Патриарх Алексий осторожно приоткрыл ноющие глаза. Охнув от боли, он дрожащей рукой потянулся к тумбочке, но вместо заботливо припасенной с вечера банки пива обнаружил лишь склянку со святой водой. Придя в бешенство, он швырнул ей в стенку, угодив в икону святого Николая-угодника.
-Ебаная блядь, елды моей немытой отведай, — поморщившись, прохрипел Алексий, встретившись с укоризненным взглядом Марии Богородицы.
Кое как нащупав онемевшими ногами парчовые тапки, он встал, тяжело покачиваясь.
Уцепившись пальцами за листок старомодного отрывного календаря, Алексий потянул на себя, обнажая сегодняшнюю дату: пятое декабря.
Пора было ехать в храм на репетицию Рожденственского служения. Резко откинув флип своей «Нокии», Алексий набрал номер водителя.
-Владимир? Мать твою, долго тебя ждать еще? — пробасил патриарх, одновременно свободной рукой ловко накидывая кусок скоромной ветчины на ломоть доставленного специальным рейсом из Парижа свежайшеего багета.
-Ах болен? Не мои проблемы! Уволен, скотина. — пробасил Алексий и мощным движением жирных волосатых пальцев сложил телефон.
Временами патриарх любил и сам инкогнито водить свой красавец-Мерседес с именными номерами и специальной внутренней отделкой. Подарок Президента.
Нынешнего Президента. До него были другие… и все они считали нужным заслужить расположение Алексия.
Тяжело отдуваясь, патриарх надел парадную рясу, пшикнул в рот освежителем и направился к лифту.
На улице ярко светило солнце и шел изумительный белоснежный рождественский снег. Вдавив кнопку на пульте сигнализации, патриарх вальяжно занял место за рулем Мерседеса.
Проезжая мимо районной церкви, Алексий заметил на паперти дрожащих от холода нищих старушек. Шамкая беззубыми ртами, они покорно протянули в пустоту ладони, едва прикрытые дырявыми, еще советскими варежками. На седые волосы медленно падал снег.
Усмехнувшись, патриарх вдарил кулаком по клаксону. Колокольный звон разнесся по округе.
Начиная скучать, Алексий крутанул регулятор громкости установленной по личному заказу аудиосистемы. Вкусы у патриарха варьировались в зависимости от вкусов его окружения. «Батюшка, Deep Purple — это музыка ангелов, ха-ха!» — улыбаясь сальными губами, шептал ему на ухо Дима Медведев на последнем Пасхальном вечере в Кремле.
Потряхивая сальными седыми патлами в такт Smoke on the Water, Алексий лихо подкатил на остановку Храма Христа-Спасителя.
Достав с заднего сиденья посох, Алексий вошел в служебное помещение Храма, стараясь не слишком усердствовать из-за вновь начинающейся нудной боли в районе груди. «Проклятая ишемия, едрить в корень, ебли бы вас святые угодники» — пробормотал он, мутными глазами уставившись в пустоту.
Подойдя к двери своего кабинета, он удивленно остановился, скользнув посохом по натертому мрамору. Дверь была открыта! Что за фокусы.
На полу перед рабочим столом сидела бедно одетая девочка лет десяти-одиннадцати, в замызганном пальтишке и православном платке. Огромными испуганными голубыми глазами она смотрела на Алексия, доверчиво приопустив нижнюю челюсть.
«А, это Диомид очередную шлюшку подогнал» — с облегчением понял патриарх, — «до служения еще час есть, можно поразвлечься».
-Мхм… как зовут тебя, отроковица? — поинтересовался Алексий басом, заранее начиная расстегивать пуговицы рясы.
-Лиля Желева… — пропищала девочка, все так же испуганно глядя на патриарха.
-Ну так вот, Лиленька… Библия говорит, что надо… ты же читала Библию, дочь моя? — поучительно подняв костистый указательный палец в воздух, спросил святой отец.
-Ч-читала, батюшка… — еще тише ответила Лиля.
-А раз читала, то должна знать, что… А НУ РАЗДЕВАЙСЯ, БЛЯДЬ МАЛОЛЕТНЯЯ!! — внезапно выкатив глаза, заорал Алексий и резко ударил посохом в пол.
-СНИМАЙ ПОРТКИ, СУЧКА!!! — продолжал орать он, наблюдая за расширенными от ужаса глазами Лили и с удовольствием чувствуя, как член начинает подниматься.
Лиля в голос завыла, уткнувшись головой в колени. Заперев двери кабинета, патриарх не спеша снял рясу и накинул ее на голову несчастной девочки. Затем он ухватился за посох обеими руками и ловко зажал им сзади шею Лили на манер удавки. Та забилась, в ужасе визжа.
Член патриарха стоял уже во весь свой немалый рост. Ловко стянув с жертвы штаны, он вошел в Лилю. Та забилась еще пуще, но стокилограммовый Алексий удерживал ее одним своим весом.
-Здесь тебя никто не услышит, дочь моя, — тяжело дыша, пробасил святой отец.
Внезапно взгляд его встретился с укоряющим взором Иисуса на иконе в углу. Осознав комичность ситуации, патриарх заржал в голос. Он умел ценить хороший юмор.
Слегка отпустив уже начавшую терять сознание Лилю, патриарх отвесил ей тяжелую пощечину, чтобы привести в чувство и заорал прямо в лицо, брызгая слюной:
-Ты, тварь паскудная, в чем согрешила?!! Покайся, блудница!! — тяжело дыша, с чувством орал Алексий.
-Я… я.. срамные места людям показывала батюшкаааааааааааа, — выла девочка, в такт фрикциям биясь головой об мраморный пол.
-Ах, вот оно как, грех-то какой, отроковица! — криво улыбнулся Алексий, обнажив желтые зубы.
Ухватив Лилю за тоненькую талию, он резким движением перевернул ее на четвереньки. При этом сердце его резко кольнуло, и патриарху пришлось чуток притормозить, чтобы отдышаться.
-Исповедую тебя, дочь моя и изгоняю бесов из тела твоего грешного! — торжественно провозгласил Алексий, плюя на сложенные перекрестной щепотью пальцы и вводя их с задний проход Лили. Та уже не пыталась сопротивляться и лишь тоненько выла, уткнувшись лбом в пол. Ее красивые светлые волосы волной рассыпались по мрамору. Этот вид невольно приковал внимание патриарха на несколько секунд, пока он шуровал пальцами в Лилиной попке, разрабатывая отверствие.
Пронзительно голубые глаза Лили резко распахнулись, когда узловатый, твердый как камень, член патриарха вошел в нее с резкостью движения кадила при крещении.
Алексий мотнул головой, стряхивая со лба пот. Руки у него были заняты — ими он крепко держал Лиленьку за груди.
-А сиськи у тебя хорошие, дочь моя, — пропыхтел он, подмигивая Иисусу с иконы.
Иисус внезапно подмигнул в ответ. Удивление патриарха сбило ему весь жиденький оргазм. «Привидится же», думал Алексий, раздраженно заправляя хуй обратно в штаны.
-Ну что, дочь моя, время для наказания твоего, — торжественно изрек патриарх, поднимаясь на ноги и отирая потные руки о рясу.
Ухватив посох поудобнее, он принялся охаживать Лилю мощными ударами, одновременно прикидывая, каким псалмом лучше закончить чтение на репетиции Рождественской церемонии.
«Прочту из Исайи что-нибудь» — решил он наконец, откидывая посох в сторону и начиная душить девочку голыми руками. Так он всегда оканчивал исповеди грешниц.
Не по возрасту большие груди Лили беспорядочно бились из стороны в сторону, а их хозяйка уже закатывала глаза. Наконец она дернулась в последний раз и обмякла.
Запихав тело под конторский стол, Алексий расчесал жидкие волосы черепаховым гребнем, улыбнулся самому себе в зеркале, подобрал посох и направился к двери. Открыв ее, он в ужасе вздрогнул всем телом, как от разряда электричества.
На пороге стояла она. Голая Лиля. В пустых глазницах копошились белесые черви, раздувшиеся трупным газом пальцы тянулись к Алексию, а некогда прекрасные груди развалились по животу огромными гниющими мясными цветками.
В ужасе обернувшись, Алексий увидел прямо перед собой желтое лицо Иисуса, сошедшего с иконы. Тот ощерился пустой пастью и повел вокруг себя костлявой ладонью. По всему периметру патриарших покоев вспыхнул огонь.
Через секунду огнем уже полыхало все, что видел Алексий. Невероятная боль охватила все его тело и он закричал, сам не слыша своего крика.
P.S. Вскрыв офис патриарха через час, охрана обнаружила на полу труп святейшего человека России со спущенными штанами и раскрытым в крике ртом.

Ты, наверно, думаешь, что будет все как на твоей картинке? Красивая милая жена, прекрасные дети, теплый дом рядом с лесом, улыбчивые добродушные соседи?
Так вот, дорогой наивный хуесос, вынужден тебя разочаровать. Все будет не так. Тебя заарканит жирненькая страшная бабца на пятом курсе вуза, осознав, что ты, стеснительный очкастый задрот, ее последний шанс заиметь муженька. Потом вы возьмете в ипотеку однокомнатную квартирку в панельной девятиэтажке в Южном Бутово. Выплачивать ипотеку вы будете всю свою жизнь. Уже на первом году ты будешь тяжело сожалеть о том, что загнал себя в такую ловушку. А потом твоя безмозглая тупорылая блядина-жена забудет выпить противозачаточные таблетки и забеременеет. Когда ты будешь трусливо, опасаясь соседского гнева, орать и тыкать ей в лицо дрожащим кулачком, она будет лишь хлопать уродливо накрашенными бровями и выть в голос. Когда у вас родится вонючий засранец-ребенок, все станет еще хуже.
В однушке с ребенком — это ад. Он будет постоянно орать по ночам, и ты три года не будешь высыпаться. У тебя появятся черные синяки под глазами, а твой босс перестанет разговаривать с тобой доброжелательно, узнав о том, что ты втихаря спишь на работе.
Потом этот ребенок вырастет в тупорылого НАШИста (а кем еще может вырасти ребенок в гнойной рашке?) и будет тянуть из тебя деньги на попойки с партийными товарищами. И ты не посмеешь ему отказать, потому что к тому времени Путин и ЕР превратятся в нечто вроде Сталина шестьдесят лет назад. Ах да, и я не забыл упомянуть о том, что к тому времени у тебя выпадут почти все волосы и половина зубов, а также вырастет живот, а член не будет вставать, особенно если учесть то, какой жирной будет к тому моменту твоя гнидная блядь-женушка?
Еще лет через десять Путин сотоварищи окончательно выдоят подыхающую парашку до дна, и начнется настоящий кризис. Тебя вышвырнут с работы, как и многих других таких же никчемных уебанов-неудачников, умеющих только сидеть в одноклассниках.ру в рабочее время. Тебе придется раздобывать еду старым дедовским способом — грабя корованы продуктовые склады. Вы с женой возьмете санки (я забыл сказать, что на улице будет зима?) и, надев уродские пальто с воротниками из фальшивого песца, пешочком побредете по бульвару. На складе, раньше принадлежавшем «Ашану», вы артритными руками наберете кучу баночек с протухшими консервами и, загрузив ими санки, направитесь домой. По пути жена будет тихо плакать, утираясь рукавом, а ты будешь раздумывать: дать ей в ебло или, раз уж всю жизнь ссал, то и сейчас не стоит? За этими раздумиями вас застанет банда молодых гопарей, которые захотят отнять у тебя санки, загруженные консервами. Ты захочешь уебать ближайшему по роже, но неловко поскользнешься и упадешь прямо в слякоть.
Поднявшись, ты увидишь удаляющихся, довольно ржущих гопников. Твоя женушка неловко попытается отряхнуть твою жирную, обтянутую совковым пальто жопу, но ты озлобленно ткнешь ее в свиное рыло, при этом потеряв равновесие и снова чуть не упав.
Придя домой, вы обнаружите открытую дверь и несущуюся на весь подъезд музыку. «Наш Путин слава, наш Путин крут!» — таков будет главный хит группы «Гавналабуда» в 2034 году. Выяснится, что это твой непутевый сынок решил погулять на родительской хате. Вам с женушкой придется ночевать на балконе, улегшись валетом. Заснуть вы не сможете из-за холода и звуков выстрелов, доносящихся с улицы.
Около полуночи звуки гулянки стихнут и где-то совсем рядом раздастся басовитое гудение броневика. Вы посмотрите вниз и увидете, что по улице идет бронетехника с натовскими значками на борту.
Колонна проследует по направлению к центру города и вскорости вы услышите залпы пушечных разрывов и не с чем не спутываемое «уиуиуиуи» лазерного стробера. Наутро по радио объявят, что Соединенные Кантоны Швейцарии оккупировали Россию и приводят в действие трехмесячный антикризисный план.
Встав утром, тебе придется убирать с пола блевоту сыновних друзей. Неловко раскорячившись, ты будешь гваздать по полу тряпкой, сделанной из твоей старой футболки студенческих времен, на которой была отпечатана аппликация с Номадом. Ты в то время был двачером и думал, что это круто. Символ твоей беззаботной молодости, ОП, будет шкваркать по блевотине некоего молодого ублюдка. Ты будешь бессильно плакать, охая от боли в пояснице.
Потом ты оденешься и медленно спустишься на первый этаж, чтобы проверить почту. По пути тебя остановит сосед амбал Толик и, брызгая слюной, изложит тебе претензии по поводу вчерашней сыновней вечеринки. Ты будешь трусливо пялиться своими крысиными глазками ему в лицо, изредка моргая, когда его слюна будет попадать тебе в твою уродливую рожу.
В почтовом ящике будет лежать письмо…
Плохо слушающимися от холода пальцами ты откроешь конверт.
«Дорогой Сидоров Василий Матвеевич! Мы с сожалением вынуждены информировать Вас о предстоящей продаже дома, в котором находится Ваша квартира, нашим партнерам. Мы понимаем, что Вы все эти десятилетия исправно оплачивали ренту по ипотеке, но мировой экономический кризис не оставляет нам выбора. Желаем удачи».
Осознав написанное, ты уткнешься лбом в заплеванную подъездную стену и тоненько заплачешь.
На следующий день тебя, твою воющую как по покойнику женушку и все ваши небогатые пожитки выкинут на улицу крепкие парни в форме спецподразделения ПНК (Путин Наш Командир). Вы будете неловко тыкаться в двери всем вашим немногочисленным знакомым, но никто вас не примет. И вы замерзнете в ту же ночь, и трупы ваши сначала обшарят, боязливо озираясь, бомжи, а потом растерзают бродячие собаки.
Вот к чему, ОП, приводит женитьба.

