Я вот некоторое время назад пообещал написать яойный фанфик. Ну, и поскольку на обед у нас неожиданно был коньяк, я его неожиданно написал. Интересно, считается ли фанфиком бессвязное творчество по мотивам собственного подсознания? Вопрос риторический, потому что ничего другого я всё равно писать не умею :)

Итак, этот так сказать текст разбит на три куска, два их которых прозаические, а третий - нет. Имеют ли они отношение друг к другу или хоть к чему-нибудь - сказать затрудняюсь. Есть ещё иллюстрация, для улучшения внешнего вида поста. Если кто-нибудь что-нибудь прокомментирует - буду рад. Если нет - не буду.

- Никогда, - сказал ему Шар.

- Что такое «никогда»? – ответил он, но не понял смысла своих слов.

- «Никогда» - это прямо сейчас, - пояснил Шар беззлобно и превратился в сверкающий тоннель, уходящий куда-то в необъятную даль.

- Что это? – подумал он, - Только начинаешь привыкать к законам одного сна, как он сменяется другим. А что, если я не войду в тоннель? Если просто сяду здесь и покурю трубку? Чего можно дождаться на границе двух снов?

Пока он размышлял таким образом, тоннель превратился в моток шёлковой нити, а вокруг вырос лабиринт высоких сырых стен.

- Иди уже, - послышался откуда-то нетерпеливый девичий голос, - Не могу же я ждать ещё одну вечность!

Но он всё медлил.

Из ниш в стенах показались карлики с факелами и начали угрожающе обступать его со всех сторон.

- Торопись, - шептали они сквозь сжатые зубы, присвистывая

Делать было нечего. Не чувствуя ног, он прошёл по воображаемой прямой, ведущей за угол, туда где кончалось пространство и начинался сплошной мёд.

 

- Не уходи, - попросил он тихо, почти беззвучно, отвернувшись к стене. Я понял его не потому что услышал, а потому что знал, что он это скажет.

- Глупый, я ведь и не могу уйти, даже если захочу.

- Как это?

- А вот так. Пока я не с тобой – меня ведь нет. Я ограничен тобой, как море ограничено берегом или небо – взглядом. Закрой глаза и можешь быть уверен, что на это время я исчезну.

- Да? – он поглядел на меня с деланным сомнением, но видно было, что поверил. - А что, если ты не вернёшься?

- Как это?

- Не передразнивай!

- И не думаю.

- Ну, если тебя съест акула или раздавит каменная плита или…

- Всё-таки, ты меня не вполне понимаешь. Если я говорю, что без тебя меня нет, то что это значит?

- Я глупый. Объясни мне, - шепнул он кокетливо и в то же время требовательно.

- Это значит, что для того чтобы был я, достаточно, чтобы был ты.

- Покажи!

- Хорошо, только мне надо выйти за дверь.

И прежде чем он успел возразить, я выскочил в коридор. Сердце бешено колотилось, но теперь можно было отдышаться – ещё один раунд остался за мной. Я пошёл на кухню и разогрел себе лапши.

- Глупый мой малыш, - думал я, втягивая ртом полоски синтетического теста, - Это тебя нет без меня. Это ты мой мираж, моя странная прихоть, мой сон. Ты, а не я.

Думая так, я неспешно и даже как-то блаженно растворился в налетевшем сквозняке. И потом где-то в непередаваемой дали он вынул меня из кармана, как свою последнюю козырную карту, и бросил через плечо в набегающий прилив. А потом сел на берегу, чтобы посмотреть, как волны бьют моё бумажное тело о сырой песок.

 

- Не пей, там яд!

- Что за?..

- Смертельный, это точно!

- Но что мне смерть?

- Сестра?

- Возможно. Или тётка,

скупая и плешивая притом.

- Пусть смерть тебе родня, но я то с ней не в дружбе!

- Я познакомлю вас.

- Не думаю что…

- Хватит.
К чему весь этот фарс? Я просто взял бокал.

- Там бездна!

- Бездна? Где? В бокале?

- В тебе.

- И что же в ней?

- Там я…

- Ты покраснел. Чего же тут стыдиться?
Пусть ты во мне, но я то ведь в тебе!

- Тебе легко так говорить, ты стар…

- Я стар? Вот это комплимент!

- Не то хотел сказать я, не сбивай!
Ты старше и мудрей.

- Мудрей? Вот это новость!
Лишь глупость я нажил, зато её – с избытком.
А хочешь, поделюсь!

- Не притворяйся.
Ты на словах паяц, зато в душе - молчун,
каких поди сыщи.

- Молчу не от ума.

- Так лучше помолчи. И опусти бокал.

- Но что в нём все же?

- Там я.

- Тебя я выпить совсем не прочь!

- Оставь!

- Оставить? Почему?

- Так суждено, ведь между нами дни
и ночи, проведенные с другими.
Меж нами башни и мосты забытых стран, меж нами песни,
пропетые не нами. Тишина
объединяет нас, но и она не властна,
над ароматом высохшей листвы всех наших прошлых дней.
Я был бы для тебя ручьём, но тщетно -
вода моя горька, и вдвое горше
прикосновенье губ твоих ко мне.
Оставь меня! Забудь! Не прикасайся боле
и взгляд мой не лови в тенета звонких струн.
Пусть ты стрела, но я не твой колчан
и не мишень твоя. Я лук. Тебя метнуть
в другую цель – судьба моя. Пусть ты корабль,
но я не порт и не маяк, блеснувший среди ночи.
Я соль волны, нахлынувшей и сникшей.
Дельфином среди волн меня зови. Туманом над волной.
Зови как хочешь, но оставь!

- Ты просишь много,
но что же дашь взамен?

- Печаль. Зато её – с избытком.