Сегодня опять приснился отец. Я совсем за ним не скучаю, и эти сны только выводят меня из душевного равновесия. На этот раз он явился мне в одежде древнего римлянина, в пурпурной тунике и изящной, украшенной золотым орнаментом тоге. Отец выступал перед аудиторией, речь его лилась, словно ледяной ручей в знойный день, то гладко и ровно, то пенясь на каменистых порогах, то срываясь бурлящим водопадом. Я не понимал, о чём он говорил, но голос завораживал, вводя в приятное оцепенение. Мне было жаль отца, потому что его слушателями были свиньи, жирные, грязные и беспокойные. Они хрюкали, повизгивали, толкались, что-то жевали и гадили прямо на мраморный пол, не обращая никакого внимания на оратора. Отца это совсем не волновало, он жестикулировал для большей убедительности, делал многозначительные паузы и улыбался собственным шуткам. Наконец, его выступление подошло к концу, он повернулся ко мне и спросил:

            - Ну, что там с Карфагеном?

            Я проснулся с тревожащим ощущением, что забыл сделать что-то очень важное и уже поздно метаться, чтобы исправить эту оплошность. Но, придя в себя, понял, что всё не так страшно. Я ничего не забыл, я просто откладываю. На завтра. Но завтра всегда будет завтра. А сегодня я не готов.

            От этих таблеток мысли путаются, иногда даже ловлю себя на мысли, что совсем не думаю. Просто сижу на койке, уставившись в потолок. Я не хочу принимать лекарство, но медсестра всегда проверяет, чтобы таблетка была проглочена. Вот и сейчас приходится полоскать рот и высовывать язык. От пилюль у меня головокружение, боли в желудке и кровотечения из носа. Кровь. Мне смешно и страшно, что смывать грехи человечества я могу только ручейком крови из ноздрей. Как же повезло Иисусу. Его хотя бы распяли. На него надели терновый венец, его били плетьми, в него плевали, и над ним надругался царь Ирод. Он умер в муках. Как я ему завидую. В детстве я восхищался этой личностью, сколько слёз я пролил, читая главы о казни, сколько гнева во мне было и сколько сочувствия к тупым, слепым и жалким людям, отправившим мессию на крест. Я и сейчас преклоняю колени перед его талантом. Нищеброд с кучкой отбросов общества, находясь на периферии цивилизованного мира, путешествуя по практически безлюдной пустыне, смог перевернуть весь мир. Принести людям свет и любовь, и имя Бога прославить во всех уголках планеты. Но, увы, ненадолго.

            Карфаген. Не как город, нет. Город разрушен, и земля посыпана солью. Но дух его, зловещий и всеразъедающий, разлился ядом по планете. Каждый получил свою порцию отравы. Никто не обделён. Иисус пришёл, чтобы очистить людей от этой скверны, кровь его была вакциной для будущих поколений. Но, увы. Противоядие оказалось недостаточно сильным, и болезнь под названием Карфаген новой волной эпидемии захватила мир. И снова были жертвоприношения, и снова телец топтал любовь в сердцах людей. Мир мутировал, мир отверг жертву сына Божьего, и предался разврату и непотребствам, но уже прикрываясь именем Господним. Скольких принесли на алтарь Молоху инквизиция, войны и голод. Сколько обманутых душ отправилось в ад вместо ожидаемого рая.

            Мысли снова разваливаются на слова, слова на звуки, звуки разлетаются испуганными птицами. Комок подступает к горлу, но я сдерживаю рвотный позыв, от чего во рту остаётся привкус желчи. Химия убивает меня. Химия, а не люди. Химии наплевать, что со мной случится. Так же как и людям. Я молюсь.                                                                                                                                                                                                 

После обеда придёт на смену санитар, который угощает меня сигаретами. Это запрещено, и покурить я смогу только ночью, когда врачи разойдутся по домам, а младший персонал будет пить спирт в кабинете. Потом одни санитары пойдут в женское крыло, чтобы выбрать себе парочку девочек для снятия напряжения, а другие засядут за карты. Вот тогда я закроюсь в сортире и буду курить, быстро и жадно затягиваясь.

На завтрак помои, которые почему-то называют супом, и помои под названием чай. За три месяца я похудел килограмм на десять.  Съедаю всё, промакивая горбушкой остатки супа. Мне нужны силы. Силы, чтобы бороться с Карфагеном.

Я знаю, как его победить. Вернее, думал, что знаю. Вернее…опять эта путаница. Вся проблема в том, что учение устарело. Учение не может охватить всех аспектов жизни. Оно писалось для неграмотных пастухов, у которых не было интернета, космических кораблей, кабельного телевидения, кокаина, нанотехнологий, демократии и Памелы Андерсон. Учение не удовлетворяет всех потребностей нынешних пастухов.  Оно не может регламентировать все новшества появившиеся за последнее столетие. Там даже про табак ничего не сказано.

Миру нужна новая программа, новые приоритеты и новые ориентиры. Веру в Господа ещё можно возродить, и он громом и молнией выжжет Карфаген  в наших сердцах и залечи их елеем своей любви.

Я собрал команду. Двенадцать человек. Надёжных, верных, сильных духом. Мы несли новое слово, используя все возможные средства. Уже через месяц нас стало полторы тысячи. Люди поверили нам. Через полгода – триста тысяч последователей по всему миру. Моё сердце радовалось, когда я видел просветлённые счастливые взгляды этих людей. И никаких гонений, преследований, обвинений. Всё шло великолепно, пока мои сподвижники не принесли мне чековую книжку. Выписанную на моё имя, счёт на которой составлял огромную сумму. Я даже не стал пересчитывать ноли.

Собрав всех приближённых в своём кабинете, я хладнокровно убил их всех. Стрелял с двух рук, а потом добил тех, кто не умер от первой пули. Ковёр просто сочился кровью. Они предали меня. Они продали моё имя Молоху. Карфаген и тут одержал победу. Я был в отчаянии. Меня арестовали через час.  И тогда я понял – вот мой последний шанс. Когда меня казнят, наступит звёздный час для моего учения. Воспрянут истинные мои ученики и разнесут новое слово о Боге в самые дальние уголки, в самые богатые дома и в самые жуткие трущобы. И тень Карфагена растает, смрад его улетучится, а сердца откроются для любви и веры.   

Но вместо этого – палата с унылыми стенами, удушливая хлорка, через которую всё равно пробиваются  запахи мочи и фекалий, атмосфера безумия. Моя нынешняя паства – пятеро идиотов из моей палаты. Один из них сидит со склоненной на бок головой и струйкой постоянно стекающей слюны, второй постоянно дрочит, засунув руку в штаны, а трое забывают всё, что я говорил, сразу же, как только я умолкаю. Моя миссия провалена. И сейчас, даже напичканный медикаментами, с затуманенным разумом и провалами в памяти, я осознаю, что если бы меня даже публично казнили с трансляцией на весь мир, если бы меня резали на кресты на глазах у всего человечества, если бы…да, неважно что, никто бы ничего не заметил. Обо мне забыли бы через пять минут, найдя новый смешной ролик на Ютьюбе, или выпив бутылку пива, или просто переключив канал. Карфаген – это весь мир, и это не поддаётся лечению. Это саркома, и метастазы душат, разрывают и причиняют невыносимую боль, которую почему-то никто не замечает. Всё тщетно.

Я падаю на колени и молюсь. Молюсь долго и надрывно, но Отец не слышит меня. Он приходит только во сне. Зачем это всё? Зачем он отдаёт на растерзание своих сыновей? Бессмысленная жертва. Или, может, нашей кровью он хочет откупиться от Молоха? Но, так или иначе, второе пришествие сорвалось. Да, к чертям собачьим!

Осталось сделать только один шаг. Сказать одно слово, и с неба спустится армия ангелов смерти, и уничтожит всех подчистую. Грешных и праведных, детей и стариков, мужчин и женщин. И не будет никакого Страшного Суда. И не будет рая и ада. И никакого Карфагена. Будут только скучающие в томной неге небеса. Одно лишь слово отделяет бытие от небытия. Но я жду. Я откладываю на завтра. А завтра снова на завтра.

Почему я медлю? Возможно, мне жаль того санитара, который угощает меня сигаретами.

            Всё, пора заканчивать молитву и идти на обед.

Приглашаю всех желающих высказаться по поводу межфорумной литературной дуэли. Я там стреляюсь.
В целом тема должна быть интересной. Тема - фантастика. "Карфаген должен быть разрушен"
Какой мой рассказ - не скажу. А то не честно будет)))
Единственная заковырка - нужна регистрация.
http://fantasts.ru/forum/index.php?showtopic=810&st=0

Среднестатистический россиянин, по мнению чиновников, должен съедать по 366 г хлеба или макарон в день. При этом в 1941 г. паек для немецкого военнопленного, содержащегося в местах лишения свободы или в пути следования, составлял почти вдвое больше — 600 г. В пересчете на день немцы получали в три раза больше рыбы, немного больше овощей, а также вчетверо больше «соли, чая и специй».

Зато в продуктовом минимуме у россиян появились фрукты — по 63 г в день, яйца и молоко, чем немцев обделили. Россиянам также положено в два раза больше мяса, а москвичам — почти в три. Можно порадоваться и за то, что россияне должны получать, по мнению властей, на 40 г больше сладкого, чем немцы в дни войны, а также потреблять на 16 г больше масла. Хотя в пайке немцев, в отличие от общероссийской корзины, присутствовали еще и мука, томат-пюре, а в лучшие времена и горох, фасоль, сухофрукты и кофе.
http://marker.ru/news/4935

            Император Ганнирит, Сияющий Земной Наместник Молоха, Властелин Бескрайних Территорий стоял на смотровой площадке, расположенной между рогов уходящей в облака полукилометровой статуи Тельца и смотрел на дымящиеся пустоши, распростершиеся во все стороны от стен Карфагена до горизонта. Ещё совсем недавно на их месте цвели сады, в полях наливалась соками пшеница и рожь, паслись стада. Не осталось ничего. Разграблены и стёрты с лица земли близлежащие поселения, угодья выжжены «сияющим пламенем», скот угнан, озёра высушены. На сотни километров вокруг Карфагена пролегала голая потрескавшаяся земля, укрытая слоем золы. Город остался островком среди мёртвого моря когда-то цветущей Империи. Город  из последних сил держал оборону. Вражеские «птицы» сбивались силами ПВО, стены могли вынести любой артобстрел.

