Стоимость коллекции российской реалистической живописи может вырасти за несколько лет в разы
Резкий скачок цен на русское искусство XIX-XX веков, который произошел в последние годы, вызвал немало толков среди специалистов. Скептики утверждают, что хороших работ не хватает, а подделок много, и вообще западные авторы значительно превосходят большинство наших художников. Но есть коллекционеры, которые убеждены, что русская живопись имеет высокий потенциал.
«Я не считаю, что русское искусство по отношению к европейскому вторично. Сегодня наша живопись вызывает больший интерес, чем западная (по крайней мере, у нас в стране). Русские художники недооценены, а ведь именно за ними будущее», - уверен Александр Котелевский, продюсер, директор киностудии «Реал-Дакота». Когда три года назад он вместе с друзьями решил создать частное собрание художников-реалистов, сформированное по принципу единой коллекции, то сразу стало понятно: от опоры на первые имена придется отказаться. «Маловероятно собрать единую коллекцию из картин Шишкина, Жуковского, Левитана или. Поленова, в которой были бы представлены различные периоды творчества художников, - все значимые работы давно осели в музеях или частных коллекциях, а работы высокого уровня на рынке большая редкость. Да и цена того, что изредка появлялось, была заоблачной», - рассказывает Котелевский.
Кроме того, когда имеешь дело со знаменитыми художниками, риск столкнуться с подделкой или неверно атрибутированной работой очень велик. «Если видишь уникальную вещь, которую только что достали с чердака бабушки, брать без атрибуции категорически не рекомендую. Художники вместе выезжали на пленэр, жили колониями и, естественно, правили и дописывали работы друг друга, ученики писали списки, делали копии. Разбираться в этой головоломке нужно искусствоведам, а, к большому сожалению, экспертов, готовых нести ответственность за свои заключения, в России практически нет», - уверен галерист.
Из всего многообразия жанров и стилей Котелевский и его товарищи выбрали русский реалистический пейзаж. «Наш выбор носил не материальный, а эмоциональный характер, просто это искусство нам очень нравится», - пояснил он. И, чтобы дело было поставлено на профессиональный лад, друзья основали галерею «Арт-Прима» (которая сегодня обладает собранием более чем из тысячи полотен реалистической живописи XIX-XX веков).

Сначала они обратили внимание на художников 30-40 годов XX века, потом перешли к современным авторам, «романтикам реализма», которых считают наследниками передвижников, Союза русских художников и советской академической школы живописи.

«Мы выбрали несколько десятков художников, представлявших академическую школу живописи советского периода: Аркадия Пластова, Владимира Стожарова, Сергея Герасимова, а также Виктора Цыплакова, Никиту Федосова, Ефрема Зверькова и др. По сравнению с XIX и началом XX века здесь намного больше предложений. Помимо этого в коллекцию попала группа из 14 художников, основанная в 1974 году - «Романтики реализма», куда вошли Владимир Щербаков, Валерий Страхов, Михаил Абакумов и другие», - объяснил Котелевский. За пару лет стоимость коллекции выросла в три раза. Кстати, искусствоведы и эксперты рынка недоумевают, почему инвесторы обходят стороной реализм 30-40 годов прошлого века. Одни объясняют это равнодушием западного рынка, на который ориентированы отечественные покупатели, к русским реалистам. Как известно, представление о российском искусстве на Западе весьма своеобразно: после таких художников, как Репин, Маковский, Серов и Коровин, через запятую идет авангард (Гончарова, Ларионов, Малевич, Шагал, Экстер), а потом сразу же нонконформисты. Поэтому советские авторы 1930-1970-х годов на аукционах фигурируют лишь изредка.

Например, «Ода Весне» Александра Дейнеки в 2004 году на Sotheby's собрала $240 тыс., а в 2005-м на этом же аукционе «Полдень» братьев Ткачевых выручил $130 тыс. Но это скорее исключение даже для таких художников. Прочие же широко известные в России имена - Пименов, Герасимов, Нечитайло, Грицай, Пластов и другие - редкие гости на аукционах.

Еще одной причиной, по которой реализм «проскакивали» и отечественные коллекционеры даже в советское время, была система госзаказов и госзакупок, которая поддерживала исключительно лояльных художников, стоявших на позиции соцреализма, хотя только они и создавали масштабные произведения. Работы этих художников попросту дорого стоили и сразу выкупались государством.

Котелевский считает, что сегодня ситуация изменилась: «Картины моего любимого Аркадия Пластова, писавшего в импрессионистской манере (его колхозные праздники сродни «Бульвару Виши» Константина Коровина), три года назад можно было приобрести за $5-7 тыс., а сейчас даже у наследников цены не ниже $20-30 тыс. Собирать его интересно еще и по той причине, что осталось большое наследство: на рынке есть его работы высокого уровня живописи, законченные и подписанные, не говоря уже о сотнях этюдов».

Александр Котелевский уверен, что такая же инвестиционная судьба ждет и современных художников-реалистов, «Существенным фактором, говорящим в пользу приобретения работ современников, является возможность купить их непосредственно у авторов за весьма скромные суммы. Например, еще три года назад этюды Михаила Абакумова стоили не более $500, теперь они оцениваются не ниже $1,5-2 тыс. А с тех пор как картины Алексея Суховецкого стали продаваться в американских галереях, цены поднялись с $2-3 тыс. до $10-15 тыс.», - отметил он.

По мнению экспертов, привлекательность инвестиций в русскую реалистическую живопись еще и в том, что цены на них не так завышены, как на актуальное искусство, при этом перспективы роста у таких работ на антикварном арт-рынке значительно выше.

«По моему глубокому убеждению, большинство актуальных художников сейчас - итог «фабрики звезд», продукт пиара галеристов и дилеров, при том что многие банально карандаша в руках не держали. А высокий уровень живописных работ русской реалистической школы - гарантия того, что эти вещи останутся в истории, они вне моды и течений. Да и вдохновение, талант и труд тоже чего-то стоят», - убежден Котелевский.

Мария Ганиянц