Сегодня, когда Россию называют – и вполне заслуженно – кладбищем самолетов, уже трудно представить, что не так давно всё было совершенно иначе. В 1990 г., когда разбившийся в минувшее воскресенье боинг совершал свои первые полеты, наша страна еще являлась великой авиационной державой. А «Аэрофлот» был крупнейшей в мире авиакомпанией. В 1976-м «Аэрофлот» стал первой компанией, которая за год перевезла более 100 млн пассажиров, к 1990 г. их число превысило 140 миллионов.
«Аэрофлот» совершал и самый протяженный на планете континентальный рейс: «Ленинград – Омск – Красноярск – Якутск – Магадан – Петропавловск-Камчатский» – 9100 километров.
Но дело, конечно, не в рекордах. Куда важнее, что авиация стала для советского человека абсолютно доступным видом транспорта: по охвату огромных территорий, цене билета, безопасности передвижения. Для этого использовались тысячи и тысячи крылатых машин. С 1935-го по 1992-й все они были отечественного производства.
Тушки, Илы, Яки, Аны… Лайнеры, совершавшие трансатлантические перелеты («Аэрофлот» летал на все континенты, кроме Австралии). И небольшие машины, на которых почти как на рейсовом автобусе, перемещались жители удаленных поселков и деревень.
Для того, чтобы разграбить и уничтожить советское авиационное наследство, понадобились считанные годы. Практически не осталось малой авиации. Стоимость билетов не по карману подавляющему большинству россиян. Фактически уничтожен и российский авиапром. Как сообщили на заседании коллегии минтранса России, в 2012 г. всем авиакомпаниям поступило 133 пассажирских самолета, в том числе 114 самолетов иностранного производства и 15 – отечественного. Доля иностранного производства в парке пассажирских самолетов достигла 63%. Их вклад в пассажирооборот российских авиакомпаний оценивается в размере 93%.
Понятно, что подавляющее большинство отечественных самолетов – еще советские. То есть далеко не новые. Да и откуда взяться новым? Например, модель Ту-334, разработанная еще в советские 80-е, так и не пустили в серийное производство. Не по экономическим или техническим, а по шкурно-плановым соображениям. Между прочим, производить Ту-334 собирались как раз в столице Татарстана – на Казанском авиационном заводе им.С.П. Горбунова.
Нет своих самолетов, и россияне стали заложниками чужого железного хлама. Про разбившийся В737-500 сказано и написано уже немало. Дело специалистов и экспертов установить, в чем причина крушения, был ли самолет исправен, правильно ли эксплуатировался, насколько адекватно действовали летчики.
Следственные же органы занимаются сейчас деятельностью авиакомпании «Татарстан», которой принадлежал рухнувший боинг. АК «Татарстан» имеет ЗАО «Тат-аэро». 50% акций последней опосредованно контролируются министерством земельных и имущественных отношений Татарстана. Вторая половина поделена между двумя болгарскими компаниями: «Блгар авиэйшн груп» и «Эскана Русия».
То есть подписывавший документы министр Азат Хамаев, а следовательно и республиканские власти, так или иначе несут ответственность за деятельность авиаперевозчика. Но похоже, вся ответственность сводилась к чуть ли не ежегодной смене директоров компании. Сейчас это Аксан Гиниятуллин, молодой экономист, получивший образование за границей и не имеющий никакого отношения к авиации. И это еще одна характерная черта нынешнего времени, когда от управления устранены профильные специалисты.
На деле же всем рулят частники – в данном случае иностранные.
В 2008 г. именно власти республики подписали договор с болгарским холдингом «Химимпорт» о реконструкции республиканского аэропорта и обновлении авиапарка «Татарстана». Сумма контракта составила 50 млн долларов.
Обновление парка болгарские партнеры понимали своеобразно. Немедленно был взят курс на избавление от Ил-86 и Ту-154. Естественно, декларировались благие цели. Как сказал пять лет назад в интервью «Коммерсанту» заместитель генерального директора авиакомпании Шамиль Магдеев: боинги – более экономичные и безопасные, чем отечественные самолеты». «Кому-то выгодно, чтобы «Татарстан» продолжал эксплуатацию старых советских самолетов», – утверждал тогдашний член совета директоров «Татарстана» Пламен Атанасов.
Заботились болгары, естественно, лишь о своей выгоде. Парк «обновлялся» весьма оригинально: советские самолеты списывались, а вместо них приобретались их ровесники боинги. В компании начались увольнения под предлогом того, что летчики и техперсонал не имеют-де нужной квалификации в работе с боингами. Профсоюз обвинил «Химимпорт» в невыполнении обязательств и потребовали провести аудиторскую проверку. По сведениям профсоюзных активистов, аренда каждого подержанного боинга обходилась компании в 150 тыс. долларов в месяц, еще по 100 тыс. выплачивалось болгарам. Иными словами, «Татарстану» втридорога сбагрили самолеты, которые пора было отправлять на свалку.
Однако дело не только в техническом состоянии боингов, но и в летном персонале. Действительно, чтобы перейти с отечественных самолетов на зарубежные, необходима серьезная переподготовка. Как стало известно, летчики потерпевшего крушение самолета только недавно получили квалификацию пилотов. 47-летний Рустам Салихов двадцать лет отлетал штурманом на Ту-154. Переучился на пилота в прошлом году. Виктор Гуцул тоже два десятилетия был бортмехаником, а вторым пилотом работал лишь с этого года. Где и как они переучивались?
Понятно, что никакой региональный авиаперевозчик просто не имеет возможности и средств готовить пилотов, закупать новейшую технику. Все это задачи государственные.
В среднем в год России нужно около 400 летчиков гражданской авиации (так как действующие уходят на пенсию, по состоянию здоровья и т.п.). А все училища выпускают не более 60 человек. В советские времена молодые летчики сначала работали на более простых судах, а повышая свою классность, приобретая опыт, переходили на более сложные. Сейчас такая система не действует. Причем обучают молодых пилотов летать на отечественных самолетах. А приходят они в авиацию, где 95% авиапарка – зарубежные.
Раньше существовала государственная политика профессиональной подготовки специалистов, в том числе и летчиков. В СССР первоначальную летную подготовку могли проходить уже старшеклассники через клубы ДОСААФ. Сейчас молодежь в гражданскую авиацию, прямо скажем, не рвется. Престиж этой профессии невысок. Трудоемкость и ответственность работы колоссальная, а социальные гарантии невелики. По некоторым данным, летчики в АК «Татарстан» получают в среднем по
20–30 тыс. рублей. Понятно, что за такие мизерные деньги настоящих хороших профессионалов не найдешь.
До 1992 года за летный персонал отвечало министерство гражданской авиации. Сейчас даже государственного заказа на подготовку летчиков не существует. Как не существует и государственного ведомства, комплексно занимающегося непосредственно гражданской авиации. А министерство транспорта, формально отвечающее сразу за все его виды, по факту не отвечает ни за что.
Нет и единого отраслевого ведомства, подобного советскому «Аэрофлоту». В 90-е он был разорван на куски, на растаскивании колоссальной собственности делались состояния. Большинство возникших на его обломках авиакомпаний находятся в ужасающем состоянии, что ведет к самым настоящим катастрофам.
Тот же «Татарстан» – компания типичная, даже лучше многих. «На точно таких же «Боин-
гах-737» серии 500, купленных на вторичном рынке и отслуживших по 20 лет, каждый день летают ульяновцы», – пишут газеты Ульяновска, который местные чиновники так любят называть «авиационной столицей России».
Молодой авиапарк – от 5,7 до 9,7 лет – имеют пять из 35 российских перевозчиков: «Аэрофлот», «Таймыр», «Сибирь – S7», «Ред Вингс» и «Россия». «Татарстан» – в середняках (14, 8). А например, у «Томскавиа» и «Полярных авиалиний» средний возраст самолетов 37,2 и 37,8 лет соответственно. Конечно, дело не только в возрасте авиапарка. Но понятно, что раз нет средств на его обновление, нет средств и на нормальную эксплуатацию, и на достойные зарплаты летному составу. И надо ли удивляться трагедиям, подобным июльской катастрофе в Якутии. Тогда разбился вертолет, принадлежавший «Полярным авиалиниям», погибло 28 человек, большинство – мамы с новорожденными младенцами.
Очевидно, что необходима серьезная мощная структура, которая комплексно занималась бы вопросами авиаперевозок. «ОАО Аэрофлот – Российские авиалинии» наверняка не против стать монополистом на этом направлении. И тут возникает одно большое «но». У советского «Аэрофлота» и «Аэрофлота» современного – разные приоритеты. Эффективность работы частника измеряется прибылью, а не общенациональными интересами. А потому несложно представить, в каком направлении будет действовать такой монополист: повышать цены на билеты для пассажиров и ликвидировать невыгодные для него маршруты, даже если они имеют исключительное социальное значение.
Между тем, повторимся, гражданские авиаперевозки, гражданская авиация – отрасль стратегическая. Это не просто вопрос безопасности миллионов людей, в современных условиях это и проблема его промышленного и технологического развития, и даже в некотором смысле территориальной целостности нашей самой большой в мире по территории страны. Чтобы вновь стать великой авиационной державой, а не кладбищем самолетов, необходим прежде всего государственный подход и государственная политика по комплексному развитию гражданской авиации.
Вместо этого власти уже в который раз принимают меры экстренного и церемониального характера: разбирают обломки, раздают компенсации, изымают документы у очередного авиаперевозчика, заводят уголовные дела и назначают десятидневные сроки для устранения отдельных недостатков. Но проходит время и ситуация усугубляется, хотя бы потому, что старые самолеты и летчики стареют еще больше, а новых не появляется. Неудивительно, что по итогам 2011 г. Россия стала самой опасной страной для авиапассажиров, обойдя в этом страшном рейтинге Конго и Индонезию.

