ЛЮДОЕД ХААРМАН И ДРУГИЕ

Если понятие «вампир» вряд ли применимо в достаточной мере в случае с Бертраном, то он вполне проявился в истории немца Фрица Хаармана, известного в 20-е годы нынешнего века под кличкой Ганноверский Кровопийца. Он был младшим сыном в семье грубого, неотесанного рабочего и жил в промышленном городе Ганновере, ненавидя и боясь своего отца, пишет Монтегю Саммерс. В отрочестве его задерживали за издевательства над младшими детьми, но, констатировав ограниченность его умственного развития, суд признал его невменяемым и направил на лечение.

Хаарман сбежал из лечебницы и вернулся домой, и тут после нескольких крупных ссор отец отправил его в армию. Но тот прослужил недолго и, отпущенный по болезни, снова оказался дома. Его неоднократно арестовывали за хулиганство и разбой. Отбыв заключение, он в 1918 году, казалось, начал нормальную жизнь, открыв мясную лавку и сколотив немалый капиталец в голодное послевоенное время. Одновременно стал осведомителем ганноверской полиции, сообщая ей о криминальных элементах в городе, благо знал их прекрасно. Как выяснилось впоследствии, он использовал свою связь с полицией для проворачивания жутких кровавых дел.

Возле железнодорожного вокзала Ганновера постоянно крутилось множество мальчишек и молодых людей, переезжавших из города в город в поисках работы. Поскольку полиция знала Хаармана как своего помощника, ему было позволено по ночам заходить в зал ожидания третьего класса. Там он будил какого-нибудь парня, спящего на лавке, официально требовал предъявить билет, расспрашивал, куда и зачем тот направляется. Потом в порыве якобы доброжелательности предлагал переночевать у него в более сносных условиях. Немногие шестым чувством догадывались о гнусных намерениях Хаармана. Большинство же молодых людей покорно, как ягнята, шли за ним.

В каморке за магазином Хаарман, мужчина сильный, крупного сложения, душил свою жертву и вонзал зубы ей в горло. Немногие выдуманные вампиры могли поспорить по кровожадности с этим живым кровопийцей!

Карьера вампира оборвалась неожиданно, едва успев начаться, благодаря тонкому листку бумажки. Его первой жертвой был юноша Фридель Роте 17 лет. Он отправил открытку матери, которая и получила ее как раз в то самое время, когда сын стал жертвой Хаармана. Роте сообщал, что ему только что предложил кров какой-то «детектив». Обеспокоенная мать заявила в полицию Ганновера, и там быстро вычислили, что этим «детективом» мог быть вероятней всего Хаарман. Отправились к нему на квартиру. Его застали как раз с очередной жертвой и арестовали. В тот раз полиции так и не удалось обнаружить отрезанную голову Фриделя Роте, которая, как годы спустя показал Хаарман, «была спрятана под газетой за занавеской». Позднее он выбросил ее в канал.

Однако вместо того, чтобы осудить убийцу, его приговорили к девятимесячному заключению за… непристойное поведение. И конечно, выйдя на волю, он продолжил свою преступную практику!

По официальным данным, жертвами Хаармана, прежде чем его снова отловили, было 24 молодых человека, хотя некоторые свидетели утверждали, что он убил и пил кровь 50 юношей. Самому старшему было 18 лет, а младшему — 12. Хаарману в его семилетней эпопее убийств помогал некий Ханс Гране. Этот внешне ничем не примечательный молодой человек, не вызывавший ни малейших подозрений, часто приводил к маньяку его будущих жертв; одного мальчика он заманил только потому, что ему понравились его новые брюки, другого — из-за яркой рубашки.

Скрывать последствия злодеяний Хаарману помогала близость канала, проходившего позади его дома. Множество черепов и костей, обнаруженных в нем весной 1924 года, стали вещественными доказательствами его преступлений.

…Тучи сгустились при очередной попытке заманить молодого человека по имени Фромм. Тот начал громко возражать и сопротивляться, чем привлек внимание полиции. Задержали обоих. Полицейские обыскали жилище Хаармана и обнаружили несколько расчлененных тел. Сам маньяк признал за собой 27 убийств, но полиция так и не смогла доказать некоторые из них. Однако никакие подробности злодеяний не вызвали такого шока жителей Ганновера, как одна деталь обвинительного заключения: Хаарман добавлял мясо с мягких частей тела своих жертв в колбасы, которые не только ел сам, но и продавал посетителям своей лавки.

