Журнал "Иностранная литература", 2008г., №№[3],[4].
Шон Макбрайт. "Зелень. Трава. Благодать". Роман.

"Поток сознания" в литературных образцах, далеко не каждому тинейджеру (всё же речь идёт об иностранцах) подходит устойчивое соединение этих двух циклопических понятий, подразумевающих неотфильтрованность и мощь; а на пути этого "потока" валуны
авторитетов: Достоевского, Толстого, Музиля, Селинджера ( достаточно! ),-но как бы не было велико влияние этих имён, "художественный маниторинг" для аналогичной "статистики" необходимо продолжать несмотря на "завалы" постмодернизма.
Автор "бережно" сохраняет аутентичность молодёжной лексики, - не то что комиссия по парламентской этике, не осознающая ценности спонтанного волеизъявления в словоизлиянии- с "нецензурными" выражениями-нет, этот термин табуирован,-может с рецессивнным тезарусом, но это довесок этапа поступательного(!) развития, отвечающий коммуникативным запросам и содержанию рефлексии, а ведь могли бы обходиться "вау" или "йоу"; ещё и гармональный фейерверк стимулирует "безлимитный" вброс вульгаризмов.
Уже смешна проблема Святой церкви, языка службы(!): важный персонаж романа, святой отец Т. Альминде поддерживает речевые веяния присущие пастве-сквозь "скверние в горние" -гарантированно же Царствие Божие нищим духом - стремясь к всеобщей любви католическая церковь основательно застряла на этапе политтерпимости.
Недалёко будущее, когда вокативная лексика будет привилегией
только куртуазных маньеристов, став нормой даже для интеллигенции -обилие словарей нормирующих "ругань"-верный индикатор.
Зато отсутствие этих норм устранит из справочника психиатра диагнозы: эхолалия, копролалия, хория,- заменив, патологическим следовнием, устаревшим морально-этическим языковым модусам.
Так что же бездействует камертон гармонии языка внутри нас, и,где тот Парнас вербальной медоточивости, что не даст нам утонуть в скверне срамословия.
Гармония языка - это конечно умозрительная гипертрофия, воображаемый пуризм,-но что является достоверным- это свойство юмора как пластификатора, стабилизатора и ароматизатора речи, и жители небольшого "ирландского "анклава" в США, очерченного автосрадами- чьи соплеменники эмигранты "прививали условные рефлексы" правосознания американцам- сохранили, вывезенное в трюмах, благо мест не занимало, чувство национального эндемич- ного юмора, которое, проявилось, в приводящих к оторопи коли- чествах у Джойса, Шоу, Уайльда; "Ирландцы, народ справедливый, говорят друг о друге только плохое"-Самюэль Джонсон; а традиция народного ирландского танца, состоящего из виртуозных "кренделей" и коленец ногами, предписывающая со статичным корпусом, сохранять эмоционально-замороженную мимику-так хороший юморист даже не улыбнётся рассказанному самим анекдоту.
Похоже ирландские детишки рождаются с гримаской лукавой усмешки, которая разглаживается только к времени, когда начинается неумеренное употребление пива "Будвайзер",когда начинает противоречить уставам полицейской и караульной служб, ну и конечно, не остаётся без последствий бэкграунд гендерных отношений, приводящих к кислому выражению лиц.
В романе юмор так ненадсаден и свеж, как дыхание ребёнка с ароматом "Стиморол", молодит зрелых и добавляет так желаемой взрослости юным-"не лишая детства"- a part: а читательскую аудиторию перевести из "ДетГиза", условно, в "Молодую Гвардию";

" Молодёжная соната, или эмбриональный рок".

"Страх и разочарование плывут повсюду и захлёстывают почти всё, что есть хорошего, но не до конца." Этой зацепкой позитивизма укрыт небольшой "участок", где "Зелень. Трава. Благодать", где
онтологические вопросы проносятся, как кресты старого погоста на периферии зрения юного велосипедиста, сосредоточившегося на попке едущей впереди подружки, а к неудобствам жизни отно- сится неуместная эрекция.
Молодая экзистенция контрастна - Господь прореживает паству техническими средствами передвижения, оружием, спортивным инвентарём - но не мозолит глаза навязчивым "присутствием", перебиваясь часто "рекламой" "майя"(индуизм).
***
"...а вместе с этим поэт, и не на шутку,- поэт на деле всегда и часто на словах, хотя в жизнь свою не написал двух стихов." ( М. Лермонтов.); если человечество-средство осмысления мироздания, поэт-податель "ревизских сказок" Богу о достижениях в этой сфере;
его внутренний голос, "ОНО"ним(психоанализ), как хороший суфлёр артикулирует семантически выверенный текст в категорически императивном наклонении, противостоять которому выше сил:
"Любовь и радость, и никаких драк" - совершенная формула счастья зеркально отражает окружающее юного Генри Тухи с плодотворной частицей "НЕ".
Непроявленная манихейская природа ставит его рядом с Гришей, который "глубоко чувствовал добро и зло", ещё не ставшим Григорием Александровичем Печориным, с "признаками дурных свойств" (не без рисовки-учитывая обстоятельства-данная самим(себе), характеристика); по возростному же цензу, Генри Тухи - постмодернистская репликация Коли Красоткина ("Бр. Карамазовы"), только без "рахметовщины".
Гипотетическая, революционная будущность Красоткина - трансформировалась в "РОК"-культурный феномен нового времени - локальный бунт под софитами и камерами, стимулируемый под- корковыми реакциями на разночастотные раздражители; рок-идолы вытеснили с помощью техно, поэтов трибунов.
Атрибут и символ власти в мире тинейджера Тухи-телевизионный пульт, эйдейтизм власти - доминирование на шумовом фоне квартиры и улицы- но дух милосердия веет где хочет- в них обретает страстную силу новый ЛОГОС, способный "противостоять" механизму зла.
Встать между добычей-жертвой и, охваченной деструдо, в предвкушении кровавой оргии, "стаей", в тринадцать лет с "белым флагом" стиха белого - очень дерзкого, пусть незрелого... .
Не жечь сердца глаголом в перегртом обществе перегретой экономики, а внести умиротворение,- "CULL" на подростковом сленге.
Тухи интуитивный фрейдист, в сексуальной гармонии "видел" решение всех проблем, его "литературным" манифестом, фокусом эстетического созерцания, классификацией универсальных ценностей являлись "сиськи"; может найденное им слово отражало, ещё не сформировавшийся поэтический словарь: язык "болтается" вне чувственного опыта, или, отражающее футуристические интенции.
Помяни "1984г."-моментальная социокультурная реакция безусловного рефлекса рядового демократа: "это животвотворящий источник непоколебимой веры-"антимицвос " ETC; роман предлагает альтернативу: "1984г" - юный Тухи проводит среди католической общественности семинар о способах преодоления препятствия бюстгальтера к "сиськам".
Признак завязи рок-актора в инфанте Генри наблюдается в его пристрастно-сосредоточенном отношении к внешности, наблюдавшемся у корифеев культуры с младых ногтей. Он даже именовл свою расчёску "Зеленухычем"-ирландская плоть(!)-подчёркивая интимную близость с инструментарием тупейного художника.
P. S.
Юный, светлый образ протогониста - эпифании - спасающего героя (в редуцированной коннотации) - не раз спазмирует горло сдерживаемыми рыданиями, даже у "отцов" читающих роман, с коих поколением продолжаеться активная конфронтация на его страницах, в формах от гротескных до фантасмогорических; и талантливое произведение, несомненно, обладает золотыми ключами хеппи-энда от ГОЛЛИВУДА и БРОДВЕЯ.