Павел СВИРИДОВ

Источник

К 180-летию со дня рождения великого русского композитора
Мария Закорецкая




Первые же звуки Пролога к единственной, но знаменитой опере «Князь Игорь» Александра Порфирьевича Бородина вызывают в памяти пушкинские строки: «Дела давно минувших дней, преданья старины глубокой». В воображении сразу встает монументальный образ Древней Руси, запечатленный на полотнах наших любимых русских художников.

Вспоминаются слова Н.К. Метнера, сказанные относительно другого сочинения (речь идет о первой теме Второго фортепианного концерта С. Рахманинова): «С первого же колокольного удара чувствуешь, как во весь свой рост подымается Россия».

12 ноября исполняется 180 лет со дня рождения выдающегося русского композитора А.П. Бородина, одного из участников «Могучей кучки». По словам критика Стасова, Бородин был «равно могуч и талантлив как в симфонии, так и в опере, и в романсе».

Римский-Корсаков рассказывал о Бородине, что его фантазии достигали остроты зрительных галлюцинаций: «Ему, например, стоило только закрыть глаза, чтобы увидеть во всех подробностях восточное шествие. Эти образы он с удивительной силой умел претворять в звуки. И сейчас, когда мы слушаем такие его вещи, как музыкальная картина “В Средней Азии”, мы сами заражаемся способностью видеть недоступное нашим глазам. Словно мираж, возникает перед нами беспредельная пустыня. От тишины звенит в ушах. Но вот из этого звона тишины начинает вырастать русская песня. Это поют казаки, сопровождающие караван. С русским напевом сплетается восточная мелодия, которую поет погонщик верблюдов».

Сам себя Бородин называл «композитором, ищущим неизвестности», поскольку основным делом жизни считал занятия органической химией, которой был увлечен с детства. В ранние годы он самостоятельно проводил эксперименты, устраивал химические фокусы, научился делать акварельные краски и, пугая домашних, изготовлял самодельные фейерверки.

На химическом поприще Бородин достиг многого: будучи любимым учеником «отца русской химии» Н.Н. Зинина, он стал доктором наук еще до тридцати лет.

Как химик, Бородин был известен за рубежом, состоял почетным членом многих научных обществ, был автором более 40 научных работ, близко знакомым с такими выдающимися учеными, как Менделеев, Сеченов, Бутлеров.

И. Сеченов вспоминал: «Узнав, что я страстно люблю “Севильского цирюльника”, он угостил меня всеми главными ариями этой оперы. И вообще он удивлял всех нас тем, что умел играть все, что мы требовали, без нот, на память».

Менделеев утверждал: «Бородин стоял бы еще выше по химии, принес бы еще более пользы науке, если бы музыка не отвлекала его слишком много от химии». С другой стороны, композиторы Балакирев и Римский-Корсаков, критик Стасов сетовали, что химические опыты уводят Бородина в сторону от главного его призвания — композиторской деятельности. Бородин писал жене, пианистке Екатерине Протопоповой: «Наши музикусы меня все ругают, что я не занимаюсь делом и что не брошу глупостей, т. е. лабораторных занятий и пр. Чудаки! Они серьезно думают, что кроме музыки не может и не должно быть другого серьезного дела у меня».

Считая музицирование и сочинение музыки лишь отдохновением от работы, Бородин, тем не менее, творил музыку с упоением. Супруга композитора вспоминала: «Как теперь вижу его за фортепиано, когда он что-нибудь сочинял. И всегда-то рассеянный, он в такие минуты всегда улетал от земли. По десяти часов подряд, бывало, сидит он. И все уже тогда забывал. Мог не обедать, не спать. А когда он отрывался от такой работы, то долго еще не мог прийти в себя, в нормальное состояние. Его тогда ни о чем нельзя было спрашивать: непременно бы ответил невпопад».

Вполне возможно, что такая раздвоенность стало одной из причин внезапной кончины Бородина. «И вот вдруг взял, да умер, сразу и тоже по-своему — необычно. Радушный, среди веселья, у себя же на вечеринке, какой же это особенный человек был» (В. Стасов). Смерть Бородина в 53 года всегда казалась Стасову страшной по своей нелепости.

* * *
Может быть, потому Бородиным и написано так мало, что он просто не успел реализовать в полной мере свой дар. К слову, из-за постоянных недомоганий супруги Бородин часто был вынужден отправляться на работу после бессонных ночей. Глубокий исследователь русской музыки Е.М. Левашев полагает, что существовало «неразрешимое противоречие между эпической основательностью натуры Бородина и истощающей его силы нервозностью его жизни, всепронизывающей ее суетностью».

Но для нас важно лишь то, что все, написанное Бородиным, звучит по сей день! И это —удивительно ровное по качеству наследие (хотя и немногочисленное). Романсов Бородин написал всего 16, но каждый из них неповторим.

Кстати, как и Мусоргский, Бородин обладал незаурядным литературным дарованием. Он написал либретто своей оперы, сам сочинял слова для своих романсов и песен. Дар слова проявился как в его эпистолярном жанре, так и в многочисленных высказываниях и статьях о музыке и музыкантах. К примеру, в его блистательных воспоминаниях о встречах с Ф. Листом в Веймаре.

Бородин обычно долго вынашивал замысел сочинения. У него, как уже говорилось, была прекрасная память. Многие свои произведения он играл своим друзьям наизусть, еще не зафиксировав их посредством нотных знаков. Увы, неоднократно слышанная ими Третья симфония так и не была им записана (как и увертюра к опере «Князь Игорь»).