Но Ганнирит понимал – это всего лишь предсмертная агония, последний вдох перед смертью. Не помогали ни гетакомбы, ни приношение в жертву младенцев, ни мольбы небесам. Молох покинул их, оставив на растерзание сумасшедшим взбунтовавшимся рабам. Былая слава Империи, захватившей весь мир, в считанные месяцы превратилась в позор и страх. Страх глобального масштаба. С космических станций приходили ужасающие сообщения, что практически на всей суше уничтожена жизнь во всех её формах и проявлениях. Война велась всем имеющимся арсеналом самого современного оружия, беспощадно истребляющего всё живое. Да и неживое тоже. Везде. Запущенное «сияющее пламя» остановить было практически невозможно. Резонирование и цепная реакция позволяли охватить площадь в тысячи километров. И спасения от него не было. Планета превратилась в сплошную пустыню. По последним данным оставались последний бастион – Карфаген, и армия взбунтовавшихся рабов, держащих город в осаде. Голод, недовольство жителей, эпидемии – вот что ждёт Карфаген. И он умрёт от язв. А те, кто терпеливо ждёт его конца за стенами, тоже умрут. Чуть позже, или чуть раньше. Это уже не важно.

Умирать не страшно. Карфагеняне дружили со смертью, они играли с ней, они были с ней на «ты». Но умереть и оставить после себя мёртвую планету – такая мысль вызывала спазм разума и онемение чувств.

- Советник, соберите совет старейшин. Немедленно.

- Слушаюсь, господин.

Сенатор Катон был красноречив и многословен. Выступления его напоминали монологи лучших актёров. А в искусстве мимики и жестикуляции даже некоторые служители Мельпомены уступали. Но, так как среди сенаторов театралы не водились, то во время очередного словесного поноса Катона, занимались кто чем – кто читал, кто играл в крестики-нолики, кто ковырял в носу, погрузившись в эротические фантазии о молодой рабыне, купленной вчера совсем недорого на ярмарке.
Катон то хмурил брови, то растекался в улыбке, то замолкал на мгновенье в задумчивости. Руки его взмывали вверх, подобно журавлям, то устало падали вниз, хлопая по пухлым бёдрам, то зависали в воздухе, протянутые к слушателям в мольбе. Короче, потрындеть Катон умел и любил.
- И вот ещё какой вопрос я хотел бы поднять. Кто поднял цены на гречиху? Что за хитроумная комбинация, которую мой финансово-необразованный ум не в силах понять? Кто-нибудь объясним мне суть этой махинации? Нет? Тогда хотя бы скажите, где можно получить свой процент с этих сверхприбылей. Сенат мы или не сенат?
Сенат одобрительно загудел и зааплодировал, разбудив спящую часть заседающих.
- И, наконец, я считаю, что…- Катон выдержал паузу, хитро улыбнулся и по-дирижёрски взмахнул руками, ожидая отклика зала. – Что…?
- Карфаген должен быть разрушен, - вяло выдохнули присутствующие.
- Правильно.
- Задолбал уже своим Карфагеном, - раздалось с трибун. – Каждый раз одно и то же. Слышали уже! Дался тебе этот Карфаген! Пошёл ты в жопу со своим Карфагеном! Своих хлопот выше крыши! Тут цены на бензин рванули, а ему всё Карфаген подавай.
- Эх, вы, недалёкие люди, - сказал Катон, - а вы думаете, почему цены на бензин? Почему цены на гречку? Почему порноканалы по кабельному крутят? Почему наркотики в школах продают? Почему бомбы в метро взрывают? Не знаете? Так я вам скажу – Ганнибал у ворот. Задолбал Ганнибал. Это всё его происки. Всё зло идёт оттуда. Вся зараза от них – коммунизм, фашизм, демократия, гласность, инквизиция. Всё из Карфагена. А вы сидите тут и в носу ковыряете. А они не дремлют. Призрак Карфагена бродит по Европе. Я бывал там не раз. По путёвке ездил. Что вам сказать – улицы у них кривые, дома построены не так, как у нас, бордели на каждом углу и палатки с шаурмой. Казино круглосуточно. И гречка, падла, в три раза дешевле, так они ею свиней кормят. Безобразие и разврат. Я не успокось.
- Это точно. Не успокоится. – С места поднялся Луций Флакк. – Товарищи, у моей жены сегодня день рождения. Гости уже собрались. Барбекю, наверное, почти готово. Сколько же он будет кровь нашу пить своим Карфагеном. Давайте уже проголосуем, и уничтожим этот Карфаген, а? Люди добрые, он же не отстанет. Ибо замучил уже. Кто за?
Все как один подняли руки.
- Единогласно. – Подытожил Луций Флакк, - А теперь по домам.

На дне рождения жены цензора Луция Флакка, муж именинницы и сенатор Катон пили коктейли у барной стойки возле бассейна.
- Хорошо тут у тебя, правильно, что отмечаете дома. А то в кабаке совсем не та атмосфера. Ну, за твою супругу, сто лет ей жизни, - Катон поднял бокал.
- Спасибо, друг. Говорят, что войска завтра выходят на Карфаген. Добился таки своего.
- Не без вашей помощи.
- Катон, в натуре, приморил всех. Дался тебе этот Карфаген. Город, как город.
- Понимаешь, - Катон склонился к уху Луция, - тут такое дело…личное. Должок у меня завис. Карточный. Мы когда отдыхать ездили, я там с местными шулерами связался. Требуют. Уже пацанов своих присылали, угрожали. Если дойдёт до Ганнибала, то отдавать придётся, а где я возьму? У меня ипотека, кредит на колесницу, цены на всё –сам знаешь, подскочили. Живу от зарплаты до зарплаты. А так – раз, и двух зайцев. И Ганнибалу насолим, и с долгом вопрос рассосётся.
- Ну, ты, жук.
- А что делать? Хочешь жить…Зато моим именем ткань для джинсов назовут. Ну, за нашу победу.
(С)goos

LI 7.05.22 beta

Лёгок на поминках

            До границы оставалось километров семь. Семь километров по джунглям. Это вам не по аллейке прогуляться. На марш-бросок сил уже не было. Да и к тому же, никто не верил в успех операции.

            - Десять минут привал.

            Лейтенант устало бросил на землю вещмешок, сел на корягу и дрожащими руками пытался прикурить. Остальные свалились прямо на землю. Гросс разлёгся, закинув руки за голову. Кравик трусил флягу с остатками воды. Завран сидел на корточках, пытаясь восстановить дыхание.

            - Чёрт бы побрал этого идиота, - сказал Гросс. – Если мы его догоним, я лично вырву ему кадык.

            - Сомневаюсь, - заметил с ехидной улыбкой Кравик.

            - В чём это ты сомневаешься? Тебе показать, как вырывают кадыки? - Гросс приподнялся на локте.

            - Остынь! Я сомневаюсь, что мы его догоним. Лейтенант, как вы думаете?

            - Наше дело – не думать, а выполнять приказы.

            - Ну, ушёл, и ушёл. Из-за него погибло двое ребят. И неизвестно, сколько из нас вернётся в форт.

            - Кравик, дезертирство – одно из самых тяжких военных преступлений. Если все станут думать, что смогут сдрыснуть, когда им заблагорассудится, и им ничего за это не будет, армия вообще потеряет смысл. И поэтому мы должны вернуть рядового Занка любой ценой и в любом виде – живого, мёртвого, голову его, задницу. Не важно.

            - Лейтенант, тогда я отрежу ему задницу, - сказал Гросс. – А потом уже вырву кадык.

            - Сначала нужно его найти. По идее, мы даже должны были обогнать его. Но его нигде нет. Есть всего три варианта: первый – он перешёл границу и нам его не достать. Второй – его забрали джунгли. Не важно – сожрали его, или он что-то не то сожрал, или утонул в болоте. Джунгли не оставляют от покойников даже кусочка задницы. Есть ещё третий вариант – мы отстаём от него на какие-нибудь минуты. И если поднатужимся – успеем его догнать. Подъём! Вперёд. Осталось совсем немного, и мы всё узнаем.

            Лейтенант выбросил окурок и зашагал по тропе.

            Кравик молча пошёл следом, поправляя лямки рюкзака. Гросс и Завран поплелись сзади.

            - Завран, вот скажи, - не унимался Гросс, - ты же хорошо знал этого урода, как его, Занка.

            - Ну, знал. – Завран был из неразговорчивых.

            - И что, никогда он не говорил, что, мол, давай свалим. Уйдём на нейтральные земли. Там тёлки, казино, оттуда домой добраться – раз плюнуть. Говорил, или нет?

            - Было дело.

            - И что ты ему?

            - Отвянь, Гросс.

            - Что значит, отвянь? Так ты знал о побеге? И никому не сказал?

            - Дурак ты, Гросс. Ничего я не знал. Каждый второй об этом говорит. И что?

            - Я не говорю. Потому, что я патриот.

            - Потому, что ты дебил. Патриот, говоришь? Это вообще чужая земля. Не твоя. Был бы ты патриотом – сидел бы дома, а не сжигал деревни аборигенов.

            - Лейтенант! – крикнул Гросс. – Вы слышали? Кравик, ты что скажешь?

            - Ничего не скажу. Я солдат, и моё мнение никого не интересует.

            - Меня интересует. Или ты тоже с ними?

            - Гросс, утомил. Я с Занком воевал на восточных рубежах. Он был карателем. Лично сжег десятка два деревень, и дикарей мочил направо и налево, не глядя – дети, бабы, старики. И в атаки ходил в первых рядах. Ты ему в подмётки не годишься, салага. И никто не знает, что у человека может хрустнуть в башке после такого. А наше дело маленькое – найти и вернуть. Может, если бы не перспектива сто километров в одиночку идти по этим долбанным джунглям, я бы тоже свалил. Сто километров – это самоубийство. Может, он и не сбежал, а захотел так закончить свою войну. Раствориться в джунглях навсегда.

            - Разговорчики! – рявкнул лейтенант. – Прибавить шаг!

            Все замолчали и перешли на рысцу. Если бы не дожди, то проехали бы от форта до границы часа за два на вездеходе. И никуда бы не делся от них сбежавший дезертир. Дорога была одна. Другого пути не было. Джунгли непроходимы – растительность стоит сплошной стеной, под ногами вязкая жижа с ловушками трясин, и любителей полакомиться незваным гостем хоть отбавляй – зубатых, ядовитых, кровососущих. На дороге тоже опасно. Рядовой Слит был убит выскочившим из чащи кретонгом. Словно зелёный ураган пролетел поперёк дороги, утащив на обед несчастного солдата. Сержанта Крета укусила какая-то тварь. Шея вздулась в считанные секунды, лицо опухло, он упал, и стал рвать кровью. Три минуты, и сержанта оттащили на обочину. Решили похоронить на обратном пути, если от него что-то останется. Планета Триера не очень жаловала чужаков. Хотя, на нейтральных землях, где не велась война с аборигенами, даже джунгли были дружелюбнее. И оттуда можно было вернуться на Землю. А можно было остаться там, жениться, завести хозяйство, открыть сувенирную лавку и горя не знать. Нейтральные земли не выдавали беглецов, осуждали войну и жили в своё удовольствие. И до них оставалось рукой подать.

