амое страшное наебалово в моей жизни случилось, когда мне было шесть лет.
Это вообще был какой-то стрёмный Новый год - я был в подготовительной группе детского сада, и вся жизнь тогда вертелась вокруг заветных слов "скоро в школу!" Врать не буду, из детского сада уйти мне хотелось. Мне было ужасно скучно на пятидневке, от тоски меня спасали только книжки, которые я каждую неделю таскал в сад. Но сестра моя уже была во втором классе, и, глядя на неё, я прекрасно понимал, что школа - это такая же каторга, только ночевать тебе можно будет дома. То есть, если бы лозунгом последнего детсадовского года было что-нибудь вроде "Скоро конец пятидневке!" - я бы больше радовался.
Тем более, что под маркой "Скоро в школу!" на Новый год подарки мне заготавливались с прицелом. Блядь, ну какому нормальному пацану хочется получить от Деда Мороза, например, ранец с пеналом? Где коньки и клюшка? Нахрен мне нужны ваши альбомы для рисования и наборы для аппликаций? Да идите вы в жопу с такими подарками!
Не знаю, действительно ли маманя думала, что я буду охуительно счастлив от такой дедморозовской щедрости, но зачем она так заговорщицки шептала мне: "Я слышала, хорошим мальчикам в этом году Дед Мороз принесёт спортивную форму, чтобы в школе ходить на урок физкультуры!" Нет, маманя, мне нахрен не нужны были в подарок вещи, которые так и так вам пришлось бы мне покупать через полгода...
Короче, когда в Новый год мне дома торжественно вручили туго набитый всякой помойкой ранец, я ехидно цыкнул зубом, кинул его в комнату под письменный стол и спокойно улёгся на свою кровать читать очередную книжку.
Но родители почему-то твёрдо рассчитывали на моё безмерное счастье, обламываться они не собирались, и каждые пять минут то маманя, то папашка просовывали голову в приоткрытую дверь и радостно подмигивали - "Ну что - ты доволен?" - "А-ху-еть как!" думал я, но из вежливости кривил губы в улыбке.
Наконец, родители не выдержали моего безудержного энтузиазма и, всунувшись в дверь уже в две головы, они хором поинтересовались: - А ты внутрь смотрел?
- Два раза! - буркнул я угрюмо и повернулся на другой бок.
Услышав за спиной шорох, я оглянулся - с преувеличенно радостными лицами, родители крались на цыпочках к письменному столу. Увидев, что я смотрю на них, они переглянулись, сделали друг дружке и мне загадочное "Тс-с-с!" и снова пошли на цыпочках, высоко задирая ноги.
Добравшись до письменного стола, они вытащили из-под него заброшенный ранец и начали копаться в нём, запустив внутрь руки по самые локти. Мне и правда было нисколечки не интересно, что там отыщется в этом дурацком ранце, но родители выглядели так смешно, что я всё-таки косил на них глазами.
- А вот это, вот это ты не видел! - маманя наконец выудила из ранца какую-то блестящую коробку.
- Чё там? - уныло оторвался я от книжки.
- Это - это кружка от Деда Мороза! - хором пропели родители.
- Ну-ну...
Но кружка и правда оказалась красивой - какой-то красноносый гном стоял в обнимку с кряжистым пнём "Made in Germany".
Ничё так кружка, - прикинул я, - Прикольная! Но главное - поллитровый пень оказался не пустым. В нём шуршало минимум две горсти моих любимых конфет "Трюфель".
Я сразу же вытряхнул конфеты на кровать и пересчитал их - четырнадцать!
Опа! По тамошним временам сплошных ирисок и фруктовых карамелек это было целое богатство!
Я прямо почувствовал во рту этот маслянистый шоколадный вкус, ощущал на языке бархатную горьковатую присыпку.
Нет, сразу есть это всё нельзя конечно. Удовольствие обязательно надо растянуть! Если каждые выходные съедать по штуке, то хватит ого-го на сколько! Я уже представлял, как, лежа в кровати в детском саду, я буду мечтать о том, что вернусь домой, достану из кружки одну конфету, неспешно разверну её, аккуратно разглаживая золотистый фантик, потом сначала обгрызу сверху присыпку, потом откушу маленький кусочек покатого шоколадного бочка, чтобы увидеть слоистые конфетные внутренности....
