Эдуард Владимирович Бурда, является членом правления Терско-Малкинского казачьего округа, войсковым писарем Терского казачьего войска. Отмечен крестом за возрождение казачества (1995), Юбилейной Владимирской медалью за заслуги в деле пропаганды российской истории (1997), Терским крестом за заслуги перед казачеством Терского войска (1998), Юбилейной медалью в честь 10-летия Союза казаков России (2000). Публиковался в журнале «Станица» (Москва), газетах «Возрождение» (Санкт-Петербург), «Терский казак», «Городок» и др.
Благодаря моему другу и земляку, терскому казаку Владимиру Филимоненко, мне попала в руки его книга «Очерки о терском казачестве». Прочитав эту книгу, хочу поделиться некоторой информацией из неё.
Терская область и терские казаки до революции.
В 1888 году территория Терской области делилась на три отдела: Сунженский, Кизлярский, Владикавказский и Пятигорский и четыре округа – Грозненский, Хасавюртовский, Владикавказский и Нальчикский. Во главе Терской области стоял наказной атаман Терского казачьего войска, который в военном отношении пользовался правами начальника дивизии, правами командующего войсками Кавказского военного округа. В его подчинении стоял войсковой штаб. Ему так же принадлежали все права и обязанности по гражданскому управлению областью. Управление отделами в войсковом и административно-полицейском отношении возлагалось на атаманов отделов, а заведование округами в административно-полицейском отношении лежало на начальниках округов. Города Моздок и Владикавказ имели отдельную полицию, которая подчинялась непосредственно областному правлению. В 1899 году, в Терской области появился новый отдел – Моздокский.
В Терской области на 1 января 1916 года проживало 255 068 казаков. Материальная жизнь казаков зависела от царского жалованья и от хозяйственной деятельности казаков. Материальная жизнь казаков стала улучшаться со второй половины XIX века, связано это было с изменениями положения о прохождении службы, которые предоставили большие возможности казакам заниматься хлебопашеством, скотоводством и другими промыслами. В новом положении от 3-го июля 1882 года было указанно, что все казаки, способные к службе по достижении 18-ти летнего возраста, зачислялись в приготовительный отряд, во время пребывания в котором они обучались и подготавливались к службе в станицах и в ежегодных лагерных сборах. По достижении 21 года казак переходил в строевой разряд на действительную полевую службу и поступал в строй, где оставался в мирное время 4 года, после чего увольнялся на льготу и числился так же 4 года во второй очереди, а остальное время, до 33 лет, числился в третьей очереди.
На службу каждый казак обязан был выходить обмундированный, со своим вооружением и снаряжением, а так же со своей строевой лошадью. Казаки за службу получали жалование, а так же имели право пользоваться беспошлинно земельными наделами. Они избавлялись от податей, сборов на содержание полиции, беспошлинно пользовались солью, рыбной ловлей по своим рекам и на море. Всё это создавало благоприятные условия для хозяйственной деятельности казаков и существенно влияло на численный рост казачьего населения.
В казачьих станицах, существовала строгая система единоначалия. Назначался станичный атаман из числа офицеров или рядовых казаков, проявленных мужество в боевых действиях. В помощь ему избиралось станичное правление и два члена суда сроком на три года. Правление имело свою печать и выполняло обязанности по составлению именных списков казаков, состоящих на службе и пользовавшихся льготами, а так же охраной станичной общественной собственности. По «Положению о Кавказском линейном войске» казак со дня своего рождения и до глубокой старости находился под неусыпным надзором местного начальства и воспитывался в воинском духе и преданности Отечеству. Для точного учёта казачат, заводились метрические церковные и станичные книги, куда заносилось имя ребёнка и дата его рождения.
При достижении 17-ти летнего возраста казачата начинали привлекаться к исполнению станичных повинностей, а на 20-м году приводились к присяге.
Казачье линейное войско до 1860 года было разделено на две части, как и территория: правую – Кубанскую и левую Терскую. Казаки, находившиеся на этой территории, сводились в обособленные военные организации, получившие название Кубанского и Терского казачьих войск.
Над каждым войском стоял командующий войском, который одновременно выполнял обязанности управляющего областью. В Терское казачье войско входили все казаки, проживающие в станицах - Волжского, Горского, Владикавказского, Моздокского, Сунженского, Гребенского и Кизлярского полков. Терское казачье войско в мирное время должно было содержать четыре конных полка сотенного состава, две конноартиллерийские батареи и два эскадрона лейб-гвардии Его Императорского Величества конвоя.
