Название: «Новая техника».
Автор: Nakago_in_Kuto в соавторстве с 0rochimaru-sama (Otogakure) 

Бета: Ворд & Мозг. 

Фэндом: Naruto 

Жанр: яой
Рейтинг: NC-17 ну или 21.
Пейринг: Kisame/Itachi
Предупреждения: зоофилия, педофилия (@/~\@) )^\~/^( 

Дискламер: это гнусный плагиат 

Статус: закончено 

Саммари: Итачи собирается вступать в Акацки. Проверяя его способности, юного Учиху отправляют на миссию с Кисаме. 

В общем, это скрытоюмористический шизоидный сказ о том, что из этого вышло…

                                                                             «Что же это за Лука такой, что решил     

                                                                                назвать своего сына Агасфером?...»

                                                                                                              АБ Стругацкие.

                                                                                                     «Отягощённые злом».

Девушка уже давно не кричала, едва слышно поскуливая от боли, она сжалась в комочек рядом с ним.

«И чем она мне приглянулась?» Кисаме задумчиво посмотрел в её сторону. «Невысокая, бледная… плоская… с шелковистой копной чёрных волос…» резким движением взяв девку за подбородок, он пристально разглядывал её искаженное ужасом личико в размазанных потёках туши, «большие чёрные глаза… кого-то она мне напоминает..» Кисаме ухмыльнулся, доставая кунай, одно резкое движение и её мучения навсегда прекратились. Небрежно скинув труп на пол, он встал и лениво потягиваясь, направился в ванную.

Его ждала одна любопытная встреча с новым членом организации Акацки.

«Итачи Учиха… юное дарование, гений… хм… интересно, почему его так назвали? Итачи же девчоночье имя! Да к тому же означающее дурное предзнаменование… ласка… хм…» тут он ухмыльнулся, «можно трактовать двояко,… но всё же ему ведь только 13… почему Лидер решил принять в организацию ребёнка? Хоть он и член анбу… но всё равно…»

Кисаме стоял, прислонившись к дереву, и ждал. Хоть он и сам пришел заранее, медленно тянущееся время раздражало его. «Где его носит…»

 Улизнув от обязанностей в клане, под видом важного задания для анбу, Итачи шел на встречу с Хосикаге.

Ещё когда он впервые увидел Кисаме, несмотря ни на что он был удивлён, эта его синяя кожа… жабры, странные рыбьи глаза… всё это показалось юному Учихе скорее интересным, чем отпугивающим.

«Акацки…» бытие в этой организации сулило новые горизонты, новые техники… сулило свободу… «но клан, он словно ненужный балласт за плечами… все эти восторженно-завистливые взгляды…». Как липкая трясина, клан не хочет отпускать его, отчаянно цепляясь за его талант, стремясь утащить на дно, слепить по своему образу и подобию,… но он не такой как они! Он сам будет определять свою судьбу… «теперь у меня есть мангекье шаринган, нет смысла больше оставаться в этой деревне,… тем более что они уже подозревают меня в смерти Шисуи…»

 От дерева отделилась уже знакомая фигура в чёрном плаще с алыми облаками, и Итачи невольно прибавил шагу.

- Здравствуйте Кисаме-сан. – голос был спокойным и вежливым, ничем не выдавая волнения охватившего его владельца.

- Ты опоздал Итачи-сан. - Кисаме ухмыльнулся и подошел поближе, с любопытством разглядывая мальчика сверху вниз.  – Так что не будем терять времени.

- Разумеется. – Тот всё так же невозмутимо кивнул.

«Гордый, спокойный… он прекрасно владеет собой…» Кисаме направился по дорожке в сторону от деревни. «Хотелось бы посмотреть, как изменяется выражение его лица… его лицо…» неожиданная мысль о ночной спутнице заставила его, резко остановившись, внимательно осмотреть Итачи с ног до головы. Черноволосый, невысокий, с тонкой бледной кожей и не до конца оформившейся фигурой… большие чёрные глаза… такие холодные и невозмутимые… «ксо…» недовольно ругнувшись про себя, Кисаме отвернулся и пошел дальше, стараясь отогнать столь неожиданные, но такие назойливые желания.