Я смотрел на него с животным ужасом, но в глазах ещё была видна надежда.
— Смотри! Виталик достал из кроваво-красной баночки что-то шевелящееся.
— Это мой любимый. (Тут он назвал какое-то длинное латинское название) Любимое место обитания — в свежей крови. Ты знаешь, где у тебя самая свежая кровь?
Ответа у меня не нашлось, а ужас в глазах стал осязаем.
— Я думаю что ему понравится твоя печень. Виталик улыбнулся. Подойдя ко мне он непринуждённо достал член из ширинки (моей, да). — В добрый путь!
Извивающееся существо нежно коснулось кончика члена и замерло.
— Сюда, милая. Через мгновение тёплое и нежное заструилось внутри члена. Если бы не зрелище быстро укорачивающегося червя в уретре, можно было бы подумать что я обписался. Ощущения были похожи. Внезапно накатила тёплая волна удовольствия, но быстро схлынула. Через пять секунд ничего не напоминало про чужеродный организм ни чувством, ни видом.
— У тебя от трёх до двенадцати часов, пока мой друг не прогрызёт тебе почку.

Кто то из вас знаком с чувством животного страха за свою задницу? Вот так, чтоб аж руки не поднимались? Сидя на стуле своей толстостенной квартиры я пялился в монитор.
Может это был кошмар? Видение? Может я спал? Но лёгкое покалывание внутри члена подсказывало что надежда напрасна. Пока ничто меня не кусало, боли не было. Но липкие мысли про существ в кроваво-красной баночке не давали даже поднять руку. На мониторе горел оранжевыми буквами Двач.
Мысль в голове стояла одна. ГДЕ взять столько денег?
Ещё мысль — откуда у мальчика такие бешеные умения? Ну это пожалуй не тот вопрос, на который стоит искать ответ. Телефонный звонок пробил как электрический удар.
- Алло…

Голос был и знаком и не знаком.
- Слушай, думай живее, я уже добрался домой, мама ругала. Тебе осталось от двух до десяти часов милый.

Блымнь — звонок окончен.
Десять кусков зелени за два часа? Трезвая часть рассудка подсказывала мне что до 12-00 мне светит лишь волосатый хер судьбы, а не десять тысяч. Что делать? Вот уж фразочка заезженная…
Решив трезво подумать на автомате пошёл в туалет. Но… Привычный инстинкт дал сбой. И вместо жёлтой струйки я просто наблюдал за обвисшим писюном.
Вот и повод подумать…
Чччёрт, почему я не запомнил названия паразита? Может бы мои мучения закончились бы походом в 24-часовую аптеку?
Надо ду-мать. Кровь стучала в висках, руки ещё дрожали, но меньше. Скорая? «У меня червяк в мочевом пузыре!» Поверят, да… Время тикает, тикает….
Трезвая мысль бывает очень кстати. Итак, а с чего это я решил, что мой юный друг — воплощение доктора Мориарти с девиациями в садистическую сторону?
Пунктик про девиации — да, а вот надмозг Виталика — вряд-ли.

Интересно, запомнил ли Виталик этаж и тип покрытия под окном? Вряд ли. Этаж был третий, под окном — грязь. Ну дорогой, посмотрим. Звонок не заставил долго ждать. Подожал специально секунд двадцать, пусть думает что я прыгнул.
— Алло.
— Зассал милый?
— Какая разница, теперь всё равно… (уныние в голосе подделывать не пришлось)
— Что, денег нет, да? Голос Виталика был прямо сочувствующий.
— Да ты сам подумай, где взять их? Я ж даже квартиру продать не могу, не моя она.
— Этот вариант я рассматривал. Хотя наличностью лучше. Ну так что, предложить тебе нечего?
— Да, ты должен понимать, я хикки же.
Внезапно тон Виталика переменился. Словно снежный барс после сна потягивался и мурчал от удовольствия.
— Ты любишь боль?

Что-то мне подсказывало, что от ответа будет зависеть моя судьба.
Эх, не промахнуться бы!
Из двух вариантов надо выбирать третий. Народная мудрость.
-А ты? «Неподдельный» интерес в моём голосе заставил телефон затихнуть на 5 секунд.
-Деньги на такси есть?
Кажется это был, как говорится, вин. Меня пригласили.
Записав адрес я задумался вновь. А что мне поможет против этого маленького извращенца? Холодная струйка стекла по спине. А всё таки это самое яркое ощущение моей жизни…
Сейчас я чувствовал себя целиком и полностью. Я был над обрывом перед прыжком.

Таксист довёз быстро. В это время в Москве мало пробок. Я молча расплатился и ушёл в дождь.

Ругать Виталика было некому. Жил он очевидно один, рассмотреть было тяжело. В чём то я просчитался, подумав что он не Мориарти. Лектор уж точно.
Перед дверью он вежливо попросил меня развернуться спиной, и через щель накинул мне на шею странное устройство. Рассмотреть не получилось, возражать — тоже. Виталик открыл дверь и втянул меня в квартиру за поводок от ошейника. Да, это оказался ошейник. Хотя и не простой, а с четырьмя огромными шипами, как в лучших С&М фильмах.
На мой удивлённый взгляд он ответил улыбкой.
— Это предохранитель. У меня пульт, в шипах пружины. Через 500-миллиметровую деревяшку вылазят. Глаза его светились юношеским запалом. Чёрт, он хвастался игрушками!
— Ты не будешь дурковать? Спросил это он почти нежно, что-то подсказывало что он переживает за меня.
— Нет, не буду. Шея у меня одна. Вымученная улыбка окончательно расстроила Виталика.
— Садись. Я сел на мягкую белую койку. За эти пять быстрых минут впервые появилась возможность оценить обстановку, увиденное удивило.
Виталик явно не любил дешёвых урашений или фетиша ради фетиша. Всё в его жилище (или резиденции?) имело вид практичных и функциональных вещей. В глаза бросилась кварцевая лампа, стоматологическое кресло в углу, кушетка же ощущалась задницей. В уголке наметился огромный гардероб, хоть и не броский, но очень вместительный. Плёток, наборов истязательных инструментов, горнов и адского пламени не было видно. Это слегка расслабило, хотя в тот же миг задница взыграла вновь — в углу, под огромной инфракрасной лампой стоял аквариум. Всё бы ничего, но цвет содержимого был до боли знакомым — «кровь за стеклом», иначе не скажешь. В жидкости (кровью её считать не хотелось) изредка мелькали длинные силуэты.
В этот миг окончательно поплохело, ощущения в уретре резко очертились, боль в области живота заставила срючиться.
Виталик среагировал быстро. Распрямив меня на койке он молниеносно вколол какую-то гадость из шприца точно в живот. Дальше была темнота.

Просыпался я сладко. Как бывает лежишь, в комнате холодно, под одеялом тепло и кто-то близкий тихонько будит «в шклоу пораа». Воспоминание из детства было сильное, в ответ так и хотелось промычать «ещё пол часа, мам!».
Нега рассеялась, вместо мамы оказался Виталик, вместо кровати — всё та же кушетка, однако разница была в том что лежал я голый. Мне в тот момент показалось что по голове гладила меня не воображаемая мама. Мда.
— Как самочувствие?

Промычать что-либо не вышло. Я лежал, и вспоминал события вечера. Когда воспоминания дошли до момента погружения червя в член мне снова поплохело.
Моё бледное лицо очевидно ответило лучше, нежели я сам.
— Ты хочешь жить? Виталик выглядел серьёзным.
— Червя я не вытаскивал. Он там, у тебя внутри. Я просто вколол тебе в мочевой пузырь «снотворного». Это дало нам ещё пару часов. Слово «нам» резануло слух.
— Понимаешь, мне нужно от тебя что-то взять, чтобы позволить тебе жить. Денег ты дать не можешь, умирать не хочешь.
— Ты понимаешь, чего я от тебя хочу? Должен понимать.
Я кажется понимал. Глядя на меня, беспомощного и испытывающего боль, Виталик возбуждался.
— Боль. Боль можно дарить, болью можно делиться. Боль — как любовь. Она должна быть взаимна. Ты понимаешь что я хочу?
Мне стало страшно. Виталик начал сходить с ума. Его глаза горели, лицо порозовело, а краем глаза я заметил бугорок около пупка под футболкой.
— Я буду дарить тебе боль, и если ты отдашся ей и выживешь — боль будешь дарить ты мне.
Я молчал. Сказать было нечего, мыслей тоже поубавилось. Хотелось жить.
Виталик тоже заметил отсутсвие энтузиазма, чуть успокоился и улыбнулся.
— Червя надо же вытащить? Так вот, мне надо чтобы ты был возбужден.
— Возбужден? Ты наверное издеваешся? У меня скоро сьедят печень, и это меня не возбуждает! Кстати зачем? Виталик был серьезен, а бешеного возбуждения на лице уже не было.
— Понимаешь, я ведь не хирург, и тебя я не разрежу. Точнее мог бы, но зашить бы не смог. Он слегка хихикнул.
— Извлекать паразита придется хм… Трансуретрально. Понимаешь, о чем я? Мне надо чтобы твой член стоял, пока я буду вводить тебе катетер. Иначе вся точность коту под хвост.
Щеки Виталика порозовели.
— Ну и мне будет приятно.

В этот момент меня сильно терзали сомнения по поводу моей жизни в будущем, потому как «возбуждаться» желания было мало. Я аж ухмыльнулся, представив как я под надзором Виталика фапаю на порно.
Однако мысль материальна, и следующая фраза заставила взрогнуть.
— На что ты фапаешь?
Я покраснел.
В общем то я типичный гетераст, к фетишу не склонный, на аниме не дрочу… А в самом деле?
Я покраснел еще больше.
— Люблю девушек с маленькой грудью, красивых. Еще нравится кожа и латекс, но без фанатизма.
Виталик улыбнулся.
— А у тебя правильный вкус. Ну погоди, что нибудь придумаем. Сядь пожалуйста.
Я сел на кушетке, облокотившись об такую же точно целлофановую спинку.
— Ходить я тебе запрещаю. Руки за спину!
Я на автомате выполнил. Виталик непринужденно счелкнул наручниками.
— Подожди, я сейчас.
Виталик ушел в сторону своего гардероба, но так как я сидел спиной к тому углу комнаты, слышал лишь шуршание. Уж не резиновую женщину ли он там надувает? С нулевым размером. Я улыбнулся.
Время подумать есть не всегда, и его надо ценить.
Пожалуй гадать на кофейной гуще «выживу» — «не выживу» не самый лучший вариант. Лучше разобраться в себе. Страшно. Неиллюзорно страшно, как никогда не было.
Мысли прервали шаги.
- Ну что, мачо?
Я поднял глаза.
Ов щи! Капитан Акбар бы сказал бы в десять раз вырзительнее «it’s a trap!», если бы глядел не на звезду смерти, а на Виталика. Не смотря на весь мой страх мои яйца подтянулись, а пах наполнило томное чувство. В голове загудело, одновременно с этим член набрал твердость.
Виталик тоже пожалуй имел правильный вкус.

