grivois Также, заметьте окровавленную обезьянку обрамляющую шею одного из трансвеститов. А в книжке, они с Пеппи были лучшими друзьями...

gestalt, бедный господин Нильсон, он всегда отличался консервативностью взглядов))

grivois думаю, он весь Хеллоуин в мультяшном гробу переворачивался =)

gestalt, благо, он бессмертен, как и Пеппи, я погляжу)

С Днём Рождения, Гроза Морей!:о)

Как Пеппи празднует свой день рождения
Однажды Томми и Анника получили письмо, они вынули его из почтового
ящика на двери своего дома.
На конверте стояло:
"Т ММ И и АНКЕ"
А когда они вскрыли конверт, то нашли в нем кусочек картона, на
котором были старательно выведены неровные буквы:
"ТММИ и АНКЕ"
Тми и Анка должны прити к Пеппи на пир в день рождения в завтра поели
обеда Адежда любая
Томми и Анника так обрадовались, что начали прыгать и кружиться по
комнате. Они прекрасно поняли, что там было написано, хотя письмо и
выглядело несколько странно. Пеппи было очень трудно написать это
приглашение. Она, например, нетвердо знала, как пишется буква "И". Но
так или иначе, она все же смогла написать, что хотела. В те годы, когда
она еще плавала по морям, один из матросов пытался по вечерам научить
Пеппи писать, но особенно усердной ученицей Пеппи никогда не была.
- Нет, Фридольф (так звали того матроса), я уж лучше залезу на мачту
и погляжу, какая завтра будет погода, - говорила она обычно, или пойду
поиграю с корабельным котом.
Всю ночь просидела она, сочиняя пригласительное письмо. А когда стало
светать и погасли последние звезды, Пеппи опустила конверт в ящик на
двери.
Как только Томми и Анника вернулись из школы, они начали готовиться к
празднику. Анника попросила маму причесать ее получше. Мама завила ей
локоны и завязала огромный розовый шелковый бант. Томми тщательно
расчесал волосы на пробор и даже смочил водой, чтобы они не вились - в
отличие от сестры он терпеть не мог всяких локонов. Анника хотела надеть
свое самое нарядное платье, но мама ей не позволила, сказав, что от
Пеппи они всегда возвращаются ужас какие грязные. Так что Аннике
пришлось удовольствоваться своим почти самым нарядным платьем. Что до
Томми, то его нисколько не интересовало, что надеть, только бы рубашка
была чистой.
Конечно, они купили Пеппи подарок, выпотрошив для этого свою копилку.
Возвращаясь из школы, они зашли в игрушечный магазин и купили...
Впрочем, пока это еще тайна. Пока подарок лежал, завернутый в зеленую
бумагу и перевязанный шнурком. Когда дети были готовы, Томми взял
подарок и они отправились в гости. А мама с порога кричала им вслед,
чтобы они берегли свои костюмы. Анника тоже хотела понести немножко
подарок. Так они шли, передавая зеленый сверток из рук в руки, пока не
решили нести его оба.
Стоял ноябрь, и темнело рано. Прежде чем открыть калитку Пеппиного
сада, Томми и Анника взялись за руки, потому что в саду было уже темно и
старые черные деревья грозно шуршали последними, еще неопавшими
листьями.
- Осторожно, - говорил Томми на каждом шагу.
Но тем приятнее было увидеть впереди яркий свет в окнах и знать, что
идешь на пир по случаю дня рождения.
Обычно Томми и Анника входили в дом через черный ход, но сегодня они
решили войти с парадной двери. Лошади на террасе не было. Томми
постучал. Ответил глухой голос:
- Это привидение пожаловало ко мне на пир?
- Нет, Пеппи, это мы, - крикнул Томми, открой!
И Пеппи отворила дверь.
- О Пеппи, зачем ты говоришь о привидениях? Я так испугалась, -
сказала Анника и со страху даже забыла поздравить Пеппи.
Пеппи расхохоталась и распахнула двери. О, как хорошо было попасть в
светлую и теплую кухню! Пир должен был состояться именно здесь. Ведь в
Пеппином доме было всего две комнаты: гостиная, но там стоял только один
комод, и спальня. А кухня была большой, просторной, и Пеппи так хорошо
убрала ее и так забавно там все устроила. На полу лежал ковер, а на
столе - новая скатерть, которую Пеппи сама вышила. Правда, цветы,
которые она изобразила, выглядели весьма странно, но Пеппи уверяла, что
именно такие растут в Индонезии. Занавески на окнах были задернуты, а