            Лейтенант остановился, упёрся руками в колени, переводя дыхание.

            - Всё. Отбой. Нам его не взять.

            Метрах в трёхстах виднелась белая линия, проходящая поперёк дороги, и стоял столб с флагом Нейтральных земель.

            - Дерьмо!-  выкрикнул Гросс. – Дерьмо! Лейтенант, разрешите, я найду его там и привезу вам голову. Или задницу. Он не должен уйти.

            - Отставить. Если он перешёл границу, мы не имеем права его искать. Отдыхаем.

            Все стали снимать с себя оружие и вещмешки, бросать на землю, чтобы хоть немного дать отдых уставшему телу.

           

            Вариант 1

            Внезапно Гросс поднял брошенный лучевик и нацелил в сторону границы. И тут все увидели силуэт, размытый в сырости воздуха. Он был похож на призрака, появившегося непонятно откуда. Гросс медленно пошёл навстречу, не опуская оружие. Призрак поднял руку и помахал.

            - Он ушёл таки, - сказал Завран, не скрывая радости в голосе.  – Он перешёл границу. Знаешь, Кравик, я всю дорогу молил бога, чтобы мы его не нашли. Пусть себе идёт. Мне-то что. У него, бедолаги, от этой войны совсем мозги поехали.

            Зардан помахал призраку. Тот снова поднял руку в ответ. И тут загудело, и луч, ослепительной нитью протянулся от Гросса до силуэта. Занк опустил руку. Постоял пару секунд, словно в недоумении, и рухнул на землю.

            - Лейтенант, я достал его! – закричал Гросс и побежал к телу. – Я сделал это! Не ушёл! От меня не уйдёшь!

            Но он не добежал и свалился в нескольких шагах от белой линии с прожжённой насквозь дырой в спине.

            Зардан и лейтенант, не веря своим глазам, смотрели на Кравика. Тот опустил ещё раскалённый ствол лучевика, но тут же поднял, и направил на лейтенанта.

            - Простите, лейтенант. Простите. Он не должен был. Это незаконно. Это, чёрт побери, нечестно. Простите, лейтенант, мне жаль.

            Луч ударил лейтенанту прямо в лицо, которое сразу превратилось в выжженную дыру. Волосы вспыхнули на голове, сухо треснул череп, и лейтенант завалился на бок, практически обезглавленным.

            - Завран, я ухожу. Ты со мной?

            - Не знаю.

            Кравик бросил оружие и зашагал к разделительной полосе, спокойно, уверенно и не оглядываясь.

У меня 1709 непрочтанных сообщений...писец..простите меня

Восемь раз я пытался написать это сообщение. Сейчас я полностью сконцентрировался. Патуша пьян. Три дня прощались со школой и первой учительницей. Я, СУРОВЫЙ ЧЕЛЯБИНСКИЙ МУЖТК, РЫДАЛ, КАК баба. фсё прошло как нада. ошибки исправлю завтра. Пили, ЕЛИ танцевали всё. УШЁЛ СПАТЬ

Танюша, поздавляю!
Желаю!

http://skill.ru/news/60/
как заработать пицот рублей

Как я пропустил такую песню?

Концерты 2011 года

Nazareth - Big Dogz.
Треклист:
01. Big Dog's Gonna Howl (3:58)
02. Claimed (3:55)
03. No Mean Monster (5:01)
04. When Jesus Comes To Save The World Again (6:24)
05. Radio (4:17)
06. Time And Tide (7:20)
07. Lifeboat (4:58)
08. The Toast (3:59)
09. Watch Your Back (4:32)
10. Butterfly (5:30)
11. Sleeptalker (5:45)





Uriah Heep
Into the Wild

1. Nail On the Head
2. I Can See You
3. Into the Wild
4. Money Talk
5. I’m Ready
6. Trail of Diamonds
7. Southern Star
8. Believe
9. Lost
10. T-Bird Angel
11. Kiss of Freedom
+ Bonus
12. Hard way to learn


Kingdom Come
Rendered Waters

01. Can't Deny (Newly Recorded Version) (04:05)
02. The Wind (Newly Recorded Version) (03:46)
03. Blue Trees (Brand New Song) (03:21)
04. Should I (Newly Recorded Version) (06:24)
05. I've Been Trying (Newly Recorded Version) (03:34)
06. Pushing Hard (Newly Recorded Version) (05:13)
07. Seventeen (Newly Recorded Version) (04:34)
08. Is It Fair Enough (Brand New Song) (04:08)
09. Living Out Of Touch (Newly Recorded Version) (04:05)
10. Don't Remember (Brand New Song) (03:05)
11. Break Down The Wall (Newly Recorded Version) (04:22)



Whitesnake
Forevermore
Треклист:
01. Steal Your Heart Away (05:18)
02. All Out of Luck (05:28)
03. Love Will Set You Free (03:52)
04. Easier Said Than Done (05:12)
05. Tell Me How (04:41)
06. I Need You (Shine a Light) (03:49)
07. One Of These Days (04:53)
08. Love & Treat Me Right (04:14)
09. Dogs In The Street (03:48)
10. Fare Thee Well (05:18)
11. Whipping Boy Blues (05:01)
12. My Evil Ways (04:33)
13. Forevermore (07:24)
14. Slide It In (Live, Bonus Track) (05:06)
15. Cheap An' Nasty' (Live, Bonus Track) (04:35)

http://dermo.com/

Поддержите.
Проголосуйте за нашего руководителя фольклорного ансамбля.
На радио "Проминь" в 20.40 будет транслироваться конкурс народной песни.
С 21.00 до 22.00 принимают голоса по тел. (044)2800806.
Если вам не в лом, наберите.
За трио "Обереги" песня " Ой, похилились три берези низько"
Звонки по действующим тарифам Укртелекома.
Спасибо всем.

Несбывшиеся прогнозы конца света

Известно много случаев, когда объявлялась конкретная дата конца света (либо других событий). Ниже приведены некоторые примеры:

