Учебный день подходил к завершению. После нашей последней встречи с Мэттом прошло уже часа три, но я больше не видела его.
- Должно быть, он с головой окунулся в поиски. – Подумала я, но забеспокоилась.
Мои ноги устремились к стоянке, где я договорилась с подругой встретиться у ее машины. Еще с утра мы решили, что мне не стоит сегодня садиться за руль. Черный «Nissan» Моники под ярким весенним солнцем отливал зеленью. Я всегда любила зеленый цвет и поэтому, глядя на некоторые части машины, успокаивалась.
- Моника, ты не видела Мэтта?
- Нет, а вы разве не должны были сейчас выйти из корпуса вместе? – в голосе подруги мелькнула хитринка.
- Дело в том, что Мэтт не пришел на историю. И телефон у него отключен.
- Хм, какое совпадение! – промямлила Моника, протирая стекла машины чистящим средством.
- Почему совпадение?
- Гарольд тоже куда-то подевался и оператор сотовой связи каждый раз, когда я звоню ему, твердит, что абонент выключен. – Моника застенчиво взглянула на меня и опустила голову вниз.
Как только я услышала это имя, холодный пот пробил меня насквозь. Тошнота подступила к горлу.
- Что? – Меня бешено заколотила и Моника заметила это.
- Кайли, извини, просто еще не было подходящего момента, чтобы рассказать тебе…
- Что рассказать? – сквозь зубы выпалила я со злостью.
- Ну, что я и Гарольд вместе… вроде бы как… - Моника, ошарашенная моим бешенством, попятилась назад. – Кайли, я что-то совершила преступное?
- Гарольд? Это тот самый, с кем ты была тогда на озере?
- Да! – голос подруги задрожал. – Кайли, в чем дело-то?
- Кто этот тип? Расскажи мне о нем все, что знаешь…
- Это Гарольд Хенсон! Родной брат Мэтта. Ты разве не знала этого? Я думала ты ….
Трудно описать, что я испытывала в тот момент. Перед глазами промелькнула та бледность лица Мэтта, после нашего последнего разговора. Он никогда мне не говорил ни про брата, ни про семью в целом. Ах, да, я сама избегала подобных разговоров. Моника прервала мои размышления:
- Кайли, выкладывай все на чистоту! Слишком много тайн у тебя стало в последнее время! Я вообще-то тебе не чужая. – Моника теперь была серьезно настроена, от ее испуга не осталось и следа. Она прибывала в недоумении, и тревога металась в ее глазах.
- Мони… - Я почувствовала слабость в ногах и прислонилась к капоту машины. – Моника, - тянула я, - на днях я нашла браслет в питомнике. Я зашла туда покормить щенят и обнаружила его под клетками. На нем была гравировка «Гарольд Х.». – Моника присела рядом со мной. – Сегодня я показала его Мэтту и он взял его с собой, сославшись, что отыщет владельца… Я надеялась, что этот человек и есть свидетель, который откроет нам истину случившегося той злополучной ночью. – Я нашла на асфальте точку, и безжалостно буравила ее взглядом.
- А теперь нет ни Мэтта, ни Гарольда, ни браслета! – монотонно в рифму пролепетала Моника.
Мы молчали с ней пару минут.
- Я призналась сегодня Мэтту в своих чувствах! – шмыгая носом, я сообщила Монике. – Вот дура! Я была уверенна, что он испытывает ко мне то же самое! Значит, все это время он терся рядом со мной, чтобы быть в курсе наших дел, чтобы знать ни разоблачили ли мы его брата. Он пудрил мне нос. Влюбил меня в себя, чтобы я забыла про случившееся, тем самым прикрывая этого Гарольда. И как только он узнал, что у нас есть веская улика, тут же смылся вместе с ней. – Я снова прервалась на тишину.
Эмоции мешали трезво и быстро переваривать свалившуюся информацию.
Моника заговорила:
- А ты разве не знала про Гарольда?
- Я не интересовалась семьей Мэтта. А когда ты рассказывала мне про нового бой-френда, я не заостряла на этом внимания, пологая, что это очередная твоя увлеченность.
- Вообще-то, мне впервые кто-то серьезно понравился. – Возразила подруга. – Что же нам делать дальше? Мы обе попались на крючок Хенсенов?!
- Моника, если Мэтт так перепугался, увидев браслет, значит, им есть, что скрывать!
- Хочешь, сказать, что это Гарольд убил Софи? – брюнетка побледнела.
- Не знаю, но чувствую, что под этим скрывается более ужасное обстоятельство, чем мы подразумевали. Моника, и еще страшно то, что Мэтт дорого мне не меньше, чем Руди.
- Тогда у нас выход следующий – мы забудем об этом, как страшный сон и позволим убить волчицу.
От этих слов Моники моя душа скрутилась как тряпка в процессе ручного отжима. Я медленно набрала до предела в легкие воздух и так же не спеша выпустила его с шипением через губы.
- Мне…очень…страшно…. – призналась я подруге.
- Мне…тоже! – ладонь Моники покрыла мою руку. Мы крепко зацепились друг за друга.
Парковочная площадка стремительно пустела. Среди отъезжающих машин не наблюдалась знакомой красавицы Мэтта.
- Пытаешься обнаружить его машину? – заметила Моника. – Гарольд, например, вообще сегодня не приезжал.
- Моника, внутри тебя сейчас тоже конец света?
- Кайли,- еле успев произнести мое имя, подруга сполна отдалась истерике.
Я прижала ее к себе, крепко обнимая и гладя по волосам.
- Людям не даются испытания не по силам. – Вслух размышляла я. Слезы потекли по моим щекам с большей силой. Я старалась не всхлипывать, чтобы не подначивать Монику. Солнце накаляло машину, а бродившие мысли разлагали мой мозг.
- Вот и собралась мозаика! Ну и картина получилась! – Я вздохнула с болью в груди. Моника продолжала рыдать, дразня меня. Но я решила, что один из нас должен быть сильнее. Я больше не ощущала одиночества. Отныне мы с Моникой в одной упряжке. И борьба дальше пойдет не только за спасение жизни невинного животного, но и за правду, которая под семью замками у наших любимых… врагов. Через горечь я осмыслила последнее словосочетание, и не издавая ни звука заистерила, крепко-крепко зажмурив глаза. Легкие настойчиво пытались вырваться наружу, то и дела терраризируя грудную клетку. Моника ощутила мою конвульсию и теперь она прижимала меня к себе и гладила по волосам.
- Кайли, мы справимся! Мы справимся!