Учиха  тут же последовал за ним, его мысли были уже в его далёком будущем…

 К концу дня, Кисаме и Итачи уже порядком подуставшие, зашли поужинать в отдалённую гостиницу, в близлежащем от Конохи городке, взяв еды в номер, что бы не мозолить никому глаза, они поднялись наверх.

- А ты хорош Итачи-сан. – отставив опустевшую тарелку, наконец, произнёс Кисаме и, добродушно оскалившись, отсалютовал ему чашкой с чаем.

Итачи слегка улыбнулся краем губ.

- Спасибо Кисаме-сан…– он неожиданно поднялся, -  Я пойду в ванную.

Хосикаге проводил его любопытным взглядом.

Присутствие Итачи держало его в непонятном напряжении, почему непонятном? Откровенно говоря, Кисаме нравились только женщины… раньше нравились… юный Учиха, такой хрупкий, но в то же время полный скрытой силы, пробуждал в нём массу разных странных желаний… хотелось стереть с его лица эту невозмутимую маску… сжать его в объятьях, заставить кричать от боли и удовольствия… «ксо!» резко замотав головой Хосикаге вернулся к своему чаю.

 «Давненько я так не выкладывался…» стоя под тёплыми струями воды, смывающими пот и грязь с его тела Итачи не чувствовал никакого желания возвращаться домой. «Этот Кисаме силён,… если мне посчастливиться работать с такими людьми,… я больше не буду выглядеть белой вороной, для… да хотя бы для него…». Бросив мимолётный взгляд в зеркало, Учиха хорошенько вытерся и, напялив пушистый гостиничный халатик, вышел из ванной.

 Лениво развалившийся на кровати Кисаме повернул голову на звук открывающейся двери и резко сев прямо-таки впился в него взглядом.

Халат был довольно-таки коротким, отрывая взору его стройные белые ноги, «без единого шрама… прямо нереально как-то…» Кисаме жестом предложил ему сесть. «Это и есть гений с улучшенным геномом?» Невольно вспомнив, как преследовались в Тумане выходцы из великих Родов, он, усмехнувшись, подумал, что в Листе дело обстояло совсем иначе,… кланы процветали…»

- Твой клан Итачи-сан… ты сможешь оставить его так просто? Тебя ведь станут искать,… - покосившись на забравшегося  на кровать Учиху, поинтересовался он.

Но Итачи в ответ только покачал головой.

- Не станут. Я уже всё продумал.

- Ясно… - протянул Кисаме «всё-таки есть в нём что-то такое…ксо…» ругнулся про себя Хосикаге. Невинность… чистота  юного Учихи очаровывала его и, он, не сумев преодолеть влечения, мягко коснулся его обнаженной коленки.

Тот  замер, внимательно глядя на его руку, синие пальцы неназойливо поглаживали белую кожу, постепенно перемещаясь всё выше…

Итачи словно прислушивался к своим внутренним ощущениям, никто и никогда ещё не делал так. Он частенько ловил на себе восхищённые взгляды девушек, только они его как-то не интересовали, то ли в силу возраста, то ли ещё по какой-то другой причине, но он старался избегать любых физических контактов.

Осторожно, медленно, словно стараясь не спугнуть замершую птичку, Кисаме переместил руку на внутреннюю сторону бедра, благо расставленные ноги Итачи позволяли это, там кожа была особенно нежной и огрубевшие от меча пальцы слегка царапали её. Наконец синие пальцы достигли своей цели и Итачи резко выдохнув, ухватился за его руку.

Некоторое время они молча смотрели друг другу в глаза, когда алые глаза Учихи приобрели опасный оттенок Кисаме, наконец, спросил, слегка приподняв бровь:

- Не нравиться?

Не ожидавший такого вопроса Итачи немного смутился.

- Не знаю… - тихо отозвался он.

Кисаме осторожно освободил свою руку и аккуратно распустил пояс халатика, попутно мягко, но настойчиво опуская его на кровать. Итачи не сопротивлялся, он, словно до конца и не осознавал, что с ним делают.

Синие руки распахнули халат и едва ощутимо провели по его груди кончиками пальцев.

