Марта стоит у витрины
и придирчиво выбирает туфли.
Её толкают в спину,
но глаза у Марты потухли.
Глаза небольшие, цвета холодного чая.
Марта уже ничего не замечает.
Здесь, у витрин с обувью,
полных сарказмом, полных злобою
непризнанного гения,
не дождавшегося одобрения
в мире большой моды,
Марта вдруг видит, что купить ей нечего -
ни для походов,
ни для званого вечера.
Ни туда, ни сюда её не зовут,
и даже её прогулки -
невелик труд:
до конца переулка
в магазин, купить карамели пуд
и сидеть вечер у телевизора.
Марта как будто впервые это увидела.
На работу купить? Никто не оценит,
чай, не появляется Марта на сцене,
и ноги-то под столом всё время.
Как видишь, Марта, вещи - тяжёлое бремя,
твой наполнитель для пустоты.
А ведь ими не оградишься от тех мгновений,
когда - кранты...

mcdowns