Свою единственную оперу Бородин писал почти 20 лет, но завершил лишь Пролог и 2-й акт. И то — во многом стараниями Балакирева, который «наседал» на Бородина, требуя от него предоставить партитуру половецких хоров и плясок к очередному концерту. Есть данные, свидетельствующие о том, что первый акт оперы Бородин планировал завершить бунтом Галицкого, идея которого вызревает в начальных сценах этого акта, где звучит его знаменитая песня «Как бы мне дождаться чести, на Путивле князем сести». Из третьего акта им был написан лишь половецкий марш (и только в клавире; оркестрованы лишь первые 6 тактов). Остальная музыка третьего акта записана по памяти (а скорее всего сочинена) Глазуновым. Инструментовкой клавира оперы занимался Римский-Корсаков.

Из монументальных сочинений завершены и исполнялись при жизни Бородина лишь две симфонии (закончены в 1867-м и в 1876-м). В них явлены классические образцы самобытного русского симфонизма, который принято называть эпическим.

В конце 1870-х — начале 1880-х Бородин написал два квартета. Камерным музицированием он был увлечен с юношеских лет, очень любил играть на виолончели. Друг юности композитора М. Щиглев вспоминал: «Мы не упускали никакого случая поиграть трио или квартет где бы то ни было и с кем бы то ни было. Ни непогода, ни дождь, ни слякоть — ничто нас не удерживало. И я со скрипкой под мышкой, а Бородин с виолончелью в байковом мешке на спине делали иногда громадные концы пешком, например, с Выборгской стороны в Коломну, так как денег у нас не было ни гроша».

Еще во время учебы в Медико-хирургической академии в 1850-е Бородин написал ряд сочинений для разных камерных составов (струнное трио на тему известной русской народной песни «Чем тебя я огорчила», фортепианное трио, струнный квинтет, струнный секстет). В 1862 г., по возвращении из-за границы, где Бородин стажировался как ученый-химик, композитор сочинил фортепианный квинтет до минор, который по сей день входит в репертуар камерных ансамблей. Но вершинными сочинениями в области камерного ансамбля, безусловно, являются квартеты Бородина, которые, наряду с квартетами Чайковского, знаменуют начало классического этапа в этом жанре.

Для фортепиано в 1885 г. Бородины сочинил «Маленькую сюиту», пьесы из которой (к примеру, «Грезы») входят сейчас в репертуар учащихся детских музыкальных школ.

* * *
Бородин был сыном дворянина из старого княжеского рода. По родословным книгам его отец, князь Лука Степанович Гедианов, происходил по прямой линии от князя Гедея, который еще при Иване Грозном «из Орды прииде честно со свои татары на Русь» и при крещении был наречен Николаем.

Отец умер, когда Саше было 10 лет. Есть основания полагать, что по женской линии Лука Степанович происходил от князей Имеретинских: не то бабка, не то прабабка Бородина была царевной Имеретинской.

Саша Бородин был рожден вне брака и записан сыном крепостных Гедианова — Порфирия и Татьяны Бородиных. Порфирий Ионович был камердинером князя.

Мать Бородина, Авдотья Константиновна, была красивой девушкой. В год рождения Бородина его матери было 24 года, а отцу — 59. Старый князь был женат, хотя и жил врозь с женой. Чтобы создать Авдотье «приличное общественное положение», князь незадолго до своей смерти выдал ее замуж за старого военного врача Христиана Ивановича Клейнеке и отпустил на волю своего крепостного сына. Доктор Клейнеке прожил недолго, и Авдотья осталась вдовой. «Незаконное» происхождение Саши приходилось скрывать. Он официально считался племянником Авдотьи Константиновны и всегда называл ее «тетушкой», хотя и знал, что она — его мать.

В детстве Бородин был слабым, худеньким, болезненным. Родственники уговаривали Авдотью не утомлять ребенка учением. «У него, — говорили они, — должно быть, чахотка, все равно он недолго проживет». И потому мать не рискнула отдать Сашу в гимназию, он получил хорошее домашнее образование (кроме прочего, свободно говорил по-французски и по-немецки). М. Щиглев вспоминал, что они с Сашей в тринадцать лет уже знали наизусть симфонии Бетховена и Гайдна и играли их в четыре руки. Бородина учили играть на флейте и фортепиано (игре на виолончели он выучился самостоятельно). Первым его опубликованным сочинением называют польку «Helene». Эта полька была сочинена девятилетним мальчиком «в честь молодой девушки по имени Элен, которая снисходила до того, что танцевала с ним, хотя была гораздо старше его и выше ростом», но опубликована в числе ряда других его сочинений для фортепиано лишь в 1849 г.

«Музыкальность сказалась в Саше рано. Жили они тогда на Семеновском плацу, Саше было восемь лет. На плацу иногда играла военная музыка, и Саша в сопровождении Луизы (бонны — Авт.) непременно отправлялся ее слушать. Он перезнакомился с солдатами, рассматривал их инструменты, следил, как на каком из них играют. А дома он садился за фортепиано и по слуху наигрывал, что слышал. Видя такую его любовь к музыке и несомненную к ней способность, мать устроила для него уроки на флейте; солдатик из военного оркестра приходил учить его по полтиннику за урок», — вспоминала супруга композитора.

Четырнадцати лет Бородин сочинил Концерт для флейты с сопровождением фортепиано. Партию флейты исполнял сам.

Петербургская газета «Северная пчела» пророчески писала о 16-летнем А. Бородине, что имя нового композитора «станет наряду с теми немногими именами, которые составляют украшение нашего музыкального репертуара».

* * *
В музыке Бородина доминирует свет. «В противоположность Мусоргскому Бородин находил в окружающей жизни гармоничное начало и в своем оптимизме растворял отрицательные явления. Зла нет. Всякая борьба — нечто преходящее и не нарушающее конечного равновесия. Юмор Бородина не знает теней, и где Мусоргский сострадал бы, там Бородин от души веселится. Всякое горе проходит как сон», — писал академик Б. Асафьев.

Он точно подметил характер дарования Бородина: «Что особенно замечательно, и в чем сильнее всего сказывается сила таланта Бородина, так это в том, что в его сочинениях как раз самые опасные своей положительностью свойства (стройность, самообладание, конечное спокойствие, гармония и уравновешенность) — опасные для мелкого дарования, потому что довольно быстро превращаются в мещанское довольство, сытость и благодушие — становятся действительно колоссальными достоинствами. Чувствуется, что проистекают они не из холодного расчета или эгоистического отчуждения от нестроений жизни, а являются естественным здоровым мировоззрением здоровой и гармонически мыслящей личности. Оптимизм — не от слабости, а от осознания силы и от ощущения реальности конкретной действительности».

Однако есть в музыке Бородина и трагические страницы. Одна из них — романс «Для берегов отчизны дальной» на пронзительные стихи Пушкина, написанный в 1881 г., вскоре после смерти Мусоргского. Это — скорбная элегия-эпитафия, своим сдержанным трагизмом вызывающая в памяти многие страницы баховской музыки.

Происхождение и творчество Бородина отлично ложатся в парадигму евразийства. Бородин, как и другие композиторы «Могучей кучки», следуя традициям Глинки, органично, так сказать, по своему рождению, претворял в своем творчестве и восточную интонацию.

Он, в отличие от Глинки, Римского-Корсакова и Балакирева, не цитировал ориентальных мелодий (впрочем, как и русских), а сочинял их сам. Примерами бородинского востока являются многие темы из половецкого акта его оперы. Ориентальная интонация также свойственна многим темам его симфонических произведений.