На суде в 1924 году, когда ему предъявили обвинение в 24 убийствах, он заявил, что невменяем и при совершении злодеяний находился в состоянии транса. Суд отклонил это заявление, приняв во внимание «целенаправленную сознательную деятельность» по отбору жертв и заманиваю их к себе домой и также «разделке» тел. Суд приговорил его к смерти, а Гранса — к пожизненному заключению. И хотя слово «вампиризм» официально не прозвучало на судебном процессе, смертная казнь была назначена через обезглавливание.

15 апреля 1925 года голова ганноверского вампира скатилась в корзину, отрубленная тяжелым лезвием меча, — необычный для Европы XX века способ умерщвления преступников. Саммерс не счел это удивительным: «То было нечто большее, чем просто совпадение с обычным в вампирной практике отделением головы от тела. Это самый эффективный способ уничтожения злодейства».

…Питер Куртен «выходил на охоту» ночами. Жертвами его становились и люди, и животные. Однажды ночью в Хофгартене, национальном дюссельдорфском парке, он напал на спящего лебедя, отрезал ему голову и пил его кровь. С 1923 по 1929 год Куртен совершил 7 убийств (удушений) и 20 поджогов. Жертвам двух преступлений удалось выжить, и слухи об убийце распространились по округе. Однажды Куртен встретился с Марией Дадлик, и та, очарованная его внешностью и манерами, согласилась пойти к нему домой. Там они выпили чаю, но, когда он стал приставать, Мария потребовала, чтобы он отвез ее в отель, где она остановилась. Курт согласился, но вместо этого повел ее в лес и пытался задушить. Далее он повел себя довольно странно: спросил, помнит ли она, где он живет. Мария солгала, сказав, что не помнит. Тогда Куртен довел ее до дороги и ушел. Мария навела полицию на след Куртена. Незадолго до ареста он сознался жене в своих преступлениях, и та позвала полицию. Питеру Куртену по приговору суда отрубили голову 2 июля 1931 года.

Надо заметить, что в последующие годы случаи массовых убийств, подобные практике Фрица Хаармана и Питера Куртена, в западном мире стали случаться чаще. В 40-е годы к смерти был приговорен англичанин Джон Джордж Хейг за убийство 20 человек: он пил их кровь, а затем растворял тела в кислоте; на Флит-стрит ему дали прозвище Вампир Кислых Ванн.

Гай «прославился» после второй мировой войны. Все началось после того, как ему стали сниться сны, будто он находится в лесу, где деревья превратились в кровоточащие тела. Потом какой-то человек предлагает ему выпить крови из чаши. Гай пытается преследовать этого человека, но так и не может догнать его. Во сне он так и не попробовал крови. Гай чувствовал, что сны являются как бы предзнаменованием, призывом убивать и пить кровь. И действительно, когда он стал совершать преступления, сны прекратились.

Гая арестовали, когда он совершил девятое убийство. Миссис Дюран-Декон была подругой Гая, он пригласил ее в свою «лабораторию», где якобы занимался выращиванием искусственных ногтей. Гай выстрелил ей в голову из револьвера 38-го калибра. Позже он сознался, что надрезал женщине шею, собрал кровь в стакан и выпил. Потом снял с нее драгоценности и уложил тело в большой бак с серной кислотой. Его ошибкой было то, что он заложил украшения миссис Дюран-Декон, и полиция выследила его. Гай сознался в этом и во всех остальных преступлениях и был повешен.

…В конце 50-х годов тихий и незаметный бакалавр наук Эдди Гейн из Висконсина, США, был застигнут в своем деревенском доме за составлением коллекции из кожи, голов и других частей тела по меньшей мере десяти человек. Он сознался в убийстве двух человек, заявив, что остальные добыл, грабя могилы.

Однажды январской ночью 1973 года Джону Паю, молодому офицеру английской полиции, поручили расследовать обстоятельства смерти одного мужчины. Однако буквально спустя час заурядный на первый взгляд случай превратился в одно из самых странных происшествий, с каким когда-либо сталкивалась полиция. Констебль Пай обнаружил, что комната умершего погружена в темноту. Хозяин, казалось, боялся электрического света, поскольку нигде в квартире не было видно ни одной лампы. Зато луч фонаря высветил необычную картину. Она явно свидетельствовала о том, что хозяин намеревался дать отпор вампирам. По всей комнате, а также на одеяле была рассыпана соль. Мешок с солью находился рядом с головой мертвого мужчины, другой — у его ног. Умерший, по-видимому, смешивал соль со своей мочой в различных емкостях, расставленных по всей комнате. Снаружи, на подоконнике, полицейские нашли опрокинутую миску, прикрывавшую смесь человеческих экскрементов с чесноком.