• 33; 666; 900; 999; 1000; 1013; 1033; 1492; 1584; 1666; 1844; 1899; 1900 — конец света, ожидавшийся в христианском мире согласно различным трактовкам Библии и Священных преданий пророков и согласно разным системам отсчёта в разных календарях.
• 156 — конец света и Апокалипсис согласно пророчеству одного из первохристиан Монтана
• 1492 — дата конца света, основанная на предсказании, что «сей мир сотворён на 7000 лет». Византийская эра от сотворения мира, широко используемая в то время в православных странах (в частности, в России), начиналась в 5509 г. до н.э., и к 1492 г. истекали положенные 7000 лет.
• 1524, 15 января и 20 февраля; 1525, июнь — конец света как великое наводнение согласно предсказаниям немецкого астролога и математика Йоханнеса Штоффера
• 1533, 18 октября — конец света согласно расчётам немецкого математика и монаха Майкла Штифеля
• 1688—1700 — конец света согласно расчётам и толкованию Апокалипсиса средневекового шотландского математика Джона Непера
• 1736, 13 октября — конец света как великое наводнение согласно предсказаниям английского богослова Уильяма Уистона
• 1814, 19 октября — конец света, последующий за рождением ею второго мессии Шилоха прорицательницей Иоанной Сауткотт
• 1833, 12 ноября — конец света, ожидавшийся в США вследствие сильного звездного дождя
• 1843, 3 апреля и 7 июля; 1844, 21 марта и 22 октября — дни ожидания второго пришествия Иисуса Христа и начала Судного дня согласно толкованиям пророчеств Библии последователями Уильяма Миллера
• 1848 — конец света согласно предсказаниям румынского святого Каллиника
• 1874 — дата второго пришествия Иисуса Христа и начала Судного дня согласно толкованиям пророчеств Библии некоторыми течениями адвентистов, не принявшими учение адвентистов седьмого дня
• 1900, 1(13) ноября — конец света согласно учению секты «Красная Смерть» в России, около сотни членов которой совершили самосожжение^[1][2]
• 1919, 17 декабря — конец света вследствие парада 6 планет, вспышки на Солнце и сожжения Земли согласно расчётам американского метеоролога Альберта Порта^{[источник не указан 535 дней]}
• 1945, 21 сентября, в 5:33 — сожжение Земли и конец света согласно откровению американского священника Чарльза Лонга
• 1954, 20 декабря — конец света при сильнейших землетрясениях и наводнениях согласно предсказаниям американского врача-контактёра Чарльза Лаугхеда
• 1960, 14 июля, в 13:45 — конец света для человечества в результате взрыва секретной американской бомбы согласно сторонникам итальянского детского врача Элио Бланко, соорудившим горное убежище — «ковчег»
• 1962, 2 февраля, между 12:05 и 12:15 — конец света, следующий за парадом планет, согласно расчётам индийских астрологов
• 1967, 25 декабря — конец света в результате ядерной войны согласно учению датской секты Церковь Ортон Дана Андерса Йенсена, соорудившим убежище — подземный бункер
• 1969, 19 октября, после захода солнца — конец света согласно рассказу Рэя Бредбери «Завтра конец света» ^[3]
• 1970, 31 декабря, в 24:00 — конец света согласно расчётам американской христианской церкви Истинного Света
• 1978, 2 октября — изложенный в книге «Приговоренный глобус» конец света в результате начатой СССР ядерной войны согласно австралийскому бизнесмену-писателю Джону Стронгу и его последователям, соорудившим убежище «Город светопреставления»
• 1980, 29 апреля — конец света в результате ядерной войны согласно бахаистской секте Леланда Дженсена и Чарльза Гейнза, соорудившим убежища в горах США
• 1988, 11-13 сентября — конец света согласно Э.Визенанту
• 1989, 31 декабря — конец света в результате обвала мировой экономики и ядерной войны, ожидавшийся сторонниками Элизабет Клэр и Всемирной Триумфальной церкви
• 1992, 28 октября, в полночь — Армагеддон и конец света согласно южнокорейской церкви тами Ли Янг Лима
• 1993, 10 ноября (затем перенесён на 24 ноября) — день конца света, в преддверии которого последователи украино-российской секты «Белое Братство» Марины Цвигун, объявившей себя Марией Дэви Христос, должны были совершить самосожжение.^[4]
• 1995, 9 мая и 25 мая; затем 2000, 1 января и 17 марта — переносившиеся дни конца света согласно учению католической секты «Движение за возрождение десяти заповедей Бога» Кредонии Мверинда в Уганде, несколько сотен членов которой были убиты в акте самопожертвования^[5][6].
• 1996, 17 декабря — конец света, испепеляющий землян при массовом пришествии инопланетян и ангелов согласно предсказаниям американского ясновидящего Шелдона Нидла
• 1997, 29 августа — конец света как ядерная война, устроенная вышедшим из-под контроля военным компьютером Скайнет по сюжету фильма «Терминатор-2»
• 1997, 26 октября — конец света согласно российским контактерам с планетой Гуфера
• 1998 — возможный конец света в результате столкновения Земли с кометой и смены полюсов согласно предсказателям из Челябинска
• 1998—2001 — конец света в результате прохождения через Солнечную систему планеты Бернар-1 согласно расчётам чилийского астронома Карлоса Муньена Ферраро
• 1998, сентябрь-октябрь — конец света при сожжении южного полушария Земли от потока лучей в результате взрыва звезды Альфа Центавра с последующим 12-летним Армагеддоном и перерождением Земли согласно российскому движению Духовного Творчества «Живое христианство» Эмиля Бикташева и Тамары Федоровой
• 1999 — возможный конец света в результате столкновения астероида с Землёй в районе Донбасса согласно трактовке Нострадамуса писателем Александром Казанцевым
• 1999 — конец света для землян, взращенных в результате эксперимента цивилизацией планеты Трон из созвездия Большого Пса и не оправдавших их надежд, согласно Павлу Мухортову и другим контактерам из Молёбкинского треугольника
• 1999, 19 июля; 2002, 7 июля, в 3:00 — возможный конец света согласно российскому писателю и астрологу Алексею Прийме
• 1999, август — конец света и всеобщее жертвоприношение в виде ядерной войны согласно предсказанию тайваньского врача Хо Минг Чена
• 1999, август — конец света и переход Земли в новое измерение с последующим 4-летним возрождением нового человечества согласно прорицанию российского предсказателя Михаила Шевченко
• 1999, 6 августа — возможный с вероятностью 3/7 конец света согласно российскому писателю и астрологу Проскурякову
• 1999, 11 августа, в 9:30, либо 11:11, либо 15:10 — конец света, который должен был наступить вслед за имевшим место крупным солнечным затмением согласно некоторым трактовкам предсказаний Нострадамуса («В седьмом месяце 1999 года, С неба явится Великий Король ужаса, Чтобы воскресить великого короля Анголмуа, И до и после Марса править счастливо…»)
• 1999, 23 сентября — начало конца света в результате глобальных катаклизмов от падения кометы в Атлантику и последующей начатой исламским диктатором ядерной войны согласно трактовке Нострадамуса астрологом Стивеном Поласом
• 1999, сентябрь — конец света согласно японской секте Сёку Асахара
• 1999, октябрь — конец света вследствие взрыва Сверхновой звезды согласно предсказаниям российских контактёров из Озёрска
• 1999, 13 ноября — конец света согласно прорицанию московской блаженной с Комсомольской площади
• 1999, 6 декабря, в 18:00 — конец света, следующий за появлением Антихриста и Вторым пришествием Христа 28 октября 1992 года, согласно южнокорейской церкви Семона Че и Пака
• 1999, 31 декабря, последние секунды — конец света и Судный день согласно расчётам Круглого стола американских исследователей Библии философов Марка Фарина, Сары Бойет, Дианы Станта, Дональда Майерса и священника Джона Трейлера
• 2000 — конец света для человечества в результате появления Второй Луны
• 2000, 1 января, 29 Февраля; 2001 1 января — «компьютерный конец света» — Проблема 2000 года
• 2000, январь — конец света, в результате возможной предшествующей ядерной войны начиная с 11 августа 1999 согласно Эдгару Кейси
• 2000, начало — конец света согласно российскому астрологу Владимиру Соболеву
• 2000, 5 мая — конец света в результате парада планет
• 2000, середина — конец света согласно российскому астрологу С.Ковалевскому
• 2000, 26 сентября — конец света в результате столкновения Земли с астероидом (4179) Таутатис
• 2001, 11 августа — конец света в результате всасывания Земли и Солнечной системы в чёрную дыру согласно расчётам некоторых американских астрономов
• 2002 — возможный конец света в результате глобальной катастрофы согласно сказаниям российской старообрядческой отшельницы Анастасии и пророчествам индейцев-приадаматов
• 2002 — конец света в результате гибели Солнца согласно Ридеру
• 2002, 11 августа, в 4:00 утра — «Южный полюс соединится с Северным, а на Землю обрушится огненный хаос», разрушительное землетрясение и конец света согласно предсказаниям румынского прорицателя иеромонаха Арсение при паломничестве на Святую гору Афон. «После трех дней и трех ночей ужасающих бедствий спасутся лишь чистые перед Богом люди»
• 2003 — конец света в результате распадения Земли на части согласно предсказаниям американского астролога Джейн Диксон
• 2005 — возможный конец света от падения астероида, избежать которого человечеству суждено лишь при условии получения в 2000 году информации по организации защиты от цивилизации Зоя планеты Ро созвездия Кассиопеи согласно контактеру Татьяне Павловой
• 2006 — конец света в результате столкновения Земли с астероидом Икар
• 2006, 6 июня — конец света, связанный с сочетанием чисел даты (6,6,06) числом Зверя
• 2008, май — конец света, в ожидании которого, согласно сообщениям ИА REGNUM, последователи секты Петра Кузнецова^[7] заперлись в пещере в Пензенской области^[8]
• 2008, 21 июня — конец света в результате падения на Землю астероида диаметром более 800 м.
• 2008, 10 сентября — официальный запуск Большого адронного коллайдера. Некоторые люди боялись, что именно в этот день будут столкновения частиц в коллайдере и может возникнуть чёрная дыра, которая может уничтожить планету. На самом деле, никаких столкновений не было — просто прогнали протоны в БАК по кругу.
• 2009 — конец света, по предположению некоторых учёных^[кто?], возможный после запуска на полную мощность Большого адронного коллайдера. Состоялся только пробный запуск в октябре 2008, после технической аварии ввод на полную мощность был дважды отложен на полгода)^[9]. После запуска для запланированной генерации бозона Хиггса теоретически возможны появления в коллайдере микроскопических чёрных дыр^[10], а также образование сгустков антиматерии и магнитных монополей — все с последующей цепной реакцией захвата окружающей материи^{[уточнить]} вплоть до уничтожения Земли. 21 марта 2008 года в федеральный окружной суд Гавайев был подан иск Уолтера Вагнера (Walter L. Wagner) и Луиса Санчо (Luis Sancho), в котором они, обвиняя CERN в попытке устроить конец света, требуют запретить запуск коллайдера до тех пор, пока не будет гарантирована его безопасность.^[11][12]
• 2009 — Армагеддон, который должен был наступить согласно трактовке центурий Нострадамуса Питером Лори.
• 2010 — 30 марта состоялись столкновения протонов Большого Адронного коллайдера с суммарной энергией 7 ТэВ, а впоследствии состоится запуск ускорителя на полную мощность (14 тераэлектронвольт ? 2,2 мкДж, для сравнения, кинетическая энергия пистолетной пули ?700 Дж), это может, по мнению^[13] некоторых "учёных", повлечь за собой образование чёрной дыры, способной поглотить нашу планету.

[править] Даты и «сценарии» предстоящего Конца света по разным данным

• дата не названа — конец света (как минимум конец христианского мира) по предсказанию Св. Малахии. Начнётся в любое время после смерти нынешнего Папы Римского (Бенедикта XVI). Предшествию Конца Света должно предшествовать гонение на католическую церковь. Полный текст предсказания: «Во время последнего гонения кафедру Святой Римской Церкви будет занимать Петр Римлянин, который будет пасти овец посреди множества бедствий. В это время семихолмный Град будет разрушен, и Страшный Судия будет судить народ Свой. Конец.»^[14].
• дата не названа — конец света по христианской эсхатологии согласно Откровению Иоанна Богослова (оно же «Апокалипсис») — книге Библии об уничтожении современного мира. Произойдёт при Армагеддоне — горе в Израиле, месте последней битвы добра со злом. Подразумевает гибель всех не-христиан и Вавилона великого. Ряд комментаторов считает^[15], что данные события не будут сопровождаться уничтожением Земли и всего человечества, а потому не могут рассматриваться как конец света.
• дата не названа — конец света по исламской эсхатологии подразумевает гибель всего живого и переустройство Вселенной, после чего все люди будут представлены на Страшный суд и отправлены по заслугам в Рай и Ад.
• дата не названа — конец света по теореме «Судного дня».
• дата не названа — конец света от Машины судного дня (гипотетическое устройство уничтожения Земли)
• дата не названа — конец света от ученика Павла Глобы, Андрианна Басенко «Когда настанет тот миг тот час когда сольются моря с реками и океанами случится светлый день последний. Не будет не войн, не катаклизмов, люди будут готовы уйти в другое измерение»^{[источник?]}.
• 2011, 21 мая — Судный день согласно некоторым трактовкам Библии, после чего ровно через 5 месяцев случится окончательный Конец мира^[16].
• 2012, 21-23 декабря — Конец света (конец времён) по календарю майя. «Время пятого Солнца» — последнего цикла — закончится (зимним солнцестоянием) Концом света, за которыми должно последовать очередное рождение Вселенной. Эта дата вызывает множество современных паникёрских пророчеств и эзотерических спекуляций. Особенно эта теория популярна в течении Новой Эры, где язычество смешивается с христианской антиязыческой идеей Апокалипсиса. Согласно расчётам некоторых астрологов, конец света конкретно наступит в результате нарушения всех космических циклов после начинающегося 12 декабря 2012 года, в 12-00, солнечного затмения при сочетании с парадом планет и последующим прохождением диска Солнца через плоскость нашей Галактики. В результате этого конкретно на Земле произойдёт смещение полюсов и всемирное наводнение, от которого есть шанс выжить только у 0,5 % населения (приблизительно 35 млн из около 6,8 млрд.)
• 2021, крайний срок, до которого должна произойти инверсия магнитного поля Земли согласно гипотезе периодических планетарных катаклизмов^[17]. В результате инверсии может погибнуть большинство современного человечества.
• 2060 — конец света и Апокалипсис по расчёту 1704 года Исаака Ньютона по библейской книге Даниила согласно ряду источников^[18][19][20]
• 2098 — конец света в результате космической катастрофы согласно расчётам Элиаса Отиса по Откровению Иоанна Богослова^[21].
• 2242 — конец света по теории смены планетных эпох, была последовательно изложена в трудах ибн Эзра, Авраама (XII в.) и Абу Машара (IX в.). Согласно этой теории в 2242 году закончится эпоха Солнца.
• 2780 — конец света по пророческим иконам, написанным в конце XVIII века по предсказаниям Авеля-Ясновидца^[22]
• 2892 — конец света согласно предсказанию Авеля^[23].
• 3797 — дата конца света написанная Нострадамусом в «Письме сыну Цезарю»^[24].
• через 5 миллиардов лет — термоядерные реакции исчерпают запасы водородного топлива в центре Солнца, Солнце превратится в красного гиганта, его радиус достигнет орбиты Земли, и Солнце поглотит её.
• через 20 миллиардов лет - конец света в результате Большого разрыва.