Начнем с того, что я смотрел на него не одетого в футболку и джинсы, а в самый насоящий девчачий колледж комплект. Черные чулочки, заканчивающиеся чуть выше колен, короткая юбка в складку, белая блузка «первое сентября». На лице чуть макияжа, слегка подведены губы. Стрижка осталась та же, короткая. Картину дополнял пояс из цепочки, которая кокетливо уходила под юбку. Серьгами Виталик тоже не побрезговал, причем я готов был поклясться, что уши он проколол только что.
Лицо же его не изменилось, хотя надо сказать что чертами он походил как на мальчика, так и на девочку.
- Кажется задачу я выполнил, глядя на мой мужской половой хуй иронично подметил он.
- А теперь я сделаю тебе неприятно.
- Тебе для начала надо пописать. Хочешь ведь?
Страх теперь куда-то ушёл. Мне действительно хотелось писать, но кровь ухающая в висках мешала сосредоточится на этом желании. Я хотел не писать, я хотел фапать. Последнему желанию сильно мешали руки за спиной, короче говоря полная беспомощность злила. Но возбуждения меньше не становилось, и я заметил как Виталик улыбается.
- Не пытайся писать, ничего не выдет всё равно!
- А что мне делать? Моча и вправду сильно давила на мочевой пузырь, и ощущение было чешущееся.
- За тебя всё сделаю я сам. Слушай внимательно. Сначала я введу тебе трубку в твой член, чтобы слить лишнюю жидкость. Это будет неприятно в паре мест, и я не разрешаю тебе кричать. После того как ты пописаешь, я тебе расскажу что делать дальше.
Он взял со столика смотанную в петлю силиконовую трубку, как от капельницы.
- Это - катетер. Этим расширением я буду вводить тебе его вперёд. Когда оно достигнет мочевого пузыря я через вторую трубку, что внутри первой, надую этот шарик, и катетер зафиксируется у тебя внутри.
Тут всё моё мужство и сексуальное желание разом куда-то улетучилось.
Я поднял глаза вверх, лишь бы не видеть пытки моего члена.
А вверху я увидел лишь красный аквариум, полный длинных силуэтов. Сил на червей смотреть не было абсолютно, и я зажмурился.
Внутреннее напряжение взорвало жгучее ощущение. Это было похоже на писание огнём, на протыкание члена гвоздём… На много чего это было похоже. А главное — эта боль длилась, и лишь увеличивала обороты.
Я открыл глаза, слегка помокревшие к этому моменту.
И… Я увидел Виталика, сосредоточенно пропихивающего мне в хуй трубку. его руки подрагивали, и при этом он смотрел на меня так, словно я дарю ему великое наслаждение.
Внезапно вернулось возбуждение.
Боль и жжение внутри меня перестала приносить мучение, и, как часто бывает при сильном желании, лишь увеличила его. Катетер погрузился в мой член уже на пару сантиметров, я ощущал его кончик чуть ниже головки. И он погружался всё глубже и глубже. Когда катетер приблизился к основанию члена Виталик хитро на меня посмотрел.
Я же, не в силах даже мигнуть ему глубоко вздохнул и замер, мышцы живота и бёдер напряглись, пытаясь усилить ощущение _инородного_ наслаждения, которое дарил мне Виталик. Расширение на конце катетера давило теперь в какое-то особенное место. Я словно чувствовал оргазм, но вместо ощущения выталкиваемой спермы я принимал в себя нечто брутальное, но так же приносящее наслаждение.
Я тихо застонал, абсолютно в этот момент себя не контролируя.
Катетер тем временем подошел к концу, и из кончика члена торчало две трубки.
В одну из них Виталик вставил десятикубовый шприц полный воздуха и надавил на поршень.
- Теперь он не выскочит. Как бы доказывая этот простой факт он подёргал весьма сильно за тубку. У меня же стократно усилилось чувство переполненности мочевого пузыря, до неприличного зудения.
Я поймал себя на том, что глаза мои — влажные, но отвлекаясь от себя я глянул на Виталика, готовящего второй шприц.
Он явно хотел не меньше моего. Румянец стал огненным, дыхание частым и мне стал понятен смысл бугорка под футболкой, его член выпирал из под юбки. Цепочка с пояса тянулась не просто так под юбку, а оканчивалась на кольце в его головке. Обычно подобные зрелища меня угнетают, но не сейчас. Возбуждение переросло все границы. Я любовался этим, Виталик же тем временем ввел жидкость. Меня словно раздуло изнутри огненным шаром. Стало очень трудно дышать, в глазах поплыло.
Голос доносился как из тумана.
- Терпи две минуты.
Время остановилось, боль снова обрела мучитеьную форму.
Виталик смотрел прямо мне в глаза.
- ТЕПЕРЬ ты понял, чего я хочу?
Две минуты… Легко сказать. Боль же внутри меня приняла ядовитый ореол, как не смешно это звучало. Терпеть становилось всё тяжелее, и я просто мелко подрагивая смотрел на Виталика. Он, казалось, мучался больше меня.
Розовый цвет его щёк сменил мертвенно-бледный, глаза его бегали по мне, и казалось, что его лихорадит.
Рука его очень часто оказывалась рядом с юбкой, то задевая цепочку, то касаясь пресловутого бугорка.
Он смотрел на меня умоляюще, и в то же время наслаждаясь зрелищем. Так наверное смотрят на огромную желанную игрушку дети. И тут словно распрямившаяся стальная пружина он переменился.
- Ты не забыл про паразита?
Я, признаться, не забыл. Уверенности в дальнейшем мне слова Виталика не прибавили.
- Две минуты прошло. Пора.
Одним быстрым рывком он сорвал шприц с воздухом, позволив катетеру сдуться, и повременив пару секунд, выдернул посторонний предмет из меня.
Вслед за кончиком катетера из члена потянулась беловато-розовая нитка слизи. Мне стало противно и страшно одновременно.
- Угадай, что будет дальше?
Особого желания играть в угадалки небыло. Пятисекундная пауза закончилась лёгкой усмешкой Виталика.
- Что, что.. Доставать буду.
Но, взглянув на мой эрегированный член, Виталик покачал головой.
- А вот теперь я твой стояк видеть не хочу.
Особого контроля над «стояком» я не имел до этого момента, да и теперь не приобрёл. Мой хуй стоял. Несмотря на медленно отпускающее возбуждение, несмотря на боль. Кроме того зрелище симпатичного несовершеннолетнего трапика, порядочно возбужденного и приукрашенного возвращали стояк на место при каждом взгляде.
На некоторое время Виталик исчез из поля зрения, чем-то шебурша сзади меня.
Гадать чем долго не пришлось. Сильнейшая и неожиданная боль раскатилась в области живота и груди. Взглянув туда я увидел лишь стремительно набухающие красные полосы. Виталик, как оказалось, снова замахивался. Плетью.

- Зачем!!??
Полное возмущения слово успело вырваться у меня изо рта, прежде чем плеть обрушилась мне на лицо. Это уже было не смешно. Ненависть, тонны, сотни ненависти пополам сожгучей обидой вскипели во мне, отзываясь на унизитеьный удар, на боль в щеках и губах.
В кровь влился адреналин, чувство силы и беспомощности одновременно полностью заблокировало мысли.
В мощном порыве не то гнева, не то отчаяния я рванулся на кушетке. Всё выдержало. Выдержала кушетка, выдержали наручники, выдержали мои кисти. Вот только Виталик не выдержал.
Со змеиным шипением он размахнулся ещё раз, теперь попав по плечам. Вместо ожидаемой паузы я получил ещё удар по голеням, по рукам, снова по животу. В ответ я беззвучно рвался с кушетки, и мне было наплевать на то что я могу порвать себе сухожилия. Виталик не унимался. В его глазах горела такая же неподдельная ненависть, и мне казалось что я слышу скрежет его зубов.
На конец первого десятка ударов терпение моё стало подходить к концу. Ощущение полнейшей беспомощности ввергало в такое отчаяние, что хотелось плакать.
Проявлениям эмоций мешали злость и упрямость, но с каждым ударом хотелось орать всё больше и больше.
Горький комок подступал к горлу всё ближе и ближе, пока, наконец, после очередного удара я не закричал. Зрелище наверное было ужасающе жалкое, но, как выяснилось не для всех.
Удары прекратились.
Взглянув на виталика я не увидел былой злости у него на лице, а лишь умиротворение и выражение сытого довольства. Причина обнаружилась в районе его животика. Длинный след от кончи блестел от пупка до груди.
Но меня это уже как-то не волновало. Внутри было пусто, словно Виталик банально выбил все эмоции. Глядя на мой обвисший член он довольно ухмыльнулся.
- Молодец.

Тронув меня за мошонку он как бы невзначай обтёрся об меня.
Мне было всё равно.
- Ну вот и славненько. Закрой глаза.
Я решил что дальше будет только хуже. И не ошибся.
Холод металла заставил меня вздрогнуть.
Что-то отвратительно входило в меня с холодком, таким незнакомым до сих пор. Я не выдержал и открыл глаза. Лучше бы не открывал.
Процесс только начинался, и сейчас из головки моего члена торчали двадцатисантиметровые щипцы с удивительно длинными и тонкими щёчками. Щипцы заканчивались на руке Виталика, сосредоточенно заталкивающего это в меня.
Пока сильно больно не было. Уретра всё ещё горела от катетера, член не мешал.
А щипцы всё погружались дальше. Дойдя до яиц Виталик резко крутанул щипцы вниз, так, что член получился на одной линии с мочевым пузырём (мне так казалось).
Виталик ещё более аккуратно заталкивал их глубже и глубже, аж пока красная отметка на губках не погрузилась мне в головку.
- Это прелюдия. Расслабся.
И Виталик разжал щипцы.

И когда ты мечтаешь о ней, лежа на смятой простыне в прокуренной комнате, кто-то грязно пользует ее божественное тело. Может, ей даже противно. Ну да, может, ей даже противно. Но она все равно никогда не узнает о тебе, потому что ты будешь лежать на смятой простыне в прокуренной комнате и мечтать. Душа паладина в цыплячьем теле труса.
Это реальность. На самом деле мечты не существует - существуешь лишь ты и этот мир. Никакого соллипсизма, никаких попыток убежать от реальности - будет только лишь еще больнее. Каждый день все глубже и глубже загонять себя в безвылазное дерьмо, и каждый день все больше и больше мечтать. Разумеется, ты будешь думать о своей Богине только хорошее. Что она не такая, как все, что она тоже ненавидит серую массу людей, что она умная, начитанная, нежная и верная. И почему-то ты будешь думать, что все эти качества должны быть рядом с тобой. Почему? Ты ничего не стоишь. Как я уже и говорил, душа паладина в цыплячьем теле труса. Мечты? Они кажутся спасением, но на самом деле они самый опасный на свете яд. Медленнодействующий, вкусный и незаметный. Ты стоишь на балконе с сигаретой, смотришь в грязное ночное небо, и мечтаешь. Ты рыцарь, принц, спаситель всей вселенной, тебя любит самая лучшая, та самая единственная девушка... Но вот пальцы обожгла докуренная сигарета, ты шипишь, стряхиваешь ее на балкон и возвращаешься в холодную комнату - никому не нужный, одинокий и грустный.
И так день за днем. Полу-друзья, полу-знакомые, может быть - полу-подруги. Время, как говорят, лечит. Острые воспоминания, чувства и порывы будут медленно покрываться пылью опыта и цинизма, и ни на что, кроме работы и выживания, времени не останется. Ты будешь свысока смотреть на тех, кем был ты раньше - на молодых отчаянных романтиков, которые борются с ветряными мельницами. Борются без смысла, просто ради самой борьбы. А потом однажды ночью перед сном ты вдруг вспомнишь ту самую девушку, Богиню из детства. Твое сердце, покрытое броней цинизма и ядовитого реализма, вспомнив ее, поначалу не шелохнется. "Пф, что за бред, я впадаю в детство? Что за ерунда, мне ведь еще только 32" Ты перевернешься не другой бок и попытаешься уснуть. Но сна не будет - внезапно ты начнешь вспоминать то, что было, думать о том, что есть, и размышлять о том, что могло бы быть. В твоей голове будет раз за разом всплывать вьевшийся в память навсегда образ твоей бывшей любви. Считать овец, читать книжку, запустить компьютер и бесцельно пошариться по паре форумов в надежде найти что-то важное - все бессмысленно. Три ночи, а ты не спишь. И тогда ты откроешь балконную дверь, достанешь из пачки сигарету и выйдешь в одном халате к темному зимнему небу. Как тогда, в детстве. Ты попытаешься помечтать. Представить себя принцем, рыцарем, героем, спасшим вселенную, или же счастливым избранником той самой, единственной девушки. Но циничный разум пресечет первые же попытки. Представив себя на белом коне и в доспехах, ты отчего-то начнешь ехидно смеяться, смех будет разрастаться и переходить в хохот. А когда через 5 минут хохота твой палец обожжет догоревшая сигарета, ты внезапно замолчишь и почувствуешь, что твое лицо мокрое. И слезы - вовсе не от смеха.
Ты закуришь еще одну и посмотришь в небо. "Может, все-таки было бы лучше, если бы я тогда к ней подошел и все рассказал? Что не могу без нее жить, что люблю ее, что пишу о ней в пустом и сером дневнике на diary...." Накатит цинизм - "Да, и вы бы поженились, трах, дети, гниение, ненависть, ололо" Ты подумаешь еще и решишь, что цинизм здесь не нужен. Лучше помечтать еще, как тогда, раньше.
Луна, такая же, как и сейчас. И темный парк. Ты, страшно стесняясь, пригласил ее погулять вечером. Час мылся в душе, брился, опрыскался дезодорантом, чтобы ей понравилось. Вряд ли она оценит это, но так ты чувствуешь себя увереннее. Ты стоишь у скамейки и куришь уже третью сигарету - придя за полчаса до назначенного срока, ты так и не смог перестать волноваться и бояться непонятно чего. Наконец появляется ее фигурка - она в своей любимой белой курточке, в джинсах и с зонтиком идет в твою сторону. В твоей дуще бурлят чувства - хочется то убежать домой, то броситься ей навстречу и целовать ее ноги. Но ты собираешь всю оставшуюся в себе волю и стоишь на месте, не замечая, что сигарета скоро начнет жечь пальцы Она подходит к тебе. "Привет! Ужасный дождь, правда? Давай ко мне под зонтик". Ты выдавливаешь из себя что-то вроде "Привет, здорово выглядишь" и становишься рядом с ней. Она берет тебя под руку и вы медленно идете вглубь парка - туда, где сейчас нет никого, кроме дождя. Ты хотел бы сказать ей, что ты обожаешь дождь, что под дождем мир кажется таким плоским и серым, что мечтать становится намного проще. И еще ты хотел бы сказать ей, что иногда тебе хочется надеть ботинки, накинуть куртку и рвануть под проливной ливень - бегать и не замечать никого вокруг, подставлять лицо каплям с неба и хохотать от непонятного счастья. Да, ты хотел бы рассказать ей все свои мечты. Но тут на тебя накатывает твой тогда еще маленький и хиленький, но вполне оформившийся цинизмик - ведь ты уже год как на дваче. "Ороро, глупая влюбленная школота, давай, расскажи ей про свои психические отклонения. Травля в школе обеспечена, лол. Да и сама она сразу пошлет тебя куда подальше" А, мне плевать. Будь что будет. И ты медленно, подбирая каждое слово, начинаешь - "Знаешь, а я люблю дождь..."
Она повернет к тебе свое прекрасное лицо, которое ты хотел бы целовать, пока твои губы не засохнут и не превратятся в куски омертвевшей плоти: "Любишь дождь? Да, я тоже его люблю. Иногда кажется, что он смывает все плохие мысли, как проточная вода. В детстве мама рассказывала мне, что если встать перед краном, включить холодную воду и думать о том, что тебя беспокоит, то вода унесет все плохие мысли. Ой, наверное, это смешно звучит... Я как ребенок, да?" Ты переполнен радостью и тебе слегка стыдно - то, что побоялся сделать ты, сделала она. "Как ребенок? Знаешь, иногда лучше быть ребенком, чем очерствевшим и бесчуственным циничным взрослым" И ты рассказал бы ей все. И было бы как в сказке - любимый человек рядом, держит тебя под руку, вы болтаете о вещах, понятных вам одним. И ты восхвалял бы себя за то, что не испугался к ней подойти. А что было бы дальше? Как поется в одной песне, "Давай не будем завершать, картину нашу бросим так, оставив смутные мазки"
Ноги в резиновых тапках давно замерзли и во рту стоит противный кислый привкус сигарет. Ты чувствуешь себя выжатым, как лимон. Дрожащей рукой кидаешь с балкона окурок, входишь в комнату и бессильно валишься в кровать. Сон все не идет. Ты делаешь себе чашку кофе и садишься к компьютеру. Если бы дело было лет эдак 20-25 назад, ты бы зашел на двач. Но двача, увы, давно нет - очередной судебный иск достиг-таки своей цели. Да и ты уже слишком изменился... Внезапно ты вспоминаешь про старый дневник на diary, за полминуты находишь его в гугле (чудо, что его еще не удалили) и начинаешь читать с самого начала в надежде еще раз прикоснуться к чему-нибудь тому, старому. Мгновенно, с первых же строчек, вмешивается цинизм: "Ороро, спермотоксикозная школота. Не дают бабы, понятное дело, надо поплакаться в днявке. Фу, жалкое зрелище" И внезапно ты понимаешь, что этот цинизм - самое жалкое зрелище на свете. Трусливая защита от собственных чувств, желаний и эмоций, обезьянья тяга к рационализму - как бандерлоги играли в собрания на развалинах древнего города.
Но знание пришло слишком поздно. И тринадцать лет назад, когда тебе казалось, что ты становишься сильным и независимым, ты просто подписал себе смертный приговор. Тебя убили именно цинизм и рациональность - ты радостно принес им в жертву жизнь. Теперь уже не нужно заставлять себя мечтать - чувства появляются сами вместе со слезами бессилия на глазах. Рука до боли в костях сжимает невинную мышку, голова падает на стол, а плечи сотрясаются в рыданиях. Что же я наделал...
И снова появляется то самое чувство, которое ты так ненавидел еще вчера, и которое так долго гасил в себе - желание бежать куда-то, рвать, бороться, драться, пробиваться к мечте. Только теперь оно уже не нужно - тебе осталось только догнить положенный себе срок. Когда ты понимаешь это, тебя начинает трясти от ужаса. Про сон уже можно забыть, ты одним глотком допиваешь кофе, лихорадочно натягиваешь куртку и выбегаешь на улицу. Куда идти? Неважно. Кажется, в сказках в таких случаях говорили "куда глаза глядят".
Ноги сами приводят тебя в тот самый парк. Стоп, почему "тот самый"? Ты же так и не пригласил ее туда. Хотя неважно, ты столько думал о нем, что для тебя он значит больше, чем любое место в жизни. С неба льет ливень - и чтобы хоть как-то успокоиться, ты скидываешь капюшон, подставляешь лицо дождю и начинаешь кружиться на месте, а потом срываешься и бежишь куда-то в глубь, к черным от дождя деревьям, которые так и не слышали ваших с ней разговоров. Та самая скамейка. Опять это "та самая"... Черт, это грустно. Ты закуриваешь и смотришь туда, откуда в твоих мечтах появлялась она. Мечты снова накатывают... "Она вдруг появляется, блаблабла, прошло много лет, но я всегда любил тебя, блаблабла, а я любила тебя, давай жить вместе, давай, долго и счастливо, в один день" Нет, даже тебе такой хэппи-энд кажется притянутым за уши и ненатуральным. Все не может закончиться так - это было бы слишком фальшиво.
Внезапно ты видишь, что к тебе действительно кто-то... Нет, хэппи-энда не будет. На этом рассказ заканчивается - реальность бывает правдивой даже в повестях. Через месяц ты узнаешь от бывших общих знакомых, что ее сбила машина. Насмерть. Ты будешь стоять с нетронутой стопкой водки на похоронах и внезапно поймешь, что она была такой же, как ты. Вокруг тебя будут чужие ей люди - все сплошь "знакомые знакомых". Никто не будет плакать у гроба, никто не будет заламывать руки, никто не будет неумело запивать горе водкой. Все будут чувствовать себя неловко и куда-то торопиться, и через час почти все гости уже разойдутся, торопливо попрощавшись с остальными. Тогда ты подойдешь к гробу и последний раз взглянешь в лицо той, с которой у тебя ничего не было. Никаких рыданий. Никаких эмоций. Да и зачем? Теперь уже ничего не важно.