Умершим был Деметриус Мийкиура, польский эмигрант, поселившийся в Британии 25 лет назад, вскоре после второй мировой войны. Он работал гончаром в Стоук-на-Тренте, центре гончарного производства Англии. Это было место, весьма удаленное от традиционных прибежищ вампиров — например, трансильванских лесов в Румынии. Стоук-на-Тренте — индустриальный город с загрязненным фабричными трубами воздухом и горами шлака. Напротив железнодорожного вокзала высится большой старомодный отель, перед которым установлена статуя самого знаменитого жителя города Джозиа Ведгвуда, благодаря которому гончарное дело приобрело в этих местах грандиозный размах. Отсюда во все стороны расходятся узкие темные улочки с маленькими домишками. В этой части города в одном из старых домов и обитал Мийкиура. Дома выглядели мрачными и даже зловещими. Их местные острословы называли попросту — «виллы». В «вилле» номер три и умер Мийкиура.

Как и полагается, тело было доставлено на вскрытие. Патологоанатом установил, что Мийкиура подавился маринованным луком. Следователь нашел это странным, заметив, что не так уж часто люди «заглатывают пищу не жуя и умирают». У молодого полицейского не выходила из головы картина, которую он увидел. Он отправился в публичную библиотеку и засел за «Историю вампиров» Энтони Мастерса. По мере чтения его подозрения усилились: соль и чеснок традиционно использовались против вампиров, поскольку считается, что запах чеснока губителен для них. Выяснив все это, следователь настоял на повторном исследовании трупа. Было обнаружено, что причиной смерти послужил зубчик чеснока. Несчастный пошел на крайние меры: спал с чесноком во рту, чтобы уберечься от вампиров. Так или иначе, вампирам удалось «добиться своего».

Что же это за вампиры, которые в буквальном смыс ле до смерти перепугали бедного Мийкиуру? Предрассудок? Возможно. И тем не менее Мийкиура верил в них. Он был убежден, что вампиры существуют — и не только в отдаленных лесах Трансильвании. Деметриус Мийкиура считал, что ему угрожает опасность в британском городе в 70-х годах.

«Этот мужчина искренне верил», — заметил следователь позже. Он отрицал, что Мийкиура был сумасшедшим, возможно «одержимым идеей». Поляк, родившийся в 1904 году, потерял все во вторую мировую войну. Его жена и все члены семьи погибли, а ферма была разрушена немцами. Он приехал в Англию, не имея ничего за душой.

«Будучи юристом, — говорил следователь, — я разбирал самые разные дела. Видел много разврата, бессмыслицы, но я могу понять, что накопилось в душе этого человека. Много зла выпало на его долю. „Отлично, — подумал он, — я принимаю вызов“, и он убедил себя в существовании вампиров. Я убежден, что этот мужчина на самом деле не на шутку боялся вампиров и умер не по своей воле».

Даже в Нью-Йорке, казалось бы, наименее притягательном месте для вампиров, произошло сравнительно недавно два странных случая, описанных писателем Джеффри Блитом. Девушка, назвавшая себя Лилит, рассказала двум психологам, что встретила на кладбище молодого мужчину, который пристал к ней и пытался поцеловать. Но вместо того чтобы ответить на поцелуй, она впилась зубами в шею мужчины, так что показалась кровь. «Я никогда не считала себя Дракулой, — говорила она, — скорее дурным человеком, любящим вкус крови». Вторым вампиром был молодой мужчина по имени Карл Джонсон, который пробрался ночью в спальню сестры, проколол ей ногу и сосал кровь. Так, по его словам, он мог утолить жажду, и это придавало ему силы.

В 1974 году снова заговорили об охотниках за вампирами. Это случилось во время второго судебного процесса Давида Фарранта, президента Британского оккультного общества, которого в суде называли «высокопреосвященством». Хотя об этом и пытались не слишком распространяться из-за ужасающих подробностей дела, газетчики тем не менее сделали свое дело, сочиняя заголовки первых полос, как, например, такие: «Проказы в катакомбах», «Высокопреосвященство читает лекции по колдовству». Говоря о девушках, танцующих обнаженными на колдовских сборищах, судья сухо, но справедливо заметил, что, наверное, им было довольно холодно отплясывать в таком виде в октябре.