Вот впечатление Балакирева от первой встречи с Бородиным у Бутлерова: «Мое внимание привлек высокий, красивый человек. В чертах его лица было что-то восточное. Он держался непринужденно, говорил свободно. В нем совершенно не ощущалось скованности». Если попытаться лаконично сформулировать особенности человеческой натуры Бородина, то это — душевное равновесие, но чуждое равнодушия к окружающему миру; сердечность, свободная от сентиментальности; оживленность, равно далекая как от сухой, холодной деловитости, так и от механической моторики; поразительное душевное здоровье и полнота ощущения жизни. Иными словами, Бородин был удивительно гармоничной натурой! Правда, притчей во языцех стала рассеянность Бородина. Возможно, это объяснимо его способностью постоянно находиться в состоянии творческого поиска (как в науке, так и в музыке). Он никогда не обижался, и к обидам других людей относился с юмором. Известно, сколь серьезные стычки были у Балакирева с Мусоргским. А вот Бородин и на излишне деспотичную опеку Балакирева (как и на его критику), в отличие от Мусоргского, реагировал спокойно, продолжая делать то, что считал нужным. И вместе с тем, он прекрасно отдавал себе отчет в том, что именно встреча с Балакиревым в 1862 г. оказалась поворотной точкой в его отношении к композиторской деятельности. До этой встречи Бородин считал себя дилетантом. И именно под влиянием мощной творческой натуры Балакирева, одержимого идеей создания самобытной русской музыки, Бородин начал верить в свою призванность на этом поприще.

Монументальность бородинского стиля проявляется даже в его песнях. Музыковеды называют даже бородинский шедевр «Песня темного леса» эпосом в миниатюре. Сам композитор воспринимал эту песню (слова к ней он написал сам) как эскиз к «Князю Игорю». Песня сочинена для баса, и тяжело шагающие (словно вздымающиеся) унисоны в фортепианной партии дублируются голосом. Тяжеловесность всей музыкальной фактуры создает здесь образ богатырской несокрушимой силы, стихийный в своей первозданной мощи.

Русская эпическая интонация наиболее явственно ощущается в третьей части «Богатырской симфонии» Бородина. В. Стасов писал, что Бородину здесь представлялась фигура легендарного сказителя Бояна.

В самом деле, повествовательная интонация слышна с первых тактов этой музыкальной фрески. В процессе развития исходной темы возникает впечатление, что повествуется о трагических событиях. (Может, о поражении Игоревой дружины в легендарной битве при Каяле?) Музыкальная интонация становится все более напряженной и тревожной (как бы «затененной»). После мощно и драматично звучащей кульминации возникает плачевая интонация — словно отзвук плача Ярославны. Но вслед за этим полнозвучно и величаво вступает основная тема, слушая которую невольно вспомним слова «Во славу русския земли бряцайте, струны золотые».

Так что, о значительности достижений Бородина на поприще химии пусть судят специалисты, а нам, простым слушателям «музыки серебряных звуков» (формула Шекспира), дарованных через Бородина, надлежит радоваться этим звукам и спустя полтора века.
Специально для Столетия

Семь причин, по которым наши Игры остаются лучшими в истории

Московские Игры стали XXII летними, начиная с 1896 года. После прошли еще семь. Проведя сравнительный анализ, мы категорически утверждаем: Олимпиады в столице нашей Родины остается лучшей в истории олимпийского движения. Агентство спортивной информации "Весь спорт" вспоминает самое важное об Олимпиаде-80.


1. Самая выстраданная

В истории не было другой Олимпиады, проведение которой стояло под вопросом еще за несколько месяцев до ее начала. Официальным поводом, которым воспользовались США и их союзники по западному блоку, чтобы лишить Москву главного спортивного праздника, обычно называют ввод советских войск в Афганистан в декабре 1979 года. Но почти никто не знает, что за два года до этого группа членов конгресса США выступила за перенос столицы Олимпиады-80 по причине «несоблюдения в СССР прав человека».

Виталий Смирнов, почетный президент Олимпийского комитета России, член МОК с 1971 года:
– Прекрасно помню 82-ю сессию МОК, которая проходила в феврале 1980 года в американском Лейк-Плэсиде. Истерия стояла страшная! В обход протокола госсекретарь США Сайрус Вэнс начал с трибуны едва ли не ультиматумы выдвигать. В ответ президент МОК лорд Килланин напомнил присутствующим главный тезис: «Игры принадлежат МОК, а не отдельной стране». Мы отстояли московскую Олимпиаду. А после Килланин шепнул главе советского спорта Сергею Павлову: «Если бы МОК состоял из министров, вы бы Игры потеряли».


2. Самая безопасная

Функции по обеспечению безопасности Олимпиады-80 были возложены на КГБ СССР и лично генерал-полковника Виктора Чебрикова. В исполнение решения приняли несколько секретных постановлений, самое известное из которых в период Игр вводило ограничения на въезд граждан в Москву и направление жителей Москвы в пионерлагеря, стройотряды, другие места отдыха (№ Ст-168/6с от 24.07.1979 г.). За 101-й км от столицы выслали лиц с уголовным прошлым и «антиобщественные элементы». Со спортсменами и зарубежными гостями во время Олимпиады не случилось ни одного инцидента.

Алексей Казаков, сотрудник комсомольско-олимпийского отряда дружинников, журналист:
– Во время Олимпиады нас, московских студентов, рекрутировали в КООД – комсомольско-олимпийский отряд дружинников. Люди из КГБ предупредили: в случае нештатной ситуации в милицию не обращайтесь, сразу к нам. Из этого я заключил, что милиционеры существовали скорее для проформы, а основную работу по обеспечению безопасности выполняли работники спецслужб. Порядок в городе был идеальный. Во время моего дежурства был только один случай: пьяный чех в ресторане начал требовать, чтобы включили ему не советские песни, а «что-нибудь повеселее». Мы очень вежливо вывели его под ручки из зала и не менее вежливо сказали «до свидания».


3. Самая честная

Именно так – самая честная – назвал Олимпиаду-80 глава медицинской комиссии МОК, принц Александр де Мерод. По его словам, провели 9292 анализа на допинг – и ни один из них не показал положительного результата. Также в МОК не поступило ни одной официальной жалобы, ни одного протеста! Оба случая – уникальные в новейшей истории олимпийского движения.

Виктор Лукьянов, начальник Управления эстафеты олимпийского огня Игр-80:
– Вспоминаю только один случай, немного тянувший на скандальный. Официальным поставщиком униформы для эстафеты олимпийского огня была японская фирма Mizuno. Начинается церемония открытия, и мы видим – о ужас! – что наши факелоносцы Виктор Санеев и Сергей Белов выходят в форме… Adidas! Если честно, это ЧП первой степени. Но наши менеджеры все-таки сумели уговорить японцев не раздувать скандал. Как именно, не знаю даже я.


4. Самая объединяющая

Московская Олимпиада-80. Элизабет Тойрер: на Игры в Москву я прилетела на двухместном «фоккере» моего близкого друга, великого гонщика «Формулы-1» Ники Лауда, причем за штурвалом сидел он сам

Из 144 стран, входивших в 1980 году в МОК, на Олимпиаду в Москву приехали представители всего 81 страны. Полностью бойкотировали Игры США, ФРГ, Канада, Япония, Китай. Правительства Великобритании, Италии, Австрии, других стран западного блока просто «не рекомендовали» своим атлетам приезжать в Москву. Многие рекомендацию, походящую на угрозу, не восприняли, показав объединяющий смысл олимпизма. Свое самое важное об Олимпиаде-80 Агентству спортивной информации "Весь спорт" рассказала чемпионка московских Игр по выездке Элизабет Макс-Тойрер, ныне президент Федерации конного спорта Австрии.

– Против моей поездки в Россию возражала австрийская Федерация конного спорта, - сказала Элизабет Макс-Тойрер. – Ее президента раздражало мое желание принять участие в Олимпиаде. Как же так – все отказываются, а она вдруг поедет? А когда вернулась – сказал, что я осчастливила своей победой всю Австрию.

– Как вы добрались до Москвы?
– Мне помог мой близкий друг, великий гонщик «Формулы-1» Ники Лауда. В Москву я и моя лошадь ганноверской породы Мон Шери прилетели на его двухместном «фоккере», причем за штурвалом сидел сам Ники.

