Muse — это нечто гораздо большее, чем группа. Они стали живой легендой, ежегодно завоевывая титулы лучшего концертного коллектива планеты. Их всего трое, но на сцене они творят чудеса. Выходцы из маленького городка Тинмут, которые не сказали ничего революционно нового в музыке, но смогли стать одной из самых успешных групп в истории музыки.

Чем выше летаешь — тем больнее падать. Поэтому для команд такого уровня каждый следующий альбом — неимоверный риск. Рано или поздно музыканты исписываются. Но не Muse. По крайней мере, не сейчас. Их новая пластинка «The Resistance» выдалась блестящей, как и предыдущие.

Развиваясь, открывая новые пространства, Muse — современный образец стадионного пафоса. Такой же мощью в свое время поражали публику на огромных концертных площадках британцы Queen. Было очевидно: рано или поздно Muse позаимствуют у своих легендарных соотечественников многое.

Первой весточкой от Muse, возвращающихся из отпуска, стал трек «United States Of Eurasia». Музыканты придумали для поклонников по всему миру увлекательный квест, в качестве подарка раздразнивая воображение короткими, по тридцать секунд, отрывками из песни.

Поначалу композиция была похожа на старые известные «Blackout» и «Unintended». Но затем вступают барабаны, гитары, и пафосный хор — в лучших традициях Фредди Меркьюри и компании. Только ленивый при первом прослушивании «United States Of Eurasia» не вздрагивал с мыслью «да это же Queen».

Подобные отсылки мелькают и в других песнях «The Resistance». Но, все же, основу альбома составляет фирменное звучание Muse — вокал, который ни с кем не спутать, всегда узнаваемые мелодичные ходы и технические решения. Фортепианные партии, гитарные рифы, бешенные ударные. Оркестровые аранжировки, которые лидер Muse Мэтью Беллами писал сам.

В «The Resistance» трио Muse воплощает все давние мечты. Хотели стать поп-звездами — вот «Undisclosed Desires». Хотели танцевальных ритмов с ориентиром на Depeche Mode и Goldfrapp, но жестче? Получите «Uprising» (здравствуй, «Доктор Кто»). К слову, очередным поводом для шока стала обложка сингла «Uprising»: армия плюшевых медвежат, восстающих из-под земли.

Предыдущие альбомы Muse, при невообразимом студийном звучании, всегда писались с мыслями «это будет здорово звучать на концертах» — такой вывод лежит на поверхности. Но, вероятно, впервые в своей карьере Muse не думали об этом при записи «The Resistance».

Так что когда пластинка была дописана, барабанщик группы Доминик Ховард не без горечи написал в твиттере: «Теперь осталось придумать, как играть все это наживо». И судя по тем же записям «бортового журнала Twitter», у трио далеко не сразу получилось адаптировать альбом под концерты.

Четвертого сентября, за десять дней до официального релиза диска, Muse триумфально вернулись на родину, в маленький городок Тинмут, в Девоне. Чтобы показать месту, где они выросли, кем они стали теперь. Трое парней, которые дружат еще с младших классов, а играют вместе с тринадцати лет.

/music.open.ua/user/img/icons/ico_check.gif" target="_blank">http://music.open.ua/user/img/icons/ico_check.gif); background-repeat: no-repeat; background-attachment: initial; -webkit-background-clip: initial; -webkit-background-origin: initial; background-color: initial; font-size: 11px; background-position: 0px 4px; ">Muse отыграли концерт-возвращение в родном городе

«Uprising» удачно показала себя в качестве первого трека концерта. Публика может ритмично хлопать, а вокалист Мэтью Беллами во время вступительного проигрыша успевает нахмуриться и обвести публику взглядом межпланетного завоевателя — любовь к пафосу у Muse чуть ли не врожденная, но им это к лицу.

Второй трек диска, одноименный «Resistance» — типичные Muse. Конечно, ритмика слегка повторяет «Knights Of Cydonia» с предыдущего альбома, но не настолько, чтобы обвинять группу в исчерпании. Это, пожалуй, самый трагичный трек новой пластинки.

Основные темы альбомa — всемирный заговор и восстание, вечная любовь и страсть. Привычные образы, которые все еще актуальны. Спев две песни про то самое восстание, Мэтью и компания перешли и к чувствам. Но по-своему. Непредсказуемо.

При прослушивании композиции «Undisclosed Desires» не покидает ощущение, что Muse продали душу Тимбалэнду. Типичные для американского продюсера электронные R’n’B-биты придали этой песне гламурный форматный блеск — это поп-баллада, которая не особо разочарует старых поклонников группы, но и прибавит в эшелон фанов людей слегка иного сорта.

«Guiding Light» — это совсем медленный аналог «Starlight» из все того жепрошлого альбома. Настроения схожи. А гитарное соло, с элементами стиля Брайана Мэя, нагоняет пафоса еще больше, чем в предыдущих треках (но в этом плане «United States of Eurasia» все равно не перещеголять).