Рассветало. Пятиклассник Вова стоял на остановке вот уже полчаса. Как всегда, этого дурацкого 66 автобуса всё не было. Столько раз из-за него он опаздывал! Но сегодня он успеет. Обязательно. Ведь сегодня у него были иные цели, нежели опять получать от своей отвратительной биологички Татьяны Антоновны пиздюлей и страдать от унижений своих одноклассников, особенно от этого богатенького уёбка Лёхи.
В портфеле у Вовы лежали не старые замызганные тетради и изорванные его сволочными одноклассниками учебники ( эти твари знали, что ему вставят пистон в конце года за испорченную собственность библиотеки ), а две двухлитровые бутылки из-под «Буратино», наполненные бензином, который он выкрал из старого гаража своего папы-алкоголика ( машины у них никогда не было, да и откуда ей было взяться в семье обычного замкадовского быдла? В гараже его отец бухал со своими друзьями, такими же спившимися неудачникам, как и он сам ), несколько коробков спичек, острая спица и много-много петард. На эти китайские петарды Вова потратил все свои карманные деньги (хотя деньгами эти крохи назвать нельзя) за два месяца. Он расфасовал их по небольшим пакетикам, во многие пакетики он запихал ржавые болты и гайки, а также битое стекло. Также эти пакетики у него лежали в карманах его старой куртки, доставшейся от его старшего брата, учившегося, вернее, бухавшего целыми днями, в местном ПТУ. Ещё у Вовы был их кухонный нож. Ох и рассердиться его мать, когда увидит, что сын взял нож, да и изобьёт его ещё, когда он вернётся. Если вернётся.
А вот и автобус! Это была остановка рядом с конечной, так что он был ещё пустой. В автобус вместе с Вовой зашла их тупая старая соседка баба Клава, которая постоянно шипела на пацана по любому поводу. Двери автобуса закрылись, и он поехал к следующей остановке, на которой всегда садилось много людей. Нужно было действовать.
-Дай старой женщине сесть, щенок! - карга снова решила достать Вову, несмотря на совершенно пустой автобус. Она постоянно доставала людей в общественном транспорте, это было единственное её развлечение в её пустой и никчёмной жизни, особенно она любила требовать место у беременных женщин, «потому что вы, шлюхи, нагуляли себе выблядков в какой-то подворотне, а мне теперь сесть не даёте!».
-Да, бабушка Клава. - Вова поспешно слез с сиденья и пропустил её к месту. Ковыляя к сиденью, бабка специально пнула мальчика. Но Вова был готов к этому. Ловко он достал нож из рукава, и не успела бабка опомниться, ударил её в живот несколько раз.
-Что ты делаешь, тварь !!!!! - завопила бабка. - Помогите!!!!! - она перешла на визг. Но было поздно. В Вову словно вселился демон. Он ударял ножом в живот, бил под рёбра, ноги, а потом схватил её за волосы и одним особенно сильным ударом пробил шею насквозь. Старая карга захрипела, заливая всё вокруг кровью. Автобус остановился.
Из кабины выбежал водитель. Он с ужасом смотрел на открывшуюся картину. Но он быстро опомнился и с криком «Отойди от бабки, мразь!» понёсся на Вову. Пацан знал что делать. В одном из карманов у него лежала новгодняя хлопушка. Он долго мудрил над её внутренностями вместо уроков, пытаясь поменять начинку не повредив её. И это ему удалось, теперь там лежало не конфетти и ленточки, а толчёное стекло и головки от булавок. Вова направил хлопушку прямо в искажённую, дышащую перегаром морду водителя и потянул за верёвочку. Раздалось слабое «бум!» и всё смертоносное нутро угодило водителю прямо в глаза! Он взвыл как раненый буйвол и потерял равновесие. Водитель держался руками за лицо, пытался вытереть кровь и что-то увидеть своими пустыми, вывороченными глазницами. Из них вытекло много крови. Не теряя времени, Вова вогнал нож в сонную артерию водителя.
Вся эта скотобойня длилась не более полуминуты. Вова вытер нож и побежал в кабину водителя, где тут же уселся за баранку. Он не боялся водить, ведь в GTA 3, за которым он проводил всё своё свободное время в компьютерных клубах, это было так легко! Нажав на педаль, Вова поехал к остановке.
Там уже собралось в ожидании автобуса человек двадцать, включая ненавистную учительницу Вовы Татьяну Антоновну с дочкой. Увидев автобус, люди ломанулись в его сторону, отпихивая друг друга. Они ещё не видели, кто сидел за рулем, но Вова увидел своего врага. Злорадно улыбнувшись, Вова крутанул баранку вправо и автобус понёсся прямо на собравшихся там мерзких уродских людишек. Это сборище быдла даже не успело среагировать: люди разлетались как кегли от ударов бампера, попадали под колёса и их кости с хрустом размалывались в порошок.
Татьяна Антоновна словила удар только половиной тела, её дочке повезло меньше: её голова попала прямо под колесо. Училка полетела в сторону, удар был такой силы, что оторвал ей руку и ногу вырвало из сустава. Пролетев три метра по воздуху, она приземлилась на шею и сломала её, осколки костей торчали из шеи и обрубка руки, нога торчала чуть ли не под прямым углом к туловищу. Вова хохотал без остановки, его по настоящему веселил вид расплющиваемого мяса и фонтанирующей крови. Не сбавляя ходу Вова направил автобус в сторону своей быдлошколы.
Директор средней школы № 42 сидел за столом в своём кабинете и смотрел своими сальными свинячими глазками на медленно загружаемую через старенький модем картинку с тремя неграми. «Ещё одна в мою 30 гигабайтную коллекцию» подумал старый извращенец и сохранил её в папке «Отчёт за месяц». Он не заметил огромную тень за окном — это Вова на огромной скорости нёсся на стену школы, за которой находился его кабинет. В самый последний момент директор обернулся, но было поздно: автобус протаранил стенку на полном ходу и директор полетел в противоположную стенку, со всего маху ударился о неё и повредил себе спинной мозг и сломал пару ребёр. Вова выбежал из автобуса, находу доставая из рюкзака петарды и спицу. Директор с ужасом глядел на надвигающуюся угрозу, не в силах пошевелиться — он был полностью парализован. Из его левого бока торчало ребро, под ним образовалась неплохая лужа крови.
-Почему вы вызывали моих родителей в школу, когда меня унижали эти уёбки , мои одноклассники!?!?- Проревел Вова. - Почему вы поставили меня на милицейский учёт за то, что я кинул камень в Татьяну Антоновну?
-Молодой человек, что вы себе позволяете? Вы из школы вылетете, как воздушный шар! - истерически пролепетал директор школы.
-Шар? Сейчас мы тебя как шар лопнем!
Вова склонился над директором, тот попытался отпрянуть, но не смог и повернуться.
Пацан взял острую спицу и резко ударил ею свою жертву в ухо. Директор закричал от боли. После этого Вова достал нож и стал отрезать пальцы рук директора один за одним. Тот визжал и брыкался. Потом он достал спицу из уха директора и вогнал спицу ему в нижнюю челюсть и пригвоздил её к верхней. После этого он взял пакет с петардами и засунул один из них ему в штаны, а второй положил ему прямо под челюсть. Ещё пару он положил ему под мышки. Проведя эти приготовления, вова извлёк бутылки с бензином и стал обливать им директора и весь его кабинет, вернее то, что от него осталось. После этого Вова чиркнул спичкой и поджёг петарды в каждом пакетике и отбежал на пару метров, спрятавшись за остатками стола и стал с любопытством наблюдать.
Петарды воспламенились, задымили и через пару секунд взорвался первый пакет у директора между ног. Тот взревел от боли — взрыв оторвал ему яйца и оторвал куски мяса от его ног. Вспышка подожгла бензин на директоре, пламя быстро объяло его всего. Тут же взорвалось два пакета у него подмышками и оторвалол ему руки. Вова стоял в огненном круге и бился в истерике, директор с культяпками вместо рук смотрелся очень весело. И тут взорвался последний пакет у директора под челюстью. Его нижняя челюсть оторвалась с мясом и подлетела вверх, вывернув при этом спицу. Она полетела прямиком в Вову и пробила ему правый глаз и впилась прямо в мозг.
К спице прилипли кусочки горящей, пропитанной бензином одежды и куски мяса, они попали на лицо мальчику и волосы. Они тотчас же загорелись. Кожа покрылась волдырями, пацан оказался дезориентирован, он упал лицом вперёд прямо на свой рюзкак и ударился об него торчащим куском спицы. Та вошла в мозг ещё глубже, Вова забился в конвульсиях. К этому моменту пламя уже перекинулось на потолок, с него отвалилась балка и упала мальчику на ноги, перебив их. Всё вокруг было в огне. Огонь подошёл в плотную к пакетам с петардами, что лежали в рюкзаке Вовы и его карманах. Ещё секунда и они все разом взорвались, отрывая от Вовы куски плоти, вырывая кости и сжигая кожу. Это был уже не Вова. Это был горящий, бьющийся в предсмертной агонии печёный кусок мяса.
Мгновение — и воспламенился бензин в баке автобуса, мощнейший взрыв снёс стену школы, погребая под собой быдлоучеников и ебанутых учителей-педофилов.
Было утро.

