Подойдите к краю —Но мы можем упасть.

Подойдите к краю — Но там слишком высоко!

ПОДОЙДИТЕ К КРАЮ!

И они подошли,

И мы толкнули их,

И они полетели.

Это описание инициации из произведения современного поэта Кристофера Лога говорит об огромной силе, дремлющей в нас и готовой вырваться наружу, как только мы позволим себе выйти за границы того, что привыкли считать истинным. С инициируемыми произошло нечто, чего они совершенно не ожидали. Их подвели к краю якобы возможного и заставили переступить его. Там, на неизведанной территории они обнаружили, что находятся в качественно новом, исполненном силы состоянии, и обрели недоступную им ранее свободу.

 Тема, к которой вы сейчас прикасаетесь, во многом подобна пути к такому краю. И в первую очередь здесь будет описано энергетическое поле — Божественная матрица, вместилище, и в то же время мост и зеркало для всего, что происходит в нашем внутреннем мире и в мире за пределами нашего тела. Тот факт, что это поле присутствует во всем — от мельчайших квантов атома до самых далеких галактик, свет которых едва различим, — и заполняет все пространство между ними, в корне меняет существующие представления о нашей роли в сотворении мира.Некоторым этот текст покажется выражением абсолютно нового способа мышления и понимания мироустройства, отличного от всего, что они знали прежде. Другие найдут в нем удобный синтез уже имевшихся у них знаний и догадок об истинном положении вещей. Как бы то ни было, осознание самого факта существования изначальной энергетической сети, соединяющей ваши тела со всем миром и всей материей Вселенной, откроет для вас врата к могуществу и безграничным возможностям.

