ВОЗДЕРЖАНИЕ И АСКЕТИЗМ

Люди воздерживаются от половых сношений по трем причинам: во-первых, потому что связанная с этим ответственность им не по плечу; во-вторых, поскольку секс вызывает у них отвращение; и в-третьих, так как в аскетизме они видят путь к обретению духовности.
Что до первой причины, то здесь высшим судьей должна быть наша совесть, и, жертвуя собой, дабы не причинить вреда другим, мы тем самым совершаем огромный шаг на пути к духовному совершенствованию, даже если к этому нас побудило ошибочное суждение.
Что касается второй причины, то здесь слово за врачом, ибо ни одному здоровому человеческому организму это ощущение несвойственно. Подобное отвращение является не признаком высокой духовности, а болезненным симптомом. Единственной здравой основой для духовного развития является здравый рассудок. А Святая инквизиция и Прибежища любви суть порождения свихнувшихся умов, всецело захваченных духовными амбициями.
Что касается третьей причины, то она требует более подробного разговора, ибо крайнее физическое самоограничение всегда провозглашалось теологами непременным условием духовного совершенствования.
Странно, однако, подумать, что можно угодить Богу, осуждая творение Его рук, ибо если секс противен Ему, то зачем Он его создал?
Отцы Церкви вынуждены были реагировать на развращенность приходящего в упадок язычества, в среде которого они жили, и из одной крайности впадали в другую. Напуганные всеобщим падением нравов, они бросились в аскетизм.
Но лишь очень немногие наделены достаточным величием, чтобы опередить породившую их цивилизацию, и, поскольку большинство доктрин основано на традициях своего времени, а не на универсальных принципах, то они столь же преходящи, как и те люди, для которых они создавались.
Нынешние отношения между полами, даже в их самой приземленной форме, значительно отличаются от тех, которые царили в эпоху, когда Церковь формировала и укрепляла свои традиции. Осуждению Отцов Церкви подвергалась не гуманистическая любовь между мужчиной и женщиной, лишь малой частью которой была физическая страсть, но культивирование животного начала в такой степени, что оно возобладало над человеческим.
Оккультист находит решение этой проблемы в учении о Семи Планах. Для него каждый План имеет свое собственное место и свои функции, и значение второго Плана ничуть не меньше, чем значение Седьмого. Человек не может достичь совершенства без должного развития каждого аспекта своей семиплановой природы.
Главной причиной всякого зла являются различные смещения и диспропорции в развитии. В линии духовного развития не должно быть пробелов; основой здравого разума должно быть здоровое физическое тело и здоровое тело желаний, в противном случае нечего и говорить о ясности духовного видения.
Посвящение открывает один за другим все Планы, не пропуская ни одного из них, и если человек не разовьет в себе сполна тех качеств, которые присущи каждому из Планов, то он так и не ощутит всей полноты ее значения и не сможет испытать всей глубины чувства.
Эзотеристы расходятся во мнениях с теологами, утверждая, что каждый аспект человеческой природы должен достигнуть полного развития, а человеку надлежит полностью владеть всеми функциями своего организма; однако и те, и другие сходятся в том, что в отдельных аспектах высшей жизни сексуальные функции отсутствуют.
Тем не менее эзотерист воздерживается от исполнения этих функций не потому, что считает их порождением зла, но потому, что энергия, которую пришлось бы на них затратить, необходима ему для иных целей.
Краеугольным камнем в эзотерическом аскетизме является концентрация энергии, а не стремление избежать зла, поскольку с точки зрения эзотериста ничто из созданного Богом не есть зло, но всему есть свое время и место. И для него тоже предназначено свое место в той или иной фазе развития, сколь бы высокими ни были его устремления.
Он верит в то, что человек, прежде чем питать надежду стать сверхчеловеком, должен стать человеком в полном смысле слова. Его аскетизм заключается в направлении своих жизненных сил на те Планы, где они ему необходимы, и в подавлении их в тех сферах, где они ему временно не нужны — и не потому, что такое их использование было бы злом, но потому, что они были бы затрачены впустую.
Для достижения своих целей ему необходим абсолютный самоконтроль, контроль настолько совершенный, что ему не будет нужды сдерживать свои желания, ибо он просто не будет их испытывать. Не овладев этим мастерством, он не сможет управлять теми силами Внутренних Планов, которые, окажись они в его руках преждевременно, обратятся против него самого. Вот почему эти силы окружены такой глубокой тайной, ибо в сфере разума мысль есть вещь, а настроение есть место.