Начало
Двач, мне 20, у меня есть девушка, точнее девочка - ей 15 и она учится в 10ом классе. В течении года мы дружили и скромно ласкались. Но вчера я решил пойти чуть дальше. В нашем районе есть башня (16 этажей) в ней лестничным проходом, кроме первых 2-3 этажей, никто не пользуется, и под вечер туда стягивается быдло со всего района. Мистика этого дома заключается в том, что никто друг с другом не встречается, каждый, поднимается на лифте, занимает свой этаж и не мешает другим. Там бухают, ебутся, школьники курят. Я со своей девочкой поднялся на 12 этаж, там естественно никого не было, хотя снизу и сверху слышался пьяный мат. Мы растелили на лестницу взятую с первого этажа спам-газету, я сделал из валявшейся рядом банки ягуара пепельницу для дамы и начал её распрашивать как дела в школе, мне было похуй, но надо было как-то отвлечь её внимание от моих рук, которыми и полез ей под куртку. После второй 0,33 ягуарчика мою девочку сильно развезло и буквально ебал ее рука, посадив себе на колени. Девочка совершенно не сопротивлялась и только своими стонами одобряла мои действия. По прошествии ещё 10 минут я посадил девочку на подоконник и стал спускать с неё джинсы, а затем трусы. Когда я закончил девочка сама начала вешиться мне на шею и пытаться стянуть с меня штаны. Пришлось ей немного помочь. В кармане у меня были презервативы (а вдруг), один из которых я случайно натянул на торчащий колом хер - возиться не пришлось, т.к., хоть я и девственник, опыт надевания презерватива есть, несколько раз с ним фапал. Девочке я сказал, что если будет больно, пусть кусает меня и при помощи рук примерился ко входу. Глаза моей подрги горели желанием и медлить я не стал: сжав её талию в руках, чтобы не сорвалась, я одним сильным толчком вошёл. Девочка открыла рот и, как мне кажется, подавилась криком, но уже через секунду впилась зубами мне в предплечие (было дико больно) и завыла. Я пару минут подвигался в ней, но кончить не получалось - двигаться было тяжело и удовольствия я не получал, тем более её всхлипы меня сильно раздражали, а сверху подозрительно затихли. Я вышел и решил кончить от фапа но когда \"уже вот-вот\" сверху раздалось тройное: \"Давай! Давай! Давай!\". Я в ответ крикнул очевидное: \"Пошли на хуй!\" - Быдло гыгы отбило всё желание и обняв девочку сел на лестницу. Как сказала моя подруга, когда мы расставались, она совершенно не жалеет о том что сделала и рада, что сделала это со мной. Вчера мне было похуй, но сегодня меня весь день трясет, а ноги иногда отказываются держать. Блядь, меня же могу посадить. За изнасилование или хуй знает за что. Это же будет пиздец! И сегодня она почему-то не звонит. Двач, мне пиздец как страшно. Не повторяй моих ошибок - не имей дела с малолетками.
Взгляд сверху
Мы стояли с пацанами на лестнице и квасили. Вдруг снизу послышались какие-то стоны и покрикивания. Мы спустились на этаж ниже и увидели следующую картину - прыщавый пацан задротского вида неумело пытался присунуть девке-малолетке лет 15-16 и вместо пизды усиленно пытается попасть ей в анал. Она была страшновата, но ниче титьки выпирали из-под кофты и казались годными. Ну мы тихо постояли, посмотрели, но когда все его пыхтения не возымели эффекта (она как то скептически смотрела на стену и картинно охала) весело заржали. Он послал нас нахуй, но нам даже не хотелось его пиздить, настолько он был убогий. Она нам подмигнула, и мы поняли, что когда она спровадит своего ебаря-неудачника, то присоединится к нам. Минут через 10 они оделись и ушли, а через полчаса она поднялась к нам, мы весело побухали и она у всех нас пятерых отсосала. Мы ей предложили накатать на задрота заяву в ментовку, и она согласилась. Вообщем после выходных будет весело, а дала она ему, как выяснилось, из жалости и специально строила из себя целку-пионерку, хотя сосет охуительно и вообще у нее есть парень нормальный из 18 дома. Вообщем пацан, ты попал, сухари суши, на зоне педофилов не любят.
От ЗК
Я зэк со стажем ( 25 лет - мокруха, 8 человек, 6 не доказано). Очень не люблю педофилов. К нам в камеру прилетела малява, о том что, на районе, в нашей башне, где я сидел вечерами с братухами, какой-то прыщавый тряхнул малолетку. Говорят, криков было до жопы. Братки поспешили разобраться, но когда поднялись на 12-ый, откуда неслись вопли, уже никого не было и все было в крови. Говорят, что они потом нашли эту девку. Она еле домой ковыляла. Говорит, запомнила пидора этого гнойного. Ну братки - народ святой. Приголубили девку, отмыли, ̶п̶у̶с̶т̶и̶л̶и ̶е̶е ̶п̶о ̶к̶р̶у̶г̶у помогли написать ей заяву в ментовку. Скоро этого прщавого посадят в нашу камеру. Мы его отпердолим по всем понятиям.
Девушка
Двач, мне 15 лет. У меня есть парень, из 18 дома, он супер и я от него тащусь. Он накачанный, красивый и у него всегда есть деньги. Но недавно я узнала, что у него есть еще одна подруга, она инструктор по плаванию в бассейне, в который он ходит. Двач, мне было так обидно, я плакала и не знала, куда себя деть. Еще у меня есть знакомый мальчик. он очень смешной, застенчивый и, похоже, очень в меня влюблен. и я решила отомстить Максу. я пошла с этим своим знакомым гулять, а потом он затащил меня в подъезд. Я делала вид, что не знаю, чего он хочет, даже когда он меня лапал. Потом он подумал, чо я пьяная, и попытался мне вставить. У него плохо получалось, потому что член был какой-то вялый, да и маловат. Не то что у моего Максика. Но потом он вставил, и я поняла, что он девственник. Двач, это было ужасно. И над нами смеялись те ребята на лестнице. а потом он зарыдал от бессилия и мы пошли домой. про оргазм и говорить не буду. А после на меня что-то нашло, и захотелось почувствовать себя грязной, как последняя шлюха. Я вернулась в подъезд и делала минет всем парням этажом выше, это ужасно, я знаю, но мне понравилось. Потом я пришла домой и на меня набросилась мама. Я наврала, что меня затащил в подъезд Сережа (это тот парень-девственник) и изнасиловал. мама позвонила максу, он приехал и мы поехали в милицию. Я написала заявление. А Макс сказал, что завтра Сергею пиздец, еще до ментов. Двач, я очень плохая? А еще я видела какую-то птичку, когда мы ехали из милиции, и Макс сказал, что это чирок-свистунок. Двач, неужели у меня нет будущего?
Милиционер
Привет, двач. Я капитан милиции Нестеров. Сегодня вечером в конце рабочего дня мне принесли заявление об изнасиловании 15-летней Екатерины Масленкиной. К подозреваемому выехал наряд и привез его в отделение. Он был заключен в камеру до выяснения обстоятельств, но был уже вечер и нам стало скучно и мы решили повеселиться. У нас в отделениии постоянно трется бомж по имени Жуля, мы его подсадили к подозреваемому (буду называть его И., дабы не разглашать его имя в интересах следствия). Вообщем Жуле был выдан пузырь и дана полная свобода. Он заставил этого недоумка И. лизать его грязный зад, сосать его бомжеский хуец и под конец его трахнул в зад. Когда мы вошли, И. лежал без сознания весь грязный, в сперме Жули и собственных испражнениях, которые вышли из него во время полового акта. На окне камеры, закрытой решеткой, освещаемая лучами закатного московского солнца сидела птичка, очень похожая на селезня... \"Чирок-свистунок...\", - вздохнул младший лейтенант Кутяпов...
Мама
Я пришла с работы, ужасно уставшая. Муж обещал, что сегодня купит виагру и у нас наконец то будет нормальный секс. Пора бы уже за полгода исполнить супружеский долг. В честь этого решила приготовить чтонибудь необычное, а не приевшиеся макароны с сосисками. Когда вода начала вскипать и я начала класть пельмени в воду, пришла дочка, вся в слезах и в мятой одежде. Не говоря ни слова она побежала в ванную. Сварив пельмени, я все же решила,что с дочкой что то не так и надо с ней поговорить. После получасового разговора через дверь, она все таки рассказала, что случилось. Оказывается, она решила отомстить своему парню Максиму (очень милый и интелегентный парень, да и родители у него очень обеспеченный и влиятельные люди) и решила переспать с каким то Сергеем. Как я поняла по описанию, это тот парень, который постоянно скупал в моем ларьке все порно журналы, которые выходили. Но поскольку моей лапе этого было мало, она решила пообщаться еще с пятью ребятами. Но плакала она из-за того,что теперь этот сергей будет везде рассказывать всем, какой он крутой, что имел близкие отношения с ней и очень боялась, что Максим узнает об этом. И я, как мать, приняла решение - рассказать отцу обо всем. А уж отец, по своей работе найдет статью, по которой может посадить этого неудачника. Через час пришел Павел, я ему обьяснила всю ситуацию. Он нахмурил брови подозвал дочь, и потребовал обьяснений с ее слов. После небольшого допроса, он решил, что засадит этого хахаля по статье за педофилию. Заявление написали дома, сейчас муж собирает улики. И просил дочь, пока не звонить этому Сергею, и ничего не говорить.
Макс
Привет, Двач. Меня зовут Макс. Я щитаю, что я вполне себе охуенный пацан. У меня все заебца. Батяня работает в прокуратуре, маман финдиректор в \"снежной Королеве\". Недавна предок презентовал мне свой старый \"бентли\" и теперь я ваще король, даже пацаны с 16-этажки на меня не залупаются. Так вот, я живу в доме 18. В нашем дворе живет одна малолетка, которой я присовываю иногда, и на которой, по мнению бати, я должен жениться, так как она еврейка и я тогда смогу уехать в Израиль на ПМЖ из вашей задротской Москвы. Еще я ебу пару тел с района и одну дырку из бассейна, в котором иногда плаваю. и вот сучья подруга этой телки из бассейна, Инны, драная шлюмка Марина, рассказала моей маленькой Катеньке, что я ей изменяю. Ну блядь... И короче эта проблядь пошла и перепихнулась с одним прыщавым задротом из нашего двора, серый его звать. я его знаю, иногда пиздил в школе ( он на два года младше меня)и во дворе. блять, это ж ботан запомоенный, четырехглазый урод. Сучонка мелкая, после меня с этим чуханом. Ну хули, пришел я к ее мамаше, сочувствие там, хуе-мое, поехали в мусарню маляву накатали, а после я позвонил пацанам и завтра этому чухлу пиздец блядь, тушите свет. Двач, я ровно все разрулил?
Судья
Здравствуй, Двач! Я районный судья. Окончил ЮрАкадемию, куда устроил меня мой дядя секретарь райкома партии, в общем пробился в люди, частенько не гнушался взяточками. Да что там, чаще всего мне доводилось судить быдло, укравшее магнитолу из тачки или разбившее витрину затхлого магазинчика после футбольного матча. Но однажды вся моя размеренная жизнь понеслась к чертям собачьим. Дело в том, что из прокуратуры поступило дело Какого-то Сергея Коновалова, я подумал, что опять 15 минут работы и домой смотреть \"Малахов плюс\", о боги! Как же я ошибался! В день заседания у меня жутко болел мой геморрой, я был слаб, но дело безотлагательное - судим педофила. Я зашел в зал заседания, все встали кроме каких-то малолетних недомерков на задних рядах, кажется это были свидетели обвинения, на скамье подсудимых сидел типичный прыщавый компьютерщик, каких много сейчас, потерпевшая томно рассматривала зал и периодически пудрила носик. Я сел на кресло судьи, геморрой незамедлительно откликнулся волной боли. Судебное разбирательство было недолгим, потому что я слабел от боли и хотелось все закончить поскорее, я отправил этого педофила на нары по полной программе, впаял ему максималку, тем более, что никто мне ни рубля за него не предложил. Он распустил слюни прямол в зале суда, когда его уводили конвоиры до меня отчетливо донеслись его причитания и всхлипывания, что-то вроде: \"Ебал...рука...ягуар...\" Но мне уже было все равно. Я ушел в свой кабинет, взял вещи, вышел на улицу, солнце клонилось к закату, геморрой побаливал, как вдруг свет солнца заслонила своим тельцем маленькая птичка. В моей голове пронеслось: \"Будущего нет!\"

1.самое начало
Предрассветная темень . Иллюзия . Девять часов утра. Смятая постель . Я почему то на полу в штанах . Печень . Напоминает что она есть и что она у меня одна. Время . Слишком сложно .Не различить. Делаю большие усилия чтобы подняться . Слишком сложно . В голове сливается и разливается миллион прибоев . Морских . И хор голосов . Их миллиарды, одни мне знакомы другие – нет . Они все мне что-то говорят ,я не могу разобрать .Зачем говорят? Кому ? человеку который не очень похож на человека и , судя по всему , не отражается в зеркале…. Русская речь в их исполнении неузнаваема . Встал . Желудок подсказывает мне что я мешал водяру с пивком и еще с чем то…Этого он не знает. Интересно . Улица .Наблюдения показали что не я синий а все синее . синее солнце выглядывает из-за синих туч на синем небе, дома также имеют синеватый оттенок . и все люди , встречающиеся на пути тоже имеют синеватый цвет . Ларек . Продавщица с жутко грязными руками . Дрожащими пальцами отсчитываю на две бутылки Балтики «Девятки» , на пачку Marlboro Ultra Light и на спички …. Население Белоруссии изготавливает спичек более чем из 50% вырубленной древесины… Ну, прыгайте в лапку, белорусские друзья… Ан нет, хитрая деревяшка выпрыгивает на землю но меня уже не остановить. Я под восхищенные взгляды прохожих падаю плашмя на нее и не даю ускакать ей в кусты. Сижу на земле . С пятого чирка и десятого мата в легкие поступает порция сизого дыма. квант дыма. Говорящие человечки в голове наконец то позатыкались. Повышенное восприятие. Я слышу как шуршит сгорающая бумага сигареты, как пытаются увернутся от огня листочки табака…а главное слышу этих бабулек которые травят мне существование своими ядовитыми словами…Еще и говорят про какую то надежду на будущее…Наивно…Будущее не для меня…Оно для сильных.. А я полубухой и заброшенный вариант… Беда не приходит одна… Вместе с пьянством в мою житуху влезло повальное курение. Тяга. Большая Тяга. Из легких вырывается противный скрежет. Значит вчера я курил сигареты посильнее. Радует, что я мог курить а не спал где-то под забором на радость родителям и на зло врагам. Опять отчий дом. Какой он мне нахер отчий, за все время своего бытия я нашел домом только крышу, остальное- места обитания…. Знал бы он как мне стыдно…Как стыдно проносить в квартиру где растет маленькая сестра и борются с проблемами родители спиртное. Но надо. Трубы горят. А что я ожидал после недели запоя? Ключи. Две крышки из под бутылок падают на пол. Залпом первую и вдогонку вторую. Алкоголь проник в кровь ,наивная печень сначала пыталась бороться но потом тупо выплеснула весь алкоголь в кровь…Да, я чувствую как он бежит, как вены приветливо встречают тепло которое он несет с собой... Приход. Чистая голова и дикая усталость в теле… Рецепт – сигарета…звонит телефон… Кто-то по имени Миша зовет Петра но услышав мой голос решает что не туда попал… Прокурил… Вот блин… То последнее что так радовало слух немногочисленных знакомых… Голос…Я так и думал что когда-нибудь с ним попрощаюсь…. Тяга… Херовы сигареты…Но в башке настолько приятно что я не выдерживаю сажусь на пол в угол и ухожу в себя…
На полу возле крепко залипшего тела стоят, покачиваясь две пустых бутылки, а в руках у синяка молча тлеет сигарета… Возможно, когда либо обожжет ему палец, но ему пофигу на все… Он слишком глубоко в


