Порой, чтобы сделать шаг вперед, надо переступить через себя, сломать что-то важное внутри. Решившись не отступать, мы порой теряем нас самих по дороге к цели.
Пролог
Распахнутые до боли глаза. Страх. Непонимание. Знакомые очертания комнаты. Ощущение теплых рук на талии и близости такого родного и теплого Леся. Холодное и мокрое от слез лицо. Соленый привкус на губах… И воспоминания. Беспокойные, безжалостные, знакомые до последней мелочи, привычно пронзающие насквозь…
Освобождаясь от объятий, по привычке бесшумно выскальзываю из постели. Подхожу к окну и долго смотрю вниз и вникуда, прижавшись пылающим лбом к раме…
Смогу ли я когда-нибудь…нет, не забыть, а простить? Простить себя… Не знаю. И не надеюсь. Я уже давно устала надеяться…
Оборачиваясь, вглядываюсь в спящего Леся. Темнота не мешает мне разглядеть и без того заученные наизусть черты: огненно рыжие пряди на моей подушке, нереально красивое лицо (слишком красивое для мужчины), длинные густые ресницы веером на белой, как снег коже, трогательно сжатую в кулак руку… Мое личное солнце во сне походит на ребенка, уставшего за день от своих же шалостей.
Лесь… Единственное, что удерживает меня на грани – это риск причинить ему боль. Мое рыжее солнце – все, что у меня осталось от меня…
Глава первая.
«Мне скучно…Мне невыносимо скучно…» - нудит подсознание. Пытаюсь придать себе вертикальное положение, подперев рукой подбородок… Хватает секунд на 40. Медленно съезжаю на парту. Кошусь на Юльку, блаженно посапывающую рядом… Блин, опять придется выпрашивать лекции…
«А ну его!!!..» - залихватски выдает мой «лучший» друг, прежде чем отключиться под аккомпанемент моего заразительного зевания…
- Ань!!! Юль!!! Пара кончилась!!! Просыпайтесь!!!...
«Че так орать-то???»
От Аленкиного крика над ухом не спасают даже перечисление всех ее беспорядочных извращенных половых связей и импровизация на тему ее происхождения и умственных способностей. Недовольно потянувшись, с пятой попытки отрываю голову от парты, пытаясь разлепить глаза и отлепить попу от скамейки…Получается как-то не очень…
Решаю отыграться на Ю, чтоб полегчало. Наклоняюсь к самому уху и…
- ВСТАВАЙ, СТРАНА НАРОДНАЯ!!!!! ВСАВАЙ НА СМЕРТНЫЙ БОЙ!!!!...
Может со слухом у меня и проблемы…
«Угу, проблемы! Да на твоих ушах толпы медведей учились прыгать на скакалке!!!!» - опять он, мой любимый внутренний голос(садист, пошляк, нахал, извращенец и язва!!)
«Весь в тебя, родная!» (Вот зараза, и ответить нечего!)
…зато с громкостью…
Юлька подлетает над скамейкой, стукнувшись коленями об парту и умудрившись начать орать еще в воздухе:
- Мать твою…!!! Чтоб тебя …!!! Малышева!!!!... УБЬЮ!!!!
- Убьешь-убьешь, когда приземлишься…- лучезарности моей улыбки позавидовал бы любой новоиспеченный глава государства – Кстати, я тебя тоже люблю! – посылаю приземлившейся подруге воздушный поцелуй – С Добрым…хмм…вечером, Радость моя!!
Недовольный взгляд голубых глаз натыкается на мою ангельскую улыбку и начинает плавиться…
- Можно, не так экстравагантно? – Светлая дужка левой брови насмешливо прячется под густую челку.
- Можно, – ухмыляюсь, сбрасывая показную невинность – но это неинтересно.
- И что в этом интересного? – розовые губки Ю безуспешно пытаются скопировать мою нахальную улыбочку…
- Ну…Например, интересно было посмотреть, как высоко ты можешь подпрыгнуть и как сильно выпучить глаза! – не могу сдержаться и концу фразы начинаю хихикать. Причем не одна. Лидок сгибается пополам, Ленчик пытается сохранить царственное величие, но не выдерживает и заливается звонким смехом, Зина улыбается Юйке понимающе и сострадательно, Сандра в который раз за день возводит праведные очи к небесам, вопрошая, за что ей я, и пытаясь при этом не улыбаться…
- Малышева!!!! - жертва угрожающе тянется к моей шее…
- Ну!.. – блаженно улыбаюсь, подставляя шею лучшей подруге.
