Цитата сообщения Эва_Муромская Кто вы, господин Шекспир?


Уже давно бьются над этим вопросом лучшие умы. Но в чем, собственно, загадка? Был человек по фамилии Шакспер или Шекспир (Shake-speare означает «Потрясающий копьем»), уроженец английского городка Стратфорда-на-Эйвоне. Он-то, собственно, и есть великий драматург. И что непонятного?

Но дотошный читатель никак не мог соединить в своем воображении Поэта и стратфордского Шакспера. Судите сами: один — философ, мудрец, до тонкостей изучивший человеческую природу, обладавший энциклопедическими знаниями в области географии, истории, мифологии, символизма, геральдики, медицины и многих других наук. Он владел французским, итальянским, латинским и греческим языками, в его лексиконе было около 20 000 слов (Френсис Бэкон и Виктор Гюго, например, «обходились» всего 9000)! И благодаря ему английский обогатился примерно 3200 новыми словами.

Теперь посмотрим, что пишут о стратфордском Шакспере. Члены его семьи, оказывается, не умели читать, в его доме не было книг, и он весьма охотно судился с соседями за неуплату даже мизерных долгов. Оставленное им состояние до последней вилки разделили между собой родственники.

Как тут не задуматься: существовал ли Шекспир на самом деле? С XVIII века — а именно тогда возник «шекспировский вопрос» — поэта-философа видели во многих, но каждую новую «сенсацию» опровергала какая-нибудь вновь обнаруженная деталь.

Загадочный портрет

В 1623 году вышло в свет Первое фолио — сборник шекспировских пьес. Читатель XXI столетия ничего необычного в этом издании не увидел бы: заглавие, крупный портрет автора, то есть Шекспира, предисловие издателя в виде обращения к читателю, посвящение достойным и знаменитым лордам. Все вроде бы на месте. Но благодаря скрупулезному исследованию канонов издательской деятельности того времени выяснилось, что в этом фолио не соблюден ни один из этих канонов! Тогда в другом порядке указывались название книги и автор, не принято было печатать его портрет на обложке, и еще более загадочным выглядело обращение к читателю издателя Бена Джонсона:

Здесь на гравюре видишь ты
Шекспира внешние черты.
Художник, сколько мог, старался,
С природою он состязался.
О, если б удалось ему
Черты, присущие уму,
На меди вырезать, как лик,
Он стал бы истинно велик.
Но он не смог; и мой совет:
Смотрите книгу, не портрет.

Что ж, совет издателя вполне понятен. Хотя, получив его, рассмотреть портрет хочется особенно внимательно.

А может быть, это вступление — одна из тех загадок, которыми на рубеже XVI и XVII веков издатели развлекали своих читателей? Попробуем понять, что имел в виду Бен Джонсон.

На следующем за титульным листе мы видим посвящение — обращение актеров к братьям Вильяму, графу Пембруку, и Филиппу, графу Монтгомери:

САМОЙ БЛАГОРОДНОЙ
и НЕСРАВНЕННОЙ ПАРЕ
БРАТЬЕВ —
Вильяму, графу Пембруку
(далее титулы и должности),
и Филиппу, графу Монтгомери
(далее должности и дифирамбы),
ЛОРДАМ.

Если воспользоваться данным между строк советом Бена Джонсона и вырезать портрет Шекспира, помещенный на обложке фолио, то мы увидим другую обложку — созданную по всем правилам: сначала заглавие книги, потом автор, а не наоборот:

Г-на Шекспира комедии,
истории и трагедии.
Отпечатаны в соответствии с подлинными оригинальными копиями.
БРАТЬЕВ —
Вильяма, графа Пембрука
(далее титулы и должности),
и Филиппа, графа Монтгомери
(далее должности и дифирамбы),
ЛОРДОВ.

Все это можно было бы считать выдумками современных исследователей, которые во всем видят загадки и тайны. Но среди сохранившихся экземпляров Первого фолио есть несколько книг с вырезанными портретами! А значит, читатели XVII века весьма успешно разгадывали подобные головоломки и знали подлинное название книги, как и имена ее авторов!