«Ни одного шрама…» снова подумал Хосикаге и ухмыльнулся, глядя в сосредоточенное лицо подростка. «Не знает он,… видимо у него ещё никого не было…хм… это даже к лучшему…»  его руки исследовали тело Итачи, всё ещё сохранившее какую-то детскую угловатость. Учиха внимательно следил за его действиями, все эти осторожные поглаживания пробуждали в нём доселе неизведанные ощущения, и он ещё не очень понимал нравиться ему это или нет.

Кисаме склонился к нему, едва ощутимо касаясь губами плеча Итачи, слегка сжав его грудь, он одним движением провел ладонью по всему телу и дальше по бедру, уверенно разводя его ноги в стороны.

И тут в голове Итачи, словно что-то щёлкнуло, с неожиданной силой он оттолкнул Кисаме, и шарахнулся от него в сторону, чуть не свалившись с кровати.

- Брось, Итачи-сан… - Хосикаге поймал его за руку, не давая упасть.

- Нет!  - тот свирепо уставился на него враз заалевшими глазами, - что, чёрт возьми, ты делаешь?!

- Ничего такого Итачи-сан… - настойчиво стараясь уложить его на прежнее место, пробормотал Кисаме, - тебе понравиться, вот увидишь…

– С чего такая уверенность, Кисаме-сан? – прошептал Итачи, делая акцент, на имени одновременно останавливая его руки своими.

«Что он делает? Что он, черт возьми…» судорожно думал юный Учиха глядя в непривычно желтые глаза. «но…но эти теплые руки..» Итачи чуть покраснел. Но тут же привычно скрыл это. «Он... заметил?.. Или нет?..» он быстро посмотрел в строну, а потом вновь в эти так напоминающие рыбьи глаза. «Интересно, а из его рта пахнет рыбой?» мелькнула мысль в сознании Итачи. И он тут же устыдил себя за эти мысли «разве мне это действительно интересно? Он же... мужчина…рыб… почему мне это интересно?». Учиха изо всех сил пытался не показать, что он в чем-то заинтересован продолжая смотреть на Хосикаге, как можно безучастнее.

«Ох уж эта невинность… должен признаться это здорово возбуждает…» Кисаме невольно заулыбался.

 - Не попробуешь, не узнаешь Итачи-сан… - «такой невинности не место в Акацках…» ему невольно вспомнился взгляд Орочимару, устремлённый на Итачи, как он облизнул губы своим мерзким длинным языком, «неет…  он его не получит…». Перехватив запястья Итачи, Кисаме с силой прижав его к кровати. – Не попробуешь, не узнаешь…

Учиха с трудом сдержал вздох. «Какой он теплый… даже горячий…» мысли метались в его голове. Остатки сознания отчаянно сопротивлялись новому, не знакомому чувству с геометрической прогрессией захватывающему каждую частичку тела «Разве мне это интересно? Отправить бы его в Цукиеми... Но почему не хочется? Что со мной? Почему так хочется, что бы этот странный человек прижал меня к себе посильнее? Что это за чувство? Разве из-за этого я решил покинуть клан?.. Что же со мной такое?». Итачи зажмурился и прислушался к новым ощущениям. «Что это? И разве это поможет мне стать сильнее?». Юный Учиха открыл уже не окропленные шаринганом глаза и с интересом посмотрел в глаза Хосикаге.

«Хм… он уже готов?» Кисаме оскалил акульи зубы в ухмылке.

- Тебе будет приятно, поверь мне… - нетерпеливо сдергивая с его плеч халатик, хрипло произнёс он, послышался неприятный, резкий треск ткани.

Вся заинтересованность Итачи мгновенно сменилась злостью и столь непривычным страхом. «Что... что он о себе возомнил?». Учиха дернулся в сторону от Хосикаге и, схватившись за остатки халата, со злостью посмотрел на него. Глаза мгновенно налились красным и проступили три красные запятые.

-  Мне это не интересно!

- Тише, тише… - Кисаме смотрел на Итачи с видом охотника играющего с дичью. «Этот его шаринган… опасная штука…» он хмыкнул и провёл кончиками пальцев по его ноге.

«Он издевается надо мной!..» Учиха чуть дернулся и в глазах «запятые» в своем движении стали напоминать калейдоскоп – Цук…

Но Кисаме оказался быстрее… Итачи мгновенно уткнулся лицом в подушку, одна сильная рука держала его за шею, не давая повернуть голову, а вторая больно выкручивала правую руку.

