…
- Здравствуйте, я на счет объявление о татуировках. – От неожиданности Клео немного растерялась.
- О каких татуировках?
- Ну, Вы делаете татуировки…
- Ах, да! – Наконец вспомнил «заспанный принц» - Просто в шесть часов утра голова плохо соображает… - Клео судорожно взглянула на часы.
- Боже, простите! Я просто только что приехала, и… ну, вы понимаете… - Она разнервничалась, начала быстро говорить. Ведь бедная девушка и понятия не имела, сколько сейчас времени.
- Москвичка? – Удовлетворенно прервал ее татуировщик.
- Как Вы догадались?
- А у Вас говор такой интересный, гласные тянете. Был в Москве, знаю.
- Так я на счет татуировок… - Перешла, наконец, к делу Клео, набравшись смелости прервать столь чудную беседу, робко сказала москвичка.
- Точно! Прости, заболтался, у меня такое бывает. Ты ведь только приехала? – Спросил ее уже приободрившийся татуировщик, и, не дождавшись ответа, который он и так знал, добавил, - Тогда приезжай сейчас, голодная наверно.
- Да… конечно… - Ошарашенная таким гостеприимством выдавила из себя все возможные слова Клео.
- Хватай ручку и записывай адрес – Ленина 25, квартира 13. Можешь доехать на такси, на общественном транспорте не советую.
- Хорошо, скоро буду.
- Ну, до встречи! – Он положил трубку. А Клео немного постаяв и прокрутив у себя в голове этот разговор, не задумываясь ни о чем больше, кроме того, как же дьявольски он ей понравился, подошла к ближайшему такси и, назвав адрес, отправилась к своему «заспанному принцу». Ее уже мало волновала татуировка, сейчас она просто хотела с ним встретиться и, что скрывать, она была уверенна, что он красавчик.
-3-
Прошло около сорока пяти минут поездки в такси, и вот он, этот довольно старинный, и оттого непривычный коренной москвичке, дом того самого татуировщика. Она отдала деньги довольно на редкость молчаливому таксисту, забрала сумки и медленно оглядываясь по сторонам, зашла в неухоженный подъезд, и спокойно, словно обдумывая каждое свое действие, поднималась по ступенькам к своей судьбе. Наконец, на пятом этаже Клео заметила нужную 13 квартиру. Девушка нерешительно дотронулась до звонка, через мгновение распахнулась дверь, наконец, она увидела его. Высокий, худенький и как она и думала с огромнейшей татуировкой во всю левую руку, но одного Клео не могла даже предполагать - как он хорош собой. Идеальные черты лица, красивый нос, а глаза! Глаза это была просто отдельная история, на которую можно было бы потратить весь мой роман. Скажу лишь одно, они были колдовскими, именно колдовскими - большие кошачьи зеленого цвета, такие, что в них можно было утонуть… Что Клео и сделала. Она стояла как в копанная, пока из красивого ротика незнакомца не обранились слова:
- А ты, как я понимаю, та самая москвичка? – Он хищно улыбнулся, Клео же в ответ просто кивнула. – Ну, тогда заходи. – Красавчик отошел в сторону, гостеприимно махнув рукой. Девушка покорно зашла, квартира была небольшой, но довольно уютной. В ней присутствовал такой творческий беспорядок, по всюду валялись журналы и каталоги с рисунками татуировок и их значением, на стенах висели какие-то картины, нарисованные, по всей видимости, им самим, в углу примостился компьютер с обнаженной блондинкой на рабочем столе.
- Хотел тебе сказать, что можешь не снимать обувь, но вижу, ты меня опередила… - Незнакомец посмотрел на босые ноги девушки. – Красивые ступни, - Он взял в свои большие, но от того еще более красивые ладони ее маленькие женственные руки, грязные от «простого» карандаша. Красавчик внимательно их рассмотрел, и добавил, - и руки тоже… ты художница, верно?
Комплименты татуировщика вогнали Клео в краску, она заметила, что у него влажные волосы, а капельки воды соскальзывали с черных локонов и падали на шею, потом прокатывались ниже по его мраморной коже. Он был в одних синих, расклешенных джинсах, которые держались «на честном слове», они начинались далеко ниже пупка и подчеркивали все достоинства его тела. Она не знала почему, но ей очень хотелось прикоснуться к нему, как будто доказать самой себе, что он настоящий, что он не мираж. Немного опомнившись, она все же выдавила из себя ответ на заданный ей вопрос:
- Да… я окончила художественную школу… В Москве. – Клео стало немного душно, она поспешно собрала волосы в хвост. Незнакомец нежно, почти не заметно дотронулся рукой до ее лица. Клео снова взглянула в его кошачьи глаза.
- Ты красивая… - Потом он содрогнулся, опомнился, и, не зная, куда себя девать, задал и без того очевидный вопрос. – Есть будешь? – Клео закивала головой, нервно улыбалась.
- Да… конечно… почему бы и нет… Нам надо поесть, обязательно.
Он увидел ее улыбку, и именно она застыла у него в голове как самое прекрасное из того, что он видел в своей жизни - «восьмое чудо света». На столе у него стояла, заказанная еще до ее прихода пицца, незнакомец сварил кофе, и они просто молча наслаждались почти остывшим яством. Когда трапеза была окончена, они встали из-за стола и он, наконец, задал вопрос, который обычно задают в самом начале знакомства:
- А как тебя зовут?
