Понедельник.
Сегодня опоздала на лекцию по истории полит учений. Fuck! Чертовы пробки. Забегаю в аудиторию, открываю дверь, а этот козел Хмельницкий поворачивается с кафедры, смотрит на меня через свои очечки, и на весь зал орет: «Смирнова, выйдете вон!»
Все повернулись и уставились на меня, а я стояла в дверях, как дура.
Вот сука, да что он о себе возомнил?
Среда.
Сижу на семинаре. Хмельницкий что-то вещает у доски.
Вообще он ничего. Мне даже сначала понравился. Со второго семестра начал вести у нас ИПУ. Когда я его первый раз увидела в коридоре института, подумала, что он студент. Высокий, с отличной фигурой, видимо ходит в спортзал. Только вот взгляд у него странный. Каждый раз, когда он спрашивает меня на семинарах, я теряю дар речи, и начинаю бормотать что-то невнятное. Мне иногда кажется, что ему нравиться надо мной издеваться. Даже если я наизусть вызубрю тему семинара, он все равно найдет к чему придраться.
Вторник.
Три дня уже не спала, пила кофе литрами и зубрила политучения. Двадцать битлетов, пиздец! А эта свольчъ Хмельницкий поставил незачот.
«Что ж вы, Смирнова, стыдно не знать Гегелевскую теорию диалектики. Придете на пересдачу» - издевательски произнес он после моего ответа.
Блять, ебала я твою теорию диалектики вместе с Гегелями, Кантами и Спинозами! Так и знай, Е-БА-ЛА!!!!!!!
Пятница.
Все тусуют, я а должна переться вечером на кафедру пересдавать зачет. Перед дверью толпилось еще человек пятнадцать с нашего курса. Хмельницкий вышел, и сказал: «Проходите, господа». Все ломанулись в кабинет и расселись по местам.
- «Тяните билеты, дети солнца, будем пересдавать».
Нет, вы смотрите-ка он еще и юморит. Шутник епты.
Мне как всегда достался самый дебильный билет. Анархистская теория Бакунина, блять.
Села, начала вытаскивать из памяти все, что могла вспомнить. На трояк хоть отвечу, и ладно, лишь бы отъебался от меня.
Почти все уже ответили, получили и свои зачеты. В аудитории остались только я и еще пару даунов, сидевших на задних рядах. Они судорожно дрочили ручки, пытаясь хоть что-то написать.
«Смирнова, давайте уж отвечайте, долго еще высижывать-то будете?» - говорит Хмельницкий, а сам издевательски лыбится.
Пока я бормотала свой «монолог Чацкого» про государственность и анархию, он даже не слушал что я говорю. С безразличным видом делал записи у себя в журнале. Я замолчала.
-«Это все, что вы можете рассказать мне про великого русского революционера? Мдаа негусто, Смирнова, на зачет не тянет».
-«Ну я же учила, правда, можно я другой билет вытяну? Ну, пожа-ааа-луйста, Александр Сергеевич!»
-«Ладно, тяните, Смирнова, но врятли это вам поможет».
Маккеавилизм. Уеs! Эту тему я как раз выучила на зубок.
- «Можно без подготовки?»
- «Нет уж, посидите, подумайте».
Дауны получили по «паре» и с несчастными ебалами свалили из зала.
-«Ну Смирнова, теперь отвечайте».
Блять, опять на меня напал ступор!
Встала из-за парты и медленно поплелась к его столу через пустую аудиторию. На этот раз он внимательно слушал, пока я говорила и в упор смотрел на меня своими черными глумливыми глазами. Мол, пизди, пизди, детка.
Потом прервал меня, и говорит: «Незачот Смирнова, незачот».
Я аж рот открыла от удивления.
«Но почему?» - выпалила я.
«А потому, что МНЕ так хочется, Наташа». Он впервые обратился ко мне по имени и посмотрел на меня так, что аж колени подкосились. Потом встал со своего места, обошел стол и оказался прямо передо мной.
«Повернись» - командным тоном произнес Хмельницкий.
Сама не знаю почему, но я послушалась и встала спиной к нему. Он одной рукой схватил меня за волосы и пригнул к парте, а другую руку сунул под юбку, и резкими движениями начал тереть мой клитор через трусы. Аййй –только и смогла выдавить я.
«Молчи» - произнес он сдавленным голосом.
От возбуждения закружилась голова. Хмельницкий сорвал с меня трусики, вошел сзади сильным движением и начал грубо трахать меня прямо на парте. Не знаю сколько времени это прдолжалось, мой рассудок помутнел и я уже не могла контролировать себя. Мне хотелось чтобы он отъебал меня до полусмерти.
Он кончил.
Когда я пришла в себя, Хмельницкий уже натягивал брюки.
«Давай, зачетку, Наталья. ЗАЧОТ.» - сказал он и ухмыльнулся