- Что это было?... –  хрипло прошептал он в его точёное ушко.

Юный гений Конохи по привычке опытного ниндзя, закусил губу и тихо захрипел. Он ошибся, уделив все свое внимание «Цукиёми» и поплатился за это. «Ксо… Проклятый Кисаме,… что же делать? Как… как он смеет так со мной обращаться?...»

- Что-то я не слышу ответа… - Кисаме, казалось, наслаждался его беспомощностью и унижением, мягко коснувшись языком его шеи, он ухмыльнулся и бросил взгляд вниз, остатки халатика бесстыдно задрались, обнажая крепкие подтянутые ягодицы. Отпустив руку Итачи, Кисаме с удовольствием сжал пальцы на его заднице.

Учиха густо покраснел. Еще никто и никогда так с ним не обращался. Никто. До этого момента. «Кто позволил ему так со мной обращаться? Как он.… Как он…» - Пусти меня – глухо сквозь подушку прохрипел он, и начал пытаться сдернуть его руку со своей шеи, проклиная себя за такую неосторожность.

- Итачи-сан… ты очень красивый… - неожиданно мягко произнёс Кисаме, разжав пальцы, он принялся нежно ласкать его ягодицы, по-прежнему придерживая его голову в безопасном для себя положении.

Опешив от такой перемены в Хосикаге, Учиха некоторое время лежал неподвижно, а затем страх начал отходить и на смену им пришли чувства и желания ранее не приходящие в голову юному гению. Недавняя грубость, так удивительно сменившаяся нежным голосом, пробудила в нем странное желание поддастся ему, но новые неведанные чувства останавливали стыдливые порывы. «Что… что со мной.… Что он делает? Этот…. Этот человек,… почему он себе это позволяет? Убежать.… Я хочу убежать…» - Прочь…- произнес он глухо – что тебе от меня надо? – снова покрываясь густой краской, шепотом спросил он.

- Я хочу научить тебя тому, что неизбежно пригодится тебе в будущем… - целуя его округлое плечико, фыркнул Кисаме, попутно проталкивая руку между ногами Итачи, заставляя его прогибаться в пояснице, синие пальцы несильно сжали его достоинство и принялись осторожно его массировать.

Итачи до крови прикусил губу и застонал прогибаясь. Вопрос, который он хотел задать, просьба, которую он хотел было выкрикнуть, оскорбление, которое он хотел было прорычать…. Все…. Все потерялось, расплылось, потеряло смысл и очертания. Злость. Желание. Стыд и еще огромное множество чувств, которых ранее он не знал, смешались в его сознании. Тихий стон. «Он… Он… Я… Я хочу еще…»

Заметив такую приятную перемену, Кисаме усмехнулся, «Его стон так прекрасен…» преодолев жгучее желание увидеть его лицо, он слегка ослабил хватку и провёл языком вдоль его позвоночника.

- Итачи-сан… - его хриплый от возбуждения голос прозвучал у того над ухом. Ладонь, не на секунду не останавливаясь, продолжала ласкать его уже порядком затвердевший орган.

Учиха сходил с ума от наслаждения. Как он мог не знать о нем ранее? Что это за таинственное дзюцу известное лишь Кисаме? Оно заставляло его тело выгибаться от удовольствия, и нельзя было сдержать стоны, как уже от вошедшей в привычку физической боли. Это напряжение, наиболее тяготившее в паху, разливалось по телу необычайной теплотой. Мысли и чувства заменились желанием. Единственным желанием – еще. Еще больше удовольствия. «Дай мне еще больше удовольствия… научи меня этой технике…».

И тут Кисаме неожиданно отпустил его, отстранился  внимательно, немного настороженно глядя.

- Чего ты хочешь Итачи-сан? – до безобразия спокойным голосом спросил он.

Юный Учиха с пол минуты просто лежал на кровати, пытаясь выровнять дыхание и упорядочить мысли в голове. Затем он осторожно приподнялся на локтях, и чуть повернувшись туловищем к Хосикаге, прошептал, так спокойно, как мог – я хочу, что бы ты научил меня этой технике… Кисаме. – добавил он и чуть улыбнулся.

