Встреча двух одиночеств... ночное кафе
С отрешенной улыбкой сказали Вы мне:
-Обойдемся, прошу Вас, без пошлости слов
Сохраним этот вечер как музыку снов...

Это было так странно, не зная имен
Потеряться в друг друге, на стыке времен
От "вчера" и до "завтра", сквозь душную ночь
И секунды по кругу бегущие прочь...

Два бокала вина... все случилось само
Черно-белые тени... немое кино...
Рвала простыни неба шальная гроза
И чернели провалами страсти глаза

Влажный шепот срывался на стоны и крик
И биенье сердец прерывалось на миг...
То ли вдох, то ли выдох, один на двоих
До безумия близких и все же чужих...

Это было недавно, а может давно...
Помню дождь, непрерывно стучащий в окно
Шорох капель, заполнивший душную ночь
И секунды по кругу, бегущие прочь...


© Бредущий наугад

С тобой построим дом
Без крыши, стен и окон
Всё будет как у всех
И в тоже время по другому
Сомнения, признанья, колебанья
Моменты истины, и склоки,
Секс утром после пробужденья
Искра при прикосновеньи
Обиды и слова любви
И сладость примиренья
И будет длиться это всё
Пока мы сами этого хотим

Тихо открываю дверь ключом, стараясь не шуметь, хотя и знаю, что в это время ты уже крепко спишь.
На часах 3:50. Задержался, так уж вышло.
Снимаю туфли и прохожу в гостинную. Так и есть. Ты опять заснула на диване, поджав под себя ноги.
Рядом с диваном неярко мерцает экран ноутбука. Выключаю его и сам сажусь на пол.
Смотрю на тебя. Мне нравится смотреть на спящую тебя. На тебе футболка, моя любимая и твоя тоже...
Осторожно беру тебя на руки, вдыхая аромат твоих волос, который всегда так сводит меня с ума... Отношу в спальню. Укладываю на кровать, накрываю легким покрывалом. Футболку не решаюсь снять - ты можешь проснуться. Хотя... Мне показалось или ты на самом деле лукаво смотришь на меня через чуть приоткрытые глаза? Широко закрытые глаза... Показалось.
Иду на кухню, достаю из бара бутылку коньяка и наливаю 50 грамм. Посмаковать. В доме тихо. Лишь деревья шумят за окном. Открываю окно и сажусь на подоконник. Глоток коньяка и сигарета. Знаю - утром ты будешь хмура и неприветлива, получу выговор за то, что опять курил на кухне свои "дурацкие", как ты говоришь, сигареты. За опоздание. Хотя нет, за него ты просто примешь, не ответив, утренний поцелуй - мои губы скользнут чуть коснувшись твоей щеки, когда ты пройдешь мимо отстранившись...
Но это будет утром... Утром... А пока я курю, смакую коньяк и смотрю на небо. Звезды сегодня невероятно ярки. И мне хорошо, тепло внутри - потому что ты рядом, пусть и за стеной, но ты рядом. И я рядом. С тобой.
Сзади чуть слышные шаги...

тик-так-тик-так... Маятник качается из стороны в сторону. тик-так-тик-так...

Настроение вслед ему на качелях. вверх-вниз-вверх-вниз...

Вниз не хочется. Вниз это движение назад. А двигаться нужно только вперёд.

верю-не верю-верю-не верю... Разве сезон ромашек уже не прошёл?

тик-так-тик-так... Мерно стучит пульс в голове. вниз-вниз-вниз-вниз...

- Ты будешь идти только вниз и всегда один, - нашёптывает ОН. - Ведь я говорил: тебе никто не будет верить, будут говорить, что ты блефуешь. К чему тебе эти сказки о любви и прочей романтической мишуре? А потому не отказывайся от того, что я могу предложить.
- Всего одна капля крови - и весь мир ТВОЙ.

тик-так-тик-так...

раз, два, Фредди идет за тобой!
три, четыре, запри-ка лучше дверь!
пять, шесть, возьми распятие!
семь, восемь, встанешь поздно!
девять, десять, и больше не уснешь!

тик-так-тик-так...
вверх-вниз-вверх-вниз...
верю-не верю-верю-не верю...
вниз-вниз-вниз-вниз...

Бреду по полю. Никого. Тишина. От вчера до завтра, как и всегда.
Ветер колышет колосья. Срываю. Горькие на вкус.
Как и жизнь. Горечь на губах и в сердце.
Выкошенное пространство. Срываю стебли, складывая в кучу.
Чирк зажигалкой. Напрасно, выбросил. Нашарил в карманах затерявшийся коробок спичек.
Осторожное чирканье. Прикрывая ладонью от ветра, поднося к стеблям. Занялось.
Огонь схватился быстро, даже очень. Опалил брови. На ладонях черные следы.
Ночь. Луна над головой. Костёр освещает, греет. Всё равно зябко, запахиваю сильнее куртку.
Холод. Снаружи и внутри...

