Бетти появилась в нашем доме семь с половиной лет назад.

 

Красивая годовалая догиня черно-белого окраса - так наз. "арлекин".

Первый раз Бетти появилась в нашем доме вместе со своей хозяйкой Людмилой Михайловной -- очень пожилой женщиной изможденного вида.
Людмилу Михайловну мы тогда тоже видели впервые.

Их привела моя подруга, преварительно поведав печальную историю о том, как старушка упала в обморок в церкви, а приехавшая на вызов "Скорая" констатировала... голодный обморок.
Тут-то и выяснилось, что Людмила Михайловна содержит дома двух огромных собак-догинь: мать и дочь, оставшуюся от последнего выводка...
Выводок был большой - шесть щенков, и пока их поднимали, жили впроголодь, рос долг за оплату квартирных платежей...
Щенков нужно было растить, поднимать на ноги, хорошо кормить... Две мизерные пенсии - Людмилы Михайловны и её совсем престарелой матери почти полностью уходили на корм для собак.
Но надеялись, что, когда щенки подрастут, можно будет их выгодно продать, и все расходы окупятся.

Надежды не оправдались.
Когда щенки подросли, выяснилось, что продать их не так-то просто.
Наступили времена постперестроечной отрыжки. Люди со средним достатком стремительно беднели, а не столь многочисленные в те времена новые богачи считали престижным держать совсем другие породы - свирепых охранных собак, а не благородных догов - по сути своей очень добродушных и миролюбивых животных.

В результате пятеро чистопородных щенков дога были отданы по газетным объявлениям почти даром случайным людям "в хорошие руки". В доме оставалась шестая - любимица Бетти. Не потому, что жаль было с ней расставаться - просто больше некому было отдать.

Моя подруга привела Людмилу Михайловну в наш дом с надеждой на помощь - муж работал в зообизнесе...
А Людмила Михайловна тайно надеялась, что мы не устоим перед чарами Бетти, и, продав нам её по полной стоимости, она хоть как-то сможет расплатиться с долгами. Ну, опять же, Бетти попадёт в хорошие руки...

А мы тогда вовсе не собирались заводить собаку.
Маленькому Котьке едва исполнилось полтора года, и он поглощал всё наше внимание. А Бетти, по сути, была еще одним дитём - доги взрослеют лишь к трём годам. Кроме того, рядом с хрупким малышом такая огромная собака выглядела просто устрашающе.
Да и лишних средств для её содержания просто не было. Был кредит, взятый под новую квартиру, выплаты по которому съедали 2/3 семейного бюджета.

Всё было против того, чтобы Бетти осталась с нами.
И, тем не менее, она осталась...

За первые месяцы пребывания в доме Бетька сгрызла вещей на сумму, в три раза превышающую её собственную немалую стоимость.
Она сгрызала всё, что находилось в поле её достижимости. А учитывая её внушительные размеры и способность к прыжкам на высоту более одного метра, это поле было практически ничем не ограничено.
Она уничтожила немалую часть библиотеки, разорвала половину нашего гардероба. Приходилось каждую неделю покупать новые тапки. Была уничтожена моя плетенная деревянная коллекция. Накануне 1 сентября были растерзаны детские новенькие школьные ранцы. В ночь под Рождество была съедена половина пирогов, которые я выпекала до 3-х часов ночи и опрометчиво не убрала со стола. Была, наконец, сгрызена даже живая черепаха.

Всякий раз, обнаружив очередной урон, я впадала в гнев и лупила её чем попадя... Из всех членов нашей семьи я была самым строгим судьей и карательницей за её проступки. Поэтому и любила она меня с некоторой опаской - всегда была со мной как будто настороже...

Только теперь понимаю, что наказывать её не следовало. Она ведь не была шкодой, она просто не была приучена оставаться в доме одна. И всякий раз, когда мы уходили из дома, она прощалась с нами НАВСЕГДА. И вещи грызла от тоски и страха... А еще потому, что они таили в себе наши запахи...

Бедная моя, бедная девочка... Как же недоумевала ты, когда после очередного нашего возвращения в ответ на твою радость ты получала трёпку... Прости меня, неразумную...

Ровно в три года Бетти, действительно, вдруг повзрослела. Погрызы вещей становились всё реже, собака наша приобрела ровный и очень миролюбивый характер.

Два года назад, когда старшая дочь Ольга поступила в Академию и перебралась жить в Елгаву, собаку отдали ей. Впрочем, это было справедливо, - из всех нас Бетти своей любовью особо выделяла именно Олю...

В конце недели обычно они обе появлялись на пороге нашей рижской квартиры - улыбающаяся Ольга и следом Бетти, всегда пытающаяся прошмыгнуть первой...
В доме у Оли жили две ручные крысы, которые частенько досаждали Бетти. Она никогда не причинила им никакого вреда.
Потом появилась кошка, с которой Бетька тоже мирно сосуществовала.
Бетти ревновала Олю только к её коню. Поэтому на конюшне нужно было приглядывать за ней...

Ниже размещены последние фотографии, которые я сделала пять дней назад.
Бетти была уже очень больна, но внешне держалась хорошо. В этот день она еще следовала рядом с Олей во время конной прогулки в лес. Бегала довольно резво, даже прыгала, но быстро уставала.

Мы и не догадывались, насколько она серьезно больна. Просто плохо стала есть последнюю неделю.
Возвращаясь домой, заехали в супермаркет, долго выбирали что-нибудь особенное для Бетти, вкусненькое. Вечером я приготовила для неё особое блюдо, её любимое - геркулес на курином бульоне, с курицей и паштетом...

Через пять дней её не стало...
Мы похоронили её в Клейсты, на участке, где стоит дом Виллии - первого Олиного тренера.
Там уже лежат под дубом два пса Виллии. Виллия тоже любила Бетти и разрешила захоронить её на этом семейном кладбище животных.
Рядом лежала груда красивых камней, которые прошлым летом Оля навезла с нашего побережья. Когда она выбирала эти камни, Бетти всегда крутилась рядом...
Один большой камень, очень похожий на голову дога, мы положили на могилу нашей собаки...

Прощай, Бетти... Прощай, наша девочка...
Спасибо тебе за твою преданную службу и беззаветную любовь...
Прощай...