- Технике? – тот слегка приподнял бровь, «технике…?» Кисаме стало смешно, но он не подал виду.

 - Да. Технике – подтвердил Итачи. На миг ему показалось, что над ним неприкрыто издеваются, но после недавних унижений ему уже было все равно.

- Итачи-сан...  – Кисаме слегка покачал головой и принялся невозмутимо раздеваться.

Бросив последнюю деталь одежды на пол, он вытянулся рядом с мальчиком, и, ухмыльнувшись, сказал: - Тогда давай начнём тренировку.

Учиха посмотрел на Хосикаге и моргнул.

– Ммм? – заинтересованно спросил он.

Глядя в его невинные глаза, Кисаме невольно устыдился своей шутки. Мягко погладив подростка по щеке, он прижался  ртом к его приоткрытым губам. Итачи замер, боясь помешать или разозлить Хосикаге. Он лишь чуть прикрыл глаза, когда почувствовал его горячее дыхание.

«Ну вот,… теперь он послушный, словно маленький ручной зверёк…» Кисаме грубо и нетерпеливо повалил мальчишку на кровать, глубоко засовывая язык ему в рот и раздвигая коленом ноги.

«Что он…» Итачи моргнул. «Хотя… уже не важно…» он снова прикрыл глаза.

Чувствуя, что воздуха начинает не хватать, он начал осторожно отвечать на требовательный поцелуй Кисаме.

Этот осторожный неумелый ответ только ещё больше возбудил Кисаме, выпустив парнишку из объятий, он выудил из одежды на полу тюбик с мазью и предварительно смазав, осторожно ввёл указательный палец в его задницу, внимательно глядя в лицо юного любовника, он принялся медленно двигать им у него внутри.

Итачи сильно покраснел и рефлекторно сжался, пытаясь отстраниться, но синие пальцы снова нащупали его член, и новая волна удовольствия разлилась по его телу. «Что это…?» он имел некоторое представление о том, чем занимаются иногда мужчины и женщины, но происходящее с ним сейчас, никак не желало вписываться в стандартные рамки.

Палец Кисаме коснулся какой-то особой точки у него внутри и Итачи, не сдержавшись, громко застонал, тот ухмыльнулся, пальцы мягко поглаживали головку его члена, слегка оттягивая кожицу. Напряжение в низу живота сделалось уже болезненным. Кисаме нравилось смотреть как Итачи мучительно краснея, борется со своими желаниями, немного помедлив, он присоединил второй палец и немного увеличил темп. Мальчик вцепился в простыню и прогнулся, казалось, он больше не контролирует себя, эту битву он проиграл,… забыв о стыде и гордости, юный Учиха, постанывая, двигался навстречу пальцам Кисаме, массирующим его член… касающимся его изнутри… сейчас для него существовали только эти тёплые синие руки, доставляющие такое удовольствие.

- Я… я больше не могу… - как-то жалобно простонал он и, выгнувшись дугой, кончил в руку Кисаме, глядя на него широко распахнутыми глазами.

Тот ухмыльнулся и вытер руки о простыню.

- Ну что? Понравилось? – поинтересовался он у слегка осоловевшего от оргазма подростка.

Тот только молча кивнул. «Какое,… какое приятное опустошение…» Всё его тело, каждая его клеточка, полностью расслабилось.

- Повернись на живот, – прошептал Кисаме, мягко переворачивая его, - это ещё не конец…

Итачи подчинился, «не конец?... что он теперь собирается делать?...» он уже немного пришел в себя и теперь с интересом ждал продолжения.

«Ксо… как же я хочу загнать ему с размаху… под самый корень…» с трудом удержав порыв, Кисаме прижался всем телом к спине мальчишки, его член уже просто разрывался от желания и теперь тёрся о белые крепкие ягодицы.

Тяжесть тёплого тела, придавившего его к кровати, синие руки, ласкающие его грудь, слегка пощипывая за соски, всё это снова возбуждало Итачи, эти грубые ласки сильных уверенных, чуть шероховатых рук… горячая твёрдость, прижимающаяся к его заднице,… ушки Учихи невольно покраснели от осознания того, чем она была. «Словно кость… или даже кусок металла…».