А случилось вот что. После того как в 1970 году в телевизионном интервью Фаррант заявил, что на кладбище Хайгет замечен вампир ростом в семь футов, сотни охотников за вампирами устремилась в указанное место. Против Фарранта возбудили дело. Пораженные судьи разбирали дело, в котором говорилось, что могилы были разрушены, а трупы изуродованы железными пиками. (Тела впоследствии были аккуратно, насколько было возможно, положены на свои места, чтобы не тревожить чувств родственников.) В доме Фарранта были обнаружены фотографии обнаженных девушек в одном из кладбищенских мавзолеев, и полицейский доложил, что у окон, около двери была рассыпана соль, а в изголовье гроба висел большой деревянный крест. Выяснилось также, что Фаррант посылал в полицию утыканных иголками кукол культа вуду.

Фарранта обвинили в разрушении кладбища, посещении склепов на священной земле кладбища и осквернении останков, «что явилось попранием религии, приличий и морали и привело к скандалу». Фаррант, соглашаясь, что иногда проводил оккультные собрания на кладбище Хайгет, отрицал все обвинения и утверждал, что за разрушения ответственна сатанинская секта и вандалы. Он был признан виновным и приговорен к лишению свободы почти на пять лет.

Существует тенденция, не лишенная основания, списывать подобные случаи на счет умственных расстройств фигурирующих в них лиц. Однако недалеко от кладбища Хайгет жил человек, который воспринимал рассказы о вампирах серьезно. Это был преподобный Кристофер Нейл-Смит — ведущий британский экзор-сист, пишущий на данную тему. Он рассказал о нескольких случаях, когда люди обращались к нему за помощью в связи с вампирами. «Один из случаев, наиболее поразивший меня, — писал Нейл-Смит, — связан с женщиной, которая показала мне отметины на запястьях, которые появлялись за ночь: из ран определенно отсасывали кровь. Этому не находилось никаких разумных причин. Это было похоже на укус животного. Что-то вроде царапины». Нейл-Смит не считал, что женщина могла нанести себе сама эти раны. Она приходила к нему, когда чувствовала, что из нее сосут кровь, и после совершения экзорцизма отметины исчезали.

Другой человек приехал из Южной Америки, с ним случилось, по словам Нейл-Смита, «нечто похожее, ночами на него как будто нападало животное и сосало кровь». И снова он не мог найти объяснения. Был еще случай с мужчиной, у которого после смерти брата возникло странное ощущение, что кровь медленно вытекает из его жил. «Этому были доказательства, — говорит Нейл-Смит, — до этого он был абсолютно нормальным человеком, но после смерти брата ему стало казаться, будто жизнь уходит от него, как будто дух брата подпи-тывался через него. Когда был совершен экзорцизм, он воспрянул духом, как будто по его телу снова заструилась свежая кровь». Нейл-Смит исключает возможность простого психологического объяснения этого случая, например, чувства вины по отношению к умершему брату: «Между ними не было разногласий. Иногда он и сам не был уверен, что им (вампиром) был его брат».

Священнослужитель определяет вампира как «полуживотного, получеловека» и абсолютно отрицает предположение, что это явление «сплошной вымысел». «Я думаю, слишком наивно полагать так, — говорит он. — Факты свидетельствуют об обратном». Утверждая, что вампиризм существует, он отождествляет это странное поверье с устойчивой формой дьявольского культа.

В 60, 70 и 80-е годы целая серия сообщений о серийных убийствах заполнила первые полосы газет: семья Чарлза Мэнсона, йоркширский потрошитель, бостонский душитель и душитель лос-анджелесский из Хиллсайда, Джон Гейси, Чарлз Непогода, Тед с Набережной — эти имена шокировали публику, пока шло расследование их дел. Конечно, о них ни в коемслучае нельзя говорить как о настоящих вампирах, но для сенсационности и красного словца писатели их к таковым относили, как это имело место с Вампиром Кислых Ванн.

Настоящего вампира-женщину, якобы дальнюю родственницу знаменитой Кровавой Графини из Венгрии, Анджелу Бутрос (см. о ней в следующей части настоящей книги) разыскивает сегодня полиция двух континентов.

