1.

Об Адонисе с лунной красотой, о Гиацинте тонком, о Нарциссе, и о Данае, туче золотой, ещё грустят Аттические выси. Грустят валы ямбических морей и журавлей кочующие стаи, и пальма, о которой Одиссей рассказывал смущённой Навсикае. Печальный мир не очарует вновь ни кудри душные, ни взор привычный, ни лепестки горящих губ, ни кровь, стучавшая торжественно и дивно. Правдива смерть, а жизнь бормочет ложь. И ты, о нежная, чьё имя - пенье, чьё тело - музыка, и ты идёшь на бесконечное исчезновенье. Но, мне, увы, неведомы слова - землетрясенья, громы, водопады, чтоб и по смерти ты была жива, как юноши и девушки Эллады.                                                                                                                          Николя Пуссен. Танец под музыку времени.