 Говоря — возможности, мы имеем в виду, что мы можем быть чем-то большим, чем просто пассивными наблюдателями кратковременных явлений в мире, который создан задолго до нашего рождения. Глядя на свою жизнь, на свой духовный опыт и материальное положение, на свою любовь, карьеру и отношения с окружающими, на свои страхи и боязнь что-то потерять или чего-то недополучить, мы попросту смотрим в зеркало собственных глубочайших и по большей части неосознаваемых убеждений.Отсюда становится очевидным, что сознание играет в нашей жизни ключевую роль. Но не меньшую роль оно играет и в бытии самого мироздания.Мы художники, и мы же — произведения искусства.Каким бы странным ни был смысл этого подзаголовка, в нем сходятся все основные противоречия, с которыми в недавнемпрошлом столкнулись величайшие. Радикально иную трактовку нашей роли в мироздании предложил принстонский физик и коллега Эйнштейна Джон Уилер. Опираясь на эксперименты конца XX века, доказавшие, что, даже если человек просто смотрит на некую вещь, она изменяется под действием его взгляда, Уилер говорит: «Всем известна старая идея о том, что где-то там, снаружи, находится Вселенная, а здесь — человек, надежно защищенный от нее шестью дюймами зеркального стекла. Теперь, благодаря квантовой картине мира, мы знаем, что даже простое наблюдение за таким микроскопическим объектом, как электрон, требует от нас разбить это зеркало, мы должны проникнуть туда, внутрь... Прежнего пассивного наблюдателя следует вычеркнуть из книг. Ему на смену должен прийти полноправный участник мирового процесса».Вот это прорыв! Уилер интерпретирует наше взаимодействие с миром совсем не так, как Эйнштейн. Он утверждает: нельзя отстраненно наблюдать за тем, что происходит во Вселенной. В самом деле, эксперименты квантовой физики ясно показывают, что, если сосредоточить взгляд на мельчайшей частице вроде электрона, ее свойства будут меняться. В результате таких экспериментов было выдвинуто предположение, что акт наблюдения, по сути, есть акт творения и что деятельность сознания обладает созидательной силой.Все это говорит о том, что мы не можем больше рассматривать себя как пассивных наблюдателей, не влияющих на объекты нашего наблюдения.Восприятие самих себя как участников творения Вселенной, а не пассивных ее обитателей требует полного пересмотра представлений о космосе и его устройстве. Основу для радикальной смены картины мира заложил в своих книгах и статьях еще один принстонский физик и коллега Эйнштейна, Дэвид Бом. Незадолго до своей смерти в 1992 году он подарил миру две революционные теории, предлагающие совершенно новый целостный взгляд на Вселенную и наше место в ней.Первая из его теорий была интерпретацией квантовой физики. Она послужила поводом для встречи Бома с Эйнштейном, после которой ученые стали друзьями. Из этой теории выросла концепция «творческого управления глубинными уровнями реальности», как ее называл сам Бом. Он был уверен в существовании глубинных или, наоборот, высших уровней мироздания, содержащих модели для всего происходящего в нашем мире. То есть именно из этих тонких слоев бытия и происходит физический мир.Другая теория Бома описывает Вселенную как целостную систему, объединенную связями, которые далеко не всегда очевидны. Во время работы в Радиационной лаборатории Лоренса (ныне Национальная лаборатория Лоренса Лайвмора) при Калифорнийском университете, Бом наблюдал за частицами материи в особом ее состоянии, именуемомплазмой. Он обнаружил, что, вопреки бытовавшим на тот момент представлениям, частицы в плазматическом состоянии ведут себя не как отдельные элементы, а как составляющие чего-то большего.Эксперименты Бома легли в основу наиболее известной его книги «Цельность и скрытый порядок», вышедшей в 1980 году. В этой революционной книге он предположил, что если бы мы могли наблюдать Вселенную всю целиком с некоей условной высшей точки, то все объекты в мире выглядели бы отражениями процессов, происходящих в другой, ныне недоступной нашему наблюдению области. Чтобы различать видимый мир и эту область, Бом ввел понятия «видимое» и «скрытое».Все, что доступно осязанию и существует в мире обособленно — скалы, океаны, леса, животные и люди, — представляет собой видимый уровень мироздания. Однако Бом утверждает, что все эти вещи и явления только кажутся обособленными, в действительности же они связаны между собой на глубинном уровне высшей целостности — скрытого порядка, который просто не доступен нашим органам восприятия.Разницу между скрытым и видимым и иллюзию раздельности вещей проще всего показать на примере потока воды. «В потоке воды можно различить водовороты, волны и всплески, хотя понятно, что сами по себе они не существуют», — говорит Бом⁵. Каждый всплеск воды кажется нам отдельным явлением, но Бом рассматривает их как взаимосвязанные составляющие единого процесса: «Мимолетное бытие, которым обладают эти абстрактные формы, предполагает лишьотносительную независимость, а вовсе не самостоятельное существование». Попросту говоря, всплески водного потока суть формы все той же воды.С помощью таких примеров Бом продемонстрировал, что Вселенная со всем, что в ней есть, включая нас самих, в действительности является гигантской целостной системой, в которой все взаимозависимо. Обобщая свой взгляд на устройство мира, он писал: «Я бы определил эту новую концепцию реальности как Целостность в текущем моменте».В 1970-е годы Бом предложил еще более ясную метафору, позволяющую изобразить мир как неделимое целое, представленное в виде разрозненных частей. Размышляя о взаимосвязях Вселенной, он все более убеждался в том, что мир подобен гигантской космической голограмме.В голограмме любая часть объекта содержит весь объект в уменьшенном виде (читатели, мало знакомые с понятием голограммы, найдут подробное ее описание в дальнейших выпусках). С точки зрения Бома, все, что мы можем наблюдать в окружающем мире, — это проекции чего-то гораздо более реального, происходящего на глубинном уровне мироздания в области скрытого и подлинного бытия. Согласно такому подходу, «как вверху, так и внизу», «как внутри, так и вовне». Иными словами, любая система состоит из систем меньшего масштаба, по сути, ей идентичных.Удачный пример голограммы — элегантная простота человеческого тела. Из какой бы его части мы ни взяли молекулу ДНК — из волоса, пальца руки или из капли крови, она будет содержать генетический код всего организма. В ней всегда и в неизменном виде обнаруживается генетическая модель всего человека.Любопытно заметить, что подобным же образом представляли себе устройство нашего мира мудрецы древности. Идея о том, что мир — это всего лишь зеркало событий, происходящих в высшей или глубинной реальности, встречается во многих традициях — от индийских Вед (датируются 5000 г. до н.э.) до Свитков Мертвого моря, созданных за 2000 лет до н.э. Переводчик Песен Жертвоприношения Шаббата суммирует содержание этого фрагмента Свитков Мертвого моря следующим образом: «Все, что происходит на земле, — лишь бледное отражение великой, первоначальной реальности».И квантовая теория, и древние тексты приводят нас к простому заключению: существует некая невидимая область, в которой мы создаем модели для своих отношений с людьми, карьеры, успехов и неудач — всего, что происходит с нами в видимом мире.В этом смысле Божественная Матрица действует как огромное космическое зеркало, позволяющее нам видеть материализованные энергии наших чувств (любви и ненависти, сопереживания и гнева) и убеждений.Божественную матрицу, материализующую наш внутренний чувственный опыт и убеждения, можно также сравнить с киноэкраном, беспристрастно воспроизводящим все, что было отснято на пленку. И в cамом деле, в том, как мы строим отношения с окружающими, раскрываются наши сознательные, а чаще неосознанные представления о самых разных вещах — от сострадания до предательства.Вот почему нас можно уподобить художникам, выражающим свои самые искренние страхи, мечты и стремления на живом и таинственном квантовом полотне. Однако, в отличие от холста обычного художника, наш «холст» присутствует всегда и повсюду и служит строительным материалом для всего сущего.Продолжим аналогию с художником и холстом. Живописцу для внешнего выражения своих замыслов нужны всевозможные инструменты и материалы. Что же касается Божественной Матрицы и нас, здесь обособленность художника от его произведения отсутствует. Мы сами являемся холстом и изображением, мы одновременно и живописец, и его инструменты.Говоря о том, что мы создаем самих себя, приведем в пример один диснеевский мультфильм, популярный в 50-е — 60-е годы, во времена черно-белого телевидения. Сначала на экране появлялась рука художника, рисующая в блокноте набросок Микки Мауса. По мере того как набросок детализировался, он постепенно оживал. Затем уже сам Микки начинал рисовать других персонажей, причем на том же самом листке. Нужда в художнике пропадала, и его рука исчезала из кадра.Микки с друзьями начинали жить собственной жизнью. И затем собственной жизнью начинал жить нарисованный дом, в котором они жили. Пока его обитатели спали, кухня оживала. Сахарница весело танцевала с солонкой, а чашка заигрывала с масленкой. Такое сравнение может показаться излишним упрощением модели Божественной Матрицы,однако оно помогает достичь трудноуловимый смысл представления о том, что мы — художники, создающие себя в пространстве своих собственных произведений.