- Клео. – Почти не задумываясь, ответила москвичка, это имя она придумала еще в поезде, решив, что новую жизнь нужно начинать с нового имени. Клео восхищалась великой красавицей и просто потрясающей женщиной Клеопатрой, она часто изображала ее в своих картинах. И поэтому решила присвоить себе великое имя, сократив его для простаты до Клео.
- Красиво… А меня Вадим. – Он протянул ей свою прелестную лапку, Клео ответила на его жест.
- Очень приятно.
- Взаимно. – Он снова хищно улыбнулся, немного смущаясь из-за происшествия до завтрака. – Ну, ближе к делу. Где будем делать татуировку?
- А ты где посоветуешь?
- У тебя прекрасная фигура, ты можешь делать на любом участке своего тела.
- Я хочу на лодыжке.
- Хозяин – барин. Сделаем, как просит леди… Пойдем в комнату. – Он взял ее за руку и повел в маленькую комнату, где и творятся «чудеса». Клео села на небольшое, довольно таки старое кресло, а Вадим дал ей в руки каталог с рисунками всевозможных татуировок. Внимательно просмотрев всего один из тысячи журналов, она остановилась на одном круге с орнаментом внутри, который, как ей казалось, будет прелестно смотрится на ее лодыжке.
- Вот этот. – Клео указала Вадиму на выбранный ей рисунок в журнале.
- Мне нравится, не часто такие приходится делать… Обычно всяких воронов там, змей… - он забрал журнал и, взяв чемоданчик с «инструментами», а это пугающая до ужаса машинка и всевозможных цветов краса для татуировок, подошел к Клео. – На какой лодыжке будем делать?
- Левой. – Не задумываясь, ответила она, сама не понимая, почему именно левая…
- Тогда ложись на кровать, а ногу клади на стул, потому что сидеть придется долго, устанешь… - Он поставил рядом с кроватью небольшой табурет и положил сверху на него маленькую шелковую подушечку. Клео все сделала как он, и сказал, она не понимала сама, почему так ему доверяет, ни разу за весь этот день она не усомнилась в его честности, Клео целиком и полностью доверяла этому зеленоглазому красавчику.
- Ну, что приступим? – Он вопросительно посмотрел на полную ужаса девушку, услышавшую звуки этой ужасной машины.
- Будет сильно больно?
- Не должно, терпимо… - Он нежно, почти по-отцовски улыбнулся, обработал спиртом ногу и иглу, и приступил к раздиранию гладкой, как шелк кожи бедной девушки. Сначала было больно, но потом к боли привыкаешь… Он аккуратно, словно ювелир прорабатывал каждую деталь будущей татуировки, все время разговаривал с Клео, поддерживал ее, параллельно объяснял, как ухаживать за новоиспеченным рисунком. Прошел почти час, перед тем как татуировка, наконец, была закончена. Клео встала, размяла залежалые косточки, и задала и без того очевидный вопрос:
- Сколько я тебе должна?
- Несколько, для тебя бесплатно.
- Спасибо, ты очень хороший. – Она снова улыбнулась, а он застыл как вкопанный, любуясь снова произошедшим чудом. – У тебя есть курить?
- Да, конечно… - Он достал из заднего кармана джинсов пачку «Marlboro» и протянул ей, Клео сделала большую затяжку, почти сутки не курила… Он закурил тоже.
- А пепел куда стряхивать?
- На пол. Я всегда так делаю. – Она снова засмеялась таким заливистым смехом, что он не выдержал и сказал ей то, чего не говорил не одной из его девушек. – Оставайся со мной. – Клео перестала смеяться, она не понимала, что только что произошло, неужели этот парень, только что предложил жить с ним? И это после двух часов знакомства?
- Прости? – Она вопросительно посмотрела на него.
- Я прошу тебя быть со мной. – Он приблизился к ней, обнял ее за талию, и чуть наклонившись нежно, словно боясь ее спугнуть, поцеловал в ее прекрасные губы. Такого поцелуя у Клео никогда не было, он был наполнен чувствами, любовью нежностью, не присутствующей не в одном из ее романов. Она не сопротивлялась, она уже с самого начала их знакомства мечтала об этом, и теперь просто наслаждалась моментом.
- Да… - Тихо проронила девушка, находясь в его милых лапках, она была готова начать новую жизнь, новую жизнь вместе с этим «заспанным принцем». Так она, придя к нему однажды в квартиру сделать татуировку, осталась там уже больше чем на два года, а он был счастлив, видеть ее каждое утра чувствовать ее запах, слышать ее заливистый смех, видеть самую чудесную улыбку на планете Земля. Все как в прекрасной сказке, но сказка на знакомстве не заканчивается, все продолжается дальше…
-4-
Итак, оставим прошлое в покое и вернемся к настоящему. Клео, как и намечала, пришла на свое излюбленное место – набережная. Здесь было так легко и спокойно, можно было рисовать, сколько твоей душе угодно, но нечего кроме этой стервозной блондинки в голову не лезло, ее она и начала рисовать. Но, не смотря на то, что Клео видела эту девушку всего один раз, она прекрасно запомнила ее лицо. Вроде, Москвичка никогда не замечала у себя отличая в фотографической памяти, но она с точностью до мелочей изобразила портрет блондинки на бумаге. Клео нарисовала ее стоящей на этой набережной, казалось, она действительно видела ее здесь. Так точно описано все вокруг: в какую сторону дует ветер, как развиваются ее волосы, как дерзко при этом она смеется. За рисованием москвичка и не заметила, как пролетело время, уже прошло более четырех часов, как вдруг раздался звонок ее мобильного телефона. На панели высветился знакомый и единственный записанный в ее мобильном телефоне – домашней номер Вадима. Клео взяла трубку:
- Да. – Спокойно ответила девушка.
