«Важно понимать, что человек, с которым ты говоришь, он ведь всё равно умрет. Может, вы сейчас помолились – и он выздоровел, но потом всё равно умрёт. Чуть раньше, или чуть позже... Пастору важно научить людей не только жить, но и умирать. Смерть – это ведь не прекращение существования, это всего лишь переход. Куда? А вот это уже зависит от человека. И от того, насколько хорошо ему объяснили Путь...»

                                                                                                                        Игорь Малин

    Игорь родился в семье потомственных офицеров, с детства мечтал о карьере военного. После школы отправился поступать в престижный военный вуз, но по пути Господь круто переменил его планы и сделал новообращенного молодого христианина воином Небесного Отечества.

    Сегодня он – пастор церкви, известный проповедник, участник многих телепрограмм российского телевидения. Его узнают на улице, к нему часто обращаются за душепастырской помощью и советом... Но главным делом своей жизни он считает попечение об умирающих детях в детском онкологическом центре г. Нижний Новгород.

Журналистка Елена Кирст из  "Международной Христианской Газеты" беседовала с Игорем Малиным, интервью опубликовано в одном из номеров "МХГ". Здесь приводится часть этой беседы.

– Почему Вы стали заниматься служением умирающим детям?

– А я его и не выбирал вовсе, я даже не занимаюсь им специально. Потому что это служение неблагодарное, очень тяжелое и проблематичное. К нему невозможно привыкнуть! Более того: как только чувствуешь, что начинаешь привыкать – это значит, что тебе просто пора уходить. Значит, сердце окаменело. В то же время, и через себя это ни в коем случае нельзя пропускать, иначе вы сгорите и перестанете быть полезным. Вы сгорите уже на втором человеке, если не на первом, потому что, если это глубоко пропустить через сердце, – то вас не останется уже ни на себя, ни на жену, детей, церковь, других людей...

– Как же быть-то?

– Отдавать всё Господу. Понимать, что мы – всего лишь орудия в руках Его, рабы, ничего не стоящие. Воспринимать каждый случай как первый и последний, единственный. Постоянно балансировать на узкой грани между труднопреодолимым желанием отдать всё сердце этому человеку и пониманием того, что твое ему всё равно не нужно: не поможет. Ему нужно Божье – Его милость, Его любовь, прикосновение Его исцеляющей руки. Надо приводить человека не к себе, а к Господу.

– А вот как быть с такой типичной проблемой: зная, что человек умрет, не выздоровеет, как поступить правильно – поддержать в нём надежду или сказать правду?

– Понимаете, какая вещь: нельзя говорить ни того, ни другого, потому что, бывает, врачи не ставят смертный диагноз и не говорят, что человек умрет, – а он умирает. А бывает наоборот: ему говорят: всё, не выживешь; и родственникам говорят: вы приготовьтесь, скоро уже, через две недели... А человек вдруг встал! Поэтому сложно решить, что сказать. На самом-то деле, мы не знаем никогда, что с этим человеком будет.  Единственное, что для пастыря чрезвычайно важно, независимо от того, будет человек жить или уйдет в вечность, – это предельная честность и искренность. Допустим, сейчас человек выживет. Но через некоторое время ведь он всё равно умрёт. И раз Господь привел вас к этому человеку – значит, именно это важно; значит, это должно произойти здесь и сейчас: объясните ему Путь! Человек перед уходом должен успеть закрыть все пробелы своей духовной биографии, восполнить все нужды своей души и починить, исцелить все сферы своей жизни, которые порушены и иссушены обидами, взаимными упрёками, не прощением... Человек ведь бывает высушен изнутри, причём не столько болезнью, сколько вот этим не прощением внутренним. Он в несвободе находится. И задача наша – отпустить измученных на свободу, как это делал Господь... Человек должен, в первую очередь, получить духовное выздоровление. А уже будет ли он ещё какое-то время физически жить, или нет – это уже не есть задача церкви. С этим он справится и без нас, особенно, если мы его правильно наставим.