Юлька отступает и не выдержав, расплывается в улыбке…
- Анька, я тебя лю!!!
- Девочки, спасите!!!! НАСИЛУЮТ!!!... – с боевым кличем бросаюсь к Аленке на шею под хохот подруг и ошеломленное хихиканье прохожих студентов…
А за окном зима, шесть часов вечера, а кажется, что почти ночь…
Выхожу из сверкающего свежим ремонтом здания опостылевшего института, кутаясь в золотисто-рыжий мех куртки…и сразу же падаю в объятья идущего сзади Сашки. Цепляясь в него, как в спасательный круг, пытаюсь переплюнуть Юлия Цезаря, одновременно ища глазами Юйку, принимая горизонтальное положение и мило улыбаясь Сашкиным поклонницам.
- Саш, тебе очень нравится Ленка из одиннадцатой? – с соблазнительной улыбкой, прижимаюсь к Санчесу, изображая пламенную страсть…
«Ну, прям, сама невинность!»
Фанатки моей опоры( в прямом смысле) и надежды ( мечтать не вредно) зеленеют от злости и зловеще косятся в нашу сторону. В ответ я улыбаюсь еще шире...
- Это которая с Темой встречалась? – Капенкин Александр Игоревич, нахально ухмыляясь, притягивает меня еще ближе, руки ползут вниз..
- Э!!! Я попрошу! – шлепаю неисправимого друга по рукам, одновременно махая, как всегда замешкавшейся Ю – Она самая.
Отодвигаюсь на безопасное расстояние и, одарив его кокетливым взглядом из под ресниц ( ох, побьют меня фанатки!), выдаю:
- Не лезь к ней в постель еще хотя бы денек: и девушка созреет и те оправдываться не придется…
Санчес понимающее хмыкает и с самым невинным видом выдает:
- Ну…Ты же знаешь, я вообще девушек боюсь… А они...
-Знаю-знаю, похотливые самки. Только без подробностей, жертва разврата!
- Юль, ну сколько тебя можно ждать?!! – хватаю подругу под локоток и тащу к КПК.
- Ну, я же.. – возмущение и невинность голубых глаз подруги гарантирует подробное описание ее героических усилий в одевании.
- Пошли уж… - прерываю поток объяснений, выныривая из толчеи проходной и окунаясь в поток студентов, спешащих домой…
Бархатно темное небе, бросающее голубоватые блики на сугробы, огни, машины, вывески… Магазины, банки, рестораны, придорожные ларьки… Знакомый ритм московского вечера. И пустота внутри, не реагирующая на провокационные шутки, предпраздничное веселье и друзей… Пусто.
Наверное, это все из-за зимы…Зима всегда на меня наводит депрессию. Хотя…Зачем врать себе самой? Я уже не первый день такая. Я такая с тех пор, как вернулась с моря. Там, все казалось далеким и нереальным, а здесь… Здесь все кажется близким и потерянным. И слез нет. Нет, не было и не будет. Почти 7 месяцев назад я ушла от Андрея. А 9 месяцев назад он сделал мне предложение… С тех пор я в них не верю. С тех пор я, как во сне.
- Давай, до встречи! Флэшку завтра захвати! – Ю чмокнула Санчеса, тот потянулся ко мне, но передумал и просто махнул рукой…
- Аннет, колись! Что с тобой? Ты вон Санчо напугала. – Юйка впилась в меня взглядом, тряхнув белоснежным каре.
«О, это уже серьезно! Прическа – это святое»
Мдя придется отвечать…
- Ю, я не знаю… Я не страдаю по Ежу (так я называла Андрея, когда мы еще встречались), но… Я, как будто, пустая внутри! Ничего нет. Все все равно!
Юлька, потянула меня к скамейке, протискиваясь сквозь вечный бич метро - бесконечную толпу спешащих людей.
«БОЛЬНО!»
Я зашипела, оглядываясь на толкнувшего меня парня.
- Что случилось?
- Не знаю! Вон тот парень толкнул меня – некультурно тыкаю в высокого блондина с модельной внешностью, размахивая горящей рукой во все стороны и подпрыгивая от боли – Кажись, он с сигаретой шел и меня задел!!! Сволочь!!!
