Я так боюсь не успеть
Хотя бы что-то успеть.

Почему раньше я не слушала Земфиру?
А вчера - задние ряды аудитории и смех на лекции по биологии. "Стручок, дети, пишется через У...".
А вчера - торопливый нырок в троллейбус и влетание в зал на середине чужого выступления, и лица, знакомые, много... Дочерта любимые. Очень родные.
А вчера - шоколадки от незнакомых парней, "Наталья и Светлана, ага. А кто из вас кто?", "Я не видела, как ты выступал, но ты выступал офигенно", и двадцатиминутная дискотека, на которой никто меня не ждал, на которую никто меня не звал, на которой меня вообще не должно было быть...

Я так боюсь не успеть хотя бы что-то успеть.

А вчера - гитара у кого-то незнакомого, полуакустика, очень красивая и наверняка дорогая. Так и сидела, любовалась, вывернув голову на девяносто градусов.
А сегодня - вместо географии неспешные беседы про фильмы ужасов, обмороки и любимое время года. Сидение вместе в библиотеке...
И репетиция детского спектакля, милые маленькие дети в шапках грибов, чай с конфетами и сок с чаем, и частушка, которую я неожиданно для себя запела едва ли не басом. Качественным таким, громким низким голосом.
И на обратном пути - Земфира, под которую так хорошо полудремлется. "Мне очень дорог твой взгляд, мне крайне важен твой цвет, я умираю, когда вижу то, что вижу, и некому спеть..."

Я так боюсь не успеть хотя бы что-то успеть.
Я так боюсь не успеть хотя бы что-то.
Я так боюсь не успеть.
Я так боюсь.

Это так пугающе легко - писать о себе во втором лице. Не буду больше так делать.

Письма, старые книги, чужие ключи
Так привычно бросаешь в огонь,
А гитара твоя слишком жёстко звучит,
Да и гриф под мужскую ладонь.

Вы не любите смерть и не любите страх,
И всё время стремитесь уйти.
Слишком много нездешнего в ваших глазах,
Мало тех, с кем всегда по пути.

В полнолунье вплетаете в волосы ночь,
Забывая при этом о тех,
Кто сумел бы понять, и принять, и помочь,
Кто запомнит ваш взгляд и ваш смех.

Если вдруг надоест и щадящая ложь,
И обжитый за месяцы дом,
Так привычно и твёрдо выходишь под дождь
Под мужским – очень чёрным – зонтом.

- Ну так почему не поёшь?
- Я не умею.
- Че-го? А ну давай...
Ну, "Звезду по имени Солнце" не спеть, конечно, трудно. Пою.
- Нормально, - великодушно оценила Анна Анатольевна. - Заново. "Белый снег" надо выше петь. Давай выше.
- Не могу.
- Можешь.
- Не могу! - упорствую я под суровым серо-карим взглядом.
- Можешь, я сказала. Я же слышу!
Я запела. А что ещё остаётся? Если наставник говорит, что ты можешь петь, ты поёшь. Сказала, что можешь играть - играешь.
...Если наставник скажет, что я могу летать - полечу, чего уж там. Только для того, чтобы услышать мимолётное "Неплохо" и немедленное задание лететь ещё выше. Можешь, я сказала. Я же вижу.

***

- Ничего себе, - присвистнула она, зажимая барэ на моей гитаре. - Если сумеешь взять на этой - сумеешь на чём угодно. Мою возьми пока, там легче...
И я получила лично в руки Её Инструмент.
Как мир из рук бога, честное слово.

P.S. Через десять минут гитара была забрана обратно. С невысказанной, но легко читающейся в глазах просьбой не терзать музыкальный слух.
P.P.S. А я самая счастливая, чёрт возьми!)