2.Воспоминаниях
Детство… В меру бурное в меру забитое…1 сентября …10 класс…первая бутылка пива…SV ICE 0.33 тогда этого было достаточно для полного щастья…На радостях чуть не разбил свой телефон. По дури .Сейчас поаккуратнее стал. ПэПСы гады козлы проходу не дают а как заметут так в вытрезвяк. А нам вытрезвяков достаточно. Были один раз так чуть от страху не обделались… Да и вдруг родителей вызовут… Бедным такое не надо знать, пусть живут в сладкой сказке про сынка - хорошего мальчика… Первый собутыльник – одноклассник. Опытнее был…Но сейчас он глубоко в заду со своим портвешом… Выпили… О чем то базарили… А потом – первая неприятность. Меня укачало в троллейбусе. В двойке. В центральном маршруте города… Но отчающихся сесть на зеленого змея это не должно смущать. Природа, зов предков. Со всеми так…Потом – кромешное пьянство, но тупое. Во первых, мочил страшно, во вторых – слишком наивно думал о пьяности как состоянии… Не боялся смутить девушек своими выходками, срать хотел на мнение окружающих. Одним словом, тупо. Потом ,блин, футбол на пиво….в общем все в прошлом… Сейчас пью ради этого легкого мышления, посылающегого в мою голову столько идей…Страх… Когда-то и в театре бухал… А сейчас – компания как можно теснее, бухла побольше ,а потом общение….Да, это все ради него, общения без комплексов…
Сигареты…К этим врагам народа я тоже привык и теперь они мои товарищи…В прошлом феврале…Я неожиданно подошел к прохожему и стрельнул сигарету…Первая тяга… Никто не учил…Все сам…Думал про то как это плохо и курил….Но сознание что это плохо пришло сейчас, с кашлем и потерянным голосом…Потом случайные пачки Парламента потом Давидоффа…Потом Бонд Некст Казак и к сентябрю 11 класса Мальборо МонтеКарло и ПэлМэлл…Вот и хронология…Хронография кашля и Биоритмы севшего голоса….Улицы, углы, площадки, подъезды, машины …. Все стало непрерывным плацдармом для курения….Месяц летом жил без курева….От всех шугался, потому что боялся, что сорвусь…Сейчас и после нескольких часов курения срываюсь…Это все машина под названием житуха… Сначала она кажется простой и безоблачной…Ты куришь пьешь в свое удовольствие а потом эта жестокая ловушка захлопывается и ты оказываешься один на один с вредными привычками и безысходностью…А эти вещи бьют очень больно…А можно нарисовать себе рай и жить в нем считая что «завяжешь, бросишь и начнешь жизнь заново»… Ой как тупо так думать…Выберутся избранные, а все останутся упитыми и прокуренными…И никому толком не нужными…И сопьемся мы, бойцы невидимого фронта, где-нибудь в коммуналках с низкой арендной платах. Либо зароемся в напрочь скурвившихся кабинетах предприятий, министерств…но этот вариант не для меня…а народ рабочий будет пить, потому что не пойдет к психоаналитику, как сопливый американец…Наше поведение будут обсуждать в пьяном угаре собутыльники…Или на крайняк с похмела бывшие собутыльники…Как классно быть нужным кому-то….Тому, вместе с кем ты почувствуешь свежесть даже если двухнедельного запоя…
Рассуждения кадра зашли в тупик…Он раскрыл свои красные от недосыпа и перепоя глаза и начал тереть свой намертво обожженный палец….Жалко смотреть…Подзаборье и Подлавочье кишат такими кадрами…Пропившими талант и человеческий образ…Пропившими, в рот компот, все святое…их мозги проспиртовались и стали размером с грецкий орешек…Они спят на лавках в скверах и там, где не гоняют мусора…Подвалами и чердаками они пренебрегают…временно…ведь квартиру тоже можно пропить…Они злы на всех и на систему…им надо только погрузиться в море синего кайфа…и тогда они почувствуют легкость бытия, которая выбросит из их голов земные мысли…Лежать и втыкать…вдаль…в это созвездие цветов синеватого оттенка… и на секунду небо откроет им свою подноготную, стане ярко - -фиолетовым…Большинство из них повзрослевшие хиппи, верящие во второй приход 60. Есть студенты…или бывшие студенты…это люди которых поломала школа жизни…И они пьют а потом либо уезжают в другой город либо заканчивают свою жизнь, задохнувшись от горя…А в свидетельствах о смерти пишут «сильное алкогольное отравление»…А есть веселый народ , зовущийся униксами… Они в виде 80 летних дедков танцуют за гривну на «Маяке»,в виде шпаны весело собирает бутылки…Словом, крутится изо всех сил, этим и зарабатывает на порцию бухла….
Кто я? я поменял здоровье телесное на здоровье душевное…я поменял синий туман от «девятки »на отсутствие язвы…общение с нужным мне человеком на тысячи возможностей…мне пофигу…все будет правильно. Если мне суждено спится то так и будет. Если мне суждено выплюнуть легкие то их хоть гвоздями прибивай, а они выскочат….мне важно мнение нужного человека, на все остальное побоку…Все будет как задумано…ну так вот…


3.анатомия
Алкоголик это устойчивое к воздействиям внешней среды создание, ему хоть один разбивали душу и поэтому трезвый индивид обычно покрыт панцирем. Выпивший индивид проявляет общительность с так называемыми собутыльниками, а к остальным твореньям божьим относится нейтрально. Алкоголик , или в простонародье алкаш, чувствителен к теплу. При температуре более20 градусов Цельсия беднягу развозит. Зато с низкими температурами справляется на ура за счет прогоняния по венякам спирта или его производных. При этом организме у чувачка кипит пожар и ему жарко. Баланс с окружающей средой поддерживается за счет такого прикола как куртка с бутылкой в кармане. Организм алкоголика малоизучен. Так, например, организм реагирует не только на спирт в крови, но и на бутылки в карманах. Идешь, бывает , бутылку в портфеле несешь , а ноги уже радуются и идешь буквально вприпрыжку. Так же малоизученно влияние состояния других особей вида на субъект. Идешь, бывает, и видишь что кого то бьет сушняк, так самому похмелится хочется. Также у алкоголика типичного , подобно амебе, есть ложноножки. При принятии на грудь хочется лечь на спинку и раскинуть ложноножки .Если уникса в таком состоянии погладить по пузику то можно услышать урчание, подобное урчанию кошки в похожей ситуации…Часто нас сравнивают со свиньями.… Да, мы гордо валяемся на земле и с олимпийским спокойствием смотрим на суету, смотрим на возню, смотрим на птиц…Смотрим на все и в нашем взгляде, порой, больше трезвости чем у кого – либо….Обычный пипл пьян от работы, от суеты, от всякой херни. Но мы трезвее мозгом…
Никотин…Этот враг намертво впился в мои губы…Он никогда не спит…Он коварен. Чуть только денег становится столько что на пачку не хватит, он просыпается…Он закладывает уши, набивает свинцом легкие, беспределит в голове. Сначала мы не можем его терпеть. Курим чтобы курить. Каждая тяга как шаг на пути к выдуманной крутости. Потом приходит черед нервов. Он расслабляет их…Мы забываем про все проблемы и курим пуская вовнутрь все больше и больше дыма за одну тягу…И запиваем все это дело пивом…Потом – первое отравление. Это знак что всё, кадр , ты – раб 4 миллиграмм смолы и 0,4 миллиграмм никотина. Обычно травятся под пиво или подо что посильнее. Защитный механизм организма притупляется и мы впускаем в себя по полпачки паленых сигарет…Этап номер три…Дортепался. Докурился. С утра – кашель, после первой – кашель, после тяжелой – кашель, после слишком легкой – тоже кашель. Он особый. Он высасывает из тебя все…Ты рвешь свои связки, но уже ничего не можешь с этим поделать….Голос…тебе станет страшно слушать себя самого и только влага из девяточной бутылки будет твои связки…Ты пьеш, лежишь и пьеш, но даже в алкогольном бреду тебе чудится табачный дым. Но мы курим. После экспериментов с выпивкой и другими видами кайфа мы замечаем что пиво + Сигаретка = полный улет. И мы начинаем далее долбать свою жизнь. После – момент икс. Сидим мы , значит, выпили и я начинаю понимать что моя жизнь насмерть прокурена и пропита. После этого сигнала с небес многие бросали…а я нет…Анатомия сложна и малоизученна…Но многие усложняют ее


4.Марафонами
Марафон – средство спасения. Он заменяет нам психологов. Наваливаются на человека проблемы. Он борется с ними, борется. А потом идет на работу и берет отпуск на неделю .Потом приходит домой и не просыхает неделю. Утро – пиво – опохмелка, часов 6 вечера снова водка до утра, потом утро – опохмелка и так неделю. За неделю человек теряет человеческий образ, зато через неделю все негативные эмоции уходят, и человек, выныривая из синего тумана, обнаруживает в себе приступ трудолюбия. И идет, пашет до следующего марафона…Система проста. Он дойдет до исхода. Марафоны участятся, а приход трудолюбия будет сокращаться.…Были ли марафоны на моей жизняке? Они есть. Стоит проблемам навалиться на меня как лавина изобилия, как тут же начинается приползание домой на четверых точках. Тяжко. Марафоны не заканчиваются. Они идут параллельно моей жизни. Иногда я приближаюсь к ним и тогда пью пока есть на что, иногда удаляюсь и выгляжу почти такой же улыбающейся массой, которая ходит ежедневно рядом. На руке скоро проступит линия марафона, которая будет рядом с моей короткой линией жизни. Марафоны бывают по поводу и изнехренделать. Страдал вторым но потом дошел до первого. Десятый класс. Бутылка пива перед каждой парой два весенних месяца. По четыре бутылки после уроков. Работал клоуном. Раздупляли руками, ногами и словами. Хотя нет. Было по чему пить. По жизни, пролетающей мимо меня. И я, уподобляясь животному, перепивался через стену жизни. Жизня – она как метро. Внутри в ней светло и тепло, в запущенных вагонах насрато, а извне – темнота. Темнота неизведанности и смерти. Как и в метро в жизни дохера хамья, пипела который срет на всех, но есть и приятные моменты. На шестнадцатом году езды я увидел глаза, в которых был целый мир. Но хамья в метро больше. Есть боты, которым срать на твои проблемы и марафоны. Им надо чтобы все было по правилам. Для них маньяк, живущий по правилам приятней, чем человек, топящий все беды в бутылках. Кстати, бутылка это тоже мир. В ней можно утопить горе, в ней можно потерять заботы. Но она делает всех своими рабами. Человек, прильнувший к ней единожды, обречен. Обречен на пьяные праздники, на чувство неполноценности без своей стеклянной запчасти.…На марафоны, черт возьми! А марафон растет. С каждым запоем. С каждым похмелом. Марафон требует от человека верности своей синей цели, верности своему синяшному богу. Только верные прихожане Бога Сини забудут с марафоном свои проблемы. Марафоны бывают плотными и не очень. Плотный марафон – синька при отсутствии других дел. Не очень – это когда синька растабачена такими кайфами, как работа или учеба. Мешается это зелье в пропорции 1/2 : полдня работаем, полдня пьем. После марафона у кадра раскрываются глазки. Он начинает по – другому понимать музыку, литературу, работу, любовь. Да, из за любви обычный начинающий алкоголист может вступить на путь марафона. Также на путь марофониста становятся из – за непонимания, денежных проблем, проблем по работе, отсутствие личной жизни. Марафоны это беда циклическая. Чаше всего уходят в запой весной и в конце лета. Хотя, быть может, есть кадры, которые не против осушить себя и зимой. Да, осушить. Марафон осушает. И приход трудолюбия – это последнее что может сделать организм, так как сил у него больше ни на что нет. А жить то надо…


