Концентрация внимания и истинное Я. Практика египетских богов

Погруженная в мысли о том, что рассказал мне отец, я пришла на следующий день в храм, где в своей маленькой комнатке меня ждал Птахотеп. Он сказал, что мне нужна длительная физическая и духовная подготовка, прежде чем я смогу стать сознательной на высшем, божественном плане. Она нужна для того, чтобы выдержать высокие вибрации без вреда для организма. Он сказал:

"Чтобы стать сознательной на этом плане, ты должна проводить вибрации этого плана в нервы, а через них -- в тело. С момента рождения в теле живет "сущность", дух, и тело развивает силу сопротивления, соответствующую средней степени сознательности этого духа. Эта степень сознания колеблется вверх и вниз в зависимости от эмоционального состояния в пределах октавы вибраций, но колебания не должны превышать пределов эластичности нервов, иначе наступит болезнь или даже смерть. Вибрации жизненной энергии абсолютно смертельны для тех, чье сознание не достигло еще этого уровня: они выжигают нервы и нервные центры. Поэтому жизненная энергия из позвоночника, где она сосредоточена, трансформируется в энергию низшей вибрации, соответственно степени сознания человека, и только после этого проводится в тело.

У животных эта жизненная вибрация гораздо ниже, чем у примитивного человека, а у последнего гораздо ниже, чем у духовно развитого. И если жизненную энергию высокодуховного человека провести в животное или в примитивного человека, они немедленно умрут.

Великая инициация означает сознательное переживание жизненной энергии и созидательных вибраций на каждом плане развития и в их первоначальной частоте, без трансформации, с одновременным проведением их в нервы и тело, что требует соответствующего сопротивления, для выработки которого и нужна физическая и психическая тренировка. Это значит, что надо постепенно и осторожно подготовить и разбудить соответствующие нервные центры и научиться их контролировать. Сначала тебе поможет в этом Има, а потом я". 

Има, руководитель группы неофитов, оказался стройным молодым человеком с лицом архангела. Он не производил впечатления мужчины, а был намного выше пола -- андрогином. Над бровями у него виднелись две выпуклости -- знаки мудрости, и все лицо излучало мудрость и любовь ко всему живому, так что я сразу полюбила его, как брата. Има проводил меня в келью, где я переоделась в простую льняную одежду и сандалии, а затем мы вышли в сад, где неофиты выполняли упражнения. Сам Има проходил сейчас последние приготовительные упражнения для получения инициации, после чего должен был стать жрецом. Все неофиты хотели стать жрецами, но далеко не все могли пройти полный курс подготовки; не сумевшие выполнить всех заданий могли потом все же остаться при храме -ухаживать за садом и животными.

Группа Имы состояла целиком из высокодуховных неофитов, которые со стороны отца были потомками Сыновей Бога, как и я. Каждое утро на рассвете мы собирались в саду и начинали с физических упражнений, требующих большой сосредоточенности. Мы принимали различные позы и, делая дыхательные упражнения, направляли наше сознание на разные части тела. После долгой и упорной практики мы смогли сделать все свое тело вполне сознательным, могли управлять всеми его участками и всеми внутренними органами, то есть превратили его в прекрасный инструмент.

После физических упражнений мы шли в большую комнату для тренировки ума и души. Здесь руководитель всех неофитов Ментуптах создавал для нас иллюзии, которые мы должны были переживать так глубоко, как если бы они были реальностью. Мы вызывали в себе различные эмоциональные состояния и учились управлять ими. Ментуптах провел нас через все области высшего и низшего мира, через семь кругов ада и семь небес.
Он учил нас сохранять присутствие духа независимо от происходящего, и благодаря этому мы могли ориентироваться в самых трудных ситуациях и моментально принимать верные решения. Овладев этим, мы перешли к следующей ступени. Мы должны были по команде и уже без мысленных картин испытывать разные эмоциональные состояния, переживая их с такой силой, как будто действительно имели для этого причину. Мы начинали с низшего отрицательного состояния и, двигаясь шаг за шагом, доходили до высшего положительного состояния, например, начинали с глубочайшей удрученности, двигались постепенно к безразличию, а затем через него все выше к радости и через нее к высшему состоянию счастья.