– Какие воспоминания остались от Олимпиады?
– Отличная организация. Мы прекрасно проводили время, посетили много экскурсий. Особенно запомнились храм Василия Блаженного на Красной площади, представление в Московском цирке, главная арена «Лужников». И конечно, закрытие Олимпиады. Я тоже плакала, когда большой русский медведь улетал в небо.

– Не считаете свою победу неполноценной, ведь приехали не все сильнейшие?
– Я бы и так победила! За две недели до Олимпиады на турнире в Аахене дважды была второй и завоевала общий Гран-при. Не моя вина, что конкуренты не приехали в Россию. Я занималась не политикой, а спортом.

– С кем-нибудь из наших спортсменов подружились?
– С серебряным призером Юрием Ковшовым, классным наездником и очень веселым человеком. Я постоянно смеялась над его шутками про капиталистов и мою к ним принадлежность! Также прекрасно общалась с вашей знаменитой Еленой Петушковой.

– Какие русские сувениры привезли домой?
– Красную икру в красивой упаковке, матрешек и очень много фигурок талисмана Олимпиады. Вспомнила, его звали Миша!


5. Самая рекордная

На Олимпиаде в Москве было установлено 36 мировых и 74 олимпийских рекорда – достижение, не превзойденное до сих пор. На следующих Играх, 1984 года в Лос-Анджелесе, которые бойкотировали страны соцлагеря, случилось всего 11 мировых и 45 олимпийских рекордов. А один из мировых рекордов московской Олимпиады не побит до сих пор!

Александр Мелентьев, олимпийский чемпион-80 по пулевой стрельбе, действующий мировой рекордсмен (581 очко в пулевой стрельбе из произвольного пистолета):
– Я тогда очень увлекался альпинизмом, даже разряд имел. Перед Олимпиадой успел несколько раз в наши киргизские горы слазить. А после гор никакие стрессы в стрельбе не страшны. Может быть, поэтому и медаль, и рекорд воспринял уж очень спокойно.


6. Самая красивая

Именно с Москвы-80 на Олимпиадах началась традиция проводить протокольные церемонии открытия и закрытия в формате красочных представлений.

Владимир Коваль, заместитель председателя Оргкомитета «Москва-80»:
– Гениальный замысел улетающего Мишки едва не провалился. В отдел пропаганды ЦК пришло письмо одного очень влиятельного лица: «Где это видано, чтобы медведи летали? Пусть наш олимпийский Мишка, как и положено медведям, уползет в берлогу…» Слава богу, нам удалось убедить его не влезать в сценарий.


7. Самая победоносная

Сборная СССР выиграла в Москве 80 золотых, 69 серебряных и 46 бронзовых наград. Всего – 197 из 609 разыгранных, чуть меньше трети всех медалей. Также у нашей команды 9 рекордов мира. Таких результатов в совокупности не добивалась ни одна сборная в истории.

Виталий Смирнов, почетный президент Олимпийского комитета России, член МОК с 1971 года:
– Как-то встречался с группой американских журналистов. Вместе пытались сравнить две Олимпиады – Москвы-80 и Лос-Анджелеса-84. И даже американцы признались, что в 80-м русских было не победить. Наша команда являла собой в тот год совершенную машину, без слабых мест.


Московская Олимпиада-80. Наши главные герои Игр

Вспоминая самое важное об Олимпиаде-80, Агентство спортивной информации «Весь спорт» публикует свой вариант 10 главных советских героев Игр в Москве.

1. Владимир Сальников (плавание). Первым в истории мирового плавания преодолел 15-минутный барьер на дистанции 1500 м вольным стилем. В 90-х годах организовал в Испании Академию Сальникова, с 2009 года – президент Всероссийской федерации плавания.

2. Юрик Варданян (тяжелая атлетика). Стал первым в мире средневесом, которому покорился рубеж 400 кг. Со своим результатом мог бы выиграть в Москве соревнования штангистов в двух следующих весовых категориях. Пытался сделать политическую карьеру, был депутатом Верховного Совета Армении, живет в Лос-Анджелесе.

3. Александр Дитятин (гимнастика). Получив медали во всех дисциплинах – три золота (в том числе в абсолютном первенстве), четыре серебра и одну бронзу, попал в Книгу рекордов Гиннесса». Подполковник пограничной службы, работал старшим контролером ОКПП в международном аэропорту «Пулково-2». С 2002 года заведует кафедрой гимнастики в Российском государственном педагогическом университете им. А.И. Герцена. В 2001 году учредил турнир своего имени.

4. Юрий Седых (легкая атлетика). Повторил свой успех четырехлетней давности. Бросок молота на 81 м 80 см, который принес золото, стал мировым рекордом. С начала 90-х годов живет в Париже, работает учителем физкультуры во французских школах и коллежах. Пытался вернуться в Москву, но приспособиться к нашим реалиям не сумел.

5. Александр Мелентьев (стрелковый спорт). Его мировой рекорд в пулевой стрельбе из произвольного пистолета не побит до сих пор – 581 очко! После развала СССР работал тренером в Юго-Восточной Азии и Европе, в последние годы осел в Сан-Франциско, работает в сборной США по стрельбе.

6. Елена Давыдова (гимнастика). Сделала невозможное – в абсолютном первенстве обыграла главную звезду мировой гимнастики румынку Надю Команэчи. Сейчас работает со сборной Канады.

7. Владимир Парфенович (гребля на байдарках и каноэ). Победил в гребле на байдарке-одиночке на дистанции 500 м и вместе с Сергеем Чухраем на 500 и 1000 м. Депутат палаты представителей Национального собрания Республики Беларусь. Состоит в оппозиции к Александру Лукашенко.

8. Татьяна Казанкина (легкая атлетика). Победив в Москве на дистанции 1500 м, стала уже трехкратной олимпийской чемпионкой. Работает в Комитете по физкультуре и спорту администрации Петербурга, преподает в Академии физкультуры и спорта им. Лесгафта. Президент Союза спортсменов Петербурга.

9. Виктор Маркин (легкая атлетика). Первый и единственный наш олимпийский чемпион в беге на 400 м. Его победные в 80-м 44, 60 до сих пор являются рекордом России. Работает тренером в Новосибирске, с 1997 года проводит всероссийские соревнования по легкой атлетике на свои призы.

10. Виктор Санеев (легкая атлетика). Первый и единственный в мире трехкратный олимпийский чемпион (1968, 1972, 1976) в тройном прыжке в Москве выступал с хронической травмой, но в последней попытке вырвал серебро! С 1992 года живет в австралийском Сиднее. Работает в Институте спорта штата Новый Южный Уэльс тренером по прыжкам.

И ещё немного...

Из записки Л.И.Брежнева своим ближайшим соратникам (25 декабря 1975 г.): “Как-то сложилось таким образом, что нами принято решение провести спортолимпиаду в СССР. Стоит это мероприятие колоссальных денег. Возможно, этот вопрос нам следует пересмотреть и отказаться от проведения Олимпиады. Знаю, что это вызовет много кривотолков. Но при решении данного вопроса на первый план выдвигаются вопросы о стоимости этого мероприятия… Мне подсказали, что есть возможность отказаться от этого мероприятия, уплатив какой-то небольшой взнос в виде штрафа. Из опыта проведения подобных Олимпиад в прошлом могут быть разного рода скандалы, которые могут очернить СССР…”

Секретная записка отдела пропаганды ЦК КПСС “О создании условий для совершения религиозных обрядов зарубежными спортсменами на “Олимпиаде-80”: “…В культурном центре Олимпийской деревни в Москве выделены три комнаты по 100 кв. м. В одной из них будут совершаться молебны для лиц, исповедующих христианство, в другой — ислам, в третьей — иудаизм и буддизм. Для совершения обрядов подготовлены 20 человек священнослужителей со знанием иностранных языков…”

Составленные Оргкомитетом пышные программы открытия и закрытия Олимпиады вызвали неподдельную тревогу руководителей Москвы. Из записки МГК КПСС в ЦК КПСС о сценарии открытия и закрытия Олимпиады. 6 мая 1980 г.: “Городская комиссия считает, что авторы сценария чрезмерно усложнили программу названных мероприятий. К участию в открытии, например, планируется привлечь 17 тысяч человек — спортсменов, участников художественных коллективов. При этом более 7 тысяч человек предполагается привезти на полтора-два месяца со всех республик, что вызовет определенные трудности с их размещением, питанием, транспортом и другим обслуживанием… Программы открытия и закрытия игр неоправданно затянуты…”

Я бы законодательно запретила пользование мобильниками в общественном транспорте...особенно в маршрутных такси...сядет этакая...девица (или мадам) и полчаса трещит в полный голос о своих и чужих личных делах... а ежели ещё и голос...визгливый... А ты всё это вынуждена слушать.... 