Детали этого расследования вы можете узнать, прочитав книгу Валентины Новомировой «Кто придумал Шекспира». А исследование Ильи Гилилова «Игра об Уильяме Шекспире, или Загадка великого Феникса» потрясет вас скрупулезностью и объемом проделанного труда: автор изучил исторические документы, сверил переводы, сопоставил бесценные оригиналы и, казалось бы, нашел ответ. Поверьте, это настолько увлекательно, что оторваться трудно!

Но кто же были эти люди, которые, возможно, «придумали» Шекспира? Разные исследователи приходят к разным выводам. Это могли быть лорд Рэтленд и его супруга, Мэри Сидни Пембрук и ее дочь графиня Елизавета, граф Вильям Пембрук, граф Филипп Монтгомери, Бен Джонсон, Джон Донн. И, как выясняется, все они знали друг друга и были объединены одними идеями! Но сначала — короткая предыстория.

Сидни Великолепный

Одной из ярких личностей английского Возрождения был поэт Филипп Сидни (1554–1586). Современники называли его английским Петраркой, Фениксом поэзии и литературы.

Сидни объездил всю Европу и был принят как равный в королевских домах. Он посетил Париж, Вену, Прагу, побывал в Германии, где изучал вопросы религии, в Польше и Венгрии. В Италии занимался литературой и науками. В Англии, после своего возвращения, Сидни стал всеобщим любимцем и образцом благородства и элегантности. Многие связывали с ним возрождение рыцарства. Пасторально-куртуазный роман в прозе и стихах «Аркадия», который Филипп написал вместе со своей родной сестрой и близким другом Мэри, графиней Пембрук, считали кодексом рыцарей. «Аркадией» восхищались несколько поколений английских дворян, а ее мотивы и атмосфера угадываются во многих произведениях Шекспира. Еще более известным творением Сидни стал цикл сонетов «Астрофил и Стела» (греческое астрофил переводится как «влюбленный в звезду», латинское стела — «звезда»).

Он был другом и покровителем Эдмунда Спенсера. Великий мистик и философ Джордано Бруно также нашел в нем близкого друга и покровителя и посвятил ему несколько книг, которые написал в Англии. Вступление к «Изгнанию торжествующего зверя» начинается словами: «Слеп, кто не видит солнца, глуп, кто его не познает, неблагодарен, кто не благодарит: не он ли и свет, что светит, и благо, что возвышает, и благодеяние, что радует, — учитель чувств, отец сущего, творец жизни. Так что не знаю, светлейший синьор, куда бы я сам годился, если бы не уважал Ваш ум, не чтил Ваши обычаи, не прославлял Ваши заслуги.

Таким показались Вы мне с самого начала, как только я прибыл сюда, таким же обнаруживаете себя множеству людей при всяком удобном случае и возбуждаете удивление всех, постоянно проявляя свою природную благосклонность, поистине героическую».

Филипп Сидни принес в туманный Альбион не только новые литературные формы и художественные приемы — вдохновленный идеями гуманизма и неоплатоников, он открыл эти идеи соотечественникам. Уилтон-хауз, родовое поместье Пембруков, где жила его сестра, распахнуло свои двери поэтам Англии. Трудно назвать более или менее известного литератора, который бы не принадлежал к окружению графини Пембрук. В ее доме бывали Кристофер Марло, Эдмунд Спенсер, Томас Моффет, Бен Джонсон, Микаэл Дрейтон, Сэмюэл Дэниел, Мэри Рот, Джон Флетчер и многие другие.

Сидни оставил глубокий след в сердцах современников — и не столько своими произведениями, сколько самой жизнью и деяниями, одинаково великими и прекрасными. Как ранее Елизавету Английскую, его назвали Фениксом английской литературы. И это нисколько не обижало королеву: она всячески благоволила Сидни. А Уилтон-хауз стали называть Гнездом Феникса. Вот тут-то и начинается история Уильяма Шекспира.

Птенцы гнезда Феникса

В 1586 году Филипп трагически погиб на войне. Его смерть потрясла Англию и стала тяжелейшим ударом для Мэри. Подавленная горем, но не сломленная обрушившимися на нее несчастьями (за последние несколько лет она потеряла двух дочерей, своих родителей и теперь брата), графиня Пембрук решает возродить Сидни — словно Феникса, дав жизнь его литературным творениям. Несмотря на просьбу Филиппа все сжечь после его смерти, она несколько лет упорно работает над приведением в порядок его трудов, дописывает незаконченные произведения и издает их в 1593 году.