- Ты где? – В трубке раздался взволнованный голос Вадима.
- На набережной, а что-то не так?
- Все в порядке, просто я волнуюсь, тебя долго нет…
- Я сейчас приеду, я уже закончила.
- К тебе приехать?
- Нет, Дарлинг, не надо, я сама…
- Ну, как знаешь. Я очень жду. Я тебя люблю
- Я тебя тоже. – Клео положила трубку, с момента встречи с блондинкой у нее было как-то не спокойно на душе. У москвички была прекрасная интуиция, и она ей подсказывала, что Клео еще встретиться с этой стервой, и эта встреча будет не самой приятной.
Клео собрала вещи, и через несколько минут она уже была в пустом автобусе, все, думая и размышляя о ней. Вскоре, подходя к дому, она увидела сидевшего возле ее «родного» подъезда задумавшегося Вадима. Клео тихонечко и пластично, как кошка, подобралась к нему и присела рядом, нежно сложив свою голову ему на плечо. А Вадим, нечего не сказав, просто поцеловал свою любимую в ее чернильные волосы.
- Что ты тут делаешь? – Тихо прошептала она.
- Курю… - Вадим указал ей на сигарету.
- А если честно?
- Если честно, то жду тебя. Мне не понравился твой голос по телефону, ты была чем-то обеспокоена. Да и сейчас, по-моему, не лучше.
- Верно… - Клео выхватила из руки Вадима сигарету, и, сделав большую затяжку, медленно выпускала дым.
- Все, пора домой! – Он бодро встал со ступенек, обтряхнул джинсы, и, взяв на руки любопытно смотревшую на него Клео, потащил ее вверх по лестнице домой. Она едва успела выбросить сигарету.
- Ну, вот что ты делаешь? Ну, написано же: «НЕ МУСОРИТЬ!», бестолковый ребенок.
- Тогда бежим скорей, иначе нас сейчас застукают. – Клео первый раз с момента встречи с блондинкой улыбнулась. Только Вадиму это было подвластно, поднять ей настроение, когда у нее его совершенно не было.
- Бежим, бежим, бежим! – Говорил он, перешагивая через две ступеньки, с Клео на руках. Через несколько мгновений они уже были в своей квартире, Вадим бережно положил Клео на диван, а сам сел рядом на пол.
- Хочешь посмотреть, что я сегодня нарисовала? – Первой начала разговор москвичка.
- Давай. – Он внимательно посмотрел на нее, Клео достала из своей сумки небольшую папку с рисунками, и вытащила из нее новоиспеченный портрет блондинки.
- Вот. – Она протянула рисунок Вадиму. Татуировщик медленно взял его и очень удивился, увидев на нем знакомое ему по сегодняшнему дню лицо голубоглазой блондинистой девушки.
- Я ее знаю. – Посмотрев на Клео, сказал он.
- Она к тебе сегодня заходила делать татуировку, верно?
- Верно… - Почти про себя произнес Вадим. – А откуда ты ее знаешь?
- Я просто встретила ее сегодня на лестничной площадке, и у нас завязался довольно «милый» разговор. А вообще, как тебе рисунок?
- Если честно, так может нарисовать каждый хорошо рисующий человек, но ты не просто хорошо рисующий человек, ты художник. Попробуй, отключи мозг и думай сердцем. – Он протянул ей ее портрет блондинки, а вместе с ним и ее любимый карандаш. Клео аккуратно взяла его в руки, и попыталась сделать, как посоветовал Вадим, полностью отключить мозг. Она еще немного дорисовала свой портрет и протянула его Вадиму. Он взял бумагу и посмотрел на изображенную там ранее обыкновенную блондинистую девушку. Сейчас же там была нарисована девушка с большими, раскидистыми, словно как у райской птицы, крыльями, но они были ярко черного цвета, а вместо обыкновенных зубов у нее были клыки как у мифического вампира.
- Ну, как? – Клео внимательно следила за реакцией любимого, она смотрела на него глазами, полными надежды, ведь она действительно полностью отключила мозг, думала исключительно сердцем.
- Великолепно… - Хищно улыбнувшись, сказал Вадим, он нежно поцеловал свою художницу в алые губы, положив листок с портретом на пол. А Клео несколько не сопротивлялась, она ответила ему тем же. Они обменивались сладкими поцелуями, пока вдруг Вадим не произнес очень странную в данной ситуации вещь. – Ты наверно голодна?
- Да, есть немного.
- Тогда я пойду, что-нибудь сварганю…
- Буду очень довольна, хотя твои поцелуи слаще любого десерта… - Клео хитро улыбнулась, так ненавязчиво гладя своими ладонями по его кудрявым, черным локонам.
- Аналогично, но питаться нам ведь надо?
- Согласна.
- Тогда я пойду. – Он нежно поцеловал девушку в губы, а сам отправился на кухню.
- Я буду на балконе, курить хочу. – Громко проговорил она любимому вдогонку, уже вставая с дивана. Взяв на журнальном столике пачку сигарет, Клео направилась на балкон, у нее перекур.