С трудом оторвавшись, от такого желанного тела, Кисаме поставил подростка на четвереньки и, просунув руку вниз, слегка сжал его возбуждённый орган и принялся  поглаживать его.

Итачи нетерпеливо застонал, покусывая губы и прогибаясь в пояснице.

- Ещё…

- Сейчас, сейчас… - свободной рукой Кисаме торопливо смазывал своё далеко не маленькое достоинство.

«Как же я хочу его…» думал Хосикаге, пристраиваясь между ногами мальчика, «хочу, как не хотел ни одну женщину в мире…»

Раздвинув ягодицы, он осторожно надавил членом на маленькое отверстие.

Итачи замер, «это совсем не то, что пальцы…» подумал он, ощущение было странным, и нельзя было с уверенностью сказать, что это уж очень приятно.

Кисаме медленными, плавными движениями вошел в него, и замер, предоставляя Итачи время, что бы немного привыкнуть к новым ощущениям.

Непривычные к такому обращению мышцы ануса, отчаянно сопротивлялись, несмотря на смазку, Учиха тихо шипел, уткнувшись лицом в подушку, ему было очень больно, но он старался не подавать виду, отступать было поздно. «Я пройду через это…». Синяя рука снова обхватила его член, и ощущения боли и удовольствия, причудливо переплелись в его сознании, Итачи приподнялся на локтях и попытался через плечо посмотреть на Хосикаге.

- Расслабься… – Посоветовал тот, слегка хрипловатым, от возбуждения, голосом. Узкий зад мальчика плотно обхватывал его достоинство, медленно, очень медленно он начал двигаться в нём, не забывая ласкать его в такт своим движениям.

Итачи застонал сквозь сжатые зубы и вцепился пальцами в простыню. Заметив подобную реакцию, Кисаме немного поёрзал и слегка изменил угол проникновения, в ту же секунду юноша вскрикнул, слишком острым, слишком неожиданным, слишком болезненным было это новое удовольствие. «Ксо… как он… он…» последующие мысли мгновенно вылетели из его головы, поскольку Кисаме начал двигаться уже более активно и всё что ему оставалось, это стонать от наслаждения и, выгибаясь, подставлять свою задницу этому странному синекожему человеку.

- Итачи-сан… ты такой узкий… - взявшись обеими руками за бёдра юного гения, совершенно не задумываясь о том, что на этой нежной белой коже неминуемо останутся  синяки от его пальцев, Кисаме ещё сильнее ускорился, заставляя Итачи уже кричать. Он слушал, как кричит от удовольствия этот гордый, невозмутимый мальчишка, вся эта его улучшенная кровь и клановая гордость, всё это было им позабыто, ничего больше не имело значения… кроме тех ощущений, что дарил ему Хосикаге. Его страстный срывающийся голос, сладкой музыкой звучал для ушей Кисаме, привыкших слушать только жалобные крики боли.

Итачи просто сходил с ума, наслаждение было таким острым,…пожар в крови стремительно распространялся, захватывая каждую клеточку его тела. Чувствуя приближение оргазма … с каждым резким движением Кисаме, с каждым толчком внутри него, юный Учиха прогнулся всем телом, и ему это нравилось, ему нравилось это странное ощущение наполненности, единения тел, словно слитых в одно целое и движущихся в бешеном животном ритме… «Да… ещё немного… я…»

- Ки-са-ме… - протяжно простонал мальчик, в ту же секунду его тело скрутила сладкая судорога оргазма.

Почувствовав, как тот ритмично сжимает его член у себя внутри, Кисаме тоже кончил, с силой прижимаясь к его заднице и наполняя её горячей спермой.

Оглушенный наслаждением, Итачи ощутил сильную усталость, словно он с утра до вечера тренировался в тайдзюцу, его дрожащие колени подогнулись, и он упал на кровать, ослабевший Кисаме свалился на него, оба любовника тяжело дышали.

Немного погодя, Хосикаге осторожно вышел из его тела и вытянулся рядом. Убрав за ухо выбившуюся из растрепавшегося хвостика длинную чёрную прядь, он как мог нежно погладил мальчика по щеке.

Уже более или менее пришедший в себя Итачи расслабленно улыбнулся ему и со вздохом сел на кровати. Несмотря на такую приятную усталость и сильнейшее желание завалиться спать, прижавшись к могучей синей груди, ему нужно было идти, он и так уже порядочно задержался.