Нина Катаева

 В московском офисе депутата Госдумы РФ, лауреата Госпремии СССР, народного артиста СССР Иосифа Кобзона есть любопытный плакат. На нём изображён певец, а надпись гласит: «Ум, честь и совесть любой эпохи!»

С одной стороны, вроде с подколом: как можно быть «честью» любой эпохи, а вдумаешься – такой гимнический слоган ещё надо уметь заслужить! У тех, кто не думает о секундах «свысока» и никогда не изменяет себе, это получается.

Сегодня Иосиф Кобзон отвечает на вопросы корреспондента «Файла-РФ».

– Иосиф Давыдович, общеизвестно, что в комитете по культуре Госдумы, которыйВ Вы возглавляли одно время, хотели бы видеть культуру среди приоритетных федеральных программ – наряду с образованием, здравоохранением, сельским хозяйством, ЖКХ… Могли бы Вы здесь провести параллель с советскими временами? Как Вам работалось как эстрадному исполнителю тогда – и как сейчас? Каковы задачи культуры на данном этапе?


– Тогда была другая эпоха, другим было духовное состояние общества, а значит – и востребованность артистов, их репертуар и возможности. Раньше было много концертов – теперь их нет, и такого количества артистов нет, а главное, у публики нет возможности ходить на музыкальные вечера. В советское время билеты стоили от пятидесяти копеек до двух с половиной рублей, с любой зарплаты можно было купить. А сегодня на билете пишут – от двух тысяч и выше, то есть даже со средней зарплаты, не говоря о пенсионерах, которые чаще других посещали концерты, не особенно купишь.

Для публики проводились декады искусства, можно было познакомиться с культурой народов, населяющих твою державу – а у нас было 15 республик! Сегодня федеративное государство тоже насчитывает много автономий и национальных образований, но мы не придаём должного значения развитию национальных культур, потому и случается тот негатив, который произошёл на Манежной площади и в Бирюлеве. Национальная нетерпимость, когда человек кричит «Россия для русских!», ужасна. Мы в Госдуме в своё время обсуждали проект «Россия для всех», где говорится о том, что в Российском федеративном государстве, независимо от количественного состава национальностей, на равных должны развиваться национальные культуры, начиная от главной – русской – и до самых малочисленных.

То же самое относится и к конфессиям: да, Россия – православное государство, но нельзя забывать, что здесь живут и буддисты, и мусульмане, и иудеи – и нужно с уважением относиться ко всем. Приезжаешь в воинскую часть: «Вот, у нас построили православную часовню». – «А у вас что, в части только православные служат?» – «Нет». – «А почему же не открыли молельную комнату, чтобы верующий человек другой конфессии мог прийти и помолиться?»

Мы живём в великой России, и порой сами же наталкиваем другие народы на русский народ, подчёркивая, что главная вера у нас православная, главный у нас – патриарх, забывая о главном муфтии, раввине, ламе. Как бы ни хаяли коммунистический режим, но в советское время эти вещи регулировались и межнациональных конфликтов не было.

Они начались в период перестройки – в Сумгаите, Казахстане, Тбилиси, Прибалтике. Я был народным депутатом СССР и знаю, что тогда происходило. Было ли это случайностью? Значило ли, что раньше народы любили друг друга, а потом вдруг перестали? Нет, просто раньше в республиках создавались условия для развития национальностей, поддерживался национальный престиж, не ущемлялось национальное достоинство, а потом вдруг всех бросили, сказав – развивайтесь, как хотите. Россия для русских.

Много имущества отдали Православной церкви, а я как многолетний депутат Госдумы от Агинского Бурятского автономного округа не мог добиться того, чтобы утварь, которую изъяли в 40-х годах, вернули в буддистские храмы. Хорошо, этот народ воспитанный и терпимый, а живущие на Северном Кавказе? Они нетерпимо относятся к таким вещам. «Ах, мы чурки, мы лица кавказской национальности?!» – и начинается конфликт. Отчего всё это происходит? От отсутствия культуры!

– В печати сообщалось, что на преодоление последствий бескультурья государство суммарно тратит до трети бюджета. Что могло бы помочь преломить эту ситуацию? Какова, на Ваш взгляд, роль ТВ в порождении этих «последствий бескультурья»? Почему на телевидении появился термин «формат – не формат» в отношении новых имён на эстраде, а главное, просветительских передач?

– Насчёт трат – правда. Если бы мы подсчитали средства, которые тратим на борьбу с терактами, межнациональными конфликтами, и бросили их на культуру – то негативных явлений в обществе не было бы.


Культура у нас нищая, в полном смысле слова – она занимает последнюю строчку в бюджете страны и в сфере обеспечения зарплатами. У нас под угрозой уничтожения библиотеки, музеи, заповедники, памятники истории и культуры, потому что нет средств на их содержание и реставрацию. Вот в чём беда! Мы теряем историю, культуру, нанося невосполнимый урон духовному состоянию человека.

Порой и ваш брат журналист, не разобравшись в проблеме, приносит немало вреда. Так, некоторые журналисты протестуют против введения худсоветов в культуре, называя это цензурой.

Глупость несусветная! Цензура и художественный контроль – совершенно разные вещи! Это как ОТК на производстве. В худсовете собираются творческие, интеллигентные люди – литераторы, редакторы, художники, артисты, каждый в своём деле специалист и способен определить качество того или другого произведения, рекомендовать его к исполнению. Сейчас худсоветов нет, поэтому и процветают пошлость и безвкусица. И когда люди возмущаются – как же так, как можно такое показывать по ТВ, хочется им ответить: «А почему вы смотрите это, поднимая рейтинг пошлой передачи?!» Авторы её существуют в рыночной экономике за ваш счёт!

Вот смотрели вы программу «Голые и смешные», смеётесь, а в это время щёлкал её рейтинг. И дети хохотали вместе с родителями, стыдливо оглядываясь на них – дескать, и что только не покажут! А потом родители обращаются к депутатам – как вы это допускаете?! Мы звоним на ТВ, а нам говорят – мы только за счёт рекламы и выживаем. «Так покажите Чайковского». – «Не формат». – «Покажите детей». – «Не формат».

Человека, кто придумал этот «не формат», в своё время можно было расстрелять. Это что же такое? Значит, показывать детям детские фильмы, спектакли, беседовать с ними, петь детские песни – это «не формат»?! Петь русские песни в России – «не формат»? И музыка Мусоргского, Бородина, Чайковского, Рахманинова, стихи Пушкина и Лермонтова, то есть пропаганда души России – «не формат», потому что не даёт возможности собирать рекламные деньги!

– Неужели нельзя это преломить?

– Вы знаете, я был оптимистом, считал, что нужно стучать кулаком по столу, требовать от правительства выделения средств на содержание культуры, но когда были объявлены четыре национальных проекта развития (образование, здравоохранение, сельское хозяйство, ЖКХ) – и культуры там близко не оказалось, мой оптимизм испарился. И когда журналисты меня спросили, был ли необходим пятый национальный проект, я сказал – нет. Пятый – нет, первый – да. Потому что он был бы призван вдохнуть в общество культуру!