-5-
Прошло более пятнадцати минут, Клео докуривала последнюю в этой квартире пачку сигарет, она сидела как обычно на перилле балкона, облокотившись на стену, не смотря на то, что это был пятый этаж, она ничего не боялась. Как кошка Клео смотрела на луну, поглощая весь ее магнетизм, и надеясь, что луна ей подскажет ответ на все мучающие ее вопросы. Дверь на балкон тихо распахнулась, к девушке приблизился Вадим, он аккуратно обнял ее за талию, вдыхая аромат ее шелковых волос.
- Ты снова за старое? – Тихо прошептал он ей на ухо.
- Что? – Клео вопросительно взглянула на любимого.
- Я же просил тебя, не сидеть на перилле, Дарлинг, это опасно…
- Прости, я не смогла удержаться… - Она нежно поцеловала его в губы, ласково гладя его черные локоны. Он взял ее на руки и отнес прямиком на кухню. Вадим нежно посадил Клео на стул за обеденный стол, перед ней стояла небольшая тарелка с заваренным «Дошираком» и бокал красного вина. Девушка мило улыбнулась, и они охотно приступили к трапезе.
- Никто из нас так и не научился готовить… - Начала разговор Клео, поглощая довольно вкусную лапшу.
- Да, но разве это важно?
- Не думаю…
- И я. – Вадим сделал последний глоток вина.
- Что тебе сказала эта блондинка? – Резко переменила тему Клео, на самом деле она давно хотела это спросить, просто не находила случая.
- Попросила сделать татуировку, а что? – Вадим недоумевающи смотрел на взволнованную девушку.
- Понимаешь, у меня предчувствие, она мне не нравится… Она знала мое имя! – Из глаз Клео потекли прозрачные слезы. Вадим быстро подошел к ней, он сел перед девушкой и нежно взял ее руки.
- Ты что, Детка, это просто неприятная особа, ты больше ее никогда не уведешь. Успокойся. – Вадим нежно поцеловал ее в губы, от слез вкус поцелуя был соленым, девушка немного успокоилась. – Ну, как ты? Тебе уже лучше? – Вадим смотрел на нее своими кошачьими, и полными печали глазами, ему было ужасно больно от ее слез. Он был готов умереть, лишь бы она снова улыбалась…
- Ты прав, это гон полнейший. Не стоит, она этого не стоит… - Девушка вытерла руками слезы, и снова улыбнулась, раде Вадима. Клео поняла, что она его сильно взволновала, ей было за это немного стыдно, ведь по сути дела ничего такого опасного в этой ситуации с блондинкой не было, но интуиция…
Вадим поднялся с колен и протянул руку Клео:
- Ну, что? Пойдем спать?
- У меня есть мысль получше. – Девушка хитро улыбнулась и медленно подошла к Вадиму, обвив его своими нежными лапками вокруг талии, Клео с ухмылкой смотрела в его бездонные глаза.
- Какая же? – Он хищно улыбнулся, подыгрывая москвичке.
- Ну… мы можем… - Клео сделала хитрую физиономию, - поиграть в шарады. – Резко ответила она, ели сдерживая смех.
- У меня друга идея!- Вадим реско взял ее на руки и, нежно целуя в губы, понес в спальню, а Клео все заливисто смеялась, она уже забыла и про блондинку и про все проблемы, мучающие ее сегодня весь день. Ну, а что происходило в спальне, описанию не подлежит, там очень часто творятся подобные чудеса.
Было около четырех ночи, Клео завернулась в простынь и решила выйти на балкон покурить. Она нежно взглянула на спящего Вадима, его черные локоны были небрежно рассыпаны по подушки, а ресницы немного дергались во сне, Клео показалось, что ему снится какой-то очень напряженный сон. Она полной грудью вдохнула запах, наполняющий всю эту комнату, их запах, запах их любви. Затем девушка тихо, как кошка, встала с постели и направилась на балкон, дверь к нему, как и всегда был настежь открыта. Клео тихонько захлопнула за собой дверь в комнату, для того чтобы случайно не выветрился этот упоительный запах. Увидев на балконе, пустую пачку из-под сигарет, она поняла, что курить ей будет нечего, тогда москвичка решила просто постоять здесь и полюбоваться этой удивительно манящей ее, луной. Она так простояла около двадцати минут, как вдруг услышала взмах крыльев какой-то птицы, Клео медленно обернулась и была обездвижена шоковым состоянием. На перилле ее балкона легко сидела та самая блондинка, но она была не такой, какой Клео ее видела сегодня утром, она была копией той, что была изображена у нее на листе бумаги. За спиной блондинки были видны черные, раскидистые крылья, а от ее мерзкой улыбки бросала в дрожь, стоило только посмотреть на ее зубы, казалось, эти клыки так и вопьются тебе в шею. Но одета она была, как не странно, не в розовое, а, напротив, в черное шелковое короткое платье, на тоненьких бретельках, оно чем-то напоминало ночную сорочку.
- Какого черта? – Ошарашено выдавила из себя Клео.
- Не бойся, я ничего тебе не сделаю, не в моих правилах. – Блондинка все также ехидно улыбалась. От испуга москвичка резко дернулась и попыталась вбежать в квартиру через дверь. Но только она к ней приблизилась, как блондинка устало махнула рукой и дверь захлопнулась, причем довольно плотно, со стороны балкона ее открыть было невозможно. – Ты хотела сбежать? Ты на самом деле так глупа? Я же сказала, есть разговор.