5.Жизня
Парниша закурил. Снова. Это пофиг что палец пострадал. В конце концов, кто то же должен страдать. Заглянувшее в окно слепануло кадру в глаз…Наконец то урка вспомнил про глаза. Затяжной подъем. Зеркало. Под глазами синь. Но ведем взгляд выше. О! Вот эти две обдолбанные жизнью щели. Усилие. Глазенки раскрылись. Ура. Обе гляделки стали бежевого цвета с красной паутинкой. Перепои – враги глаз. Их надо постоянно капать. А не то и последний сопляк посечет, что «тот хмырь пьяненький». Идиоты. Не приставайте. Жизнь моя и пропью ее я сам. И ни одна душа, кроме близкого мне человека, не прервет мой марафон. Красная паутинка…ведь, по ходу, в ней все глазное яблоко…почему яблоко? Утухшие…Когда то светились хоть чем то, а теперь в них только блеск, да и то только когда с бутылкой за спиной на крышу шагаю.
Такова жизнь. Никакой романтики. Никакого величия. Алкоголик – это разваливающаяся посудина. Кто начинает пить только ради романтики, того обломаю. Жизнь синяка скорее напоминает странствование на четвереньках от дома до пивнушки, чем гордый полет орла. Какие мы нафиг орлы? Мы больные алкоголем и убитые жизнью люди, прячущиеся от всех и пугающиеся своего образа. Иногда хочется сорваться, разорвать свою кожу, снять, блин, скальп, и гордо ходить широко распахнутой душой.…Но, почему - то, после этой мысли хочется взять еще пива и зашифроваться от всех…Неисповедимы пути под синькой…Наша жизнь – игра на выживание. Самые слабые гибнут под забором, падают по – пьяни с высоток, или просто напросто гибнут от передоза. Да! От водяры бывают передозы. Самый тривиальный – простое отравление с рвотой и прочей херней. Самый сложный случай – смерть от выхода из строя печени и почек…Так что каждый бой – последний бой. В нашей жизни нет ничего, кроме выпивки и общения под этим делом. Личная жизнь утекает. Никто не позарится на фиолетоворожего алконафта с красными глазами. Да и пофигу. Зачем нам? Нам нужен один близкий человек, а от знакомств случайных меня тянет блевать…Жестоко.…Такова жизнь. Бутылка – друг. Близкий человек – больше чем друг. Остальное – либо хамье либо надсмотрщики. Единомышленники – братья по духу. Тут все просто. Сидит один. Подзывает прохожего. Думают. Найдется третий – сообразим на троих. И какие комплексы! Сгорбленный и убитый жизнью человек раскрепостится и понравится сам себе! Вот где эффект! я по пьяни раскрепощаюсь и даже говорю. А без я стесняюсь.…Наша житуха – чередование марафонов и похмелий. Похмелий не физических, а моральных, с разочарованием и прелюдией к следующему марафону…и музыка…Музыка падающего пепла, музыка горящей сигареты, музыка городской суеты, музыка гудящего пипла на месте учебы/работы, музыка в моих разломанных жизнью наушниках. Без нее нельзя. Она помогает перевести настроение и отсрочить марафон хотя бы до начала каникул. Она помогает оставаться спокойным когда туча безмозглых кадров проявляют признаки жизни. На уровне младенца. «Я кричу значит я жив .А-а-а-а-а-а-а!!!» Она помогает. Просто помогает. Дополняет обстановку. Делает мир полным…Опьянение…кайф в жизни. Отсутствие всего кроме того что тебя устраивает. Классно. Даже после полулитры пива как заново рождаешься…Можешь забить на все и поверить в будущее…если хватит сил.…Откуда у нас силы? От общения. От общения с необходимыми людьми. Только оттуда. Бухло только забирает силы. Выпил. Лежишь. Потеешь. Потом встать сложно. Потому что пьяный? Нет, потому что нет сил, а раз нет сил, то их выпило бухло.


6.Пивусик.
Сколько раз останавливался на мысли что по пьяни можно написать диссертацию по русскому языку. Никогда в моей голове не раздалось столько новых, малоизученных слов. Сперва я допер что слово батарея – деепричастие, а слово май – глагол повелительного наклонения. Потом мой больной мозг начал придумывать названия пиву. Варианты типа «давай купим двое пивей» были только началом. Затем пошли шедевры «щас я запивю этот участочек крыши». Были и такие шедевры как «щас немножечко попивим». Бреда была куча но он забылся так быстро , как то, куда полетели пробки от бутылок. Бутылки…Чем их только не пытали: ключами, зажигалками, уголками крыш, сломанными вилками. И, главное, за мою практику не разу не открывали открывашками…Оригиналы…Однажды во время попойки мне пришла в башку мысля : «От зажигалками все открывают, а спичками никто не пробовал.». Но не попробовал….Не хватило силы подняться с крыши…

Как ни странно, целью данного опуса не является очередной приступ самовнушения, или «саможаления». Иногда надо вспомнить, чтобы не забыть. Как ни странно, целью даже не
является желание что либо возродить. Итак, вспоминаем…

Эпизод первый .Начало всех начал. Как всегда все отношения начинаются тупо. У кого-то в автобусе, у кого – на остановке, у кого – сразу после секса по пьяни. Это начало не было исключением. Стояло теплое лето 2005 года. Затеянный ремонт квартиры и хуй знает где стоящий компьютер не мешали мне побриться налысо, уверовать в идеалы хиппи, ходить на крышу и интенсивно курить. Впрочем, так было свободнее дышать. И вот, в расцвет моего хипования, повадился ходить ко мне старый школьный товарищ. Назовем его, к примеру, Д. Отхаживался этот самый Д ко мне достаточно давно. И вот одним июльским вечером в его, честно сказать, пустоватенькую голову пришла идея – фикс. «Слушай, Петро, - говорит, -а пошли с тьолками знакомится!» После непродолжительных раздумий я согласился. Действительно, чего раздумывать. Ну и пошли. Наша вылазка не могла быть удачной с самого начала. Был у этого самого Д друг. Назовем его, к примеру П. Этот друг имел интересную особенность: он всегда мечтал перепить меня. Его попытки с количеством успехом не увенчались, и поэтому он предложил мне посоревноваться на скорость. В итоге были куплены и жестоко выглушены по две бутылки пива. Сказать честно, он тогда был быстрее меня. Но суть не в этом. Представьте себе трех друзей, бродящих вечером по городу, учитывая еще и то что двое из них поминутно бегали в туалеты. Представили? Вот в таком вот виде мы и пошли на какую-то спортплощадку. Чтобы поподтягиватся. Вот там то мы и встретили Светлану с ее двумя подругами. В общем то, все было очень тупо. Ее подруги, желая выделится, начали орать какие-то матерные стишки. Ну нас, естественно такой вариант нивжопуневставил. И мы пошли искать щастья дальше. И заметили, что эта троица идет за нами. Мозги Д начали интенсивно работать, и было решено остановится. Троица тоже остановилась в метрах 15 от нас. Тогда мозг Д сгенерировал очередную бредовую идею- подойти. Что и было сделано. Честно говоря, если вы ожидаете того, что я по – геройски спас друзей и утер красавицам носы, то вы ошибаетесь. Д и П выкобеливались вовсю. А я сидел в сторонке и тащился с происходящего. Потом мы почему-то пошли в какие-то дворы. Д и П были на высоте и не подцепили аж никого. Но на всякий случай оставили мой номер. И не важно, что Д повел одну из ее подруг домой, а я с П провели домой Светлану. Не важно и то, как сильно красавицы ржали с нас. Важно то, что первый шаг был сделан.

Эпизод второй. Звонок вночи. На самом деле, звонок был. Но не ночью. А средь белого дня. А точнее, 13 сентября 2005 года. Это было просто хороший день, чтобы умереть. И соответственно, я сидел в ванной и самозабвенно ковырялся ножом в своей руке. Это было весело. Настолько весело, что хотелось смеяться. Что я и делал, пока не позвонил мой мобильный телефон. Такого поворота событий я не ожидал. Звонили с некого незнакомого городского номера. Причем, голос был женский. Я решил для себя попрощаться с этой ошибшейся номером девушкой. Ну и перезвонил. В результате дальнейшего разговора до меня дошло, кто она есть. Ну и тяга ковыряться в руке отпала. Кстати, ей это было передано как: «Ты спасла мне жизнь». Ну…. Жизни она мне не спасла но дурь из головы выбила точно. Ну и в разгаре разговора была назначена встреча. И неважно, что сразу после этого я поехал и обосрал морально девушку, которая меня любила. Не важно что я сразу наломал дров. Важно то, что второй шаг был сделан. Свидание было назначено.

Эпизод третий. «Место встречи изменить нельзя?» Вот и пятница, 15 сентября 2005 года. Еще один хороший день, которого могло и не быть. В тот день у меня была информатика. Все было как обычно. Я в очередной раз добил девушку, которая меня любила. Добил тем что подтвердил и дополнил подробностями то, что было сказано по телефону. С информатики свалил на полчаса раньше. Ну такая вот привычка приходить раньше времени. Я прибыл на месте на полчаса раньше. И вот стояла ОНА. Желтенькие бриджи, всяческие бисерные цепочки на руках, красные от стеснения щеки и УЛЫБКА. Как в такую не влюбится? Я влюбился в нее с первого взгляда. И уже не важно, что после этого мы пошли, сидели на лавочке на планетарии и о чем-то болтали. И не важно то что наши взгляды на всяческие мелкие вещи совпадали. И не важно, что когда я провожал ее, то мы поцеловались так страстно, что я сразу забыл о всем и всех на свете. Важно то, что встреча состоялась и она согласилась со мной встречаться.

Эпизод третий. Первые дни. Это было чудо. Это был рай на Земле. Мы были вместе. Мы целовались во дворах, ходили на книжный рынок, и я не переставал ей восторгаться и признаваться в любви. Сначала она говорила мне, что этого не может быть. А я мог. Я любил ее. В то время все происходило. И это было так интересно. Случайно произошло знакомство с Васей – парнем ее сестры. Настолько же случайно меня увидала ее МАМА. Вот именно с большой буквы. Это просто прекрасный человек…. С каждым днем я влюблялся в Светлану все сильнее. И к нашим разговорам на лавочке со временем прибавились поцелуи в подъезде… Это было время чудесное. И как бы не прикольно звучало, для меня первые дни восторга и любви длились несколько месяцев. Но не важно то, что были и мелкие стычки связанные с перепадами в ее характере. И не важно то, что я потихоньку становился нудным и однообразным для нее. Важно то что «Пьотр влюбился по самое некуда».

Эпизод четвертый. Хорошая традиция. Мы отмечали каждый месяц наших встречаний. Я дарил ей подарки, писал на листиках признания в любви. И так было так из месяца в месяц. Но больше всего мне запомнилась первая такая «годовщина». Сказать честно, я уже точно и не помню, что я ей подарил и что написал. Намного прекраснее был итог дня. М ы сидели вечером на лавочке возле ее подъезда и мечтали, как мы будем жить, если мы в итоге поженимся… Да, мне говорили, что загадывать нельзя. И что любовь надо дозировать. И что надо общаться не только с любимой. Но тогда мне это было не важно…Я был рекордно счастлив рядом с ней. И мне было пофигу на все…Я сидел с ней на лавочке и мы говорили о том, что будет дальше. О этом счастье длинной в жизнь.. Как жалко что все так закончилось. Но все же, погнали дальше. Мы отмечали каждый месяц и для меня это был реально праздник. Я не знаю, что в этой главе важно. Наверное, это просто был один из заповедников романтики в мире.

Эпизод пятый. Криминальный. Какая-то сорока принесла на хвосте Д новость что я встречаюсь со Светланой. Его эта новость впечатлила и он решил мне шустренько обгадить это счастье. Ну и сказал мне, что Светлана ходит под могущественной группировкой и они действуют так что нападают на ее «парней» и забирают все ценности. Я понимаю, что это было тупо. Но недели две я боялся своей тени. Пока не рассказал об этом Свете и не выслушал ее порцию смеха. И не важно то, что Д запугивал меня еще неделю подобной фигней. Важно то, что он больше мне не друг. Скорее всего это и правильно. Ведь Д в последствии еще много раз доказал то, что он скотина.

Эпизод шестой. Каникулы щастья. Наступили осенние каникулы. Они и стали каникулами щастья. Потому что на зимних каникулах особого щастья уже почти не было, а в весенние мы вошли уже не парой. В общем то счастье заключалось в том, что мы были практически круглосуточно вместе. Мы бродили по осенним улицам Вечного Города, упивались любовью и смотрели различные милые и трогательные фильмы у меня дома. Вот по сути и все счастье. Но вы не можете представить моего восторга, который я испытывал от всего этого. К слову. Тогда чуть не состоялся и наш совместный первый сексуальный опыт. За что был отблагодарен разодранной шеей и спиной. К слову, была у Светланы такая вот особенность. В приступе страсти она покрывала мои руки, спину, шею глубоченными царапинами. Но это в целом и не важно. Ведь у нас романтически-бытовой рассказ. И на это можно смело закрыть глаза. Ведь она даже не обращала на это внимание. Если, конечно, не сказать ей об этом самостоятельно. Я говорил. Но привычку эту она изжила со своим следующим парнем. Хотя… Я свечку не держал. Может у нее и щас есть эта фишка. Вот собственно говоря и все что я и хочу сказать по тем каникулам.

Эпизод седьмой. Зима в отношениях. Ну вот и зима. Но речь пойдет не о времени года. А о своеобразной зиме в отношениях. Осенью бытовуху в отношениях можно было скрыть какими-то вылазками на улицу. А с наступлением зимы жизнь со всем ее многообразием превратилась в цикл Коллеж-Света-Репетитор(информатика, в зависимости от дня недели )-Уроки -Спать. Совершенно логично, что через пару месяцев такой бытовухи, которая, кстати, мной воспринималась, как счастье видеть ее; и «кухонной эротики» я ей надоел. Но это я узнал после расставания. А тогда я видел только радость…К слову, зимой же и произошел наш первый сексуальный опыт и половая жизнь вошла в почти регулярный режим…Но это было скорее всего ее уступка мне…Все равно подругам она говорит что девственность потеряла с Дмитрием….Но речь не о том…Как я ее любил ее тогда…я готов был на коленях благодарить ее после каждой встречи…но она не разрешала мне. Так как по ее мнению это было не эстетично и тупо. Но от правды не убежишь.…Все шло к разрыву.