ПОЛЯРНОСТЬ ВНУТРИ ГРУППЫ

Современная наука лишь начинает понимать, что психология толпы состоит не из суммы характеров составляющих ее людей. Но эта истина с давних пор известна эзотерической науке, которая успешно использует ее в своей практике. Ритуал получает значительно больший энергетический заряд, когда фокусируется на группе и пробуждает силы группового разума.
Теория группового разума, будучи хорошо известной оккультистам, едва знакома психологам, которые никогда не вели исследований в этом направлении. Потому нам следует коротко осветить этот вопрос с тем, чтобы яснее представить его особую связь с темой нашей книги.
(Позвольте мне, однако, сказать для тех, кто уже знаком с эзотерическими концепциями в их экзотерической форме, что групповой разум — это не то же самое, что групповая душа.)
Определенная часть подсознательного разума не ограничена рамками личности. Когда некое количество людей сосредоточивает свое внимание на одном и том же объекте и испытывает в отношении этого объекта одно и то же чувство, как, скажем, когда внимание паствы сосредоточено на священнике — то ли с любовью и благоговением, то ли с негодованием и ненавистью — то свободно текущие частицы их подсознания стремятся собраться вместе и слиться в единое облако, которое осеняет всю группу (следует четко уяснить, что это чистая метафора).
Сформированный таким образом составной разум будет содержать лишь те идеи и чувства, которые направлены к данному объекту внимания. Эти идеи растворяются в его субстанции, находя таким образом путь в подсознательный разум всех людей, составляющих группу, и уже оттуда воздействуют на их сознательный разум. Потому такое огромное значение придается тщательному отбору членов любой из тесно сплоченных групп, ибо одна-единственная доминирующая личность способна сильно влиять на всех остальных.
Обретая достаточную степень организованности, групповой разум сливается с теми природными силами, которые ему больше всего сродни. Например, благотворительный групповой разум будет черпать духовные силы в воодушевляющей его вере, а патриотический групповой разум — в коллективной душе своего народа. Поэтому, хотя отдельные индивидуумы почувствуют, что при вовлечении в создание группового разума их собственная энергия как бы вытягивается из них, но зато когда этот разум уже создан, он сам, в свою очередь, становится для них источником энергии.
Конкретный пример поможет прояснить эту довольно сложную и необычную концепцию. Представим себе человека, выполняющего некую духовную миссию. Ценой огромных усилий ему удается собрать вокруг себя небольшую группу верующих. Но справившись с этой задачей, он обнаруживает, что его работа стала намного легче, и проповедует он с большей силой и убеждением, затрачивая меньше усилий, что его вдохновение обретает большую мощь и не столь хаотично. Любая дисгармония или безразличие внутри группы будет больно ранить его.
Любой религиозный проповедник подтвердит на основании собственного опыта, как тяжко общаться с безучастной, словно балласт, паствой, и какое вдохновение приносит восторг и энтузиазм слушателей. Видные деятели церкви отлично понимают, какая поддержка и мощный импульс исходит от группового разума, основанного на общем интересе и энтузиазме. Он, подобно маховому колесу, возносит людей над мертвой точкой собственных недостатков. Для этих людей групповая душа действует как мужская сила, побуждая их к творческой деятельности и оберегая от внешних воздействий и противоречий.
Если же речь идет о толпе, то здесь положение меняется на обратное, — групповая душа подпитывается ее энергией. Однако, черпая из людской массы жизненные силы, она как бы создает духовное всасывание, и свежие жизненные силы вливаются в людей из окружающего мироздания.
Одна из главных проблем одиноких женщин заключена в застойной безысходности их неиспользованных жизненных сил. Групповой разум, обращаясь к этим силам, предотвращает застой и пускает их в круговорот. Давно замечено, что всякое религиозное или благотворительное движение черпает немалую долю своей энергии от собирающихся в них одиноких женщин, которые находят в подобной деятельности выход своим нерастраченным жизненным силам. Эти женщины вливают в групповой разум ту энергию, которая — будь у них своя семья — была бы поглощена любовью и заботой о муже и детях.
Так вершится труд цивилизации, — групповая душа нации впитывает в себя энергию бесчисленного множества женщин. Для всех высокоразвитых цивилизаций характерна тенденция к рождению избыточного числа женщин, — более, чем того требуется для продолжения рода. Эти женщины появляются на свет с определенной целью, ибо без них не обойтись в тех групповых трудах, посредством которых приводятся к проявлению высшие фазы эволюции.
Зная этот факт и осознанно используя предоставляемые им возможности, одинокая женщина вполне может найти свое место в мире, отыскать выход своей нерастраченной энергии и самой влиться в великий поток психической жизни нации, представляющий собой мощный источник вдохновения и удовлетворения для тех, кто плывет с ним в едином русле.
Таким образом, групповой разум имеет два аспекта. С одной стороны, это вместилище силы, из которого лидеры группы черпают энергию для своей созидательной работы. С другой — это выход для невостребованной и нерастраченной энергии масс.
Знание этого факта является ценным вкладом в решение проблемы избытка женщин в роде человеческом.