- Кто ты? – Клео испугано смотрела на блондинку.
- Я Лилит. – Спокойно ответила она.
- Это мне немногое дало.
- Если перевести на земной язык, люди меня называют ангелом смерти. Это тебе много дало?
- Я схожу с ума, верно? – Клео нервно улыбалась.
- Не думаю, хотя тебе лучше знать. Но я пришла не для того, чтобы рассказывать тебе свою биографию, у меня к тебе дело.
- Какое у меня может быть дело с ангелом смерти?
- Ну, с одним из нас ты все равно когда-нибудь дело иметь будешь, но сейчас речь не об это…
- А о чем? – Клео внимательно смотрела на блондинку в ее большие голубые глаза. Ей, мягко говоря, не очень нравилась эта особа, да и что скрывать, беседа с ней тоже. Но разве у нее был выбор?
-6-
- Не о чем, а о ком. Вадим должен погибнуть, это надеюсь, тебя интересует?
- В смысле? Я не понимаю? – Клео испуганно смотрела на явно злорадствующую блондинку.
- В прямом, ты, что не знаешь что такое смерть? – Блондинка устало посмотрела на Клео, - понимаешь, меня отправили, чтобы забрать Вадима, такова его судьба, он должен умереть. Но когда я его увидела, он мне показался очень симпатичным, я бы даже сказала красивым, и потом, он чертовски талантлив и умен, жалко потерять такого смертного, он может творить великое дела, может внести большую дань в искусство.
- Я и без тебя это знаю, что ты хочешь от моей персоны? – Перебила блондинку москвичка.
- Ты можешь спасти жизнь Вадиму.
- Как это возможно?
- Понимаешь, у нас все идет по учетам, чтобы было равновесие в природе… вообще, по сути дела, каждый самоубийца спасает жизнь одному из потенциальных смертников. Каждому ангелу смерти дается жертва душу, которой он должен вывести из оболочки и направить в путешествие.
- Путешествие? – Удивленно переспросила Клео.
- Да, так мы его называем. Чем больше человек согрешил, тем его душа быстрее возвращается на землю, в качестве человека или любого другого млекопитающего, это решают судьи. Жизнь на земле мы и называем адом.
- А младенцы, и святые?
- Они проходят обучение и становятся ангелами смерти или помощниками судей…
- Значит, не существует Бога и Дьявола?
- Наконец-то додумалась! Бога и Дьявола придумали люди, для облегчения своей жизни, так куда проще! Сиди весь день и молись, ожидая помощи Всевышнего… Глупые людишки. – На минуту Клео показалось, что блондинка разозлилась, но потом все встало на свои места.
- Но ведь суицид считается высшим из грехов…
- Верно, поэтому суицидники сразу возвращаются на землю, пройдя через приговор судьи.
- То есть ты предлагаешь мне…
- Убить себя. – Перебила ее блондинка.
- Ну, а как же Вадим? В лучшем случае у него будет депрессия…
- Зато он будет жить, когда человек в депрессии он может проявить свой талант на все сто процентов. Об этом ты слышала? И потом, если хочешь, я могу о нем позаботиться… - Лилит хитро засверкала глазами.
- Я тебе не верю… - Спокойно сказала Клео, ели сдерживая слезы, наполняющие ее глаза.
- Это уже твое дело… Подумай о Вадиме…
- Уходи. – Тихо произнесла москвичка.
- Подумай, у тебя есть время, целых три дня…
- Убирайся! – От нервоза и боли выкрикнула она во все горло, нервно вытирая руками слезы.
- Я уйду, но дам еще о себе знать. Думай, все в руках твоих… - Лилит мерзко улыбнулась, и, взмахнув черными крыльями, оставила Клео одну. Около тридцати минут сидела она обездвиженная шоковым состоянием, поджав ноги под себя. В ее голове проносились мысли со скоростью света, она не верила, она просто не имела права в это верить…
Неожиданно Клео услышала шаги, без сомнений это был Вадим, она быстро вытерла слезы, и сделала вид, что любуется луной. Дверь на балкон открылась, тихие шаги и знакомые лапки на ее талии, он снова подошел сзади. Клео чувствовала его запах, чувствовала тепло его кожи, его ровное дыхание у себя в волосах. Он ничего не говорил, но она слышала, что он спрашивал, а она не отвечала, но он слышал, что она соврала. Нежный поцелуй в шею, в ухо, от наслаждения москвичка просто таяла на глазах.
- Ты давно проснулась? – Наконец раздалось его тихое, бархатное мурлыкание.
- Не знаю, а который сейчас час? – Клео внимательно посмотрела на руку Вадима, где красовались очень стильные часы ручной работы – подарок друга. Было уже половина седьмого, тогда понятно, почему Вадим не поверил, что Клео любовалась луной, просто ее уже нет…
- Пойдем завтракать? – Вадим вопросительно посмотрел на девушку, она же в ответ просто кивнула. Дверь на балкон захлопнулась за ними.
Как обычно они сели за стол, как обычно там стояли две большие чашки с черным кофе, только молчание Клео было необычным и абсолютно непонятным для Вадима. Он пытался ей что-то говорить, о чем-то спрашивать, но в ответ она лишь кивала головой.