Эпизод восьмой. Смутные сомнения. Это не эпизод. А просто набор слов будет. Вернее не слов. А предпосылок. Все начиналось с того… В общем была у нас традиция. Вернее не традиция. Я ей давал свой телефон чтоб она послушала музыку…Вот тут и посыпались отношения…Но я об этом еще не знал…Миниатюра вторая….Однажды она шла с классом в какое-то ДК(Дворец Культуры) и я взял у нее портфель с тайным замыслом что она придет его забирать, вот тут то я с ней и пообнимаюсь и не только…Любопытство заставило заглянуть в самый маленький «карман» портфеля…Я нашел бумажку, исписанную номерами из моей телефонной книги…Тогда я думал что это ревность, прикол….Миниатюра третья….Мы сидим у меня в гостях у меня. Я по приколу даю ей посмотреть фотоальбом класса…Она спрашивает всех пацанов по фамилиям и ржет с них…А теперь сопоставим. Обдумаем. И не будем удивляться всему что я напишу дальше. И уже не важно то, что я все еще писал ей листочки. И не важно то, что у нас еще была половая жизнь. Важно то, что первый шаг к измене был сделан…

Эпизод девятый. Любовь по телефону. Если внимательно читать все вышесказанное, то ни для кого не будет сюрпризом ,что через пару недель я заметил у себя на телефоне входящий звонок от Дмитрия продолжительностью в 50 минут. Естественно, сначала проснулась ревность… Но после того как она меня поцеловала, проснулась романтика. Я ей так и сказал. Я знаю что тебе хочется общаться не только со мной, но и с другими. Общайся на здоровье. Только чтобы я этого не знал….Ой зря было…Но я же и действительно больше этого не видел…И уже похуй на то что мы еще трахались…Важно то что она уже общалась с ним и по домашнему телефону…

Эпизод 10. Предпоследние дни…Сплошной динамит…Было 12 марта 2006 года…Я отмечал день рождение друга семьи…И так получилось что ушел раньше…Естественно, я пошел к Свете…Я подходил к подъезду…Талый снег скользил под ногами….Раскрылась дверь и вышла она…Она была накрашена…На ногах были новые бриджи и сапоги на каблуке…Я спросил ее, куда она направляется…Она сказала, что не скажет…В итоге я провожал ее до остановки…снег скользил у нее под ногами, и она, цепляясь за мою руку бормотала мне, что она любит, а во мне было уже столько боли, что я еле шел. На другой стороне дороги стоял Дима…Я подошел к нему и вырвал из рук сигарету ,и шел по лужам, яростно докуривая тот бычок… Я плакал…Позвонил мой мобилофон…Все уже было похую….Я ответил…Звонил Дима…Он пытался что-то сказать, но я перебил его и сказал, что если он сам знает ее лучше меня, и чтобы больше не звонил….Я шел к…назовем его просто Ади…Он убедил меня, что бабы суки, угостил сигаретой, поддержал морально и отправил домой…Я шел обратно и убивал себя…Я позвонил ей на домашний, но ее сестра сказала, что она гуляет со мной же…Самым умным действием за день было то, что я позвонил Диме и сказал, чтобы он взял ответственность за нее на себя…А потом…я вылез в аську и одноклассница, назовем ее к примеру Р, успокаивала меня пол ночи…А я сидел и звонил каждые пол часа Свете домой…Р успокоила меня и я заснул в 3 часа ночи….я лежал и дума примерно так: если Дима завтра не придет, или опоздает в Коллеж, то это пиздец. Если придет, то все нормально…Получилось по-другому…Понедельник…14 число…он приходит на занятия раньше меня, долго с кем-то общается по телефону, рассказывает одноклассницам что спал только час на компьютерном клубе, и рассказывает однокласснику, назовем его для примера Т, что так классно позажимался с моей девушкой, что аж конча из ушей лилась, и она ему говорила, что хочет его…И в довершении уснул на физике, а после- урыл домой… Со мной творился полный динамит…я не помню этого дня…я помню только как приехал к ней в школу и привез шоколадку, чтобы она поела перед работой…А она стояла и ее взгляд бегал по всем сторонам, так и не пересекшись с моим…она сказала что не знает, кто ей больше нужен…Дальше в голове туман...И уже не важно то что было до…Важно то и только то, что конец близок…

Эпизод 11.Практически Тринадцатый. Полный бред. Следующее воспоминание- вечер того же дня…Я позвонил к ней на домашний и ее сестра сказала, что Светы нет, а Вася хочет со мной поговорить. Медленно- Медленно тогда он рожал слова. Он сказал срочно подъехать к нему. Я подъехал. Света с Димой стояли в подъезде.…Вышел Вася и попробовал с ними поговорить. Но Дима сказал, что Света теперь его, а Света с этим согласилась…Вася ударил Диму в лицо и сказал ехать домой…Света расплакалась и убежала домой. Но я этого всего уже не видел. Мой мир разбился…. И не важно то, что я еще заходил к ней, писал признания на листиках, и то что я еще записывал для Димы диски с музыкой и ее фотками, и то, что я говорил с ее мамой по поводу того что мы расстаемся…Важно только то, что я встал на путь запоя и депресняка, по которому иду и поныне….

Эпизод 13. Типа постскриптум.
Часть 1. На некоторое время (а вернее месяца на 3) Света исчезла из моей жизни. Потом появилась. Чтобы поздравить меня с днем рождения. Потом опять исчезла. Потом появился я. Зашел к ней на 1 сентября, чтобы показать, что я тоже Вери хеппи…Потом беседовал с ее мамой…но уже по-дружески беседовал...Потом попал на ее приступ нежности и этой осенью даже один раз целовался с ней…И посмотрел на ее парня нового, когда зашел к ней в гости с предлогом попить воды…но это все уже не важно…Важно то, что полгода могут поломать всю жизнь.
Часть 2. «Ягей». Тут я расскажу именно о том, что покалечило мне жизнь. Это то, что она говорила обо мне. Подругам, друзьям, мне самому….
То, о чем я говорил можно было охарактеризовать одним словом. «Древнее».
Я ей постоянно врал.
Она не уверена, любила ли она меня.
Она стыдится того, что между нами была половая связь.
Я нудный человек.

Я не уверен ,что это все, правда, суть видна и из этого. И не важно, первая была эта любовь, или сто первая. Не важно, что все закончилось такой грязью. И не важно, что сам я урод еще тот. И не важно что это писалось ночами и при написании была убита банка кофе. Важно то что это было и что это то, что сделало меня таким, какой я сейчас есть.

Все из вас когда-нибудь переезжали. И в старом доме оставались проблемы, переживания, друзья, враги, знакомые. Одним словом, менялось все. Вот и я попробую пройтись в воспоминаниях по моему бывшему дому.
Если кто-то ожидал, что я напишу про маленький уютный домик, утопающий в листьях яблонь, с маленькими окошками, который построили еще немцы, с высокими крутыми ступеньками и каким-то перекособоченным фундаментом; тот ошибется. Я буду писать про обычную девятиэтажку. С зассаным и ободранным лифтом марки «Кошмар Клаустрофобов», грязными исписанными матами стенами, еще и не крашенную лет этак 15. Именно про нее. В ней в моей маленькой голове зародились мысли. Здесь я понял кто такие предатели, кидалы, и прогсто балаболы. Давайте пнем старую железную дверь посильнее и загадочный дом откроет перед нами свои двери. Только предварительно мы закроем нос. А то запас в подъезде перенесет не всякий эстет. Вот он первый этаж…Тут у нас есть ремонт обуви и три интереснейших квартиры…В одной из них живет спивающийся собаковод и интересной лысиной, излучающей добро. Во второй- очень добрая кошководица, которая по сути и не дает спится окончательно собаководу. А в третей живут просто две суки. Дядя Вася и Тетя Галя. Они являются точечными носителями тупости и маразма в конкретно заданном доме. Далее идем на второй этаж. По ступеньками. По ходу дела мы можем наблюдать неровную кладку почтовых ящиков. Второй этаж. Чудное местечко. Четыре квартиры. В одной живет целый рассадник: младшая дочь, нагулявшая мужа в 17 лет, умственно отсталая старшая сестра, муж младшей дочери, отец – шахтер – тиран, и мать, медленно охреневающая со всего происходящего. А теперь представьте что эта квартира двухкомнатная. Представили? Идем дальше. По соседству живет одинокая пенсионерка с 3 котами. В 3 комнатной квартире. Опять же представьте себе и пойдем дальше. Следующая квартира. Автолюбитель – тиран с женой. И наконец-то в последней квартире на 2 этаже живет незнаюкто. Причем интересно, что этого незнаюкто толком никто и не видел. Поднимаемся пешком на 3 этаж. Видите этот серый налет на стенах? Это результат взрыва самодельной дымовой гранатки. Видимо, вследствие другого взрыва, пострадала полуразрушенная труба мусоропровода. Вот мы и на 3 этаже. Опять же 4 квартиры. В первой живет чересчур самоуверенный подросток, который в свое время сачковал школу, а теперь учится в ПТУ на повара – кондитера; и его родители. Во второй живут бедные соседи этого распиздяя. Воистину, мужественные люди. В третьей и четвертой- родственники людей, которые стали «мажорами», нахапав в перестройку. Воистину, бедные люди. Живут всего в 5 комнатах и ездят всего лишь на «Москвич 2141». Идем пешком на 4 этаж. К большому удивлению, тут все спокойно. В первой квартире живут богатые армяне в составе муж – жена – сын – дочка – бабушка. Ну и что, что их много. Зато они богатые. Ездят на «Ягуаре» и «Форд - Мустанге». Во вторых двух квартирах живут родители тех самых «мажоров». А в последней живет, наверное, проститутка с матерью. Но личико у девушки милое. Ну и что, что ей уже под 30 лет. Лицо все равно милое. Поднимемся на 5 этаж. Тут мы видим интересно выбитое подъездное стекло. Оно напоминает профиль человека со злым лицом. Я часто сидел на ступеньках и смотрел на это окно, когда меня в очередной раз с побоями выгоняли из дворовой компании. Здесь живут самые хорошие люди в доме. В первой квартире живут брат с сестрой и родители. Это сознательные люди. Они не жестокие… Во второй квартире живут незнаюкто. Они же живут и в третьей квартире. А в четвертой живут тоже незнаюкто. Но я их все же помню. Во-первых, летом они открывали дверь в подъезд, чтобы квартира лучше проветривалась. Во-вторых, их ребенок очень боялся застревать в лифте. Откуда я ее и доставал однажды…Поднимемся на шестой этаж…Здесь живет женщина - судья, незнаюкто, богатая семья, и гулящая девушка с матерью и милым лицом. Естественно, все в разных квартирах. Поднимемся на седьмой этаж. Честно скажу, тут я никого не знаю, и поэтому сразу пойдем на восьмой этаж. А вот тут уже рассадничек. В первой квартире живут алкаши в составе 4 (или 5, я не считал), которые всегда бешено бузят. Возле них живет семья. Наверное, близость к алкашам, заставила волосы вырасти на ногах у мамы, бабушку эта близость заставила окончательно ебануться и в своих идеологических идеях присоединится к Дяде Васе и Тете Гале; у отца от этой близости тоже порядком выросла ебанутость. И, как следовало ожидать, сын в этой семье – полный придурок. Со справочкой. В третьей квартире живет Семья, обожающая караоке в 3 часа ночи (знаю что говорю, жили под нами). В четвертой же живет Горе. Молодой человек, который в свои 18 лет выглядит на 12 из – за малокровия, его родня в составе мамы, папы, бабушки, Дяди( смотрящего порно днями и ночами, за это и с большой буквы. А вы попробуйте посмотреть порно хотя - бы 12 часов.), дедушки, и его сестры, которая от всего вышеописанного пытается быть гламурной….А ведь у нее такое милое личико….Дям.…Поднимаемся на девятый этаж…Ближе к небу, ближе к солнцу…Вот она, памятная площадка, былой плацдарм для наших настольных игр и неких «дискотек на площадке»…Начнем…Первая квартира. Тут живет портная с дочерью – медиком, мужем и дедушкой и бабушкой. Очень добрые люди. Даже, наверное, и интересного ничего нет….Вторая квартира. Бабушка, которая написала на своей двери снаружи «Антихрист» и практически никуда не выходит. Чудная. Когда-то у нее были квартиранты, но из – за особенностей ее характера эта халява продолжалась не долго. Третья квартира – полный П. Два брата безбашно - Проставляюще – крысоватого свойства, их дедушка, бабушка и мать. Интересно то, что отец сидит на зоне за херню и то, что их отец очень хороший человек, а дети – полное гавно и ВСЕ остальные взрослые в квартире скорее являются обслуживающим персоналом. И наконец, последняя квартира, где жил полный ушлепок, сука мудак, и просто автор той хероты, которую вы сейчас читаете, с семьей. А щас там живет незнаюкто. Но уже не я. Потому что это дом, в котором меня больше нет.

Голод. Каждый нерв большого организма ноет. Он просит пищи. Но нет, сегодня не его день. Точно также как и вчера и позавчера, которые тоже были не его днями. Голова очень сильно кружится. Но за два дня я целиком к этому привык и это меня теперь мало смущает. С десен сочится кровь. Вот ты какое, общее недомогание. Смотреть в целом тяжело, так как жизнь в который раз потеряла для меня цвета. Опять осень. Вроде как она должна побуждать думать о главном и о высшем. А для меня эти осенние дни- это голод. Голод сердца в котором опять проснулась печаль. Голод мозга, который осознал свой проигрыш в игре под названием жизнь. Голод глаз, соскучившихся по красоте. Мир сужается и сходится на одном- Интернете. Правильно, именно с большой буквы. Так как это место стало домом не для одного миллиона людей, которые потеряли себя в реальном мире. Хотя, и по нему щас есть голод. Чего-то не очень хочется туда заходить после утренних скандалов. Голод. Легкие тоже соскучились по 0,6 мг никотина и 6 мг смол. И вот ,когда все это навалилось в душе настает реальный голод. Вернее нет. Там образуется пустое место, в которое селится угнетающая и густая тишина. Голод всемогущ. А я слабый. И поэтому я умру от голода у переполненного холодильника. Сейчас состояние беспрерывного голодного обморока. Вроде и ходишь, а вроде и каждый шаг делаешь как последний. Голод. Мимика лица пропадает. Я хожу с кирпичеподобным лицом потому что изобразить какое-то подобие улыбки мне не дают вечно ноющие нервы. Как же тяжело жить, когда тебя ненавидят. Когда человек, с виду нейтральный, каждый день расставляет мне все больше капканов и ловушек. Который готов настроить любого против меня. Это Ламбада. Он почему-то стал так вот относится ко мне совсем недавно. Не знаю, с чего бы это, но у него отлично получается быть врагом. Он делает западло за западлом. И вряд ли остановится. Злое время. Злое и тупое время.