Люди среднего и старшего поколения, которые жили в Советском Союзе, а потом строили новое российское государство, хорошо понимают, о чём я говорю. Мы всё это видели. Но почему мы сегодня так спокойно проходим мимо беспризорных детей?

Снесли памятник Феликсу Эдмундовичу Дзержинскому, который вместе с Макаренко собирал этих беспризорников в голодной стране, воспитывал, думая о будущем – а мы сознательно теряем будущие поколения, не заботимся о них, не развиваем культуру.

Вспомните, в советское время после школы или института, после рабочей смены человек приходил в клуб, Дом культуры – и занимался художественной самодеятельностью. В вокальном, музыкальном, танцевальном, хоровом кружке. Развивался творчески – образно говоря, «уходил с улицы». И такой человек не мог стать террористом, он не был настроен против общества, он не шёл пить из горла своё пиво, не приставал к женщинам, не ввязывался в драки. Он понимал, что должен нести ответственность перед государством и народом. Сейчас этой ответственности нет, наша «борьба с бандитизмом» – жалкие потуги на фоне той эпидемии, которая уже охватила нашу страну.

Надоели ура-патриоты, до сих пор рыдающие о том, какую Россию мы потеряли в 1917 г., Россию якобы кормилицу Европы. И рыдают они о кулаке, который составлял в разных районах России от 2 до 3% крестьянского населения. Надоели либералы, тоже рыдающие: ах, какую Россию в 1917 г. мы потеряли, кормилицу Европы.

Разговаривала на митинге с молодым человеком из группы обманутых дольщиков. Поговорили и на общеэкономические темы, и вдруг от него слышу фразу: «Россия до революции была житницей Европы». Да, подумала, второе поколение оболванивают оранжевые писаки. Третье десятилетие оранжевые оппозиционеры, демократические журналисты, так называемые национал-патриоты и лукавые политики озвучивают мифы о сельском хозяйстве царской России: мол, Россия была житницей Европы до революции и производила такой избыток зерна, что была главным экспортером хлеба за границу. А потому даешь фермерское хозяйство!

Лукавых политиков нет смысла убеждать, и потому моя дореволюционная цифирь предназначена в большей степени для второго (с 1989 г.) поколения ура-патриотов, которые продолжают твердить: Россия – житница Европы.

Великий знаток человеческих душ мой любимый Чехов! Вспоминаю его «Попрыгунью». Как наглядно Чехов показал, что в погоне за мифами мы не замечаем то хорошее, что было рядом с нами. Вот гоняются (мода нынче такая) за значительными юбилеями, а настоящий юбилей и прозевали. В Ярославской губернии прозевали настоящий 100-летний юбилей – 26 января 2013 г. исполнялось ровно 100 лет со дня первого съезда кооперативных учреждений Ярославской губернии. Но кто ж из нынешних ярославских властей знал, что такой юбилей надо отмечать с помпой! Ветры в паруса кооперации задули тремя месяцами позднее, когда президент высказался о пользе кооперации в сельском хозяйстве, а наши местные промахнулись.

Миф о крепком хозяине

В Ярославской областной библиотеке им. Некрасова хранится 39 выпусков земской статистики, которая наглядно характеризует состояние производительных сил в сельском хозяйстве Ярославской губернии в конце XIX и начале XX века. Перед началом реформ Столыпина надворная перепись 1902 г. свидетельствует, что безлошадных крестьянских хозяйств в Ярославской губернии было 35,2%, а без наделов земли было уже 7,3% хозяйств. Последняя цифра говорит о полном разорении крестьянского двора. В 1902 г. на отхожие промыслы ушло 202 тыс. крестьян, в основном это было мужское население – именно такое количество паспортов было выдано. Такая цифра говорит о том, что фактически 25%  крестьянских хозяйств не справлялись с нуждой, не могли прокормиться на земле. Общая доходность десятины (1,09 га) составляла всего 4 рубля.

Какой образ рисовала вся демократическая пресса в отношении бедняка – лентяй, пропойца, не хотел и не умел работать. Не забыли еще эти демократические побасенки? Получается, что в Ярославской губернии среди крестьян таковых было – каждый третий! Но в кого превращался любой справный хозяин, если у него градом побило посевы, заморозило ранними заморозками лен, снесло наводнением заготовленное сено? А градобития, ранние заморозки, наводнения в Ярославской губернии (до строительства Рыбинского водохранилища) были ежегодными. Об этом тоже есть сведения в земских справочниках-опросниках. Еще более тяжелые условия по подворной переписи 1902 г. были в Рыбинском уезде. Безлошадных крестьянских хозяйств – 5073 двора (41%), с одной лошадью – 6691 двор (54%), с двумя – 374 двора (3,1%), с тремя и более – 68 дворов.

А вот далее я стану называть цифры, от которых должно стать стыдно тем, кто посмел называть крестьян-бедняков лентяями. Стыдно было и мне, потому что целых два года, пока не стала учиться в ВЗФЭИ и не освоила статистику, я тоже пребывала с промытыми демократической прессой мозгами. Вдумайся, читатель, в эти цифры! Без земельных наделов в Рыбинском уезде в 1902 г. было 10% хозяйств, а не сеяли хлеб всего 7% хозяйств. Это же получается, что и безлошадные, и даже безнадельные крестьяне старались посеять хлеб?! Следовательно, как минимум 3% крестьян арендовали чужую землю и работали на чужой лошади, чтоб только посеять хлеб. А 38% крестьян арендовали чужую лошадку, чтоб посеять хлеб на своих десятинах земли! И как после этого какая-то оранжево-белоленточная либеральная публика смеет поганить трудягу-крестьянина, обвиняя его в лени?!

А дальнейшие цифры еще более укрепят вас, читатель, в мысли, что наше крестьянство вгрызалось в земельку до последнего и работало до седьмого пота. В том же Рыбинском уезде сделали перепись о размерах засеваемых наделов. Засевали: до одной десятины – 24% хозяйств; от 1 до 2 десятин – 33%; от 2 до 3 десятин – 19%; от 3 до 6 десятин – 12%.

А теперь попытаемся представить себе положение крестьянина без надела. За аренду земли он отдавал иногда половину урожая. А за аренду чужой лошади что он мог отдать? Только свой труд! И потому за чужую лошадку приходилось потрудиться в хозяйстве «крепкого хозяина».

Чтобы выявить уровень обеспеченности хлебом, в том же Рыбинском уезде было обследовано 3339 хозяйств. Большинству крестьянских хозяйств выращенного на собственном наделе хлеба хватало на 7 месяцев, то есть до Пасхи. Получается, что у крестьянина и с наделом, и с собственной лошадкой хлеба тоже не хватало. И только 10% крестьян обходились без покупного хлеба. Вот те самые «крепкие хозяева». Но вот только ли своим трудом они пахали, сеяли, убирали? Не за просто так отдавались внаем наделы и лошади. И не за просто так потом, после Пасхи, они ссужали односельчан хлебом до нового урожая. Больше половины крестьян покупали хлеб, но покупали хлеб не за деньги, а за свой труд. Получается, что у «крепкого хозяина» батрачило как минимум полдеревни.

Демократическая пресса никогда еще не называла цифру налогов крестьянина за надел. А царские налоги были поистине царскими. Как писал Михаил Павлович Чехов – инспектор Ярославской казенной палаты в течение 6 лет, брат великого Антона Павловича, крестьянин за десятину земли уплачивал налог 1 рубль 97 копеек. Это притом что доходность десятины (при благоприятных условиях) была вычислена в 4 рубля. Кто там орет про огромные налоги при Советской власти? Фактически уже половину урожая вынь да положь в царскую казну в виде налогов. Вот потому и не хватало хлеба своего даже у тех хозяйств, у которых и надел свой, и своя лошадка были. И к кому же опять-таки пойдет на поклон тот крестьянин-труженик, у которого хоть и лошадка есть, но и хлебца не хватает, да и налоги заплатить надо (подати, как тогда они именовались)? Правильно, он на поклон пойдет всё к тому же «крепкому хозяину». Так что про семь шкур с русского мужика не зря говорилось в дореволюционной прогрессивной свободолюбивой прессе, каковой она была до революции, в отличие от нынешних демократических времен.

