11.05.04 22:21
Смотрел ли кто-нибудь штатовскую судебную драму 1985 года “Зазубренное лезвие”? Я первый раз видел ее давно, сегодня посмотрел второй раз и понял, что это один из самых алогичных “судебных” фильмов в моей жизни. Вообще я люблю такое кино, потому что в нем можно увидеть англосаксонскую судебную систему с ее различиями в зависимости от штата.
Тут же съемочная команда как будто не старалась. Впрочем, как и те, кто занимался подбором актеров. Гленн Клоуз, незабвенная Крузелла Де Вилл, которая намного лучше, чем Кидман сыграла бы Вирджинию Вульф, представляет здесь адвокатессу, влюбившуюся в своего подзащитного. Ни роль советника, ни любовные сцены ей не удаются вообще. Чего стоит, как будто специально придуманная для пущего позора, ее вступительная речь в суде: “Джек Форестер не убивал свою жену и ее служанку. Его обвинили несправедливо. Он невиновен”. А.Ф. Кони умер бы от смеха, услышав подобное красноречие. На том же первом заседании происходят некие магические превращения, призванные, видимо отвлечь внимание присяжных, либо судьи, либо прокурора, либо всех вместе. Вот героиня пришла в зал суда в строгом черном костюме, но не проходит и трех минут, как мы видим ее в коричневом шерстяном, еще минута и Клоуз в кадре в том же черном пиджаке. Чтобы убедиться в отсутствии зрительных галлюцинаций, захотелось перемотать назад, что было невозможно – телевидение.
Питер Койот, вечно играющий подонков, и здесь честно отрабатывает свой хлеб, изображая нечистого на руку и подлого обвинителя, периодически выставляемого защитой круглым идиотом. То он одного свидетеля упустит, то другое доказательство скроет. Кстати, последнее он совершил и несколько лет назад – скрыл улику, говорящую в пользу обвиняемого, - тот сел в тюрьму, а незадолго до описываемых событий повесился в камере. И вот наш прокурор полностью уверен в виновности Форестера, готов пойти на всякие каверзы, чтобы его засадить, а благородная адвокатша вовсю того отстаивает. Но наступает финал фильма, и мы вдруг понимаем, что герой Койота настолько неубедительно был прав, насколько неубедительно же ошибалась защитница. Все приводит к мысли, что и в том, старом случае прокурор, скорее всего, действовал ради справедливости, Тэдди (потрясающее имя, правда? Учитывая фамилию к нему – Барнс!) еще тогда была дурой, а самоубийство в тюрьме ничего ровным счетом не доказывает – виновные тоже вешаются.
Самым приятным лицом в фильме, ради которого собственно я и досмотрел все до конца, является Джефф Бриджес, играющий Джека Форестера, обвиненного, оправданного и… убитого. Джефф во всех своих удачных и неудачных, как эта, ролях – стопроцентный миляга. Вот уж кого стоило бы назвать теддибэром. Он мил, трогателен и не вызывает ничего, кроме любви и сочувствия, до последнего кадра. Чего никак не должно быть по законам жанра. Уж в одном-то кадре он должен был проколоться: сделать страшный взгляд или спрятать что-нибудь второпях… Нет, ни на миг зритель не сомневается – Джек невиновен, скоро найдут и покарают реального убийцу! И вот он, нашли. Некий блондин (имя выпало, простите), работающий в теннисном клубе подстилкой под богатых дамочек. Рожа заправского извращенца плюс случайно брошенное “Сука!” в адрес адвоката (это слово кровью было написано на стене комнаты, где нашли труп миссис Форестер). И вот, казалось бы, дело сделано – все мелкие прегрешения типа измен Форестеру прощены (да и покойная жена была не мед), вина бляндина почти доказана, тем более что он скрылся (ну точно, виновен!), подсудимый оправдан и отпущен. Но нет, милая леди находит в доме Джека печатную машинку, на которой печатались анонимные письма, приводившие ее к оправдательным уликам… Ну и что, спрашивается? Может он боялся так сказать, думал, что это будет выглядеть подозрительно? Но защитница, вот здесь уж по всем законам клише, не собирается поговорить со своим милым начистоту, а в секунду разочаровавшись, хватает машинку и несется домой. Форестер звонит ей, она высказывает ему все, биясь в истерике, а через некоторое время ее в спальне настигает маньяк. Ну конечно, это должен быть блондин! Тэдди просит его, называя Джеком, снять маску, (раз назвала, значит точно не Джек), а потом стреляет в него из револьвера раз шесть минимум. Прибегает, как и надо, запоздавший помощник Тэдди… И тут я минуты три ору истошно: “Ну снимет с него кто-нибудь маску?!” Актеры держат паузу. Наконец маска снята – под ней несчастный Джефф. Именно Джефф, а не Джек, потому что он не заслужил такой участи – играть всю дорогу насквозь и без сомнения положительного, пусть и грешного героя, а оказаться тупым маньяком.
Остальные актеры – просто серая, не запомнившаяся масса. Ну разве что та милашка, которую маньяк порезал полтора года назад. Уж больно чудное личико… И формы – тоже ничего…
Сюжет алогичен. Готовить убийство жены с таким изощрением, когда можно было просто нанять кого-то или подстроить ей автокатастрофу, или убить и закопать в саду… Хранить нож в теннисном клубе в ящике, когда его можно было просто выкинуть в море… Оставить в живых девушку, на которой тренировался за полтора года… И вообще, какой смысл ждать столько времени, хватило бы и месяца, если хочешь списать все на маньяка… Зачем хранить дома печатную машинку, да еще и на таком видном месте, если знаешь, что Тэдди станет бывать у тебя дома… Зачем вообще печатать анонимки на раритетной короне с такой узнаваемой приподнятой буквой Т…
Про другие алогичности смотри выше. Общий антураж фильма и его текст можно объяснить словами: ну надо же было что-то вставить. Любовь еле видна, ревность почти не различима. Герой – маньяк, подлец – молодец, героиня – просто дура.
Последнее, что меня потрясло, но не последнее по ходу фильма, - это свидетели, сидящие в зале суда (!), но, тем не менее, периодически становящиеся неожиданностью для того или иного персонажа. Целых два ляпа в одном – процессуальный и логический.
Вот прямо сейчас родилась мысль. А ведь о несостоятельности картины можно было догадаться еще по ее названию. Так и видишь режиссера, мучающегося – как же назвать-то это, ведь зацепиться-то не за что? О, назовем “Зазубренное лезвие”, ведь оно было зазубренное, не так ли? А если бы Джек убивал топором, они бы назвали фильм “Лезвие топора”. А если бы скальпелем, было бы “Тонкое лезвие”. “Острие багра”, “Сапожная игла” и так до бесконечности – смысл не меняется.
Ну и к чему я все это? Да к тому, что больше фильмов надо Хороших и Разных! А еще хотелось бы, чтобы талантливые актеры снимались (как действительный, так и страдательный залог) в талантливых фильмах, чтобы не было за них обидно или даже стыдно.
Эх-х… Не было бы сейчас 23:35, включил бы видик и полюбовался бы на Джеффи в роли интуичащего доктора Пауэлла в дуете с Мистером Великим и Ужасным. Вот уж кто-кто, а Мистер Спейси никогда не снимался в плохих фильмах и ролях…
Засим заканчиваю. Бастард киноэфира, Д. М.-Л.