Слёт гуманоидов затянулся далеко за полночь. В двухкомнатной хрущёвке набилось человек двадцать. По большей степени – люди творческие. Местный бомонд. Несколько рокеров локального разлива, четверо бумагомарателей, претендующих на звание поэтов и писателей, художники, штампующие пейзажи города и Ласточкино Гнездо. Всё это разбавлялось несколькими экзальтированными девицами, неизвестно откуда появившимися и неизвестно куда потом девающимися. Присутствовал даже депутат районного совета – по совместительству вокалист одной из рок-групп. В депутаты он попал совершенно случайно. На очередной пьянке поспорил, что станет народным избранником. На следующий день, даже не протрезвев как нужно, поехали регистрировать нового кандидата. И народ, устав от постных морд кандидатов, бывших госаппаратчиков и коммунистов, дружно проголосовал за абсолютно аполитичного, асоциального и аморального лабуха. Мало того, он ещё и спор выиграл – бутылку коньяка.
Хозяева квартиры – молодая пара, всегда были рады гостям, а гости, пользуясь гостеприимством, не переводились. И всем было наплевать, что в доме маленький ребёнок. Каждый день кто-то да сидел на кухне, через день кто-то спал в кухне на кушетке, а раз в неделю заваливала толпа с бухлом, закуской, гитарами и погремушками для ребёнка.
Алкоголь заканчивался уже третий раз. Все судорожно выворачивали карманы, выгребая последнюю мелочь. Гонцы уже стояли на пороге, благо ночной ларёк с бодяжной водкой недалеко.
- Так, Гном, - распоряжался депутат, вручая пожертвованные средства. – Тут должно хватить на три пузыря и две пачки сигарет. Скажи, чтобы водку дали нормальную, понял? А то прикрою завтра этот гадюшник к чертям собачьим.
- Сэр, там нет нормальной водки. Там только палёнка.
- Ну, пусть дадут нормальную палёнку. Давайте, одна нога там…
Народ заскучал, кто-то дремал в кресле, кто-то тискался в ванной, кто-то курил на балконе. На кухне яростно спорили, кто лучше – Шевчук или Кинчев. Шевчук выигрывал, потому что с бородой и в очках. Хозяйка чистила очередную порцию картошки. Движение замерло в ожидании гонцов.
- А давайте споём, - предложил Киря, брякнув на гитаре пару аккордов.
- Ребёнок спит.
- А мы тихонько.
Ребёнок спал в соседней комнате, закалённый шумом ночных посиделок.
- Выключите магнитофон, - сказал Киря. – Сейчас будет сейшн.
Музыканты потянулись за гитарами.
Киря торжественно начал:
- Мы встретились с тобою у станка,
Нет нас с тобой счастливей в мире,
А хочешь, я ключик тебе подарю,
Двадцать два на двадцать четыре...
Три гитары вступили слаженно и дружно. Кухонные спорщики подтянулись в комнату. Знакомую и любимую песню встретили аплодисментами и свистом.
- Я просыпаюсь каждый день без четверти шесть, - запел Сэр, - Я успеваю побриться, иногда поесть, и на работу, на работу!
Хотел затянуть погромче, но вспомнив о младенце в соседней комнате, сдержался. Песню подтянули все, кто хлопая в ладоши, кто отстукивая ритм на столе.
- Грязные кепки рабочего класса,
Открыли ворота и серой массы
Поток на гудок.
Ты знаешь, это, наверно все-таки рок!
- Рок!!! – закричала толпа, уже не сдерживая себя. Гитаристы покрепче приложились к струнам, Сэр добавил громкости в голосе, и уже толпа горланила вовсю.
- Мы даем стране металл,
Мы даем стране металл,
Мы даем стране металл,
Мы да-даем стране металл,
Но если б ты знала, Клава, как я устал!
Хозяйка выглянула из кухни, увидела мужа, самозабвенно подпевающего, и
поняла, что пытаться остановить это безобразие бесполезно.
Только когда песню допели, поняли, что так настойчиво пыталось сбить всех с ритма. В стену самозабвенно колотили соседи. Все утихли, слушая глухие звуки, гасившиеся висящим на стене ковром.
- Достали, - недовольно проворчал хозяин квартиры, Герыч, – Пошли в жопу! – вдруг закричал он стене и стукнул пару раз в ответ.
- Пошли в жопу! – хором подхватила толпа.
- Невозможно отдохнуть по человечески. Всё им не нравится. То музыка играет, то поют громко, то ребёнок плачет. Пердуны старые! Не нравится – идите в жопу! – погрозил пальцем стене Герыч.
- Да, - согласились присутствующие, - сволочи!
- Сэр, ты же депутат, прими закон, запрещающий пенсионерам стучать в стену.
- Завтра же подам на рассмотрение. Это зло нужно пресечь на корню. Ну, что,ещё споём?
Вторую песню пели ещё громче, назло.
Стучать начали уже другие соседи по батарее.
- Сэр, и это…по батарее тоже чтобы стучать запретили.
- Ясный день. Вплоть до уголовной ответственности.
Раздался звонок в дверь. Настойчивый, наглый и непрекращающийся.
Герыч взял на всякий случай пустую бутылку на случай разборок. Но это оказались гонцы. Принесли они портвейн. Пять бутылок. Узнав, что водка предназначалась депутату, киоскёрша отказалась продавать и вообще закрыла киоск. Портвейн купили у какого-то барыги с рук.
Пока открывали, наливали, хозяйка принесла сковороду с картошкой и очередную банку солёных огурцов.
- Что-то портвейн какой-то неправильный, - Сэр крутил в руке стакан, рассматривая жидкость на свет.
И тут снова раздался звонок.
- Вот, суки! – Герыч снова схватил бутылку и пошёл открывать. – Сейчас я им покажу, как в стену стучать в два часа ночи.
Но ничего никому он не показал, так как на пороге стоял милицейский наряд. С овчаркой. Отодвинув Герыча в сторону, менты внаглую зашли в комнату и с понимающим видом осмотрели компанию за столом.
- Сержант Крамолов, - представился представитель закона. – Нарушаете? Поступил сигнал, что соседям спать мешаете.
- Это к депутату, - сказал Гном и указал пальцем на Сэра.
- К какому депутату? – удивился сержант.
- Народному, - Сэр встал, тщетно пытаясь найти депутатскую корочку.
Сержант с недоверием смотрел на толстого, небритого, заросшего гражданина, выворачивающего карманы.
- Что ты там ищешь?
- Неприкосновенность свою ищу, сержант.
- Так, ладно, ты ищи, а мы пока… Кто хозяин квартиры?
- Я! – гордо признался Герыч, - А что нельзя?
- По какому поводу мероприятие?
- Встреча друзей. Проводы в армию и поминки.
- Так, всё ясно. Будем оформлять. Документы у всех при себе есть? – Сержант оглянулся на своего коллегу. – Вызывай пару машин. Продолжите в отделении. Депутатов у нас ещё не было.
- За что, командир?
- Как за что? Нарушение общественного порядка. Шумели после одиннадцати. Мешали труженикам спать.
- Да кто шумел? Кто? Мы же тихонько. Сидим, разговариваем, ничего не нарушаем. День рожденья отмечаем.
- Чей?
- Карла Перкинса, это такой музыкант. Сегодня у него день ангела…Командир, клянусь, не шумели мы. Мы вообще не шумные.
- Там разберёмся, шумели – не шумели. Соседи говорят – детям спать не даёте.
- Пусть не трындят, - хозяйка взяла сержанта за локоть и повела к двери в спальню. – Детей разбудили? – возмущалась она. – Каких детей? Мои дети спят. Посмотрите.
Она открыла дверь и полоса света упала на детскую кроватку, в которой мирно спал ребёнок. От света упавшего на его румяное личико, он заворочался, перевернулся на бок и снова засопел. Хозяйка подошла к кроватке, поправила одеяло и вопросительно посмотрела на сержанта.
Тот растерянно пожал плечами. Снял фуражку, почесал затылок и промямлил:
- Ну, даже не знаю.
- Вот! – Сэр держал в руках удостоверение.
- Да уже не надо. – Сержант отдал честь и направился к выходу.
- Сержант, выпьете? За день рождения? – Сэр протянул ему стакан с портвейном.
- А! Давай! – сержант залпом выпил, скривился, его всего передёрнуло, он схватил со сковородки пару кусочков картошки и жадно сунул в рот. И ретировался из квартиры.
- Вот и всё! Инцидент исчерпан. Давайте выпьем за детей! – он поднял стакан.
Зазвенели цокающиеся стаканы.
- Бля! – вдруг крикнул Сэр, - отбой!
- Ну, что ещё?
- Олифа.
- Что олифа?
- Гном, где вы портвейн брали?
Гном пожал плечами:
- Да чувак возле киосков крутился. Мы вообще, недорого взяли.
Все удивлённо рассматривали и нюхали стаканы. Портвейном там и не пахло.
- Ничего, ремонт будете делать? – Сэр поставил стакан на стол и взял гитару. – Олифа в хозяйстве пригодится. Споём? Назло соседям. А сержант, думаю, сегодня уже здесь не объявится.

