Я-то солнышко известной голимости, но, переборов страх, отчаянье, огонь, лед, плазму, купоросные трубы и лень, все-таки принялся за книгу.Черт, а это очень трудно. особенно имена. Появилось желание тупо отрыть все имена Тысячеименного Одина и юзать по мере надобности.
Но это, конечно, бред сивой кобылы подшефногоизвозчика.