Достигнув и здесь успеха после долгой практики, мы стали учиться быстро переходить из одного эмоционального состояния в другое, переживая их одно за другим, и делать это так же легко, как музыкант пробегает всю гамму от низшей ноты до высшей.

Следующая ступень заключалась в переживании противоположных эмоциональных состояний, одного за другим, без перехода, сразу: от глубокой грусти к высшей степени веселья или от страха тут же к отваге.

Нам разрешалось делать эти упражнения только под руководством учителя. Они требовали большого напряжения нервов, и лишь много времени спустя мы могли переживать без помощи мысленных картин различные эмоциональные состояния так живо, как будто они были внешними событиями нашей жизни. Еще дольше мы учились переживать всю шкалу эмоций, от низших до высших. И только научившись успокаивать нервы после этих упражнений и сохраняя их в этом спокойном состоянии весь день мы допускались к труднейшим упражнениям -- к переживанию диаметрально противоположных эмоций без всякого перехода от одной к другой.

Целью этих упражнений было сделать нас независимыми как от внешних событий, так и от наших личных настроений, то есть дать возможность нам самим определять наши настроения и поддерживать эмоциональное равновесие независимо от происходящего. Нас учили постоянному самонаблюдению и присутствию духа.

Люди думают, что у них всегда есть причины быть веселыми или счастливыми. Благодаря упражнениям с воображаемыми картинами, картинами-фантазиями мы впервые поняли, что у нас фактически нет причин, то есть мы должны вообразить их сами. Другими словами, мы всегда имеем причину для любого настроения, и можно научиться управлять своими причинами.

Затем идет ступень переживания эмоционального состояния самого по себе, без причин, без представления ситуации, которая могла бы вызвать переживаемое настроение. После долгой практики мы открыли, что всегда воображаем, будто имеем причину для грусти или для радости, и убедились, что события нашей жизни не должны оказывать на нас никакого действия. Каждое состояние сознания возникает только внутри нас самих. Одно и тоже событие вызывает у одного смех, у другого слезы, а третьего оставляет равнодушным. И все это потому, что каждый просто проецирует наружу свое собственное внутреннее отношение, а именно оно и только оно вызывает нашу реакцию, а не сами внешние события.

В конечном итоге ученик получает способность всегда сохранять полное эмоциональное равновесие во всех случаях жизни. И еще эти упражнения учат тому, что все, что случается на земле, -- только преходящее сновидение (воображаемая картина), проецируемая во времени и пространстве нами самими. И все это следует принимать настолько серьезно, насколько это обогащает наш опыт.

Но чтобы достичь такой способности, нужно очень долгое время! Надо ведь держать себя все время под строжайшим самонаблюдением, не забываясь ни на мгновение, всегда надо осознавать и анализировать каждое чувство, каждую мысль, прослеживая их до самого истока.
Кроме этой духовной тренировки мы практиковали чисто ментальные упражнения в концентрации. Има проводил их индивидуально, объяснив, что такое концентрация. Я не должна позволять мыслям блуждать бесцельно, а должна приказать себе сконцентрироваться только на заданной идее: стянуть все мысли в одну точку, придав им центростремительное направление. Има дал мне фразу, на которой я должна была концентрироваться, и ушел. Фраза была: "Я всегда проявляю божественное начало". Я села и начала концентрацию на этом предложении, повторяя ее мысленно десять, двадцать, сто раз и не думая ни о чем другом. Через час я сказала Име, что не могу сосредоточиться на фразе, потому что надо устремить все мысли в одну точку, а фраза состоит из нескольких слов, следующих друг за другом во времени и пространстве. И я не могу свести эти слова мысленно в одну точку одновременно, а лишь одно за другим. А когда я продумываю это предложение до конца, я снова должна возвращаться к началу, и концентрация не получается. Има сказал, что я права и что нельзя концентрироваться на словах, потому что слова сопротивляются стяжению в один центр. То же получается и с одним словом, так как оно состоит из букв. "Что же делать?" -- спросила я. "Попробуй концентрацию на одной букве, например на "о"".