Все было дозволено, стоило лишь поймать такси и с улыбкой бормотать себе под нос: "направо, налево". Вы засыпали на заднем сиденье, а просыпались в Самарканде или в гренадской Альгамбре. Девушки, отдаленно смахивающие на персианок, дарили букеты священных цветов, и вы с ними пели всю ночь напролет. Или вы оказывались в Берлине: грязный гостиничный номер, опрокинутые на ковер липкие стаканы, переполненные пепельницы, книги Кастансды и шприцы под языком:
Они метались между идеалом сверхкомфортабельной жизни и навязчивой идеей аристократов не иметь ничего, чтобы обладать всем. Они выбивались из ритмов времен. Они не стали бы стилягами в сороковых, экзистенциалистами в пятидесятых, йе-йе в шестидесятых, хиппи в семидесятых, юппи в восьмидесятых, - но в канун миллениума они были воплощением всех их вместе взятых.
Каждый день недели соответствовал какому-нибудь десятилетию.
Понедельник - контрабанда, светомаскировка, джазовые подвалы.
Вторник - кабриолеты, широкие галстуки, короткие стрижки.
Среда -песни на ветру, черные носки, "Карнаби Стрит".
Четверг - индийская конопля, жизнь в общине, коммунизм.
Пятница - сплин современности, воротники "йорк", изоляционная капсула.
В выходные они пытались осуществить невозможное: быть самими собой, чтобы завершить, как сказал кто-то, сей переполненный век.

© Фредерик Бегбедер

"Надо жить на восьмистах в час, а потом умереть, да так, чтобы мозги растеклись по капоту, как сперма. Когда живешь на восьмистах в час, некогда дослушивать до конца главный шлягер лета. Стать метеором: негаснущим и ненасытным, который никто не может поймать и использовать. И сразу, с места в карьер, подставиться всем мыслимым опасностям, самым идиотским, особенно если небо обложено тучами. Декаданс - не столько тяга к искуплению, сколько образ жизни."

© Фредерик Бегбедер

Не успеваю. Я.

Ты уходишь в отрыв.
Догоняю, пытаюсь коснуться.
Рука проваливается сквозь призрак.
И снова гонка. За тобой.
Изматывает. Дыхание сбито.
В глазах красные вспышки.
Но цель поставлена.
Гонка продолжается.
Иначе и быть не может.

Перестало хватать воздуха.
Угол обзора размыт, в пелене.
Острая боль. Вырвать её.
В мозгу взрывается нейтронная бомба - лишающая жизни, но сохраняющая форму.
И сразу - липкая вязкая биомасса, вместо ощущений.
Тихо осесть, куклой тряпичной, внезапно лишённой каркаса.
Уход...

Темнота... И звуки сквозь вату.

- Осторожно. Расступитесь, не видите чтоли - мешаете нам работать.

Сирена. Гонка на время. Со смертью. Окончательной.

- Зрачок не реагирует. Пульс 10. Адреналин!

Игла, похожая на серебряный кол, пробивает грудную клетку.
Медленно уходит поршень.

- В палату

Я здесь или там?...

Сугробы cредь снегов
Трамвай уткнулся и застрял
Окно трамвая
Застыло
Грею зябко руки
Дыша на них
И на окно
За ним метель
В неё сейчас
Мне выходить
Ветер пробирает сквозь
Остываю
Хоть и сгорал
Час назад
А за окном метель

Взгляд Искоса
Улыбка Исподволь
Прикосновенье
Украдкой

Как мало это всё
И как много

Выстрел - в упор!
Взглядом
Улыбкой - кривой
Рукой - отдергивания

Сегодня мы играем
Сценарий наш давно готов
Осталось роли разделить

Герой
Без страха и упрека
Вот только хамоват порой
До наглости

Героиня
Божественна красива
И наивна
До глупости

А это вот товарищи
Ну здесь всё как обычно
Помогут, обогреют, обдерут

Коллеги по работе
Стандарт - ни боле и не мене

Любовница
Мила, умна, стервозна
Что и привлекает

Возлюбленный у героини
Да не герой...
Я ж говорю - возлюбленный её

Злодей - в противовес герою
Жуткий тип

- А можно роль мне подлеца?
- Зачем тебе играть то, просто будь собой
- Обижаешь... /с упреком/

И дети от другого брака
Вот только не решили у кого

Статисты
Иль наушники они?
Сёстры, дяди, тёти
Свекровь и тёща
Ну как без них то

Шекспировские страсти
Мы покажем вам
Иль сериальные они?

