На весах Фемиды "Культурной революции" Швыдкова две тяжущиеся стороны. Лучшее сочетание для нахождения истины - физик, пардон!
теоретик-лирик проф. Бак, и "практик"-экспериментатор т. е. режиссёр NN.- и в таком обнадёживающем составе не увидели за деревьями леса!
"Обломов - герой?"
Бак - апологетик не религиозной духовности Ильи Ильича.
NN - не строгий калькулятор малопочтенных его поступков.
Позиция обоих блестяще наивна! хотя Бак SE NON E VERO, BEN TROVATO(...не верно, но хорошо придумано)-более красноречив.
Задача гуманистической, позитивистской литературы лучших образцов
не примитивно выкатить положительного героя под софиты, а облагородить читателя в меру преобразующих сил изящной словесности. Амбивалентность Обломова, ставит его скорее в ряд апофатических персонажей- с Печориным - "...главное что болезнь указана, а как лечить Бог весть? - как Достоевскому приписывают, даже сами авторы, открытие психоанализа, Гончарову можно смело присвоить авторство гена хронической усталости!
(sic)Обломов блестящий герой не достойный подражания! - он подставит вторую щёку не из "богобоязненности",а из рациональности, чтобы распределить болевые ощущения.Он не подтолкнёт тонущего врага, и вряд ли спасёт попавшего в беду профессора Бака, так экзальтированно его любящего, может коротенько и даже не фарисейски пострадает, но элоквенция в контактах со своей совестью быстро восстановит душевную спячку! - но пренебрегший романом останется недорефлексированной, ущербной, сухой личностью.
Хотя бы на время, как облагородило общение с гениальным произведением и его обаятельным в своей не меркантильности, душевной чуткости увальне, даже циника Н.С. Михалкова, и привлекло к экранизации "Обломова" плеяду выдающихся актёров.
"Обломовство" - более справедливое к персонажу чем "обломовщина" - не уникальное национальное "достояние" русского характера, о
чём свидетельствует роман Жана-Филиппа Туссена. Месье. Любить : романы. – М. : Иностранка, 2006.



Пролегоменон.

Жан-Филипп Туссен – бельгийский писатель, франкофон, в объединенной то Европе почти француз, благодаря минималистическим тенденциям – критический компендиум принципиально отличается по объему от полного текста романа –хотя «языком» французы любить не разучились; Музиль писал, что человек – единственный представитель животного мира, нуждающийся в разговоре для продолжения рода – почти религиозная аскетичность этого представления расширяет Туссен, демонстрируя роль «языка», во всех амплуа любовной игры.

И все же язык редуцирует, подчиняясь принципу оптимизации,теряет в витальности и объеме, как сенильные общества, вынужден принимать мигрантов.



***

«Това-а-а-рищ. Не задерживаться…».

Антиреклама или реклама ну уж на самую рафинированную фокус группу романа «Мосье. Любить», в котором составляющие части столь контрастны, что их мог объединить лишь человек исповедующий диалектику двойных стандартов.



Часть I

.Мосье.

«и звучал тихо концерт для флейты и арфы».



Вокативная форма ни о чем не предуведомляет.

Иметь имя – это уже нести бремя.

«Герой» – лишенный адаптивной агрессии.

«Самоустранение» – решение проблем.

Созерцание звездного неба и моцион – смысл жизни.

Наслаждение «траекторией совершенной чистоты», по которой перемещаются аквариумные рыбки.

Среднее (необязательное) звено управления корпорации.

«Бодисатва» под кондиционером…аутентичный или благоприобретенный?

P.S. Женщины – объект неопределенного влечения и обладающие способностью контрацепции от ответственности перед жизнью.