Я стою у аграрного университета, где у меня должны быть какие-то подкурсы, и огорченно подпираю плечом стенку. Да, она и без меня неплохо стоит, но куда деваться?
Я опаздываю на подкурсы на полчаса и всё равно никуда не иду. Хотя вот он - аграрный, давит мне в спину монументальностью векового сооружения. В чём дело, спросите вы?
Я забыла, в какую аудиторию я должна идти. Попыталась было сунуться куда-то, и через минуту вылетела пулей под довольный гогот пятого курса. А там аудиторий чёрт побери, а порядок расположения охренительный просто. Мне немедленно рахотелось туда поступать - что хорошего можно ожидать от университета, в котором 279ый кабинет в одном корпусе, а 280ый, извините, в другом?
Вот и стою. А что ещё вы мне предлагаете? Хоть бы расписание дитю повесили, гады.
Итак, сцена: я (в расстроенных чувствах), стенка (за спиной), идущие нафиг мимо студенты и золотая осень как прекрасный фон всему происходящему.
Один из студентов:
- Вот девушка задумчивая стоит. Девушка, что вы такая задумчивая?
Я, пытаясь вызвонить хоть кого-нибудь, неопределённо отмахиваюсь.
- О дева! - внезапно восклицает он.
"Чё?" - едва не ляпнула я.
- О дева! Ужели любви остриё изранило сердце твоё?
Кланяется и уходит.
Я немедленно фигею.

Так и стою у универа, офигевшая. Солнышко, листопад, хо-ро-шо...

***

Ты просто попробуй однажды уйти.
И ветер, с которым тебе по пути,
Поймёт и подскажет дорогу.

Почувствуй, как пахнет туман поутру,
Запомни ладонью на ощупь кору.
Тоски здесь не так уж и много.

Попробуй идти и смотреть на людей
И рыжую птицу с глазами дождей
Ловить в разноцветии клёнов.

Сумеешь увидеть, понять, приручить?
Сумеешь узнать, где хранятся ключи
От тихих глухих перезвонов?

И что это там вдалеке, наконец,
На стук беспокойных уставших сердец
Негромким ответило эхом?

А осень всё смотрит сквозь окна в дома.
Печально и строго – туда, где зима
Блестит горностаевым мехом.




В колонках играет - Хелависа "Королевская охота"

Я поняла, что, если ты не готов выставлять на всеобщее о(б)суждение самые потаённые уголки души, то даже не начинай писать стихи. Или хотя бы не начинай писать хорошие стихи. Потому что хорошее стихотворение настолько отражает автора, что становится страшно.
У меня есть несколько стихов, которые я считаю хорошими.
Возможно, через некоторое время я перестану считать их таковыми и прекращу париться по этому поводу.

(к чему это, собственно, было)

Я проснулась от дребезжания мобильного, дёрнулась и немедленно получила по башке чем-то твёрдым и деревянным. Твёрдое и деревянное оказалось грифом гитары и отнеслось к этому вполне равнодушно.
Чего не скажешь обо мне.
Немедленно вспомнилось, что сегодня похолодало, а я проснулась недостаточно рано, а времени мало, а у плеера оторвался один из наушников, а без плеера я не могу, а сегодня последний день моего двухнедельного рая. А ещё завтра в школу. Надо. Точно надо? Точно-точно, успокоила я себя, осторожно убрав гитару на безопасное растояние от остальной головы.
Итак, опаздывая и матерясь, я летела по направлению к родимому центру доп. образования (сессия, математика, две недели, почти закончились). Вот только пусть мне кто-то что-то не то вякнет! Я не уложила нормально волосы, я не допила чай, я получила по башке от собственной гитары, я всю дорогу слушала Люмен ("И у меня больше нет слов, кроме FUCKING OFF!!!"), а потому оглушена на одно ухо, взвинчена и способна на убийство.
Но у моей жизни офигительное чувство юмора.
Я убедилась.

***

А там не практикум и даже не олимпиадные задачи. Там класс сидит тихо и проходит тест на IQ.
Ну и я с ними.