Представители правопорядка сообщают, что Анджела Бутрос совершила последнее преступление в Дюссельдорфе (Германия) в сентябре 1955 года. А сейчас, как считает полиция, она покинула эту страну и находится в Соединенных Штатах. «При обыске ее мрачной квартиры мы обнаружили квитанцию на приобретение авиабилета в Америку», — объясняет свое предположение следователь из Дюссельдорфа Уго Штернер.

Американские спецслужбы в поисках кровопийцы ведут круглосуточное наблюдение в Бостоне, Нью-Йорке, Балтиморе, Атланте и Майами. Известно, что Анджела Бутрос предпочитает скрываться в районах с развитой сетью подземного транспорта — метро.

Во время обыска квартиры Бутрос в Дюссельдорфе был обнаружен портрет Эржебет Батори (ей посвящена отдельная глава этой книги. А нагрянули сыщики в ее логово после того, как им кто-то позвонил и назвал адрес, по которому находятся три бездомные девушки с перерезанным горлом. Помимо них в квартире нашли схему родословного древа, на вершине которого находилась Батори, а в самом низу — Бутрос.

Разумеется, большинство полицейских считают, что убийца — «обычная» маньячка, возомнившая себя прапраправнучкой вампирши. Однако кое-кто из экспертов убежден, что они имеют дело с настоящим упырем-женщиной, в которой взыграли зловещие склонности Кровавой Графини…

Сегодня подобных убийц квалифицируют лишь как умственно отсталых, социопатов или просто носителей вселенского зла. Простые люди склонны рассматривать их как современный феномен, продукт нашего противоестественного, подверженного стрессам общества. И все же их поведение — отнюдь не новое явление. Оно сходно с тем, что мы всегда приписывали — ошибочно — диким животным: жестокие и бессмысленные убийства. Не из-за того, чтобы выжить, а вследствие страсти или стремления удовлетворить неведомую темную внутреннюю потребность.

Если предположить, что в мире вампиров существует такая же иерархия, как и среди людей, то с Кейн Преели — еще одной современной представительницы вампиризма — может сравниться разве что граф Дракул а. После того как госпожа Пресли из города Эль-Пасо штат Техас, дала интервью автору нашумевшей в США книги о вампирах «В крови что-то есть», ей буквально не дают прохода. Более того, в ее адрес приходят цельые горы писем от журналистов из Аргентины, Венесуэлы Мексики, Франции, Англии и Австралии, которые умоляют вампиршу поговорить с ними. Интерес репортеров к Пресли подогревает и то обстоятельство, что, согласно приведенным в книге данным, в Америке сегодня живет около 8 тысяч вампиров.

«Я никак не ожидала, что стану то ли звездой, то ли пугалом, — говорит 38-летняя г-жа Пресли, вампирский стаж которой составляет уже без малого 30 лет. —Все интересуются примерно одним и тем же: сплю ли я в гробу и есть ли у меня клыки». И хотя клыков у него нет и не было, многие полагают, что в ее внешность есть что-то «вампирское», например, тонкое, бледное лицо, обрамленное черными волосами. Образ вампир ши дополняет темная одежда и губная помада кроваво-красного цвета.

По словам г-жи Пресли, ей ежедневно необходимо «как воздух» один-другой стаканчик крови. Свою потребность она удовлетворяет следующим образом: либо предлагает мужчинам секс в обмен на их кровь, либо обращается к местной молочнице, которая дает ей немного коровьей крови. Пресли годами стеснялась своего пристрастия и не рассказывала о нем никому, кроме ближайших друзей. Однако один из ее приятелей не сумел удержать язык за зубами, и тайна стала известна знакомым и сотрудникам Пресли. Некоторые отвернулись от нее, однако многие отнеслись к ее странностям спокойно.

Несмотря на ажиотаж, который был поднят вокруг Пресли, она отнюдь не тяготится вниманием публики. «Я хочу пояснить людям, что мы вовсе не убийцы, а просто жаждем крови», — говорит она. По ее словам, во время «трапезы» она слегка надрезает руку «донора» с внутренней стороны и высасывает кровь крайне осторожно, чтобы не купировать вену. «Это намного приятнее секса и гораздо более интимно. Причем не только для меня. Люди, отдающие свою кровь, сильно привязываются ко мне», — утверждает г-жа Пресли. Среди писем, которые получает вампирша, есть и предложения от добровольных доноров. Однако весьма значительная часть почты приходит от недоброжелателей. Так, например, один человек из Огайо пообещал приехать и, как положено, воткнуть в вампиршу кол. Она кротко ответила ему: «Попробуйте!»