Ч.1.
В ряду романов, на чьих страницах герой – обаятельный жулик, пополнение. Пусть это не первый ряд, но уж точно не галерка; главное же для нас, обнаруживается общая морфология с «нашим всем» советской поры (что не умоляет высочайших достоинств), моего героя «Золотого теленка» и «12 стульев».
Стилистика стеба, как у Ильфа и Петрова и, (предварительное определение) - melancholy юмор – у Э. Августина не стали препятствием глубоких смыслов; Файнгольд представляется почти жрецом тайного знания, способен долго и вдохновенно рассуждать на любые темы, правда, без того напора Остапа Бендера (укатали сивку крутые горки). И даже деньги были нужны обоим персонажам скорее из «принципа», как инструмент обретения свободы, а для Фенгольда, в некоторой степени, добыча денег была уступкой эскапизму, способу оградить себя от навязчивой действительности.
Ч.2.
«Хорошие деньги» вполне могли стать 3 частью повествований об Остапе Бендере, надо только написать преамбулу о том, что ему удалось перейти румынскую границу, и реминисценции, да что реминисценции, почти цитаты тому подтверждение!
Загадочные анонимные письма – кто не вспомнит при этом: «Грузите апельсины бочках». Граф Монте Кристо».
Когда уличная общественность преследует А. Фейнгольда, слова: «Почему вы целый день играете на пианино, если не умеете это делать?…Да еще стараетесь играть как можно бездарнее», действуют так же, как на шахматную общественность совет: «Ради Бога не играйте в шахматы, ведь вы просто не умеете играть в шахматы».
Разочарование во фразе: «И все это теперь не имело никакой цены» владело персонажами и перед клубом «Железнодорожник».
А госпожа Штумпе! – да это просто про нее «знойная женщина, - мечта поэта. Такие субтропики встретишь лишь в провинции».