- Вот зараза!!! – подруга бросает уничтожающий взгляд в сторону виновника преступления и, поймав мою руку, вглядывается в запястье, ища след от ожога. Рассматриваю руку вместе с ней…
- Ничего! – выдохнули мы это одновременно.
- Черт, а почему так больно-то тогда?!! – закусываю губу и, жмурясь от боли, дую на совершенно чистую кожу.
«Может ты что-нибудь не то съела?» - ехидно интересуется внутренний голос.
- АНЬ!!!! А что это?
Кошусь из под ресниц на руку…
«ЧТО ЭТО????» На запястье проступает тончайшая вязь изящной татуировки…
- ТВОЮ МАТЬ!!!! У меня глюки???!!! – сухонькая бабушка с лицом голодного бульдога шарахается от меня в сторону, шипя себе под нос что-то о распущенности молодежи и падении нравов.
- Успокойся. Мы спятили вместе. – выдыхает Ю, подобрав наконец челюсть.
- Знаешь, мне от этого, конечно, гораздо легче! – язвительно шиплю сквозь зубы, безостановочно дуя на несчастную руку.
- Ань, что это???
- А я знаю??!!! – огрызаюсь, про себя поминая привычку друзей считать, что я в курсе всего.
«Нечего было строить из себя всезнайку!» - тут же встревает мой постоянный собеседник.
А я и не строила!...
Осекаюсь, потрясенно смотрю на переставшее нещадно гореть запястье…
Нет, тоненькая паутинка золотисто-коричневой татуировки на месте, вот только больше не доставляет мне мучений.
- Что? Ань, что? – подруга трясет меня, вцепившись в куртку и вырывая клочки меха.
- Незачем меня ощипывать! – недовольно ворчу я, разгибая цепкие пальчики, - Она болеть перестала.
- Как???
Зачарованно смотрю на изумленно выпучившую глаза подругу…
- Ты знаешь, я боюсь, что это не пройдет…
- Что это? – Юля непонимающе вскидывает брови
- Ну, что у тебя глаза так и останутся, как у рожающей лягушки! – ехидно улыбаюсь я.
- Малышева!!!!
- Да-да? Я вас слушаю. – невозмутимо продолжаю я в ответ на возмущенный вопль подруги, - Я не знаю, как, - становлюсь серьезной, - Мне интересней, как я это предкам объясню…
- Мдяя… - подруга понимающе хмыкает, заталкивая меня в вагон…

- Мам, пап, я дома! – швыряю сумку на стул и начинаю стягивать кисы.
- Привет! – папа, как всегда, чуть ли не приплясывает от желания услышать новости – С Вовкой гуляла?
Кошусь на лукаво ухмыляющегося родителя. Нет, ну прям мальчишка!
- Пап, я же сказала, что гуляла с Юлькой, потом Ленчик с Таней меня перехватили.
- Ленчик? Новый поклонник?
И когда же они перестанут интересоваться моей личной жизнью?
«Что плохого?»
А что хорошего? Каждый знакомый парень воспринимается, как кандидат в мужья!! И эти допросы!..
- Ленчик – это Аленка, пап! – чмокнув отца в колючую щеку, протискиваюсь к себе в комнату.
Щелчок. И я наконец-то одна. Подлетая к столу, включаю компьютер, и, пока он загружается, стягиваю джинсы и футболку. Меняю их на спортивные штаны и футболку, кутаюсь в плед и захожу в аську.
« Я замерзла, как сосулька!!!» - отсылаю Вовке вместо приветствия.
« Закрой глазки и представь, что я тебя в животик целую»
Блаженно кутаюсь в плед, перечитывая Вовкин ответ, затем набираю…

Не жалеть. Ни о чем. Никогда.
Когда-то я пообещала себе ни о чем никогда не жалеть. Потому что это сжигает тебя дотла, нет, даже не дотла, до снега. В пепле еще есть искра жизни. В снеге – нет.
А теперь меня мучает только один вопрос: «Почему???!!! Почему, ты не мог мне сказать это раньше, когда я поставила тебя перед выбором: парень или друг????!!!! Почему ты сразу не выбрал друга??!!!! Ну, почему???!!!!!» И пусть умом я понимаю, что ты мог просто не разобраться в себе, понять, что любишь нашу общую знакомую, влюбиться в кого-нибудь еще… Моя душа умирает, корчится от боли, не в силах это принять!
