наверное, дело не в музейной пыли, и уж тем паче не в годах.
но мы были же когда-то, правда, давно, но были. или казалось?
в непонятном мельтешении теряется то, что раньше было для нас определяющим.
может быть, я просто разучилась играть дуршлаг и танцевать полуоборотами дверной ручки, но почему-то вдруг остро проявилось, как на фотографии в растворе, всё, чего не хотелось раньше видеть и признавать.
слова, адресованные и ещё тёплые в зимнем пару, разбиваются о колбы.
глупо и обидно, но дороги, кажется, разобраны.
а я всё ещё жив,
и совсем не флейта,
хотя порой страшно расстроен.