Гибель Сидни и решительные действия Мэри еще больше сплотили тех, кто связывал себя с Гнездом Феникса. Поэтам Уилтон-хауза важно было, чтобы идеи гуманизма продолжали звучать — «потрясая» невежество, возрождая понятия нравственности, долга, чести, возвращая человеку веру в себя, в свою судьбу, становясь ему опорой в жизни. Может быть, именно тогда они решили объединить свои усилия и писать совместный труд. И им потребовалось имя, которое объединило бы всех и не стало бы искушением по части «медных труб» для кого-то одного. Может быть, этим именем и стало имя Уильям Шекспир.

Поэты Гнезда Феникса продолжали писать под своими именами, размышляя о человеке и фортуне, о любви, о счастье, о жизни и смерти. Но одновременно в Англии стали появляться сонеты, трагедии и комедии Уильяма Шекспира. В 1593 году вышел сборник поэтических произведений «Гнездо Феникса», посвященный благороднейшему Филиппу Сидни, а также труды самого Сидни. И в том же 1593 году появилась первая поэма Шекспира «Венера и Адонис». Поэты Уилтон-Хауза ко всем трем изданиям имели непосредственное отношение.

Конечно, все это смелые догадки. И пусть мы никогда не узнаем, кто играл основную роль во всей этой затее и кто принимал в ней участие, — важно, что это была попытка возрождения Человека и что она удалась!

Феникс возродился в Шекспире, навсегда сохранив тайну своего подлинного имени. Наверное, тогда никто и не думал, что через несколько веков эта тайна многим не будет давать покоя. Кто мог представить в XVII веке, что спустя 400 лет Шекспира будут изучать в школе, ставить в кино и театрах бесконечное количество раз? Что актеры будут идти по тернистому пути искусства с мечтой сыграть Гамлета?

Поэты Гнезда Феникса, выбрав себе это название, фактически определили свою судьбу — сгорать в пламени поэзии и борьбы и возрождаться вновь и вновь, «потрясая копьем» вечной Мудрости, приобщая к ней своих современников и потомков. Феникс стал символом английского Возрождения, объединив в служении Истине самых разных людей.

Смерть Шекспира в 1616 году не вызвала среди литераторов Англии особого отклика, несмотря на то, что его произведения в то время уже были популярны. Может, и это не случайно?

В 1623 году вышло в свет Первое фолио, в 1632 году — второй сборник шекспировских произведений, через восемь лет — третий. Уходили поэты, передавая друг другу, как факел, миссию Гнезда Феникса, сохраняя единство...

***

«Кто не склонит слуха своего, заслыша скорбные звуки колокола? Кто не ощутит, что этот звон уносит из мира часть его собственного бытия? Ни один человек не есть остров, но каждый часть материка, часть целого; если в море смоет даже один комок земли, Европа станет меньше, как если бы это был мыс, или поместье вашего друга, или ваше собственное. Смерть каждого человека умаляет меня, ибо я един с человечеством. Итак, никогда не посылай узнать, по ком звонит колокол: он звонит по тебе» (Джон Донн).

***

Восхищаясь дарованиями талантливейшей и очаровательной Мэри Пембрук, современники сравнивали ее с «Уранией, чей высокий разум, подобно золотому сосуду, содержит в себе все дары и драгоценности небес». Еще в 14 лет Мэри преподнесла королеве Елизавете поэму собственного сочинения и произвела фурор при дворе. Высокообразованная и благородная особа позднее стала покровительницей искусств и литературы, переводчицей и поэтессой. Вот лишь некоторые из сделанных ею переводов: «Рассуждения о жизни и смерти» Филиппа де Морне, «Марк Антоний» Роберта Гарнье, «Триумф смерти» Петрарки. Как видно по ним, Мэри волновали глубоко философские вопросы.

Джон Донн
Посвящается Вечности
Отрывок из поэмы
«Метемпсихоз, или Путь души»

Судьба, наместник Божий на земле,
Никто не видел на твоем челе
Морщин улыбки праздной или гнева;
Зане ты знаешь сроки и пути —
Молю, открой страницу и прочти,
Какой мне плод сулит Познанья Древо,
Чтоб, не сбиваясь вправо или влево,
Я шел по миру, зная наперед,
Куда меня рука небес ведет
И что меня в конце паломничества ждет.

16 августа 1601 года