- Ну что? - Блин, это родители отвлекли меня от таких приятных размышлений!
- Что - что? А-а-а-а, спасибо, конечно, Деду Морозу! Это - подарок, да!
- Угостишь нас?
- У-гос-тить???
А-а-а-а....
К тому времени я прочитал уже много книжек про войну, немало посмотрел и фильмов. Я уже твёрдо знал, что когда я вырасту, я, конечно же стану героем. Я просто-таки видел себя за каким-нибудь пулемётом: мой партизанский отряд отступает по лесным тропам и я всех прикрываю. Я отстреливаюсь, спасая всех, давая им время укрыться в чаще. И вот, все ленты расстреляны, гранаты кончились, у меня остался последний патрон, тот, который для себя, чтобы не сдаваться в плен к врагу. Я вставляю этот последний патрон в револьвер, защёлкиваю барабан, взвожу курок и, уже видя, как торжествующие фрицы выбегают из-за деревьев со шмайссерами наперевес, гордо встаю в полный рост посреди трупов поверженных врагов и приставляю револьвер к виску...
И тут меня сзади дёргают за рукав родители и просят - "Дашь нам этот патрон?"
Вот не задумываясь, как добрый сын, я отдам им и последний патрон, и револьвер, и всё, что угодно.
Но, блин, отдать только что пересчитанные трюфеля, целых две штуки...
Вы не представляете, как это тяжело. Да лучше бы меня пристрелили фрицы на той полянке.
- И для сетрёнки - дашь?
Ещё и сестре? Она веселится себе на ёлке в школе, а когда придёт, родители ещё и отдадут ей отнятую сейчас у меня трюфелину???
- Я когда буду есть, я ей дам укусить, - набычился я.
- Не жадничай, у тебя ж много, - подбодрила меня маманя.
Много... Разве это много? - вздыхал я, протягивая родителям на дрожащей ладони три конфеты, ценой в почти месяц моей счастливой жизни...
- Молодец! - похвалил меня папашка, одним движением руки закинув драгоценную конфету в рот, - Не жадина! - Тут он цапнул у меня с кровати ещё четыре трюфелины и пошёл из комнаты, жуя на ходу. Маманя отправилась за ним следом.
А я остался перебирать на кровати жалкую половину еще недавно такого огромного своего богатства.
Пенёк с оставшимися конфетами я спрятал в свой тайник, на самое дно, под все свои драгоценности. Мне уже не очень хотелось смотреть на полупустую кружку, ну и, конечно, я боялся, что если трюфелины будут болтаться на виду, кто-нибудь ещё их у меня отберёт. Про то, что я не выдержу и сам их съем, я даже и не думал, сила воли у меня уже тогда была стальная. Раз уж я твёрдо решил, что буду есть по одной конфете раз в неделю - нет, теперь уже, наверное, лучше раз в две недели, чтобы хватило подольше - значит, до загаданного срока я к конфете даже не притронусь. Главный секрет тут был - не думать о конфетах, как будто их просто нет, не думать, не думать...
На следующий день к нам в гости пришла бабуля.
Я встретил её в коридоре, прямо там забрал принесённые мне подарки (обложки для учебников и линейка, блин!) и поскорее спрятался в своей комнате, чтобы не попадаться никому на глаза. Но то, чего я боялся, случилось всё равно - через какое-то время в комнату заглянула маманя:
- Сынок, ты не угостишь бабушку конфеткой к чаю?
Блядь! Это у меня подарок или магазин какой-то? - со слезами на глазах думал я, залезая в свой тайник, - Что теперь, я вообще всех гостей своими конфетами кормить должен?
Докопавшись до кружки, я вытащил её из тайника, и чуть не выронил на пол от удивления.
Кружка опять была полна конфетами!