Выпишите номера слов, принадлежащих одному вещественному ряду.
1) электрический
"Стул", - пронеслась в голове первая ассоциация.
2) жидкий
"Точно стул!" - возликовало подсознание. Я попыталась унять истерический смех и вообще держать себя в руках, но...
3) густой
4) газообразный
5) пузырящийся
Подсознание нервно икнуло.
Я рухнула на парту и зарыдала в голос.

Психолог недовольно вскинула нарисованные брови. Не трожьте меня пожалуйста, не трогайте, я оторжусь и успокоюсь. Или не успокоюсь, но не говорите мне сейчас ничего. Иначе я буду невыносима, вам это надо?

Два поезда, мчащихся со скоростью 120 и 75 км/ч, встретились в 8.00. На каком расстоянии друг от друга они будут в 8.20, отъехав от места встречи?"
Знаете, если поезда встретились, они уже никуда не едут. Особенно, если раньше они ехали с такой бешеной скоростью.

Моё IQ наверняка окажется безбожно низким.
Я и не спорю.

Мне категорически не хватает новых лиц. То есть поймите меня правильно, на количество и качество общения я совсем не жалуюсь и друзей своих, хороших и разных, люблю. Но всех их я знаю уже достаточно долго, в школе новые лица - это тоже затруднительно (глаз замылился видеть почти всех, даже незнакомых, по двадцать раз на дню).
Вот и голодаю. Или просто неприлично долго рассматриваю в маршрутке незнакомых людей - мне нужна новая пища для ума. Вот у него красивый профиль, а у того излом бровей очень чёткий, необычный, вау, как ей идёт эта стрижка... Просто. Потому что иначе никак.
Но на празднование дня города зверёк внутри меня оживает и нетерпеливо дёргает ухом. Вокруг люди, много людей, ОЧЕНЬ много людей. Они ходят, дышат и разговаривают. Они ходят парами, группами и в одиночку. Они разные, все разные. Зверёк урчит от удовольствия и тащит меня "вон туда, там видела что..."

***

Сегодня я познакомилась с новыми людьми. И пускай они эмо (или около того, я не разобралась). И пускай чистого общения было от силы минут семьдесят. Мне они понравились. Даже очень.
Есть в эмо что-то трогательное, какое-то поголовное отсутствие всяких защитных механизмов. Ни показного равнодушия, ни напускного сильно_делового вида, ни нарочитого прибалбесивания. Он просто появляется перед тобой таким, какой он. И всё тут. И смо-о-отрит. Спокойно так, мягко. Потом опять смотрит. Кладёт голову к тебе на плечо - ты ведь не против? Да ладно, лежи, мне так теплее. Спасибо.
А потом - сидим в фаст-фуде, едим картошку (сначала все едят Светину картошку, потом все едят Анину картошку...) и разговариваем длинные и увлекательные разговоры.
Жарко обгоревшим за день шатания по площади щекам, картошка горячая, маленький стол и четыре человека. Она сидит напротив меня и, улыбаясь, рассказывает о том, как резала вены (у всех эмо в анамнезе есть такая история. Я даже перестала пугаться, столько я их уже слышала), "А нож, сука, тупой... Не то, чтобы я была эмо...".
У меня на шее её наушники, в наушниках что-то хард-металлическое, бьющее по мозгам.
- Нет, я не эмо, - в который раз повторяет она и поправляет косую чёлку под цветным ободком.
Прощаясь, я совершенно искренне говорю о том, что приятно было познакомиться... Она кивает и нетерпеливо машет рукой - вы уйдёте или нет, тут уже парень пришёл.
Мне и правда приятно. Потребность в новом лице удовлетворена вполне и даже больше.
Зверёк, наевшись впечатлениями, спит.