Антона не любили все. Даже не то, что не любили, скорее брезговали. Было в его ауре что-то отталкивающее, как у таракана: вроде бы, жук, как жук, а в руки взять противно. Отец – бравый военный, полковник, красавец и бабник, чаял видеть в сыне продолжателя традиций. Но, глядя на долговязого, сутулого, бледного, прыщавого подростка, понимал, что армия вряд ли будет рада видеть в своих рядах подобное чудо.
В школе друзей у Антона не было. Дружить с ним считалось моветоном, и даже те, кого сажали с Антоном за одну парту, становились объектами насмешек. В восьмом классе, когда настало время первых поцелуев, первой нетрезвости, первых романтических переживаний, когда гормоны кипятили кровь, требуя любви, приключений и самоутверждения, Антон оказался за бортом. Без него пили портвейн, курили, дрались район на район, без него ездили с палатками на водохранилище, где, сидя у костра, трогали упругие тела одноклассниц.
Антон давно свыкся со своей участью изгоя и одиночки. Вечерами он сидел в кресле с книгой. Читал быстро, много и бессистемно. Библиотекари устали выписывать ему новые читательские карточки. С каждой книгой багаж интеллекта и эрудиции прибавлял в весе. Учителя уже не вызывали Антона к доске, опасаясь выглядеть глупее его. Но и это не помогло влиться в коллектив сверстников. Да и необходимость в этом отпала, слишком велика была разница между умищем Антона и умишками сверстников. Книга заменила ему всё и всех, давя на корню подростковый стадный инстинкт, душа зародыши пубертата, безжалостно топча первые ростки сексуального влечения. Даже с мастурбацией у него не сложилось. Книга оказалась интереснее.
Но социум не прощал такого обхождения с ним. Найдя своё счастье в литературе, Антон нашёл своё несчастье в жизни. Неокрепшая юношеская психика под напором презрения, вечных издёвок, тупых шуток обрастала комплексами. Он пытался не реагировать, не подавать вида, что его это задевает, всячески показывать, что ему наплевать на всех, но, очевидно, получалось не очень убедительно. С чьей-то лёгкой руки к нему прилипла кличка «Комплексный обед».
Обида на весь мир засела глубоко в душе. Несправедливость, жестокость окружающих, тупого необразованного быдла, породила в Антоне ненависть. Тихую, ждущую своего часа. Часа «Хэ»
Закончив школу, Антон вздохнул облегчённо, но, поступив в универ на факультет журналистики, столкнулся с тем же самым. Студенческая жизнь прошла, как в тумане, проплыв мимо бесшабашности общаг, стройотрядов, пьянок, гулянок и беспорядочного секса. Всё это заменили книги – верные друзья, не позволяющие себе бестактности и хамства. Им, в принципе, было всё равно, кто их читает, но они, хотя бы, не проявляли по отношению к Антону никакого негатива.
Мало того, Антон попробовал себя в сочинительстве. Первый свой опус он спустил в унитаз. Второй – оставил, но тот где-то затерялся. Все последующие складывались в папку. С каждым рассказом получалось лучше, складнее, вырабатывался стиль, слог. Некоторые даже понравились самому автору, и он вылизал их, переловил всех блох, переписал начисто. Накопившиеся произведения просили читателя. Родителям показать своё творчество Антон не решился, а больше никого у него и не было.
Судьба сделала всё-таки подарок. После окончания ВУЗа, Антон устроился на работу в издательство, попав под крылышко самого Кипарисова. Кипарисов – солнце русской поэзии, любимец публики, путеводная звезда модного в те времена литературного андеграунда, пригрел странное существо, по имени Антон. «Польсти бездарности – получишь верного слугу» - говаривал Кипарисов. Антон кивал в ответ и бежал делать чай великому мэтру, не принимая, конечно, эти слова в свой адрес.
Кипарисов стал первым читателем содержимого пухленькой папки, робко подсунутой ему Антоном.
Листки бумаги летали по кабинету. «Говно! Х…ня! Параша! Полнейший отстой! Кто написал этот мусор?» - восклицал мэтр, бегло пробегая взглядом написанное. Антон готов был убить его прямо сейчас, не откладывая на завтра. Слёзы наворачивались на глаза, ноги предательски дрожали. Он чувствовал себя облитым с ног до головы дерьмом.
«А вот это достойно!» - неожиданно воскликнул Кипарисов. – «А вот это действительно сильно! Это ваше?»
Никто никогда не узнает, действительно ли рассказ понравился или это была та самая лесть. Но это сработало. Антон воспрял, он готов был пойти в огонь и воду за своим начальником. Сам Кипарисов похвалил! Это неспроста! Это говорит только об одном – о моём таланте, который еще предстоит раскрыть, очистить от шелухи, натереть до блеска и доказать всем…
Антон успел взять несколько уроков у великого Кипарисова, прежде, чем был уволен по сокращению штатов. Шеф даже не вступился. Да что там, даже не простился по человечески. Но, несмотря на это, Антон кичился знакомством со светилом и при любой возможности упоминал его имя, иногда даже всуе.
Приобретение компьютера изменило жизнь Антона радикально. Писать стало намного легче. Не нужно было перепечатывать тексты по десять раз, редактирование доставляло удовольствие, и от этого тексты приобретали ту огранку, которая делала из алмаза бриллиант. Только жаль, что любоваться своими творениями приходилось в одиночку. Но и это решилось, как только Антон подключился к интернету. Получив несколько плевков от неблагодарных хамовитых онлайн-читателей, он нашёл свою аудиторию. Даже появились поклонники, а что самое волнующее – поклонницы. Восхищённые комментарии придавали уверенности, а плевки, на которые автор не обращал внимания, открыли интересную грань сетевого общения. Безнаказанность. Ты мог говорить человеку всё, что угодно, не рискуя получить за это в лицо. Мало того, сеть кишела неадекватными, нервными, обидчивыми людьми. Сам Антон уже давно выработал иммунитет к хамству, да и цену себе знал. Он был породист, и обращать внимание на тявканье дворовых шавок, было выше его достоинства. И уподобляться им Антон не собирался. Просто лаять – утеха для плебеев. Он же будет душить, брать за горло и сжимать всё крепче, пока хрипы не умолкнут, и агония не отпустит обмякшее тело. Час «Хэ» подошёл. Он будет мстить. За несчастное детство, за унылую юность, за комплексы, которыми его напичкали окружающие. Он заразит своими комплексами каждого, с кем столкнётся в сети. Пусть почувствуют на своей шкуре, как это быть изгоем.
Спешить было некуда, и Антон методично и планомерно стал завоёвывать авторитет. Блистать умом – дело третье. Умников не особо жалуют. Нужно стать заметным, ярким, оригинальным. Форумы запестрели пользователем с ником «Папокарло». Циничные аватары, смелые комментарии, яркие рассказы, срывающие овации. Писал он в большей степени эпатажные вещи, не стесняясь в выражениях и словах, писал про дерьмо и грязь, роясь на свалках человеческих отношений, выискивая наиболее сгнившие кусочки. И скармливал их неприхотливой публике, уставшей от школьной программы. Некоторые фразы становились крылатыми и разлетались по сети. «Повидловое варенье» и «Дядя мнёт писю» стали гимном поклонников Папокарлы. Издательства шарахались от одного его имени. Антон и не стремился издаваться на бумаге. Настоящее искусство создано не для народа, сказал кто-то древний и умный. Не хватало ещё, чтобы его книги лапали сальные руки пролетариев и домохозяет.
Глумление над классиками, отвержение общепринятых правил, восхищение малоизвестными деятелями. «Вы не читали Володю Тейтельбойма? Я не верю! Обязательно ознакомьтесь». «Толстой – старьё и графомания. Зачем сейчас читать Толстого? Унылое говно». «Тарковский – скука и уныние. Не смотрел и смотреть не буду. Нет ничего лучше Тарантино». Отрицание слов собеседника и навязывание собственного мнения на уровне истины. Любые возражения высмеивались. Всё это делало Антона в глазах форумчан свежим, необычным, своеобразным и уважаемым корифеем. На многих ресурсах он укрепился, как человек весомый, авторитетный, эрудированный и оригинальный. Используя принцип лести бездарям, оброс свитой, поддерживающей его в любых спорах. Его уважали, боялись, ненавидели. И признавали.
Теперь можно было приступать к главной цели – мести. Обосновавшись на нескольких литературных сайтах, он выбирал себе жертв. Новички, пробующие себя в графоманстве, были его основной дичью. Рецензии писались жестокие, беспощадные и безапелляционные. «Автор, зачем вы написали это говно? Вы думаете, оно кому-нибудь интересно? Мой вам совет, никогда ничего не пишите. Такой х..ёй и без вас всё завалено. Попробуйте себя в чём-нибудь другом, например, в подметании улиц. Ради вашего же блага». Обиженный автор сначала робко возражал, но это только затягивало его в паутину. «Друг мой. Ничего личного, – отвечал Антон. – Но ваш рассказ – настоящая какашка. Вы же согласитесь со мной?» Автор не соглашался и начинал возражать. «Вы со мной собираетесь спорить? Увольте. Спорить о говне я не собираюсь». И когда у несчастного графомана срывало крышу, Антон наслаждался, представляя, как бедолага брызжет слюной, мечется по квартире в своей жалкой беспомощности, подбирает правильные слова, чтобы побольнее ужалить обидчика. Но Антону наплевать. Он льёт желчь, виртуозно фехтует цинизмом и сарказмом. И как апофеоз, спускает лишайных борзых, которые и добивают несчастного своими насмешками и упрёками в неадекватности. Но на этом охота не прекращается. Жертва отслеживается везде, где пытается выложить свой рассказ. И продолжение следует до тех пор, пока загнанная, истерзанная жертва не уходит в подполье или вообще, прокляв Майкрософт, Билла Гейтса и Всемирную Сеть, начинает бояться компьютера.
«Получите! Жрите дерьмо!» – радостно восклицал Антон, представляя душевные терзания затравленного графомана. Где-то появилась родная душа, полная неуверенности, жалости к себе и ненависти к окружающим. Готовая мстить за себя, а заодно, и за своего обидчика. Отравить. Всех отравить. Побольше яда. Иногда от восторга с Антоном случался непроизвольный оргазм, что только убеждало в том, что его дело правое, нужное… и приятное.
И так каждый вечер, вырвавшись из потных страшных лап реала, Антон восседал на виртуальный трон, надевал виртуальную мантию, стучал виртуальным молотком и вершил суд, восстанавливая гармонию и справедливость.