Так мы в процессе представленья
Акценты все расставим по местам

.......

Сегодня мы играем Жизнь...

Иногда
Устаю
Жить
Тишина
Никого
Вокруг
Отключить
Бы
Сознание
Вдруг
Но сжимает
В момент
Такой
Страх
Физически
Перестать
Быть

Ночь. На часах уж толи поздняя ночь, толи уже раннее утро. Горит свеча. За окном воет метель, её холодные щупальца проникают сквозь щели в комнату, пытаясь загасить пламя свечи и в тоже время освежая воздух в комнате. Он сидит за столом, зябко кутаясь в плед и сжимает непослушные пальцы, периодически отогревает их дыханием и над пламенем свечи.

Улица, фонарь, витрина
Девочка у магазина
Что напротив вижу я
Ну какая же фигня
Лезет в думы по ночам
Накатить пора 100 грамм
Только пусто уж в бутылке
Выползать придется в ночь
Самому себе помочь
Девочку с собою взять?
Ну и что, что она ...
Приготовлю грог с мороза
В разговорах до утра
Мы забудем пустоту
Пусть всего лишь
Это блажь
Только где ж другую взять

Кот Васька прищурив один глаз наблюдал за ним, за его движениями. Вот он встал, натянул куртку и вышел. В ночь. Дверь хлопнула снова. Запахло духами.

Симуляция жизни
Симуляция чувств
Симуляция интереса
Симуляция равнодушия
Притворяемся, врём, и сами верим
Интерес вызывает азарт
Гонка началась
Но пит-стопом всё и заканчивается
Не верим себе
Не верим другим
Не верим в Бога
И носим крестики
Совершаем пакости ближним
Каемся, надеясь что Бог простит
А сами мы себя простим?
Мы не умеем падать...

Кукуруза воздушная
Чуть пригоревшая
Оставляет вкус горечи
На жадных губах.

И душа, вполовину
Истлевшая.
На ветру наполняется
Воздухом.
Выдувающим пепел
Прощания...

Звуки падают вниз
Я отрешён, стену воздвигнув
Только лишь шорох
Мурашками виден на коже
Закрываю глаза
Ничего не слышу я больше
Звук проникает вовнутрь
Ощущения порождая
В нём и радость и боль
Сладострастна бывает что
Невниманье и пристальный взгляд
Что скользит не цепляя
Звуки падают вниз
Ценность момента важна
Всё остальное излишне...

© Пифагор

Глаза побитой собаки
Верность, открытость души
И боль, не понимая - за что
Тоска, скрытая в каплях
Чуть выступивших слёз
Тоска, разрывающая
Сердце ножом полосующим
И преданность несмотря
На обиду

Верность всего лишь...

разрывает среди ночи
голос твой
пытаюсь укрыться
за равнодушием

но достигает цели
оставляя отшметки души
не спрятаться
от себя

ты знала - так и будет
когда в тебе весь мир
сошелся
от мира только луч

взрываясь красными
тельцами
нет мира уж давно
с собою

протуберанцы
слепят
ночь превращая
в подобие начала

и голос твой
звучит
внутри
меня

не жизнь играем
живём
в попытках возвратить
себя

но солнца луч
давно уж тускл
а луна
черна

зачем нужны слова
в них вкладываем мы обычно то,
чем можем обмануть других
а вот глаза не лгут и выдают нас сразу
что скрыть хотели б по привычке
симпатию или равнодушье
любовь иль ненависть глухую
радость, грусть и ожиданье

и чтоб не выдать ненароком
глаза мы прячем за словами

Никто никогда не приходит на помощь
Когда среди ночи проснешься от крика
Кошмара, что мерзкой рукою сжимает за горло
И пот прошибает и сердце не бьётся

...Никто никогда не приходит на помощь...

густые кольца дыма в темноте
горит лишь только кпк
да кончик сигареты
нет рядом н и к о г о

чтоб поделиться и отдать
чтоб взять и насладиться

остаток сигареты
отправляется в полёт
и автоматом зажигается другая
густые кольца дыма в темноте

Ты прости меня, Господи, праведный,
Что на свете живу сгоряча.
Просто рвется душа моя на люди,
Под тяжелый топор палача
© Т.

меня трясёт уже от лицемерья
все только на словах добры
а только помощи попросишь
- пинок под ребра получаю

Я сам распну себя перед тобою
ты посмотри - как кровь течет
не отворачивай свой взгляд
как неприятно зрелище - не эстетично
уж извини, забыл я Виктюка
для представленья пригласить
а потому - всё мерзко и погано

во мне нет больше милосердья
судья сегодня и палач...

...............

ну а пока...
не превратившись в полное ничто...