печь раскалена докрасна. На шкафчике сидел господин Нильсон и бил
кастрюльными крышками. А в самом дальнем углу стояла лошадь.
Тут, наконец, Томми и Анника вспомнили, что им надо поздравить Пеппи.
Томми шаркнул ножкой, а Анника сделала реверанс. Они протянули Пеппи
зеленый сверток и сказали:
- Поздравляем тебя с днем рождения! Пеппи схватила пакет и
лихорадочно развернула его. Там оказался большой музыкальный ящик. От
радости и счастья Пеппи обняла Томми, потом Аннику, потом музыкальный
ящик, потом зеленую оберточную бумагу. Затем она принялась крутить ручку
- с позвякиванием и присвистыванием полилась мелодия: "Ах, мой милый
Августин, Августин, Августин..."
А Пеппи в упоении все крутила и крутила ручку музыкального ящика и,
казалось, забыла обо всем на свете...
Вдруг она спохватилась:
- Да, дорогие друзья, теперь вы тоже должны получить свои подарки.
- У нас же сегодня не день рождения, - сказали дети.
Пеппи с удивлением взглянула на них и сказала:
- Но у меня сегодня день рождения. Неужели я не могу доставить себе
удовольствие сделать вам подарки? Может быть, в ваших учебниках
написано, что это запрещено? Может быть, по этой самой таблице уважения
выходит, что так делать нельзя?..
- Нет, конечно, можно, хотя это и не принято... Но что касается меня,
то я буду очень рад получить подарок.
- И я тоже!- воскликнула Анника. Тогда Пеппи принесла из гостиной два
свертка, которые она заранее приготовила и положила до времени на комод.
Томми развернул свой сверточек - там оказалась дудочка из слоновой
кости. А Анника получила красивую брошку в форме бабочки, крылья которой
были усыпаны красными, синими и зелеными блестящими камешками.
Теперь, когда все получили подарки по случаю дня рождения, настало
время пировать. Стол был уставлен блюдами с булочками и печеньем самой
причудливой формы. Пеппи уверяла, что именно такое печенье пекут в
Китае. Она принесла шоколад со взбитыми сливками, и все хотели уже
садиться за стол, но Томми сказал:
- Когда у нас дома бывает званый обед, мужчины ведут дам к столу.
Пусть и у нас будет так.
- Сказано - сделано! - воскликнула Пеппи.
- Но у нас это не получится, потому что я здесь единственный мужчина,
- огорченно произнес Томми.
- Вздор! - перебила его Пеппи. - А что, господин Нильсон барышня, что
ли?
- Ой, правда! А я и забыл про господина Нильсона, - обрадовался Томми
и, присев на табуретку, написал на листке бумаги:
"Господин Сеттергрен имеет удовольствие пригласить к столу фрекен
Длинныйчулок".
- Господин Сеттергрен - это я! - важно пояснил Томми. И он передал
Пеппи свое приглашение.
Затем он взял еще четвертушку бумаги и написал:
"Господин Нильсон имеет удовольствие пригласить к столу фрекен
Сеттергрен".
- Прекрасно, - сказала Пеппи, - но лошади тоже надо написать
приглашение, хотя она и не будет сидеть за столом.
И Томми написал под Пеппину диктовку приглашение для лошади.
"Лошадь имеет удовольствие спокойно стоять в углу и жевать печенье и
сахар".
Пеппи сунула бумажку под морду лошади и сказала:
- На, читай и скажи, что ты насчет этого думаешь.
Так как возражений у лошади не было, Томми предложил Пеппи руку и
повел ее к столу. Зато господин Нильсон явно не имел ни малейшего
желания предложить свою руку Аннике. Поэтому Анника сама взяла его на
руку и понесла к столу. Обезьянка уселась прямо на стол. Шоколада со
взбитыми сливками она не захотела, но, когда Пеппи налила в кружку воду,
господин Нильсон схватил ее обеими руками и принялся пить.
Анника, Томми и Пеппи пили и ели, сколько хотели, и Анника сказала,
что, когда вырастет, она обязательно поедет в Китай, раз там пекут такое
вкусное печенье. Когда господин Нильсон выпил всю воду, он надел себе
кружку на голову. Пеппи немедленно последовала его примеру, но так как
она не успела выпить со дна свой шоколад, то по ее лбу и носу потекла
коричневая струйка. Но Пеппи вовремя высунула язык и поймала капельки.
- Как видите, все можно исправить, - сказала она.
Наученные ее примером, Томми и Анника тщательно вылизали свои чашки,
прежде чем надеть их на голову.