Встречу форумчан назначили в пивной с простым названием «Пивная» - одном из оставшихся островков совкового общепита, который не успели переделать в очередной фастфудовский конвейер. Место выбрано не случайно, оно символизировало дань уважения к поэтам тех времён, гонимых и официально не признанных, но любимых народом и свободных душой в тотальном государстве.
Пришло двенадцать человек. Почти все уже встречались до этого, и поэтому пиво и беседа текли непринуждённо, не требуя ритуала неловкости при знакомстве. Папокарлу никто не ждал. Он никогда не принимал участия в подобных мероприятиях. Никогда ни с кем не встречался, не выкладывал своих фотографий, и не давал о себе никакой информации, придавая этим своему имиджу ещё больше туманности и мистики. Без возраста, без имени, без лица мрачным призраком он бродил по интернету, наводя ужас на сетевых писак. Но сегодня он решил выйти из сумрака. Антон слился со своими аватарами и казался себе симпатичным парнем с острым взглядом и лёгкой ироничной улыбкой, уверенным, популярным, весомым. Пришло время менять жизнь уже в реале.
Компания состояла из солидных мужчин от тридцати до сорока. Выпив по бокалу пива, заговорили о бабах, компьютерах и контркультуре. Откуда-то появилась бутылка водки, что означало длительное и увлекательное продолжение банкета. Сдвинули столы, взяли ещё по бокалу, наколдовали народный напиток «ёрш».
- Привет, падонки! – долетело оптимистическое от входной двери.
Все умолкли и уставились на вошедшего.
К столу шёл высокий, худой сутулый мужчина с нездоровым цветом лица. Улыбка на лице должна была означать, что он рад всех видеть, и ждёт ответных чувств от публики. Каждый тут же бегло прокрутил в голове, кто бы это мог быть. Ведь аватар обычно выражает не внешние черты скрывающегося за ним человека, а состояние души, поэтому угадать не удалось никому.
Антон взял за соседним столиком стул, и присоединился к компании, загадочно улыбаясь. Пауза затянулась, все смотрели на новоприбывшего в ожидании, что тот представится. Но том молчал, растягивая интригу.
- Ну, и? – спросили, наконец. – Гюльчетай, открой личико.
- Папокарло я, - сказал Антон, доставая из сумки бутылку.
- Нифига себе! – то ли бутылке, то ли Антону удивились форумчане.
Общение вернулось в своё русло, снова загалдели, посмеялись над анекдотом, вспомнили несколько историй из сетевых посиделок. Антон влился в беседу легко и непринуждённо, слегка расстроившись, что его появление не вызвало ожидаемого фурора. Подошли ещё несколько человек, придвинули ещё стол, заказали ещё пиво.
- Мужики, может пожрать закажем? – поступило предложение. – Есть тут у них комплексный обед?
Антон вздрогнул. Комплексный обед. Царапнуло, срывая корку с почти зажившей раны. Антон выпил рюмку, сам, без тоста, чтобы прижечь выползшие воспоминания. Удалось. Разговор снова затянул, заказали всем окрошку и пельмени.
Краем уха Антон услышал, как кто-то декламирует стихи. Плохие стихи. Мужчина, небритый и пузатый, подняв в тостовом жесте рюмку, читал что-то из свеженького. Про лето и лета, про летать и лётать. Про девушку Литу в латах. Белое, неритмичное и с довольно условными рифмами. Закончив, чтец выпил рюмку и оглядел присутствующих. Раздались жидкие аплодисменты и скупые одобрительные реплики, но на большее автор и не рассчитывал, и поэтому сел на месте довольный собой.
- Говно! – вдруг выкрикнул Антон. – Полная х…ня! Я такие стихи могу левой ногой писать. Но не хочу. Зачем плодить калек?
Все уставились на Антона, потом перевели взгляд на поэта. Тот в недоумении и смятении вертел в руке рюмку.
- Да я и не претендую, - стал оправдываться чтец.
- Братишка, без обид, может, у тебя есть и лучше стихи, в чём я сомневаюсь, но этот – полнейший навоз. Ты кто на форуме?
- Кривой дрозд.
- Помню, помню тебя. И ник у тебя дурацкий. Ты не мог ничего пооригинальнее придумать? Ты же считаешь себя креативным, да?
- Папокарло, угомонись, - сосед потянул Антона за рукав.
- Да я и не буяню. Просто высказал своё мнение. Имею право. Почему я должен делать вид, что стихи хорошие? Если я вижу говно, то я и говорю – «говно». Приятель, прости, ничего личного.
Антон повернулся в поэту, но того уже не было за столом. И вдруг что-то потянуло назад, заваливая вместе со стулом. Пол уплывал из-под ног, вестибулярный аппарат пытался исправить ситуацию, но неведомая сила мешала это сделать, увлекая Антона назад и вниз. Он упал, стул отлетел в сторону, и сразу же резкая боль пронзила спину в области почек. Попытался встать, но новый удар повалил его на пол. Вокруг всё замерло. Форумчане сидели, застыв в позах немой сцены. Никто не бросался помогать, никто не собирался мешать расправе. Антон поднял голову, чтобы посмотреть на источник боли, но прямо в лицо ему ворвался носок ботинка. Последнее, что Антон увидел – выемки протектора на подошве. В голове взорвался радужный фейерверк и тут же погас, оставив беспроглядную темноту.
- Прости, ничего личного, - сказал Кривой дрозд бесчувственному телу. – Я тоже, когда вижу говно, не могу удержаться.
Закричала официантка, грозясь вызвать милицию.
Стали подниматься, наспех допивая пиво и доедая пельмени. Обходя Папокарлу, двинулись к выходу.
- Вот урод, и тут всё испортил.
- Чувак спутал реал с виртуалом. Заигрался.
- Бывает.
- Я его другим представлял. Стрёмный товарищ.
- Я бы сам с удовольствием приложился. Дрозд, дай клешню пожать. Правильно ты ему приложился.
- Может вернёмся, добавим? – поступило предложение.
На улице ещё было светло, поэтому решили передислоцироваться в другое заведение, где и продолжить распитие и общение. Никаких сомнений, что обсуждать будут инцидент и его героев. А завтра новость разлетится по всей сети. К бабке не ходи, кто-то успел снять на телефон несколько кадров поверженного Папокарлы.
В «Пивной» приводили в чувство избитого гражданина. Милицию решили не вызывать. Лишний геморрой заведению не нужен.
Антон сидел на стуле, вытирая салфеткой кровь с лица и трогая языком шатающиеся передние зубы. Боль не давала думать, только отдельные слова прорывались, да и те почти все матерные. Всё вернулось к самому началу. Он снова стал «Комплексным обедом», несчастным, обиженным и ненавидящим весь мир.
(C)goos

Это рассказ-сёрфинг.
Я понятия не имею, куда он меня вынесет. Нет конкретного плана, сюжета и сценария. Даже малюсенькой идеи нет.

Одутловатое лицо в старомодных очках склонилось надо мной и сказало:
- Поздно. Стоп-машина.
Обиженно застонали тормоза, застучали друг о друга вагоны и поезд остановился.
- Приехали, просыпайтесь. Конечная.
Я открыл глаза, пытаясь вырваться из потных лап сновидения. Кондуктор в линялой форме, бледный и худой, тряс меня за плечо, обнажая в улыбке гнилые зубы. Я встал, всё ещё не понимая, что происходит, как я оказался в поезде и куда приехал. По инерции направился к выходу.
Как только я сошёл на платформу, дверь за мной закрылась. В брюхе поезда засопело, выдохнуло со свистом, и вагоны медленно покатили по рельсам. Кроме меня никто не вышел. Да и, скорее всего, до конечной доехал я один, не считая кондуктора. И станция была пуста и запущена. Она представляла собой небольшое кирпичное строение с заплесневевшей черепичной крышей, давно не мытыми окнами и с замком на двери. Окошко кассы затянуто паутиной и припорошено порядочным слоем железнодорожной бурой пыли. Ветерок трепал наполовину оторванное расписание поездов. Что за станция? Отойдя назад, прочёл вывеску над входом: «Skonit». Чёрт, как я сюда попал? Казалось, сон всё ещё не отпускает меня, наводя морок на разум и память.
Наконец, мозаика начала складываться. Я ехал из Праги в Тршебову, чтобы написать репортаж о ком-то старике, который что-то там…не помню что. Но то, что я ехал, было фактом, который хоть что-то объяснял. Вопросов оставалось немало. Почему я оказался на этой заброшенной станции вместо того, чтобы попасть в забронированный люкс лучшей гостиницы города? Как отсюда уехать? Почему никого нет?
Вспомнив о расписании, расправил мятый листок на стене, но прочесть ничего не смог. Буквы и цифры отказывались складываться в необходимую информацию. Понял я одно – сюда поезда только приходят. Для отправляющихся составов, очевидно, другое расписание, которое, скорее всего давно сорвал бесшабашный пыльный ветер, и унёс в небо, не оставив заблудшим пассажирам шанса на возвращение. Я ещё раз попытался вчитаться, но порыв ветра выхватил расписание из рук, закружил его, унося всё выше и выше.
Над головой что-то щёлкнуло, я посмотрел вверх и увидел над дверью часы с треснутым стеклом и гнутыми стрелками. Почему-то числа на циферблате ни о чём мне не говорили. Они были просто числами, не имеющими ничего общего со временем. Вроде бы, и расставлены правильно, от одного до двенадцати, но понять который час, я не смог. Часы не показывали время. Что угодно, только не время. Стрелки дрожали, пытаясь продвинуться вперёд, зацепившись за невидимую преграду. В конце концов, они сдались и замерли, устав бороться с минутами и часами.
Я присел на ящик, заглянул в сумку и пожалел, что не захватил с собой еду. Первое, что я собирался сделать в Тршебове – пообедать в местном ресторанчике. А чтобы гусятина с красной капустой, кнедлики и бокал холодного пива доставили настоящее удовольствие, я рассчитывал явиться туда основательно проголодавшимся. Я достал мобильник, позвонить редактору, чтобы прислал за мной машину, но как выяснилось, здесь совсем нет связи. Что же это за глухомань? Рассиживаться не имело никакого смысла, нужно искать выход. Я встал и осмотрелся, зашёл за угол станции, и моему взору предстало болото, растворённое в облаке тумана. Над станцией светило солнце и хулиганил ветер, а всего в нескольких метрах от здания неподвижно висела сырая густая пелена. С другой стороны рельс, напротив входа до самого горизонта растянулась выжженная мёртвая степь с чахлыми островками жухлой сухой травы. Почему-то мне не было ни страшно, ни странно. И, учитывая небогатый выбор вариантов: либо засохнуть в степи под палящим солнцем, либо сгинуть в трясине, либо ковылять по рельсам меж двух стихий, меня не смущала мысль о том, что неплохо бы остаться навсегда на этой станции и просидеть на ящике до конца дней, пялясь на часы, запутавшиеся в цифрах.
- Добрый день, - я вздрогнул от неожиданности.
Оглянувшись, увидел стоящего сзади мужчину. Он был упитан, румян, лысоват, с тонкими усиками, лихо закрученными на кончиках. Форменный китель сверкал начищенными пуговицами, сапоги начищены до зеркального состояния. Да и сам он, казалось, излучал сияние. Улыбка становилась всё шире, в глазах – неподдельная радость от нашей встречи.
Наконец-то, сейчас всё прояснится.
- Простите, что не встретил. Сегодня я не ждал поезда и поэтому слегка задремал в своей коморке. Разморило, знаете ли. Я Симон Рыбар, - он протянул мне пухлую ладонь. – Начальник станции. Правда, кроме меня здесь и нет никого. Так что, я начальник над самим собой. Добро пожаловать.
Я пожал протянутую руку.
- Очень приятно. Я…, я…, меня зовут…, - имя вертелось в голове, словно назойливая муха, которую никак не удаётся поймать. Даже, вернее, мух было множество, но поймать необходимо одну. И я не знал, какую. Я перебирал имена, но никак не мог понять, какое же из них моё. Забыть собственное имя – наверное, я сошёл с ума. Или это мне снится. Во сне случаются самые странные вещи.
- Моё имя… - вместо того, чтобы попытаться вспомнить, я думал о том, как комично и нелепо я выгляжу. Что может подумать этот милый человек обо мне?
- Вацлав, - сказал Симон, - вас зовут Вацлав Блажек. Звали.
Недостающий кусочек мозаики сразу стал на место. Конечно, это моё имя. Вацлав Блажек. Но эти два слова вдруг показались чужими, не имеющими ко мне никакого отношения. Если раньше я и имя были неразлучны и дополняли друг друга, слившись в единое существо, то сейчас, имя отделилось и зажило своей жизнью. И я смотрел на него со стороны, удивляясь, что могло быть между нами общего. И вообще, какие-то два слова управляли моей жизнью. Они общались с моими знакомыми, росчерком пера оставались на документах, их окликали на улице, мои статьи тоже были подписаны не мною, а этими самозванцами.
Я явно повредился рассудком. Как это называется в медицине? Кажется, диссоциативное расстройство идентичности. Раздвоение личности. На меня и имя.
Начальник станции терпеливо ждал, пока я приду в себя.
(C)goos