Я снова вывалил конфеты на кровать и, как вчера, старательно пересчитал. Их снова было четырнадцать!
Засыпав конфеты обратно в пенёк, я помчался на кухню.
- Мам! Ма-а-ам! Представляешь, она опять полная конфет! - горячо прошептал я на ухо мамане и, на всякий случай крепко сжимая кружку обеими руками, предъявил её всем, мол, извольте убедиться.
- Ну это же кружка от Деда Мороза, - объяснила маманя, с трудом расцепляя мои пальцы с кружки, - Если ты кого-нибудь угостишь от чистого сердца, то всё в неё возвращается, правда, Ма?
- Правда, - поддакнула бабуля, цепляя трюфелину из-под моих пальцев. - Только - от чистого сердца, внучек...
На утро, проснувшись чуть ли не раньше всех в доме, я первым же делом, даже не успев одеться, забрался в свой тайник.
Те три конфеты, которые вчера стрескали за чаем маманя с бабулей и ещё одна, которую я для эксперимента подсунул сестре под подушку - они все вернулись!!!
Вот это я понимаю, подарок!
Ай-да Дед Мороз - это ж и правда, волшебная кружка!
Еле дождавшись завтрака, я щедро выдал мамане и папашке по трюфелине и выбежал на улицу. Там я угостил конфетами всех встречных ребят, быстро вернулся домой, зарыл пустую кружку на её теперь уже привычное место в тайник и начал дожидаться вечера, чтобы скорее можно было лечь спать.
Но день всё тянулся, и я провёл его в мечтах о том, как я стану самым знаменитым и самым добрым мальчиком во всеё стране. Я представлял, как я буду ходить по улицам и со словами "От чистого сердца!" раздавать конфеты всем, всем встречным детям и взрослым.
Я проснулся часа в три ночи. Спросонок чуть не сбив на бегу стул, я метнулся к тайнику. Торжествуя, я выдернул наружу волшебный подарок...
Кружка была пуста.
Я потряс её, зачем-то пощёлкал по ней ногтем - пустая!
- А-а-а, понятно, ещё ж не утро, - успокоил я себя, и засунул кружку обратно на место. - Утром-то всё будет как положено!
Я лег в кровать, завернулся в одеяло, но вся сонливость с меня уже слетела. Я старательно убеждал себя, что утром-то всё будет в порядке, но где-то в глубине сердца я уже понял, что в порядке больше не будет ничего.
Проворочавшись в кровати до утра, я не решился открыть тайник. Не решился я проверить кружку и после завтрака. И вечером я тоже не смог себя заставить заглянуть в свою сокровищницу. Я решил на всякий случай дать кружке ещё один запасной день, чтобы перед окончанием праздников она успела сделать всё, как положено.
Но, даже всё ещё безнадёжно оттягивая время, я уже всё знал. С каждой минутой я понимал всё окончательнее, всё бесповоротнее - нет. Нет. НЕТ! Никогда уже не будет у меня этого ощущения счастья от обладания волшебной вещью.
Конечно же, на следующее утро кружка оказалась всё-таки безнадёжно пуста, и я отправился в свой детский сад с совершенно разбитым сердцем, так и не попробовав ни одной конфетки из своего подарка.
Спустя много-много лет сеструха раскрыла мне страшную тайну, которую она случайно узнала от мамани.
Оказывается, отец у себя в министерстве купил по случаю праздника килограмм дефицитнейших тогда трюфелей.
Родители насыпали в подарочную кружку столько конфет, сколько в неё влезло, остальные маманя, знавшая про мой тайник, досыпала в кружку в первую и во вторую ночь, а потом конфеты просто кончились.
Вот тогда и рухнула моя недолгая сказка.
Вот то самое ощущение ужасного наебалова я запомнил навсегда.
И с тех пор я понял - не стоит врать про волшебство, всегда лучше сразу честно рассказать, сколько у тебя конфет.
Чтобы было понятно: пока смогу, я буду словно чудом досыпать до самого верха, но если будешь разбрасываться подарком направо и налево, то он скоро кончится, как и те волшебные конфеты от Деда Мороза.