– Есть такое мнение, и оно становится всё более популярным, что не надо больного мучить воспоминаниями о прежних грехах, надо максимально облегчить его последние часы и сделать уход покомфортнее. Зачем напрягать умирающего размышлениями, переживаниями, покаянием? Пусть уйдет спокойно – и всё...

- Это самое лучшее, что и мы, и медицина можем ему предложить. Всем известны свидетельства того, как тяжело и мучительно умирали люди, не примирившиеся, не исправившие своей жизни. Это знают врачи, они и раньше на свой страх и риск допускали к умирающим духовника или просто человека верующего. Очень хорошо, что сейчас мы можем взаимодействовать, что исцеление души и тела происходит гармонично, в сотрудничестве с церквами, пасторами и священниками.

Когда мы говорим: чтобы человек не переживал, давайте поставим ему кондиционер, телевизор, ещё что-то – это мы заботимся о внешнем мире, о внешнем комфорте. Но в душе, чаще всего, ни о каком покое или комфорте даже речи нет. Церковь как раз и понимает, что в человеке происходит, какая у него самая главная потребность души. Плотские люди этого не понимают – вот они и делают, что знают и понимают: лечат тело. А мы будем заниматься исцелением души.

В такой дихотомии, в такой синергии и сотворчестве мы как раз и обретаем способность помочь человеку, и даже облегчить его переход, если уже пришло время. Человек, который внутренне примирился со всеми – ему и жить легче, и умирать спокойнее.

Я ещё ни разу не встречал человека, который, умирая, отказался бы от того, чтобы за него помолились, или чтоб самому помолиться. Ну, вот не встречал ни разу! Он может отказываться от общения с родственниками, плевать на церковь как на организацию или даже на служителей, но чтоб не произнести эти нужные слова и не призвать Бога... В моей практике такого не было. Да и от других моих коллег из разных деноминаций я ни разу о подобном не слышал.

– Наверное, детям уходить труднее – у них ведь ещё нет жизненного опыта, нет знаний и представлений об этом переселении... Наверняка их это сильно пугает.

– Не всегда. Господь как-то так мудро устроил, что дети всё понимают намного лучше взрослых. Помню мальчика, который в одно из моих посещений сказал: «А Вы знаете, дядя Игорь, я скоро умру. Моя жизнь скоро закончится. Всё заканчивается... Вот, видите эту авторучку? В ней была паста, а теперь она закончилась. Дома у меня была кошка, но пока я был здесь, в больнице, она умерла. Мои мама и папа скоро разведутся, потому что их любовь закончилась, и папа теперь будет жить с другой тётей. Всё заканчивается...»

Понимаете, Господь открыл ему это, и он понял и принял спокойно. И ещё он сказал: «Я знаю, что есть настоящее и ненастоящее. Я – настоящий: вот возьмите мою руку, потрогайте! Я есть, значит, я – настоящий. Моя мама настоящая, и папа, потому что они тоже есть. Бог – настоящий, потому что Он есть; я могу говорить с Ним, я чувствую Его, и Он слышит меня». Когда через несколько дней я опять пришел в больницу, его уже не было... Он ушел к Господу – к своему Настоящему...

Знаете, работая с умирающими детишками в онкологической больнице, я обратил внимание на одну вещь: взрослый человек, умирая, жалеет СЕБЯ. Ребенок, чувствуя близость разлуки, жалеет ДРУГИХ – тех, кого он любит и кто любит его. Взрослый испытывает два сильных чувства: одиночество и обиду. Потому что все, кто к нему приходят, им тяжело быть рядом с ним. И они говорят: всё будет хорошо, не волнуйся, Бог тебя исцелит! Ты обязательно выздоровеешь; ты ещё – ого-го! А потом: ну, всё, я побежал, у меня дела, заботы... И человек остается один. И он думает: ну, да, у вас у всех будет Новый год, Пасха; у вас через месяц будет июль, а у меня уже ничего никогда не будет. Вам важно, кому достанется квартира, машина, картонка, маленькая собачонка – мне же это уже ничего не важно...