Когда все гости, в том числе и лошадь, напились и наелись, Пеппи
быстрым ловким движением схватила скатерть за четыре конца и подняла ее.
Блюда и блюдца, чашки и ложки оказались словно в мешке. Все это она
засунула прямо так в шкаф.
- Сегодня я ничего не хочу убирать, - пояснила она.
И вот настало время веселиться. Пеппи предложила игру, которая
называется "Не ступать на пол". Играть в нее очень просто: надо обежать
вокруг кухни, ни разу не коснувшись ногой пола. Кто первый обежит, тот и
выиграл. Пеппи вмиг справилась с этим заданием, но для Томми и Анники
выполнить его оказалось куда труднее. Надо было очень широко расставлять
ноги, передвигать табуретки и строить настоящие мосты, чтобы добраться
от плиты до шкафчика, от шкафчика до водопроводной раковины и оттуда до
стола, а затем, шагнув по двум стульям, перескочить на угловую полку.
Между этой полкой и скамейкой было расстояние в несколько метров, но
там, к счастью, стояла лошадь, и если суметь взобраться на нее и
проползти от хвоста до головы, то можно было, наловчившись, прыгнуть на
скамейку.
Так они играли, пока почти самое нарядное платье Анники не
превратилось в далеко-далеко-далеко не самое нарядное, а Томми не стал
черным как трубочист. Дети решили, что пора переменить игру.
- Давайте поднимемся на чердак и вызовем привидение, - предложила
Пеппи.
У Анники даже дыхание перехватило от страха:
- Ра-ра-раз-ве там есть оно?
- Еще бы,- ответила Пеппи.- И не одно. Там просто кишмя кишит разными
духами и привидениями, На них натыкаешься на каждом шагу. Пошли туда?
- О! - воскликнула Анника и с упреком взглянула на Пеппи.
- Мама сказала, что духов и привидений вообще не существует, - с
деланной бодростью сказал Томми.
- Возможно, - ответила Пеппи.- Возможно, их нет нигде, потому что все
они живут у меня на чердаке... и просить их убраться отсюда
бесполезно... Но они не опасны, они только так жутко щиплются, что
остаются синяки. И еще они воюют и играют в кегли своими головами.
- И-и-г-ра-а-ают в к-е-е-е-гли свои-ми голо-о-ва-а-ми? - прошептала
Анника.
- Ну да,- подтвердила Пеппи.- Ну, пошли скорей, поднимемся, поговорим
с ними... Я хорошо играю в кегли.
Томми не хотел показать, что он трусит, да и как было бы здорово
увидеть хоть одно привидение своими глазами, а потом рассказать об этом
ребятам в школе. Он успокаивал себя тем, что в присутствии Пеппи
привидения не посмеют напасть, и согласился идти на чердак. Бедняжка
Анника сначала и слышать не хотела о том, чтобы подняться наверх. Но
потом ей пришло в голову, что если она останется на кухне, то
какое-нибудь захудаленькое привидение может прошмыгнуть к ней. И она
решилась. Лучше быть вместе с Пеппи и Томми в окружении тысячи
привидений, чем с глазу на глаз с одним, пусть даже самым завалящим.
Пеппи шла впереди, она открыла дверь, ведущую на чердачную лестницу.
Там было темно, хоть глаз выколи. Томми судорожно ухватился за Пеппи, а
Анника еще судорожней за Томми. Каждая ступенька скрипела и стонала у
них под ногами, и Томми уже раздумывал, не повернуть ли назад. Что до
Анники, то она была в этом уверена.
Но вот кончилась лестница, и они очутились на чердаке.
Здесь было уже не так темно, лунный свет, проникая сквозь слуховое
окно, полоской лежал на полу. При каждом дуновении ветра во всех углах
что-то вздыхало и ухало.
- Эй, привидения, где вы! - крикнула Пеппи. Были ли они там или нет,
неизвестно, но, во всяком случае, ни одно из них не отозвалось.
- Видно, их сейчас нет дома, - объяснила Пеппи.- Наверно, отправились
на собрание в Союз духов и привидений.
Вздох облегчения вырвался у Анники. "Ах, хоть бы это собрание
продлилось подольше !" - подумала она.
Но как раз в эту минуту раздался какой-то подозрительный шум в одном
из углов чердака:
- Клю-ю-и-ид!
И Томми увидел, как что-то полетело на него, как это что-то
прикоснулось к его лбу и исчезло в слуховом оконце.
- Привидение, привидение! - крикнул он в ужасе.
- Бедняжка, оно опаздывает на собрание. Правда, если это привидение,
а не сова,- сказала Пеппи.- И вообще, ребята, знайте: никаких привидений