- Хочешь поговорить? – Наконец не выдержав такого напряга, Вадим задал вопрос ребром.
- Нет. – Четко ответила Клео, все в таком же равнодушном тоне.
- А я хочу.
- О чем? – Клео попыталась разыграть удивление.
- Ты с самого утра сама не своя, я чувствую, что что-то произошло, почему ты не хочешь сказать мне? – Вадима стало раздражать поведение Клео, для него было дикостью, что она не хочет ему что-то рассказывать, ведь у них всегда была полная гармония и доверие друг к другу.
- Не повышай на меня тон. – Держа себя в спокойном состоянии, смотря в кружку, произнесла москвичка.
- Просто меня это уже бесит. С каких пор у тебя от меня секреты? – Вадим просто «кипел» от возмущения.
- Просто у меня нет желания сейчас разговаривать.
- А когда появится?
- Не знаю.
- Ты можешь смотреть мне в глаза? – Вадим приблизился к Клео и сев на колени попытался заглянуть в ее печальные глаза, которые она так старательно скрывала от него все это время.
- Не хочу. – Девушка отвела лицо.
- Какого черта?! Что с тобой твориться?! – Он со всей силы махнул рукой, и кружка с уже остывшим кофе полетела в стену. Клео резко встала из-за стола и посмотрела, как он и просил, в его взбесившиеся глаза, у нее потекли слезы. Девушка резко толкнула его и вышла из кухни. Вадим, недолго думая, отправился за ней. – Ты хочешь поговорить? – Уже почти спокойно спросил он.
- Ты знаешь мой ответ. – Клео внимательно вглядывалась в его глаза, они были полны боли и непонимания, девушка прекрасно знала, что эту боль она принесла Вадиму сама. Но так будет лучше, так для всех будет лучше…
- Тогда думай, мне надо проветриться. – Он психованно развернулся и, выйдя из квартиры, сильно хлопнул за собой дверью. Клео осталась наедине со своей болью и размышлениями.
-7-
Вадим быстро спускался вниз по лестнице, нервно проверяя карманы в поисках сигарет, их там не было, Клео еще вчера вечером докурила последнюю пачку. Ну, что ж? Хотя бы было куда идти, он просто «вылетел» из подъезда и направился в ближайший киоск с табачными изделиями. Вадим никак не мог успокоиться, у него в голове все вертелось полное равнодушие и скрытность, которая исходила от Клео все утро, Вадим понимал, что не стоило, было кричать, бить посуду и тем более уходить, но поведение своего любимого человека было еще хуже. Он всегда говорил Клео, что она могла рассказать ему все что угодно, любую тайну, он всегда поймет и поддержит. Более того, Вадим просто не понимал, что могло измениться всего за одну ночь, тем более притом, что они провели ее вместе. Наконец он дошел до намеченного места, табачный киоск, милая продавщица, Вадим, как и обычно, купил пачку «Marlboro», тут же закурил долгожданную сигарету. От усталости и нервоза, который уже почти проходил, он решил сесть на рядом стоящую лавочку, обдумать свои действия, ее действия, их поведение по отношению друг к другу. Неожиданно его взгляд остановился на рядом растущих больших белых ромашках, Вадим сразу вспомнил первое день рождения Клео, которое они отпраздновали вместе. В тот день, Вадим все утро с пяти часов собирал ромашки, и вернулся домой только к десяти с огромным букетом белоснежных милых цветочков, закрывающих все его лицо. Как она в тот день смеялась, Клео сказала, что ни разу в жизни не получала такой подарок, о подобном она даже мечтать не могла.
Вадим сразу вспомнил ее улыбку, и сразу стало все понятно, он ее безумно любил, и мог смериться со всем и простить абсолютно все. Ему даже стало смешно, как он мог так жестко испытывать свои чувства, зачем все это было нужно? Вадиму вдруг стало так тепло на душе, он докурил долгожданную сигарету и решил пойти домой и нормально поговорить с Клео, извиниться за крики и битье посуды, но сначала нужно было нарвать ромашек. Вадим собрал небольшой букет, но вдруг появилось какое-то чувство беспокойства, он подошел к близко стоящему автомату и набрал их домашний номер. Длинные гудки, никто не берет трубку. Вадиму стало еще более беспокойно, он набирает номер мобильного телефона Клео. Телефон отключен.
В растерянности Вадим кидает трубку и бежит домой, их квартира находилась в двух кварталах, через десять минут Вадим был уже на месте. От плохого предчувствия он бежал так быстро, что люди оборачивались, видя его испуганное лицо, параллельно он успокаивал себя мыслями о том, что она могла выйти прогуляться и что у мобильника села батарейка. Еще две минуты и он находится у заветной двери, небольшой толчок рукой и дверь распахнулась, к ней никто не прикасался с того момента как Вадим выбежал из квартиры. Странно, но в этот момент он стал немного медлителен, страх сковывал ноги, в голову лезли страшные мысли. Вадим медленно вошел в квартиру, там было очень тихо, по всюду были разбросаны рисунки Клео, немного ускорив шаг, он зашел сначала в кухню, там было ничего не тронуто с самого утра. Затем последовала гостиная, там тоже все было как обычно, за исключением рисунков, которые были здесь повсюду. И, наконец, последняя комната, их спальня, дверь в нее была закрыта, Вадим простоял возле нее около пяти секунд, оттуда не было слышно никаких звуков. Наконец, поняв, что этим он ничего не добьется, и что лучше действовать побыстрее он повернул дверную ручку, и дверь распахнулась.