Приходишь к таким людям, исповедуешь их, молишься с ними, читаешь им Библию; они каются и умирают у тебя на руках. Человек всегда умирает на выдохе: вот вздохнул несколько раз, выдохнул – и его уже нет... Дыхания жизни нет в нём.

А бывает, человек настолько поглощён чувством обиды – от нерешённый проблем, которые, как чешуйки от лука, за долгие годы на нём накопились, – что он просто не может уйти. У него обиды на Бога, на людей, на самого себя... И он боится уйти, он хочет жить, чтобы дорешать эти проблемы, что-то доделать, приобрести, вернуть... Он боится, что оставшиеся в живых будут смеяться над ним, злословить его, расточат всё, что он накопил. Так вот, когда ребенок умирает, он готовится к переходу по-другому.

Чаще всего дети говорят и пишут, что хотят остаться, «потому что моя мама (папа, бабушка) этого не переживёт, а я хочу, чтобы она жила». «Если я умру, моя мама сильно расстроится и будет плакать; я не хочу её огорчать». Детей больше всего расстраивает то, что оставшимся будет без них плохо. Они – как ангелы...

 – Что бы Вы хотели пожелать читателям «Международной Христианской Газеты» и всем христианам?

– Три вещи: быть предельно честными перед Богом, внимательными к близким людям и всегда помнить о том, что однажды каждому из нас придется предстать перед Господом. Древние говорили: «Помни о смерти!» И я скажу: если хочешь жить – помни о том, что однажды тебе придется умирать. Поэтому своевременно решай все проблемы и постарайся быть готовым к переселению в любое время.

                                                            С Игорем Малиным беседовала Елена КРИСТ

О Б Л И Ч Е Н И Е -что говорит Слово Божие о нем

Наказания Господня, сын мой, не отвергай, и не тяготись обличением Его; ибо кого любит Господь, того наказывает, и благоволит к тому, как отец к сыну своему (Притчи 3:11-12).

Кто хранит наставление, тот на пути к жизни; а отвергающий обличение блуждает (Пр.10:17).

Кто любит наставление, тот любит знание; а кто ненавидит обличение, тот невежда (Пр.12:1).

Злое наказание уклоняющемуся от пути, и ненавидящий обличение погибнет (Пр. 15:10).

Слушайся совета и принимай обличение, чтобы сделаться тебе впоследствии мудрым (Пр.19:20).

Лучше открытое обличение, нежели скрытая любовь (Пр. 27:5).

Розга и обличение дают мудрость; но отрок, оставленный в небрежении, делает стыд своей матери (Пр. 29:15).

Отвергающий наставление нерадеет о своей душе; а кто внимает обличению, тот приобретает разум (Пр. 15:32).

Мудрый сын слушает наставления отца, а буйный не слушает обличения (Пр.13:1).

Лучше слушать обличения мудрого, нежели слушать песни глупых (Екклесиаст 7:5).

Не враждуй на брата твоего в сердце твоем; обличи ближнего твоего, и не понесешь за него греха (Левит 19).

Поучающий кощунника наживет себе бесславие, и обличающий нечестивого – пятно себе. Не обличай кощунника, чтобы он не возненавидел тебя; обличай мудрого, и он возлюбит тебя; дай наставление мудрому, и он будет еще мудрее; научи правдивого, и он приумножит знание (Пр. 9:7-9).

Согрешающих обличай пред всеми, чтоб и прочие страх имели (1Тимофею 5:20).

Братия! Если и впадет человек в какое согрешение, вы духовные исправляйте такового в духе кротости, наблюдая каждый за собою, чтобы не быть искушенным (Галатам 6:1).

Жизнь задает задачи сложные, попробуй – каждую реши!

Но сделать явью невозможное Бог может для твоей души.

Пройдешь немало тропок узких, где тернии, а не цветы,

Но при любой земной нагрузке Он будет там, где будешь ты.

Наполни жизнь живою верою, пусть тихий свет в душе горит.

Бог жизнь тоскливую и серую небесным светом озарит.

Богатство, слава – счастье ложное, подумай, милый друг, в тиши.

Ведь сделать явью невозможное Бог может для твоей души.