***

У меня очень плохая память на лица. Должно пройти очень много времени, чтобы, зажмурившись, я смогла ясно представить, как вы выглядите. На имена у меня память, кстати, ещё хуже.
Я запоминаю другое. Ментальный отпечаток, то есть то ощущение, которое остаётся, если посидеть рядом. Жесты, манеру разговаривать. Место первой встречи очень хорошо помню.
Поэтому не удивляйтесь, если полгода перезваниваясь и переписываясь СМС, я всё равно буду радостно восклицать: "Машенька! Как, не Маша, а Ира?". Или чаще всего, зная себя, я просто избегаю обращения по имени.

А к чему? Я твой друг, ты мой друг. Я помню, что ты любишь капуччино и, разговаривая, заправляешь за ухо прядь волос.

***

Я жду вас, новые лица.

Вчера видела, как выступает на сцене моя учительница гитары.
1. О, как она поёт!
2. Млять, какие песни она пишет!
3. Какое счастье, что я успела к ней в группу

***

Утро, утро, утро, за окном - серые тучи. Я проспала и безбожно опаздываю, а потому лежу под одеялом и не вижу смысла вообще куда-то идти.
В комнату впорхнула мама, окинула оценивающим взглядом хмурую меня в обнимку с гитарой (да, я вчера долго практиковалась, было лень ставить инструмент на место, я бережно уложила его рядышком и укрыла одеялом), сообщила, что я неисправимая раздолбайка (я в курсе, мам) и унеслась на кухню кормить остальную семью.
- А знаете ещё что? - доносится до меня её непринуждённая воркотня. - Света вчера была на встрече со ставропольской интеллигенцией. Так вот, там наша учительница гитары пела песню собственного сочинения...
Наша?
Непроспавшийся мозг выдаёт одну-единственную мысль.
- Она не ваша, - обиженно бурчу я в подушку. - Она - моя!

Внутренний Голос орёт благим матом. Я с ним солидарна.

По телевизору в преддверии выборов - реклама Справедливой России. Ну, не только её, но сейчас не суть.
Так вот, справедливороссы забацали множество благотворительных программ. На каждую - по ролику с лозунгом "Это справедливо!". "Детство должно быть счастливым. Это - справедливо!", "Украсим наши дворы. Это - справедливо!" и всё такое.
Одна из программ - медицинская помощь сельским жителям. Да, это прекрасно, и я буду последней, кто их в этом упрекнёт.
Но реклама, реклама просто убила.
Дословно:

"Жители сёл впервые за много лет получили качественную медицинскую помощь. Это - справедливо!"

Дмитрий Иваныч, а вы сами думаете, что втюхиваете?

Под настроение, мои

смотреть

Упорно, молча, закрыв глаза, извлекаю звуки из своей вишнёвой гитары. Добиваюсь от пальцев автоматизма и учу их команде "место". Третья, вторая, первая...

- Главное - практика. Сидите, перебираете. Смотрите фильм, перебираете. Учите уроки, перебираете. Я в своё время на расчёске играла. Беру в школу расчёску и под партой практикуюсь.
Учительница гитары прекрасна. Кареглаза, стройна, неулыбчива. Гитару, как мне показалось, отчаянно любит. Всегда хотела, чтобы меня учил такой человек.

Пятая, третья, вторая, первая, вторая, третья. Пятая, третья, вторая...

В группе номер два - я и три мужика. Нормальные такие мужики, двое в параллельном классе учатся. Мужики считают девушку с гитарой противоестественным явлением и смотрят снисходительно. Ещё посмотрим, ха!

Четвёртая, третья, вто... Нет, другая. Вот эта. Вторая, первая, вторая, третья...

У мужиков гитары немецкие и струны нейлоновые. У меня русская, с железными струнами. Анна Анатольевна скептически хмыкнула.
- Русская, мда... А ничего, симпатичная такая, - наиграла что-то. Пробежала рукой по ладам. - Жёстко звучит. Хорошо.
И добавила, глядя мне в глаза:
- Быстрее научишься преодолевать боль.
Вы даже не представляете, как мне это понравилось.

Вторая, первая, вторая, третья. Пятая, третья...