-8-
Посреди комнаты на полу сидела завернутая в простынь Клео, по ее щекам текли слезы, в правой руке она держала большой кухонный нож, поднесенный к запястью левой руки. Вокруг нее было разбросано множество их фотографий, а возле коленей лежал тот самый рисунок с блондинкой. От страха рука с ножом немного тряслась, и по той же причине Клео не услышала, как распахнулась дверь, она слышала лишь свои мысли, свое дыхание и как пульсирует кровь в ее венах.
- Какого черта!? – Испуганно вскрикнул Вадим, увидев такую картину. Клео с ужасом обернулась. Он выкинул ромашки и быстро бросился к москвичке.
- Отойди от меня! – Сквозь слезы выкрикнула она, не выпуская из руки нож и не отводя его от запястья. Вадим застыл на месте, от страха его и без того большие глаза увеличились примерно в два раза, руки нервно тряслись.
- Как ты можешь, Клео? Ты ведь меня убьешь!
- Другого выхода нет… его просто не существует…
- Выход всегда есть, и не ценой жизней. – Вадим приблизился к ней и сел рядом, обняв ее руками вокруг талии, она выбросила нож, но все так же сильно рыдала. – Успокойся котенок, все будет хорошо, все пройдет. – Он нежно гладил ее по чернильным волосам своими милыми лапками. Так они просидели около часа, Клео немного успокоилась и решила сама начать разговор.
- Я хочу поговорить. – Спокойно произнесла она, смотря прямо в его мутно зеленые кошачьи глаза.
- Я этого жду с утра…
- Понимаешь, помнишь ту блондинку? Так вот, она приходила сегодня ночью, точнее не приходила, а прилетела на черных крыльях, как на моем рисунке, она была копией той, что вот здесь. – Клео немного разнервничалась и начала показывать Вадиму на портрет блондинки, что она нарисовала на набережной. – Это не женщина, это Ангел смерти, так она себя назвала. Она сказала, что ты должен умереть, и что я могу тебя спасти, если убью себя. – Вадим поменялся в лице, он испуганно посмотрел на Клео, взял ее за руку и стал нежно поглаживать.
- Дарлинг, я же тебя просил не курить больше шмаль. Где ты ее здесь взяла? – Он с серьезным видом смотрел ей в глаза.
- Я не курила никакой травки еще с Москвы, ты мне не веришь? – Клео возмущенно смотрела на Вадима.
- Как я могу этому поверить? Это же полный бред, это просто плод твоего воображения, не существует Ангелов смерти, как и Бога и Дьявола, это мифы, их просто придумали люди.
- Она тоже так сказала…
- Послушай, детка, у меня нормальное здоровье, нет угрозы моей жизни. Хочешь, я отменю работу, на несколько дней, вместе посидим дома, и я докажу тебе, что все это просто тебе привиделось. – Он мило улыбнулся и погладил Клео по щеке.
- А твоя астма? Вдруг у тебя случится приступ?
- У меня есть множество таблеток, у нас есть телефон, мы вызовем скорую, и они через пять минут приедут. На сколько ты хочешь, чтобы я отменил работу?
- Три дня…
- Хорошо, договорились, сейчас же всем позвоню… - Он нежно смотрел на Клео, а она прекрасно знала, что ей это не приснилось, но Вадима было переубедить невозможно, да и она сама не поверила бы в подобную чушь. Сейчас главное хорошо оберегать Вадима, через три дня блондинка опоздает со сроком, и Вадим останется жить, по крайней мере, она так надеялась…
Остаток дня прошел как обычно, за исключением того, что Вадим был очень внимателен по отношению к Клео, а она не отходила от него не на шаг. Он, как и обещал, позвонил всем и отменил работу на три дня. Время приближалось к ночи и Клео становилось страшно, никогда она не боялась так сильно ночи, она понимала, что Лилит сегодня появится, что она будет чертовски зла.
Было около часу, на небе уже появилась луна, которую раньше так обожала Клео, и которую она ненавидела сейчас. Москвичка не выходила сегодня на балкон, она курила в квартире, и делала вид, что все в порядке. Обычный вечер Вадима и Клео, лежать вместе на диване и смотреть телевизор, какой-то очень мрачный фильм, подобные так любит Вадим.
- Ты наверно, сегодня очень устала, пойдем спать? – Увидев, что Клео о чем-то задумалась, произнес Вадим, не выпуская ее из своих милых лапок.
- Да, пожалуй. – Клео начала вставать с дивана, но Вадим ее опередил и взял на руки.
- Я тебе помогу. – Он хищно улыбнулся и поцеловал свою и без того изнеженную Клео, она в ответ подарила ему прелестную улыбку, которую он так любил.
Вадим отнес ее на рукав в их привычную спальню, сегодня там не происходили чудеса, по той простой причине, что все делали вид, что все в порядке, но в голове засела та напряженка сегодняшнего утра. У Вадима не укладывался в голове рассказ Клео, а у москвички не выходила из головы то, что Вадим должен умереть. Они легли спать, Вадим обнял ее сзади своими милыми лапками, а она чувствовала его ровное дыхание у себя в волосах, и это немного успокаивало.