Как же больно!!!!!! Как чертовски больно!!!! Как будто с меня содрали кожу и малейшее движение – боль. Воздух кажется горячим, застревает в легких… Так быстро все найти и так быстро все потерять!!!!! Мне казалось, что в следующий раз это будет проще, не так больно…А теперь я даже не знаю, действительно ли мне проще от того, что я видела тебя всего пять раз, что наших поцелуев было только 10!!!.. И числа такие нереальные, точные, обрубленные, строгие. Безнадежные.
Как же я ненавижу эту привычку казаться сильной!!!!!!!! Мне ведь так больно!!!!!! Откуда у меня взялись силы ответить: « Лучше. Почему я и спрашивала все это. Правильнее. Пока все не зашло слишком далеко и не так больно. Я ведь и правда ничего не требую и не требовала, просто должна была знать. Чтоб потом не мучаться. Прости за настойчивость, навязчивость, в общем, за все. Мы можем остаться друзьями?» Откуда????!!!!!
Мне кажется, что мое сердце разлетелось в пыль, а я, как ни в чем не бывало, продолжаю с тобой переписываться, шутить… Как я высидела этот ужин с родителями, которые прибывают в полной уверенности, что мы встречаемся – ведь час назад это было правдой, как????!!!!! Почему я даже плакать не могу???!!!! Только смеяться!!!!!! И этот смех хуже слез!!!!! Он выходит дикими рваными толчками, впивается в без того больное сердце..
Лучше б я плакала!!!.. Но куда девать эту треклятую гордость??!!!!
Огонь и лед – расплавленным свинцом воздух в горле, не проглотить, не выплюнуть, и ледяной безжизненный взгляд отражения. Боль и ненависть. Смертельное сочетание. И вдвойне смертельное, если ты ненавидишь себя. А рассудок добивает простым и безоговорочным признанием того, что Вовка не виноват. Ни в чем.
Больно? Разве? Это смертельно. Абсолютно безотказный способ смерти.
Чушь, от разбитого сердца не умирают? – Ха! Умирают… и продолжают жить. Жить дальше, но мертвыми. И каждый день – это попытка, если не воскреснуть, то хотя бы вспомнить, что такое жизнь. И каждый день провал.
Нет. Я сказала НЕТ! Со мной такого не будет! Я переживу это сейчас! Мне некогда умирать!!! Мне надо жить!!! Зачем? Это я решу потом. Но я знаю одно, я должна жить, не умирая от жалости к самой себе, а дыша полной грудью.
Я потеряла парня? Пусть! Пусть!!! Теперь у меня есть замечательный друг. Отличный парень, пусть и не мой. Я никогда не напомню ему ни об одном поцелуе, ни об одном объятье. Никогда не буду ревновать ему к девушкам. Наоборот, я буду ему помогать, советовать, что подарить, что сказать.
Но Аленке я не признаюсь в том, что случилось. Нет. Не сейчас. Потом, мимоходом, сказав, что я решила, что он милый парень, но не мой…Не сейчас. Я не дам ей повода для торжества! Она запомнит, что не имеет права мне указывать.
Я решу свои проблемы. Обязательно! Не буду жалеть ни о чем. Я уже не жалею.
Я сильная. Я выживу. Я найду того, кого не испугает серьезность моих чувств, кто не испугается искренности и смелости моих вопросов и ответов. Кто поймет меня…
Непослушные руки перекладывают вещи, убирая рисунки и лекции, отвлекая от мыслей… Хватаюсь за сумку, вываливаю все ее содержимое на стол.
Что это? Поднимаю упавшую на пол визитку, вглядываясь в золотистую надпись на переливчато серой картонке: « Завтра, 22.01.09. В 13:00. Шоколадница, столик у окна. Профсоюзная.»
- Ай! – роняя непонятную визитку, хватаюсь за левое запястье. Вглядываюсь в опостылевшую татуировку, которую я уже четыре недели скрываю от родителей. Ничего не изменилось.
Снова поднимаю серебристое послание… Что за бред?
- Юль, привет! – пытаясь удержать плечом телефон и зажав в одной руке визитку, разбираю бардак на столе.
- Он что-то еще написал? – в знакомом голосе тревога за меня смешивается с возмущением и сочувствием.
- Нет. Просто…Я же ни у кого в последнее время визитку не брала? – в последний момент ловлю сотовый.
- Нет. А что?
- Да нашла у себя в сумке странную визитку… - зачитываю странную надпись.
- Пойдешь?