Во время военных действий каждый из конных полков должен был развернуться в три полка того же названия, под порядковыми номерами 1, 2 и 3. Следовательно, в военное время Терское казачье войско обязано было выставить: 2 эскадрона Собственного Его Величества конвоя, 12 конных полков 4-х сотенного состава и 2 конноартиллерийских батареи по 6 орудий в каждом. Эта структура Терского казачьего войска сохранялась с небольшими изменениями до революции включительно.
Основной административной единицей на местах в Терском казачьем войске была станица, население которой управлялось станичным атаманом и правлением. Законодательную и исполнительную власть в станицах осуществляло станичное управление, состоящее из: станичного сбора или схода, станичного атамана, станичного правления и станичного суда. Правом решающего голоса в терских станицах пользовались только лица войскового сословия. Женщины могли выступить только в роли просительниц. Лица невойскового сословия, проживавшие на территории станицы, имели право выслать на сход своих представителей, которые имели право участвовать в обсуждении и решении тех вопросов, которые непосредственно касались их.
На станичном сходе решались вопросы: по выборам станичных должностных лиц, рассматривались сметы, составлялись доходы и расходы общины, проводились сборы средств на станичные нужды (строительство станичных магазинов, сберегательно-ссудных касс, станичных школ и реальных училищ). Решались вопросы по распределению хлебных запасов, денежных ссуд в станице. По распределению земель, угодий между членами станичных и хуторских обществ, о распределении земских повинностей между казаками, о назначении и распределении жалования должностным лицам. А так же решались дела, касающиеся воинской службы казаков, распределение призывников по родам войск.
Атаман в станице осуществлял исполнительскую власть. Он избирался большинством голосов на станичном сходе. Для помощи атаману станичный сход избирал одного или нескольких помощников, которые находились в подчинении атамана.
Обязанности атамана в станице: наблюдать за воинским снаряжением казаков и несением ими службы, следить за общим благоустройством станиц, контролировать выполнение обязанностей должностными лицами и исполнение земских повинностей казаками и иногородними, наблюдать за станичным имуществом, погашением недоимок по станичным расходам, за установлением межи, следить за состоянием школьного дела и способствовать его развитию.
Станичное правление, избираемое, как и атаман, на сходе станицы сроком на три года, ведало теми же делами, что и станичный атаман. В правление входили: атаман, его помощники, казначей и писаря, - как правило, их было двое – по военной и гражданской части. Всё правление получало жалование из станичной кассы. Правление собиралось по праздничным дням и по выходным. Дела решались большинством голосов.
Каждая казачья община обладала и судебной властью. Судопроизводство находилось в руках станичного суда, состоящего из «суда станичных судей и суда почётных судей». Суд станичных судей учреждался в каждой станице, а суд почётных судей – 1 на две станицы. Суд станичных судей состоял из 4-12 казаков, избираемых станичным сходом. Станичный суд собирался по воскресеньям и в праздничные дни. Станичный суд разбирал дела о кражах, покупках заведомо краденого, а так же обиды, побои, нарушения общественной тишины и спокойствия. Так, например, в станичный суд станицы Прохладной в 1865 году поступает жалоба соседей о том, что казак Клюй Николай «часто приходит домой сильно пьяным, бьёт детей, жену, и нарушает тем самым покой соседей». Станичный суд выносит приговор: «…взыскать с Клюя Николая по два рубля штрафа соседям и 3 рубля в общую казну».
Кроме дел о кражах, дебоширстве и т.п., в ведении станичного суда было и следить за тем, чтобы не было нарушения прав на общинное владение. Как пример тому может служить «Дело о земле 1869г. Характерно при этом то, что обвиняемые сразу же признают свою вину и беспрекословно платят штрафы потерпевшим и в общую казну. Само же заявление, как правило, пострадавший излагал в очень деликатной форме, как бы заранее лояльно располагая суд к обвиняемому. Часто при этом употреблялись слова «не со злого умысла» и т.д.
Среди наказаний, часто выносившихся в решениях станичного суда, были штрафы, аресты и отработки на общинных землях. Один день отработки приравнивался одному рублю.
Галина Андросова 25.02.12
( По материалам книги "Очерки о терском казачестве" - Э.В.Бурда)