не существует, - добавила она помолчав, - и я щелкну в нос того, кто
станет говорить, что они есть.
- Да ведь ты сама это говорила! - воскликнула Анника.
- Говорила,- согласилась Пеппи.- Значит, придется себя самой щелкнуть
в нос.
И она дала себе здоровенный щелчок в нос. После этого Томми и Аннике
стало как-то легче на душе. Они настолько осмелели, что решились
выглянуть в сад. Большие черные тучи быстро бежали по небу, словно чтобы
помешать месяцу светить. И деревья скрипели на ветру. Томми и Анника
отошли от окна и... о ужас! Они увидели, что на них движется какая-то
белая фигура.
- Привидение! - не своим голосом заорал Томми.
Анника так испугалась, что просто лишилась голоса. А белая фигура
подходила все ближе и ближе. Дети обнялись и зажмурились, но тут
привидение заговорило:
- Глядите, что я здесь нашла в старом матросском сундучке: папину
ночную рубашку. Если ее со всех сторон подшить, я смогу ее носить, - и
Пеппи подошла к ним в рубашке, волочащейся по земле.
- Ой, Пеппи, я могла умереть от испуга, - с дрожью в голосе сказала
Анника.
- Пустяки, ночные рубашки не опасны! - успокоила ее Пеппи.- Они куса-
ются только, когда на них нападают.
И Пеппи решила как следует порыться в сундучке. Она придвинула его к
окну и распахнула решетчатый ставень. Бледный лунный свет залил
сундучок, в котором оказалась целая куча старой одежды. Пеппи выложила
ее на пол. Кроме того, она обнаружила там подзорную трубу, две страницы
книги, три пистолета, шпагу и мешок с золотыми монетами.
- Ти-де-ли-пом! Пи-де-ли-дей! - радостно воскликнула Пеппи.
- Как интересно!- прошептал Томми. Пеппи завернула все свои сокровища
в отцовскую ночную рубашку, и дети снова спустились в кухню. Аннике не
терпелось уйти с чердака.
- Никогда не разрешайте детям играть с огнестрельным оружием, -
сказала Пеппи и взяла в каждую руку по пистолету. - А то может произойти
несчастье, - добавила она и нажала на курки.
Грянули два выстрела.
- Здорово бьют! - воскликнула она и подняла глаза.
На потолке зияли две дырочки.
- Как знать, - раздумчиво произнесла она. - Быть может, эти пули про-
били потолок и угодили в пятки какому-нибудь духу. Быть может, это его
проучит и заставит в другой раз сидеть на месте и не пугать невинных
маленьких детей. Раз уж духи не существуют, то чего они пугают народ?..
Хотите, я вам подарю по пистолету?
Томми пришел в восторг от этого предложения, да и Анника была не
против иметь пистолет, если только он не будет заряжен.
- Теперь мы можем, если захотим, организовать разбойничью шайку, -
сказала Пеппи и поднесла к глазам подзорную трубу. - О-го-го!- закричала
она. - Вот это труба! Я смогу разглядеть блоху в Южной Америке! Если у
нас будет шайка, труба нам пригодится.
Тут раздался стук в дверь. Это пришел папа Томми и Анники.
- Уже давно пора ложиться спать, - сказал он.
Томми и Анника поблагодарили Пеппи, попрощались с ней и ушли, унося
свои сокровища - дудочку, брошку и пистолеты.
Пеппи проводила своих гостей до террасы и глядела им вслед, пока они
не исчезли в темноте сада. Томми и Анника то и дело оглядывались, махали
ей. Пеппи стояла, освещенная лунным светом, - рыжая девочка с тугими
косичками, торчащими в разные стороны, в огромной, волочащейся по полу
отцовской ночной рубашке. В одной руке она держала пистолет, а в
другой подзорную трубу.
Когда Томми, Анника и их папа дошли до калитки, они услышали, что
Пеппи что-то кричит им вслед. Они остановились и стали прислушиваться.
Ветер гудел в ветвях деревьев, но они разобрали слова:
- Когда я вырасту большая, я буду морской разбойницей...

И немножко алкоголя (-:
А. Блок

СНЕЖНОЕ ВИНО

И вновь, сверкнув из чаши винной,
Ты поселила в сердце страх
Своей улыбкою невинной
В тяжелозмейных волосах.

Я опрокинут в темных струях
И вновь вдыхаю, не любя,
Забытый сон о поцелуях,
О снежных вьюгах вкруг тебя.

И ты смеешься дивным смехом,
Змеишься в чаше золотой,
И над твоим собольим мехом
Гуляет ветер голубой.

И как, глядясь в живые струи,
Не увидать себя в венце?
Твои не вспомнить поцелуи
На запрокинутом лице?

29 декабря 1906