Шакал, однажды сильно расхрабрясь, Издалека царя зверей облаял. «Да ну его! – подумал лев, вздыхая. – Отстанет сам, как высохшая грязь. Что должен я доказывать ему? Ведь ясно всем заранее без драки, Что я сильнее горе-забияки. Пожалуй, лучше лягу и вздремну». Не тут-то было. К лаю наглеца Добавился еще визгливый голос, Десятый... сотый... хорами и порознь – Их злобе просто не было конца. И лишь, когда рассвирепевший лев Поднялся и взревел на всю округу, Шакалы разбежались с перепугу, Захлопнув пасти, мигом присмирев. Терпенье к наглецам и подлецам Бессмысленно – оно для них лишь слабость. Коль человеку только гадость в радость, Не жди, что он одумается сам. Олеся Емельянова