Три часа ночи, Клео проснулась от никотиновой недостаточности у себя в организме, она снова взглянула на Вадима, он крепко спал, Клео изящно, как кошка, встала с кровати и, взяв с журнального столика пачку сигарет, набравшись смелости, впервые за весь день вышла на балкон. На ней была белая полупрозрачная сорочка, в таком виде ночью она была похожа на приведение. Бледное лицо, длинные чернильные волосы, развивающаяся от ветра полупрозрачная ночнушка, ну чем не Ангел смерти? Клео не просто так вышла на балкон, она ждала Лилит, как бы сильно москвичка ее не боялась, девушка должна была поговорить с этой стервой. Так она простояла около тридцати минут, докурив пачку сигарет, которую Вадим покупал сегодня утром. Скрип двери балкона, тихие шаги, Клео резко обернулась, к ней приближался, сонно потирая глаза, как обычно одетый в синие потертые джинсы на голое тело Вадим.
- Ты опять бродишь по ночам? – Обняв ее за талию и нежно поцеловав в ее шелковые волосы, все так же заспанно произнес он.
- Я вышла покурить. – Клео указала ему на сигарету.
- И мне, конечно, не оставила… Я уже привык…
- Да, прости, просто ночью мне очень сильно хочется курить. – Она выкинула бычок вниз с балкона.
- Ты, наверное, замерзла, пойдем в квартиру. – Он вопросительно взглянул на москвичку.
- Да, пойдем… - Они начали двигаться к выходу, вдруг Клео услышала сзади уже знакомый для нее шорох крыльев. Вадим это тоже слышал и внимательно посмотрел на девушку, Клео медленно повернулась. На перилле все так же легко сидела голубоглазая блондинистая девушка с огромными черными крыльями у себя за спиной. Клео испуганно смотрела на нее. Вадим повернулся за Клео, и был скован шоковым состоянием, он не мог поверить своим глазам, этого не существует, оно не может существовать.
- Привет, Вадим. – Лилит мерзко улыбнулась, мило помахав рукой. – Как мило, что вы сегодня вместе.
- Кто ты? – Ошарашено спросил Вадим, это единственное, что он мог сказать в данные момент.
- Я Ангел смерти, разве Клео тебе не говорила? А ты ей не поверил, жаль… А она ведь могла тебя спасти… Но теперь слишком поздно, ты все знаешь, а она этого сделать не сможет, слабачка.
- Дрянь! – В разговор вмешалась Клео, она схватила Вадима за руку и потащила к выходу. – Бежим! – Они забежали в квартиру и закрыли дверь на балкон, Вадим потянул Клео бежать дальше, гостиная, прихожая, выход в подъезд, они бежали вниз по лестнице. В глазах мелькали этажи, улица, здесь было еще темно, дорогу тускло освещал свет луны. Клео устало задыхалась, но Вадим все тянул ее бежать вперед, и они двигались дальше. Вадим и не заметил, как они выбежали на дорогу. Удар, скрип колеса машины, Вадим лежал на асфальте, кровь на лобовом стекле машины. Клео нервно подбежала к нему, из ее глаз потекли слезы, москвичка гладила его по голове, целовала. Водитель автомобиля набирал номер скорой помощи. Вадим был еще жив, он в последний раз взглянул на Клео и сказал слова, который он так часто повторял ей все это время: « Я тебя люблю, детка». Скорая приехала быстро, но было уже слишком поздно, Вадим был мертв, Клео повезли в милицию, начали задавать ей много вопросов, в девять утра она была дома. Она ходила по комнатам, вспоминала все то, что здесь происходило, зашла в спальню, здесь все так же пахло их любовью, она чувствовала, что Вадим рядом, она чувствовала, что он за ней наблюдает. На полу со вчерашнего дня валялись белые ромашки, которые он нарвал в знак примирения. Он нарвал их для нее, для своей любимой Клео. Она села на их постель и начала рассматривать фотографии, где они вместе, где они счастливы. Клео услышала шаги в гостиной, она резко встала и с надеждой побежала туда, но это был не Вадим, это была злосчастная Лилит.
- Привет, Клео. – Таким же серьезным тоном произнесла она.
- Привет… - Клео не хотела смотреть на нее, она опустила глаза.
- Пожалуйста, не вени меня, я должна была это сделать это его судьба. Он передал, что очень любит тебя, и чтобы ты не делала глупостей…
- Передай ему, что я его тоже очень люблю и скучаю. А сейчас убирайся, мне нужно побыть одной.
- Я уйду, но ты не делай глупостей… - Лилит сегодня была без крыльев, и с нормальными человеческими зубами, она вышла через дверь, как и вошла сюда в первый раз сделать татуировку…
А Клео направилась в ванную комнату, наполнила ванну водой, надела любимое платье Вадима, легла в воду и резко провела большим кухонным ножом по запястью левой руки. Она видела, как кровь закрашивает воду красной краской, и чувствовала, как жизнь покидает ее, и это чувство было прекрасным, ей было не больно, боль от потери Вадима нельзя было даже сравнить с любой физической болью, она была в миллионы раз больше. Вскоре снова появилась Лилит, она пришла, чтобы вывести душу Клео из оболочки и отправить к судьям. В этот же вечер в одной из питерских помоек родился черный котенок. Через три месяца он стал взрослой кошкой, которая каждую ночь любовалась луной, в наказание она помнила всю свою прошлую жизнь и ждала упоительной смерти и встречи с тем, кто назывался смыслом прошлой жизни… Но она не знала лишь одного, что у кошек девять жизней…