И вот, сидя на траве, я мысленно стала повторять "о", "о", "о"... не думая ни о чем, кроме "о". Тут я сделала новое открытие: "о" неожиданно превратилось в трубу, "о"-образный тоннель, в котором я двигалась все время вперед. Има остался доволен мной, сказал, что я уже достигла четвертого измерения и предложил снова попробовать концентрацию на том же предложении. Подумав, я решила, что слова -это лишь материальная оболочка значения, и стала концентрироваться только на значении всей этой фразы. Тогда я обнаружила, что не могу уже больше думать о ней, так как весь внутренний процесс переместился из головы в сердце, и я уже чувствовала, переживала эту фразу. Я сама стала этим значением и фраза теперь выглядела иначе, точнее: "Я есмь божественность проявляющая себя". Има одобрил меня и объяснил, что концентрация не может быть перманентным состоянием, а является только переходом между проецируемым миром и существом; здесь нельзя остановиться на процессе думания, так как концентрация ведет человека обратно к самому себе, и он становится той самой вещью, на которой концентрируется. Думать о чем-то -- это значит проецировать мысль вовне с помощью интеллекта, то есть выступать из себя, при концентрации же мы вытягиваем эту проекцию обратно и предмет мысли становится идентичным с самим человеком, то есть созданное возвращается к создателю, и они соединяются в совершенном единстве.

Следующим заданием была концентрация на пальме, под которой я любила сидеть. Я села там и сосредоточила все свои мысли на этом дереве. Шли часы, настал вечер, и нужно было идти домой. Утром я снова была в храме и после групповых упражнений опять заняла свое место под пальмой. Сначала меня отвлекли посторонние мысли, я была еще в мире мыслей, но я отгоняла их, постепенно погружаясь все глубже в себя, в глубину, куда мысли уже не могли следовать и отвлекать. Я думала о пальме, и она медленно наполнила все мое существо. Проходили дни, может быть недели, я не знаю, я потеряла всякую связь с внешним миром. И вдруг я испытала странное чувство, будто я смотрю на пальму не со стороны, а изнутри. Со все возрастающей силой я стала видеть и переживать ее внутреннюю сущность, сама стала пальмой. И, наконец, наступил момент осознания того, что пальма во мне, а я -- в ней, я сама -- пальма! Погруженная в себя, я потеряла ощущение времени и пространства.
Но вдруг какая-то сила медленно потянула меня назад, в мое личное сознание, и я увидела Иму, стоящего передо мной.

Вечером я рассказала обо всем моей верной служанке Мену, которая очень любила меня, но не понимала. Она посмеялась надо мной, а я огорчилась, поняв, что не должна была делиться с ней переживаниями, которые намного выше уровня ее понимания.

Следующей моей задачей было приобретение умения хранить молчание. Я снова и снова терпела здесь неудачу, не умея оказать достаточного сопротивления побуждению к общению, которое заложено в душе каждого человека. Я училась держать это побуждение под постоянным самонаблюдением и контролем. Постепенно я выработала привычку внутренне прослушивать то, что собираюсь сказать, и молчать, кроме тех случаев, когда мне действительно есть что сказать. Я научилась распознавать в себе два существа: личное "эго", которое часто склонно к бесконтрольной болтовне, просто ради общения и привлечения внимания к своей персоне, и лежащую в основе моего сознания высшую сущность, которая сдерживает мое личное "я", указывая ему, когда и что говорить и делать. Очень важно слушать эти призывы и подчиняться им; просто слышать их недостаточно.
Има продолжал руководить моими занятиями и упражнениями в концентрации, давая объяснения. Вот эти объяснения:

"При концентрации человек проходит три ее фазы: интеллектуальную, эмоциональную и духовную.

На первой ступени вы направляете мысли на объект концентрации и ищете подходящее определение, которое ясно и полно выражает этот объект. Работа интеллекта на этом кончается, ибо думание -- это мост между названием и знанием. Зная, вам не надо думать, как Богу, который всеведущ. Думать надо только для расширения знания.

Затем идет вторая фаза концентрации, когда происходит переход от размышления к ощущению. Ваше сознание проецирует наружу через нервную систему все признаки объекта, отпечатывая их на ваших органах чувств. Вы ощущаете каждым нервом, каждой каплей крови ваш объект.