продолжение не за горами

Товарищи, друзья, соратники!
Как бы мне от вас от всех отписаться?
Блин, за час приходит 934857357235720357 сообщений.
И поэтому я тупо никого не читаю. ))))

Теракт был организован батьком, чтоб задавить оппозицию раз и навсегда. Где-то так.
Это уже испытанный вариант, так что...

Вчера приехали из Днепропетровска. За наградами ездили. Старшая оторвала первое место за индивидуальную работу и второе за коллективную. Второе потому, что первое младшая хватанула.
Город так себе.
Ветер на Днепре. Смешной зоопарк с козами, овцами, свиньями, конями, кроликами и курями)
Девушка шла по улице и ела из банки солёные огурчики
В интернет клубе не работает интернет
Периферия бедненькая, но чистенькая. Дома обшарпанные какие-то, а частный сектор вообще жалкий. Домики максимум на одну комнатку. Зато центр - стекло и бетон. И башни близнецы ждут своего теракта.
Зато конкурс был организован с размахом. Три дня жили в красивых комнатах школы-интерната с евроремонтом и импортной сантехникой. И кормили на убой. И автобусы мажорные, и две экскурсии прикольные - в Петрикивку - центр народных умельцев, и в казацкий хутор.
В общем, мы довольны.
Это девочки рисовали на мастер-классе по петрикивському роспису

это мы попали на отбор Х-фактора

это в зоопарке где-то раки. Наверное, аттракцион какой-то. Типа "откопай рака"

это просто конопатая

знаменитый мост с замками



это мы с интернате

котогалки призёры

награждение

LI 7.05.22

Офицер бросил на меня безразличный взгляд и спросил:
- Это вы корреспондент?
Я кивнул и протянул удостоверение. За последние полчаса пришлось показать его раз десять. Меня обыскали, и металлоискателем, и вручную, сняли отпечатки пальцев, взяли образец волоса, просветили какой-то лампой, задавали путанные, на первый взгляд, нелепые вопросы. Связались с редактором, уточнили все нюансы согласований и разрешений. Подкорректировали план интервью, вычеркнув четверть вопросов и вписав несколько своих. Проинструктировали о правилах поведения. И, наконец, отправили с двумя сопровождающими на минус двадцать пятый этаж в огромном грузовом лифте. Они и передали меня в руки каменнолицего офицера.
Он даже не взглянул на ксиву, указал на кресло.
- Присаживайтесь. Президент сейчас занят. Вас позовут. Кофе? Чай?
- Нет, спасибо. Здесь не курят?
- Курите.
Я сел в кресло, достал сигареты. Прикуривая, попытался унять дрожь от волнения. Интервью с президентом - задание крайне ответственное. Любая ошибка, любое не верно сказанное слово может вылиться в крах карьеры. Текст интервью я зубрил неделю, а тут неожиданная правка, новые вопросы. Так что закурить мне было просто необходимо, чтобы успокоить хоть немного нервы.
Уже закурив, обнаружил, что рядом нет пепельницы.
- Можно на пол, - сказал офицер.
- На ковёр?
- Можно.
Я сбил пепел на белоснежный палас с длинной пушистой ворсой. От этого меня сразу накрыла паника. Чёрт бы побрал эти сигареты, этот палас, этого президента. Но пепел вдруг втянулся внутрь. Даже следа не осталось. Теперь остался вопрос - куда девать окурок?
- Туда же, - словно читая мои мысли, сказал офицер, - только погасите об подлокотник кресла.
Разделавшись с сигаретой, я замер в ожидании аудиенции, сложив руки на коленях и уставившись на массивную дверь, за которой находился президент. Ждать пришлось недолго.
- Господин президент готов принять вас, - разорвал гробовую тишину голос офицера. - Прошу.
Дверь открылась, я робко вошёл внутрь. И увидел его. Президент сидел на диване, в длинном махровом халате, с чашкой кофе в руке. Увидев меня, он широко улыбнулся, словно встретил старого друга:
- Проходите, друг мой! - сказал он. - В том кресле вам будет удобно. Сейчас нам принесут выпить. Нам же нужно развязать язык, чтобы интервью получилось живым и непринуждённым. Думаю, рюмка хорошего коньяка сделает своё дело.
Он говорил так искренне и смотрел так открыто, что весь мой мандраж сразу улетучился. Президент оказался совсем не похожим на того строгого, серьёзного главу государства, каким видели его по телевизору миллионы граждан страны. Да он такой же человек, как и все мы, - подумал я, - и тоже имеет свои слабости, и тоже слегка несчастлив, и проблем у него, небось, хватает. Президент - это должность, а не человек. Как человек, президент оказался довольно симпатичным, даже черты лица преобразились и голос, кажется стал мягче.
Девушка бесшумно внесла поднос с бутылкой и двумя бокалами, налила коньяк и исчезла, словно её и не было.
- Ну, за знакомство! - сказал президент, мы цокнулись, но выпить не успели.
Дверь распахнулась и в кабинет решительной походкой вошёл сам маршал Р. Собственной персоной. Подойдя к столику, он остановился, вытянулся по стойке смирно, щёлкнул каблуками и отдал честь.
- Господин президент. Разрешите доложить. Непредвиденные обстоятельства. ЧП! Иначе я никогда не посмел бы вас так бесцеремонно побеспокоить. Но сейчас действительно…
- Маршал, расслабьтесь. Что за ЧП? У меня интервью. Будете коньяк?
- Буду! - маршал взял бутылку и отпил прямо из горлышка. Приложился основательно - на лице выступили красные пятна и глаза стали, как у кролика. Маршал закашлялся, занюхал рукавом.
- Вот и хорошо, - улыбнулся президент. - Так что там случилось? Только быстрее.
- Господин президент. Такое дело. Вас только что убили.
- Как убили? Где?!
- На встрече с работниками металлургического комбината в Ч. Три ранения, все смертельные. Вы скончались на месте.
- Писец, - пробормотал Президент. Он на глазах осунулся, побледнел и будто бы постарел лет на десять.
- И что, медицина бессильна?
- У вас полчерепа снесено. Мозги по всей трибуне. Какая медицина? Ещё и прямая трансляция. Вся страна видела.
- И что теперь? - голос президента дрожал и сипел.
- Вы знаете правило. Инструкция написана не мною, и даже не вами.
- Я понимаю, но…
- Никаких но. Мы не имеем права рисковать. Вы же президент, сами должны понимать. Государство превыше личных проблем. Если информация о двойниках президента станет достоянием общественности - это будет грандиознейший скандал. Да что я вам объясняю. Мне жаль, что сия миссия выпала мне. Ничего личного.
- Можно с родными попрощаться?
- Исключено. - Маршал вынул из кобуры пистолет и выстрелил. Пуля попала прямо между глаз, отбросив голову президента. Тело тяжело рухнуло на пол, заливая кровью белоснежный ковёр. Брызги крови и мозгов впитались внутрь, не оставив и следа. Лужа вокруг головы не разливалась, а будто втягивалась в невидимый слив.
От ужаса я онемел, оглох, окоченел. Сейчас и меня пустят в расход, как свидетеля. Любые аргументы, которые я мог бы выдвинуть, казались нелепыми и смешными. Я впечатался в кресло, тщетно пытаясь вжаться в него, чтобы стать незаметным.
- Молодой человек? - обратился ко мне маршал. - Вы журналист?
Он спрятал оружие, но мне не стало легче. Спрятать и достать - секундное дело.
- Жу-жу-журналиссст, - язык не слушался.
- Вы успели взять интервью?
- Нннет.
- Ничего. Наши креативщики сейчас набросают вам текст. Предсмертное интервью. Рейтинг вашего издания взлетит до небес. Вы уж простите, что так вышло. Производственная необходимось. Думаю, вам не стоит напоминать, что всё увиденное здесь не должно обнародоваться ни в каком виде. Данный факт имеет статус государственной тайны, за разглашение которой - мучительная смерть от пыток. Так что…
- И я могу идти? - я всё ещё не верил. Мне даже стало как-то обидно. В какой-то момент смирился со смертью. И тут - отбой.
- Конечно. Не смею задерживать. Офицер проведёт вас в канцелярию, где вы подпишете некоторые документы. Текст интервью мы сами вышлем в редакцию. Хорошего дня. Жаль, нормальный был президент. Кого теперь выберут? - вздохнул маршал.
Каменнолицый офицер невозмутимо проводил меня до лифта.

© goos

LI 7.05.22