Одной из последних песен в концертном сетлисте грядущего тура обещает быть «Unnatural Selection» — разноплановая, со сменой ритмов и настроений. С грязным блюзовым соло в кульминационном замедлении, энергичным гитарным проигрышем в intro и еще более отвязным, доходящим до стиля Metallica (гитара, доходящая до резвости бензопилы), рифом в конце.

Следующий трек «MK Ultra» (так назывался проект секретных химических исследований ЦРУ; целью опытом было достижение контроля над человеческим разумом и сознанием и манипуляция ими) добивает окончательно — обилием гитар, высокими нотами вокала Беллами, сменами ритма, всеобщим надрывом, изумительным проигрышем. К песне «I Belong To You» подползаешь уже убитый.

И опять напарываешься на одну из лучших композиций в альбоме. Эта вещь непременно засядет у вас в голове. Высшее эстетическое наслаждение — классическая вставка в середине, ария «Mon Coeur S'ouvre a ta Voix» из оперы Камиля Сен-Санса «Самсон и Дэлайла». И да, Мэтт поет на французском. Худо-бедно, но безумно красиво.

На этом можно заканчивать альбом, а оставшуюся часть выпускать отдельным EP. Но нет же, «на сладкое» осталась «Exogenesis Symphony», эпичная симфония в трех частях. Космос. Как единая эмоция, ощущение, энергия. Нечто доскональное и невообразимое, даже для Muse. Венец творения Беллами.

«The Resistance» — один из самых совершенных в структурном плане альбомов этого десятилетия. Он может казаться не таким резким скачком вперед по сравнению с предыдущими творениями британского трио, но это все равно венец их творения.

В связи с этим вспоминается недавнее интервью Метью Беллами итальянскому «Vanity Fair», в котором музыкант сказал, что в прошлом году они с коллегами по группе подумывали о «завершении практики Muse». Группы могло не стать.

Но они записали «The Resistance». И если этот альбом окажется последним, то он идеально для этого подходит. Пусть здесь гораздо меньше надрыва и искренности, чем, скажем, в «Origin Of Symmetry», но все равно «The Resistance» — апофеоз космического запределья. Высота, до которой мало кто сможет дотянуться в ближайшие пять лет, а то и дольше.

Сергей Кейн

ВЛАДИМИР ВЫСОЦКИЙ

 Люблю тебя сейчас,
не тайно - напоказ, -
Не после и не до в лучах твоих сгораю;
Навзрыд или смеясь,
но я люблю сейчас,
А в прошлом - не хочу, а в будущем - не знаю.
В прошедшем - "я любил" -
печальнее могил.
Всё нежное во мне бескрылит и стреножит, -
Хотя поэт поэтов говорил:
"Я вас любил: любовь ещё, быть может..."
Так говорят о брошенном, отцветшем,
И в этом жалость есть и снисходительность,
Как к свергнутому с трона королю,
Есть в этом сожаленье об ушедшем,
Стремленье, где утеряна стремительность,
И как бы недоверье к "я люблю".
Люблю тебя теперь -
без пятен, без потерь,
Мой век стоит сейчас - я вен не перережу!
Во время, в продолжение, теперь -
Я прошлым не дышу и будущим не брежу.
Приду и вброд и вплавь
к тебе - хоть обезглавь! -
С цепями на ногах и с гирями по пуду, -
Ты только по ошибке не заставь,
Чтоб после "я люблю" добавил я "и буду".
Есть горечь в этом "буду", как ни странно,
Подделанная подпись, червоточина
И лаз для отступленья про запас,
Бесцветный яд на самом дне стакана
И, словно настоящему пощёчина, -
Сомненье в том, что "я люблю" сейчас.
Смотрю французский сон
с обилием времён,
Где в будущем - не так, и в прошлом - по-другому.
К позорному столбу я пригвождён,
К барьеру вызван я - языковому.
Ах, разность в языках, -
не положенье - крах!
Но выход мы вдвоём поищем - и обрящем.
Люблю тебя и в сложных временах -
И в будущем, и в прошлом настоящем!

 Милая, не молчи,

Что ж ты так редко пишешь?...

Слушаю, как в ночи

Дождь тарахтит по крыше.

Гулко грохочет жесть,

Скоро всех перебудит,

Главное - что ты есть,

Все остальное - будет.

Знаешь, как нелегко

Жить без тебя, детка.

Как же ты далеко...

Как же звонишь редко...

Льется вода с крыш,

На тротуар спящий.

Ты не скучай, малыш,

И улыбайся чаще...

Радость моя, ты знай -

Что бы там ни случилось,

Будет и нам - рай.

Ты мне опять снилась...

Знаешь, я и во сне

Помню твои руки...

Шепчутся в тишине

Дальней грозы звуки.

Скоро пройдет дождь,

Бухает гром тише...

Счастье мое, ждешь?...

Что ж ты так редко пишешь...