Все в детстве читали книжку "Путешествие в слово"? Кто читал - тем напомню,
кто не читал - с теми не могу не поделиться.

"...Такой полушуточный, полусерьезный эксперимент был проведен, а затем и
описан "Неделей". Интересен он тем, что позволяет проследить, как неуклонно,
от языка к языку, на всех этапах перевода, меняется текст - в согласии со
строем и традициями каждого языка и... вкусами переводчиков.

К участию в эксперименте... были привлечены профессиональные переводчики,
преподаватели и студенты ряда высших учебных заведений Москвы. Каждый из
приглашенных, превосходно зная два смежных языка, должен был принять от
своего коллеги текст и, переложив его на другой язык, передать следующему.
За исходный был взят отрывок из произведения Н.В. Гоголя "Повесть о том, как
поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем".

Фраза как фраза, которой великий русский писатель охарактеризовал персонаж
повести Агафью Федосеевну: "Она сплетничала и ела вареные бураки по утрам и
отлично хорошо ругалась - и при всех этих разнообразных занятиях лицо ее ни
на минуту не изменяло своего выражения, что обыкновенно могут показывать одни
только женщины".

Переводчики, получив текст, приступили к работе.

Если в английском варианте мало что изменилось, то уже в немецком сдержанное
слово "сплетничала" превратилось в выразительное "трепалась", а про лицо было
сказано - "оно оставалось совсем без выражения, так, как это умеет каждая
женщина". Следующим звеном в этой цепочке оказался японский язык. Присущая
ему изысканность побудила специалиста заменить эмоциональное "трепалась"
более нейтральным болтала, а энергичное "ругалась" мягким "злословила".

В арабском языке гоголевский персонаж уже не просто "болтал", но "болтал
языком", и не просто злословил, а стал, конечно, "извергать страшные
проклятия". Принявший эстафету француз заключил первый этап лингвистического
опыта так: "Она имела привычку чесать языком, когда ела свекольный бульон;
из ее рта вылетал поток отборных словечек, и все это без малейшего выражения
на лице. Так поступают все женщины".

Хотя вариант этого фрагмента уже значительно разнился от оригинала,
злоключения перевода по-настоящему только начинались. Пройдя через
индонезийский язык, в котором личные местоимения "он" и "она" обозначаются
одним и тем же словом, затем через голландский и турецкий, фраза
трансформировалась так: "В то время как женщина, поедая жидкое свекольное
варево, отпускала ругательства, мужчина занимался болтовней. Они делали это,
не выказывая своих чувств, как это принято у женщин".

На испанском ничего по изменилось, разве что вместо слова "отпускала"
употребили "выбрасывала". С испанского на язык йоруба переводил житель
Судана: он отнесся к делу творчески, переиначив конкретное "варево из свеклы"
на общее "варево из плодов земли", а общее "занимался болтовней" - на
конкретное "хвастал своими мнимыми подвигами". Следующий переводчик,
владеющий языком йоруба, вернул текст к английскому языку, привнеся свои
лексические поправки.

К "плодам земли" он сделал уточнение - "фрукты"; "выбрасывала ругательства"
скорректировал как "выбрасывала нехорошие штуки", выражение "хвастал своими
мнимыми подвигами" передал английской идиомой "бил в литавры". Новое
прочтение гоголевского отрывка было в дальнейшем переведено с английского на
язык африканского племени бамбара, с него опять на французский, где штуки
преобразились в вещи, и после этого на итальянский: "Она пила компот и
выбрасывала из дома ненужные вещи, а он бил в тамтам, выражая почти женский
восторг". Причины такой трансформации очевидны. "Жидкое варево из фруктов",
конечно, компот! "Бил в литавры" не обязательно понимать в переносном смысле. А где литавры, там и тамтам! Развитие нового направления мыслей происходило абсолютно логично. На чешском "ненужные вещи" переведены проще - "старье", под влиянием тамтамов "дом" уменьшился до "хижины", а "женский восторг" заменился на краткое и исчерпывающее "восторженно".

Норвежец решительно исправил чешский вариант: не "восторженно", а "радостно".
Швед внес стилистическую стройность деепричастным оборотом: "Выпив компот,
она..." и т. д. И вот наступила заключительная фаза эксперимента -
сопоставление отрывка с языком оригинала. Теперь, после добросовестных
усилий двух десятков переводчиков, пройдя через традиции, законы, характер и
особенности различных языков, гоголевская фраза трансформировалась в нелепые
до смешного строки:

"Выпив компот, она выбросила из хижины старье, а он радостно забил в тамтам".
Цепочка замкнулась. Сработал механизм "испорченного телефона". Из тридцати
четырех слов оригинала к финишу пришло только одно: личное местоимение "она",
а процент правильно переведенной мысли был сведен к нулю.

Единственное, что утешает, - так это то, что переводческий эксперимент был
проведен не при жизни Николая Васильевича Гоголя..."

По-моему, это гениально.

Э. Вартанян, "Путешествие в слово".