- Уходишь? – Кисаме наблюдал за ним, подперев голову рукой.

- Да… - юноша явно нехотя сполз с кровати и принялся медленно одеваться, он прямо таки кожей чувствовал пристальный взгляд странных желтых глаз… и ему это нравилось…, но Кисаме молчал и он, застегнув последнюю застёжку, направился к выходу. В дверях он остановился и посмотрел на него через плечо: - я приду сюда завтра ночью,… к этому моменту я всё улажу и буду полностью свободен. До свидания Кисаме… - он чуть улыбнулся и вышел из комнаты.

 - До свидания Итачи-сан. – сказал тот уже закрывшейся двери. «Всё такой же гордый,... прекрасный, юный,… но уже испачканный… грязный… мой… поруганная невинность да?...» Хосикаге ухмыльнулся и вытянулся на кровати. «Завтра?...» усмешка стала ещё шире, блеснули острые акульи зубы, «интересно, что он такое придумал для своих родственничков…?»

 В условленное время тихо приоткрылось окно, и в комнату бесшумно проскользнул Итачи в форме анбу.

Кисаме валялся на кровати, одетый в черный шелковый халат, и лениво потягивал саке. Увидев юношу, он вопросительно посмотрел на него. «У парня какой-то спокойно-сумасшедший вид… хм,… что он там такого сделал?» с любопытством подумал он.

Итачи молча принялся торопливо раздеваться, словно форма Коноховского анбу внезапно стала ему тесна, сбросив последнюю деталь одежды, он сгрёб всё и сунул в камин. Выдохнув небольшой язык пламени, он некоторое время вглядывался в огонь, а потом медленно выпрямился и посмотрел на Кисаме, огненные блики причудливо разукрашивали его белую кожу, делая его похожим на огненного бога…

«Нет, скорее на демона только что вышедшего из ада…» невольно подумал Хосикаге с интересом созерцая всё это действо имевшее видимо большое значение для юного Учихи.

- Я убил их, – с ужасающим спокойствием произнёс мальчик. -  Всех… мужчин, женщин, детей, стариков… всех.

«Всех?...» Кисаме слегка приподнял бровь.

- Даже своих родителей?

- Всех. – Отблеск из камина придавал его лицу дьявольски жестокое выражение. – Клана Учиха больше не существует. – Итачи медленно подошел к кровати  - я оставил только моего глупого маленького брата, что бы в будущем ещё раз проверить свои силы.

- Ясно… - Хосикаге усмехнулся, «твои руки в крови… отцеубийца Итачи Учиха… Хм…Как ты собираешься жить с этим, интересно знать? Оставил брата в живых, во имя мести?»  - ну как? Чувствуешь свободу?

- Да. – Итачи забрался на кровать, с каким-то ожесточённым отчаянием глядя на Хосикаге.

- Чего ты сейчас хочешь Итачи-сан? – спокойно спросил тот.

- Дай мне это Кисаме… - безумие и похоть, причудливо перемешиваясь, плескались на дне этих чёрных глаз.

«Так ты хочешь получить наказание?… Вот как ты собираешься жить,… даже для такого как ты невозможно совершенно не испытывать эмоций…» - Иди сюда Итачи-сан. – Хосикаге усмехнулся про себя. «Ты получишь всю ту боль и унижение, которые ты так жаждешь,…своё извращённое возмездие самому себе…» 

* * *

 «Я забрал твою невинность… ты же уничтожил всё, что связывало тебя с прошлым.…

Что чувствуешь ты сейчас, когда извиваешься в моих объятьях, крича от боли и удовольствия?

Почему-то мне кажется, что твоя душа плачет….

Только в эти моменты, когда, словно в поисках защиты от самого себя ты приходишь ко мне что бы получить возможность сбросить свою отрешенную, холодную маску.

Ты просто не можешь без этого… словно вампир.

Ты не сможешь жить без меня…

И я вновь и вновь баюкаю в своих руках уставшее, беззащитное чудовище, что бы утром, распахнув свои обагрённые шаринганом глаза, ты снова был беспощаден и жесток ко всему миру».

 Конец.

 Продолжения не предусмотрено. (@/~\@)