С мужика драли именно семь шкур. А дворянин платил в царскую казну с десятины земли податей 2 копейки. Да-да, две копейки.

Александр Зиновьев

02.11.04 г.

Задолго до моего знакомства с сочинениями А.Т.Фоменко и Г.В.Носовского, установившими и детальнейшим образом исследовавшими факт глобальной фальсификации истории в 17-18 веках, я как логик заметил одно поразившее меня явление, касающееся истории логики. Чтобы положить начало логике как науке, т.е. открыть логические законы силлогистики, Аристотель должен был наблюдать как эмпирическую данность определенный уровень языковой практики. Я называю этот уровень логическим в том смысле, что на нем уже формировались такие явления, экспликацией которых и явилось изобретение Аристотелем силлогистики. Что это за явления? Должна была появиться письменность. Звуковой язык сам по себе еще не был достаточен для зарождения явлений логических. Для последних был необходим язык зрительный. Не протекающий и исчезающий во времени звуковой язык, а именно зримый и застывающий на длительное время в одном и том же устойчивом состоянии. И не любая письменность могла стать предпосылкой для логического уровня, а лишь такая, в которой складывалась определенная структура мыслей, фиксируемых в языке. Клинопись и иероглифическая письменность такой предпосылкой стать не могли.

Должна быть буквенная письменность. Должны появиться языковые средства, позволяющие расчленять речевой поток, выделяя в нем логически законченные мысли. Кроме того, должен был появиться некоторый профессиональный язык, имеющий более явные и обобщенные логические явления, чем частные языки. Такой язык должен был появиться как промежуточное звено между логически бесформенными частными языками и их обобщенной характеристикой в особой науке - в логике. Таким искусственным языком стала латынь. И только при наличии этих исторических условий стало возможно выделить в языке такие логические (изучаемые в логике) явления, которые обозначаются понятиями "Субъект", "Предикат", "Предмет", "Признак" ("Свойство"), а также служебные слова, играющие роль логических операторов, - приписывание признака предмету (связывание субъекта и предиката в единое суждение), отрицание, слова "все", "некоторые" и другие. А язык, обладающий такими свойствами, без которых логика как наука просто не могла возникнуть, исторически появился сравнительно недавно - в средние века. Так когда же на самом деле жил Аристотель?

Ответить на этот вопрос я тогда не мог. Да для меня это было безразлично, поскольку современные языки (включая русский, английский, немецкий) содержали в себе материал не только для исходных разделов логики, но и для того расширения сферы внимания логики, какое я осуществил в моей комплексной логике. Этот вопрос всплыл в моей памяти лишь недавно, когда я стал знакомиться с результатами исследований А.Т.Фоменко и Г.В.Носовского. Я внимательнейшим образом изучил их работы именно с точки зрения логики и методологии опытных наук, использующих точные (дедуктивные) методы. И нахожу их одним из самых выдающихся открытий в науке двадцатого столетия. Думаю, что изложенное выше мое соображение по поводу условий возникновения логики может служить важным аргументом в пользу хронологической теории Фоменко и Носовского, согласно которой Аристотель, Платон, Гомер и другие авторы, время жизни которых принято относить в глубокую древность, жили на самом деле сравнительно недавно.

Опять-таки еще до знакомства с исследованиями Фоменко и Носовского мне доводилось заниматься логическим анализом текстов, приписываемых авторам античной древности. И я неоднократно замечал факты несоответствия их высокого логического уровня суммарным условиям той исторической эпохи, к которой их относили. Они мне казались так же странными для тех условий, как показались бы странными современные машины в обиходе пещерных предков. Благодаря исследованиям Фоменко и Носовского мне стало ясно, что такого рода исторические несоответствия являются следствиями фальсификации истории.

К сказанному хочу добавить также следующее. В те же годы я установил возможность выработки логических критериев сравнения достаточно больших текстов, с помощью которых можно с математической точностью выяснять временные отношения различных текстов (одновременность и следование во времени). Работа эта чрезвычайно трудоемкая. В одиночку и без компьютерной техники (ее тогда не было) ее выполнять было практически невозможно. И я забросил эту затею. Я успел лишь на самом упрощенном уровне лично для себя сделать предположение, что сочинения Гомера с логической точки зрения принадлежат к той же эпохе, что и сочинения Данте. Но это было лишь подозрение. Думаю, что последователи Фоменко и Носовского(если таковые найдутся, конечно) имеют шанс осуществить серьезные исследования на том же высоком методологическом уровне, на каком выполнены исследования самих Фоменко и Носовского. Это может стать еще одним подтверждением их теории, причем - независимым от их методов.

Исследования Фоменко и Носовского в сложившихся для России условиях могут иметь огромное практическое значение, если их оценить по достоинству и принять к сведению. Дело в том , что на наших глазах происходит новая глобальная фальсификация истории, затрагивающая в самой сильной степени именно Россию. Сознательно запланировано вычеркивание русских как особого великого народа из истории. Вся история человечества будет сфальсифицирована так, чтобы от нас и следа не осталось. Этот процесс уже начался. С нами считались, пока мы были сверхдержавой, когда мы конкурировали с Западом и угрожали ему, когда могли следить за тем, как нас изображали, когда сами могли фальсифицировать их историю в наших целях. А как только рухнул Советский Союз и советский коммунизм, как только начался всеобъемлющий крах России, отношение к нам резко изменилось. Нас стали преподносить в самом ужасающем виде, как дураков, уродов, воров, холуев, бездарностей, преступников и т. д. Из культуры стали упоминать только то, что является охвостьем западной псевдокультуры. Достижения прошлого, еще не так давно потрясавшие мир, стали сознательно замалчиваться и разворовываться. Вступила в силу сознательная и детально разработанная установка низвести нас на уровень самых примитивных народов планеты.

Конечно, трудно поверить, что намерение совсем исключить нас из исторической памяти человечества осуществимо. Ведь искажения истории так или иначе разоблачаются.

Разоблачаются, но не любые. Можно разоблачить отдельную ложь. Но когда их миллионы и миллиарды, когда происходит их отбор и комбинирование, когда это делается из года в год, из десятилетия в десятилетие, когда в деле фальсификации заняты миллионы профессионально подготовленных людей, используется баснословная техника и специально разработанные приемы фальсификации, когда миллиарды людей идеологически оболваниваются из поколения в поколение, повторение того , что сделали фальсификаторы истории в отношении наших предков (как это показано в работах Фоменко и Носовского) может повториться.

Источник

Ярослав Бутаков
кандидат исторических наук

Осенью 1941 года назад началась блокада Ленинграда. Почему до сих пор раздаются голоса, что оборона города на Неве якобы была не нужна?


В конце 80-х гг. прошлого века появились высказывания, что героическая оборона Ленинграда была якобы не нужна, а сотни тысяч людей в осаждённом городе на Неве погибли напрасно. «Миллион жизней за город, за коробки?.. Люди предпочитали за камень губить других людей. И какой мучительной смертью!» – эти слова писателя Виктора Астафьева, опубликованные в газете «Правда» от 30 июня 1989 года, до сих пор находят положительные отклики у многих. Но справедливы ли они хоть отчасти?

В поддержку их нередко утверждают, что германское командование не имело планов по немедленному овладению Ленинградом, а собиралось уморить его в тисках блокады. Раз так, то советское командование, само того не подозревая, помогало противнику в реализации этого замысла. Так ли это?