Ногти острижены, и сводит левую руку.
А ещё у меня чуткие пальцы и большой потенциал.

Шестая, третья, вторая...

В колонках играет - Наутилус - "Живая вода"

- Где ведро? - в который раз повторила мама. Глаза сверкают недоумением и меняют цвет с серого на зелёный.
Понимаете, пропало ведро. Сиреневое. Пластмассовое. В котором обувь моют.
- Где ведро? - настойчива. Удивлена. Почти рассержена.
На балконе нет? А на лоджии? А в ванной? Света, у тебя нет? (О да, у меня в комнате батарея пластмассовых вёдер...) Нет, не нашла. Нет, другое не подойдёт. Где ведро, я спрашиваю?
В конце концов даже я, с моим природным пофигизмом, несколько озадачилась. Куда с застеклённого балкона может деться пустое сиреневое пластмассовое ведро?

Хотя что здесь такого? Может, барабашка. Может, домовой решил поиграть. А может вселенная слегка покосилась и ведро провалилось в какую-нибудь чёрную дыру. Обычное дело.

Короче, я забила. Мама не такая. Мама не понимает причины "просто" и аргумента "а ну его нафиг". Мама ещё с полчаса побегала по комнатам и смирилась, лишь обшарив мыслимые и немыслимые углы.

...А ведро-то стоит в кладовой, что между этажами. В ведре - огромный букет бордовых роз. Так, смущённо улыбаясь, сказал мне по секрету папа.
Завтра - мамин день рождения. И годовщина свадьбы родителей.

Вполне в духе нашей семьи, знаете ли.

неспешные, тихие, медового цвета.

Я всё-таки нашла себе сборник Гумилёва.
Я, кажется, почти нашла преподавателя гитары.
В груди тепло от чая с лимоном, в руках Гумилёв. На улице дождь. На улице ветер.
На улице не просто ветер - если ветром из ушей вырывает наушники, это уже о чём-то говорит.
С днём рождения, осень.

Знаешь, случаются дни лучше всяких наград,
Мир умолкает, гитара стоит у стены.
Окна закрыты, а тот, кто не смотрит назад,
Щедро отсыпал мне полную горсть тишины.

Золото свечки, прохлада осенняя – жду.
Долго молчу и пряду светло-рыжую шерсть.
Я от тебя отвела бы любую беду,
Помнить бы, что ты, наверное, где-нибудь есть.

Пряжа ложится в ладони пушистым клубком,
В двери дождями бессильно колотится страх.
Тёплый, сухой, убаюканный осенью дом
Нежно нашёптывал сны о больших кораблях.

Знаю теперь: даже солнце приходит само
В мир холодов и изрытых дождями дорог...
Я для тебя написала сегодня письмо,
Несколько слов.
«Не прощаюсь. Храни тебя Бог».

Да, это определённо моя мама.
Но отчего же мы с ней разные такие, а?

Сижу я вот недавно у компьютера, мама заходит и - на диван. Это значит, у нас обеих появилось Свободное Время, которое можно посвятить Душевным Разговорам. Ну я сразу и.
Вот, говорю, представляешь, какой кошмар?
Что случилось, пугается мама.
У нас в школе все ходят в чёрно-розовых кедах! - восклицаю я с невероятным трагизмом. Вспоминаю, что говорю с мамой и делаю небольшое пояснение на тему современных эмо. Мол, ходят такие-растакие, в чёлочках, ободках и значках. С тушью потёкшей.
Мама внимательно слушает. Ура, думаю, какая у меня классная понимающая мама.
Ты прикинь, они же все одинаковые. Абсолютно. В чёрно-розовом. В КЕДАХ! Тошнит уже от кедов. Вот придурки, правда?
Ага, соглашается мама.
Помолчали.

Слушай, говорит мама, а может тебе такие же купим?

Занавеснах.

Так и облытдыбриться можно вконец. Но флэшмоб и правда хорош.

смотреть под катом