Третья фаза -- это духовная концентрация. Ваше сознание становится идентичным с объектом концентрации. Вы больше не думаете о нем, не ощущаете, вы -- он! Мы называем это состоянием существования. Все ваши мысли, слова, поступки становятся проявлениями объекта вашей концентрации. В первых двух фазах вы отделены от объекта, в третьей -- сливаетесь с ним. Ваше тело, конечно, не превращается в объект, но в своем сознании вы переживаете это состояние. Представьте, что вы сидите на берегу реки и концентрируетесь на воде. Сначала вы размышляете, что такое вода, думаете о ее составе, температуре, цвете и всех других свойствах, пока интеллект не исчерпает всего, что можно знать о воде. Потом вы входите в реку и непосредственно ощущаете воду, чувствуете ее температуру, плещетесь в ней, поднимая рябь. Это вторая фаза. При полной же концентрации наступает момент, когда вы уже не осознаете своей отделенности от воды, вы уже -- не человеческое тело, -вы сами стали водой. Здесь вы уже ничего не думаете о воде и не ощущаете ее. Это -- состояние сущности, третья фаза концентрации.

Посмотрите на людей вокруг. Они постоянно говорят о любви и добре, расточая сладкие улыбки и стараясь всячески показать окружающим, что они "любящие" и "хорошие". Но это только снаружи, это только маски, а когда доходит до дела, они обнаруживают свою эгоистичность, потому что они сами -- суть эгоистичность. Другие же, ничего не говоря о добре и никогда не думая о том, что они хотят быть "добрыми", говорят и поступают так, что проявляют во всем добродетель, потому что они сами суть добродетель.
Человек не думает о том, чем он является, и не чувствует этого; он просто есть то, что он есть! И ему не нужно говорить об этом, ибо все, что он думает, говорит и делает есть выражение того, чем он является, есть проявление его собственной сущности.

Самая трудная задача -- концентрация на самом себе! Сначала -размышление о теле, потом -- ощущение себя и, наконец, вы должны стать тем, что вы есть!

Так как ты стала сознательной здесь, на земле, ты должна была раньше покинуть свое истинное "я" и войти в свой ум и чувства. Но пока ты способна только думать о себе и чувствовать себя, ты никогда не можешь быть самой собой. Понаблюдай за людьми -- они не то, чем являются на самом деле. Они отождествляют себя с мыслями, чувствами и ролями, которые играют здесь, на земле. Они "выпали" из своих истинных "я" и стали притворщиками, людьми, живущими в воображаемом мире. Только в глазах очень маленьких детей можно увидеть свет истинного "я". Когда пробуждается интеллект, ребенок начинает отождествлять себя с внешней личностью, все более удаляясь от своей истинной божественной сущности. А личность -- только маска, сквозь которую истинное "я", великое и невидимое, смотрит на мир. Личность -- не более чем инструмент для проявления этой сущности. Но люди так привязываются к своим маскам, что уже не могут от них освободиться. Истинное "я" -- король и хозяин, а личность -- только его слуга. Но сыновья людей отбросили свое истинное "я" и, спустившись с трона, отождествили себя со своими масками, личностями. Они сделали короля из слуги и отделились от своей истинной сущности. Они изгнали свое высшее "я" в ссылку, бессознательное. Это разделение вызвал интеллект, а с помощью упражнений в концентрации и усилий стать сознающим этот же интеллект может превратиться в инструмент для ликвидации этого разделения и возвращения назад, к нашему истинному "я". 

Отныне твоей единственной задачей будет концентрация на самой себе с происхождением всех трех фаз концентрации, пока ты не достигнешь полного отождествления со своим истинным "я", пока ты действительно не станешь собой. Это то состояние, которое можно обозначить в первом лице: "Я есмь то, что я есмь". Но будь внимательна: недостаточно ни думать, что ты есть, ни чувствовать это; ты должна быть тем, что ты есть в своем истинном внутреннем "я". Такова задача твоей концентрации перед посвящением".

Так я вступила в долгую полосу моей жизни, посвятив себя этим двум задачам: обретению собственной сущности и умению хранить молчание.

Отрывок книги Элизабет Хейч "Посвящение"