Я уже устал от распада и тлена.
Хочется творить каждый день по весне.
Радугою выкрасить серые стены,
Чтобы белый свет не терялся в окне.
Я хочу любить. Разве это так сложно -
Видеть вместо масок доверчивость лиц.
И тогда, наверное, станет возможно
Научиться жить у деревьев и птиц...
© Т.

Все события и персонажи вымышлены. Любое сходство - случайно.

Началось всё спонтанно. Возникла идея - встретиться, одной толпой мужиков, знавших друг друга почти 15 лет, а кто-то и более. Компания временами распадалась и снова склеивалась. Всем было порядка 40. Предложение Серого, "начать около него, в открытом кафе на берегу пруда", было принято единогласно. Вечер был.

Как всегда, вовремя на месте оказалось трое. Решили не заморачиваться ожиданием, а начать. По мере. А там будет видно.
- Ехали! Шашлык остывает.
До появления Седого с Димкой успели усидеть пару бутылок, следствием чего была развязность слов и обращений.
- Седой! Ты опять жмотился и добирался на транспорте. Не мог тачку чтоли взять?
- Да ни х.я! Димку долго ждал.
- Видно по тебе как ты ждал. Сколько хлопнул уже? 300 или 400?
- Девушка! Нам ещё пару бутылок и шашлык на всех. Да. И салаты повторите.

Вечерело. У пруда прогуливались парочки, мамаши с детьми. Пара чудаков сидела с удочками.
Разговор шел обо всём и ни о чём. Разговаривали все вместе и каждый по отдельности. Никто и не припомнил потом как в разговоре вспыло слово "тарзанка".
Читать далее...

Он вышел из беспамятство резко. Просто открыл глаза. Попробовал сесть.
Голова кружилась, небольшая боль отдавалась всё ещё в виски.
Осторожно опустил ноги, на автоматизме нашаривая ими тапочки. Тапочек на обычном месте у дивана не было.
Да и диван был не растелен. Держась за стену, босым, тихими шагами побрёл на кухню.
Налил из чайника воду в стакан и жадно выпил. Не хватило. Ещё. Взял чайник и жадно стал пить из носика. Жажда поутихла.

Воздух на кухне был неживой. Открыл форточку, а затем и окно. Ворвавшийся ветерок закружил пылинки со стола.
Достал сигарету и дрожащими руками прикурил. От первой же затяжки закашлялся. Каждый "бух" отдавался внутри.

Надо проверить сотку. Телефон оказался мёртв. Поставил заряжаться. Через полчаса телефон подал признаки жизни. Входящих не было.
Набрал было номер, но на последней цифре дал отбой.

Посмотрел на дату. Четыре дня. Четыре дня он пролежал с жесточайшей простудой и температурой под 40.
За эти четыре дня ему никто ни разу не позвонил...

Мальчик появился вечером, возник из ниоткуда.
Никто и не обратил внимания на его появление.
Вечерело. Зажигались жёлтые пятна окон.
Через открытые окна звуки голосов уносил ветер вечерний.
Мальчик брёл по улицам, один...
Постучался в один дом - у нас всё в порядке.
Постучался в другой - извините, мы незнакомых не пускаем в дом.
Мальчик обошёл много домов, нигде его не ждали, везде он был непрошенным гостем.
Жизнь жестока, надежды так и остались иллюзиями.
Лес. Зелёный. Тихо. Глухо. Пусто. Там он и остановился на ночлег.
Утром грибники случайно обнаружили на том месте обрывок бумажного листа,
с вымаранным текстом. Больше ничего.
По прошествии времени лишь некоторые задавались вопросом - а был ли мальчик...

"Вставай, Колумб" - так меня всю жизнь будила мама, напоминая о том, что Америка уже открыта, а мечты далеки от правды жизни.
Но тогда какой смысл жить, если тебе уже объяснили разницу между яблоком и велосипедом.
Вот если бы укусить велосипед и оседлать яблоко, тогда бы я сам узнал, в чем разница.

Помню, как отец однажды сказал:
"Если хочешь заглянуть в чью-то душу, сперва спроси разрешения взглянуть на его мечты, и тогда ты испытаешь снисхождение к тем, кто барахтается ещё в большем дерьме, чем ты сам".

© Эмир Кустурица, "Аризонская мечта"

В колонках играет - телевизор

Куда уходят мечты и фантазии, только что выраженные в словах.
Всё было складно и настолько хорошо, прямо сейчас на Пулитцеровскую премию, а как доходит до превращения мысленного в материальное...
Бац! и пустота. Скомканные, разрозненные и одинокие.
Может стоит вшить в мозг чип, автоматически записывающий, превращающий в последовательность нулей и единичек, в числовой код.
Знай только флешки меняй через USB разъём на затылке.
Но утратятся тогда те ощущения, которые и приводят к появлению слов...