К ЧЕРТУ ВСЁ!
БЕРИСЬ И ДЕЛАЙ!



Ричард БРЭНСОН




Перевод с английского






АЛЬПИНА БИЗНЕС БУКС
Москва
2006


Содержание
Предисловие к русскому изданию.
Жить — значит пробовать новое
Вступление
Глава 1. Берись и делай!
Глава 2. Живи весело!
Глава 3. Будь отважен
Глава 4. Бросай вызов самому себе
Глава 5. Твердо стой на собственных ногах
Глава 6. Цени мгновение
Глава 7. Дорожи семьей и друзьями
Глава8.Уважай людей
Глава 9. Твори добро
Эпилог













Жить — значит
 пробовать новое

Предисловие к русскому изданию

Сэр Ричард Брэнсон — уникальная личность. Человек-бренд, человек-шоу. Сложно даже представить, что он — не голливудский актер или художник-авангардист, а владелец одной из крупнейших в мире частных компаний, миллиардер, один из самых известных людей Великобритании и всего мира.
Ему никогда не сиделось на месте. Начиная с момента, когда он в пятилетнем возрасте геройски научился плавать, Ричард продолжал ставить перед собой все новые и новые задачи, пробовать на прочность себя и окружающий мир. Сначала Брэнсон выпустил студенческую газету. Затем открыл магазин по продаже музыкальных дисков и студию звукозаписи. Потом были поезда и самолеты, водка, кола, свадебные платья и еще десятки различных бизнесов, и все — под брендом Virgin. Он покорял стратосферу на воздушном шаре. Пересекал Атлантику и Ла-Манш. Взлетал, используя наплечный ранец с реактивным двигателем, одевался в женское свадебное платье, скафандр, бросал известных людей в бассейн... А вот теперь решил написать очередную книгу, да еще с таким провокационным названием!
Кто-нибудь скажет: «Не сидится человеку на месте». Посмею возразить: не сидеть на месте и значит жить нормальной, интересной жизнью. Многие, — если не сказать большинство, — постоянно живут с оглядкой на окружающих. Больше всего им важно, что подумают родители, родственники, коллеги, начальство, общество. Они стремятся к стабильности, к тому, чтобы никогда не совершать ошибок, не быть мишенью для насмешек. Жизнь проходит, и некогда желанная стабильность превращается в рутину, от которой уже и жить не хочется! Как будто существуют люди, у которых все всегда и сразу получается правильно. Словно в мире, где правит закон энтропии, вообще возможна какая-либо стабильность! Может быть, на свете есть парочка таких идеальных существ, но Брэнсон — точно не из их числа. Он ошибался достаточно, но ничуть не утратил желания продолжать свои попытки пробовать что-то новое, — и ошибаться дальше.
Кредо Брэнсона — брать от жизни все. Это значит не бояться пытаться делать то, что хочешь. При этом совершенно неважно, достаточно ли у тебя знаний, опыта или образования. Если есть голова на плечах и достаточно задора в сердце, любая цель будет по силам. Мешает отсутствие образования? К черту всё — берись и делай! Спилберг и Гейтс достигли вершин, не имея никакого диплома, да и у Достоевского удостоверения писателя, как известно, не было! Нет опыта? К черту, навыки — дело наживное! Первый раз решаешь такую задачу? К черту сомнения: есть шанс сравняться в смекалке с великими изобретателями! Никогда не работал в этой области? Ну и что? Самолет, например, придумали велосипедные мастера!
Еще не все колеса изобретены: мир слишком удивителен, чтобы сидеть сложа руки! Если что-то нравится — делай. Не нравится — бросай не раздумывая. Жизнь коротка, чтобы тратить ее на вещи, которые не приносят удовольствия.
Вместе с тем Брэнсон — не индивидуалист. Он не возвеличивает себя, не ищет ни в ком «слабое звено» и не советует это делать другим. Брэнсон понимает, что успеха нельзя достичь в одиночку, нужно работать вместе, командой. И он воспитывает своих сотрудников, — а вместе с ними и общество — в духе свободы, предпринимательства и уважения к личности.
Ценность Брэнсона, — если так, конечно, можно сказать— не в том, что он сколотил состояние и на зависть всем маркетологам создал уникальный мультибренд Virgin. Всеми своими действиями Брэнсон хочет показать, что времена великих открытий еще не прошли, — да и как они могут пройти, если то, что стоит искать, сокрыто прежде всего в каждом из нас? Может быть, неспроста в числе людей, которым британцы могли бы доверить переписать на новый лад десять христианских заповедей, было имя Ричарда Брэнсона. Видимо, его бунтарский дух по душе многим нашим современникам.
Эта книга — манифест действия, жизни, риска. Она не может оставить читателя равнодушным. Это попытка показать, что, возможно, единственное препятствие на пути к осуществлению наших желаний — мы сами. Мы держимся за условности и правила, представления о том, что правильно, а что — нет. Первобытный человек сидел в пещере, боясь диких зверей. Где бы была наша цивилизация, если бы не герои, которые вышли из пещеры и приручили диких зверей?
Мне очень приятно, что эту книгу можно прочитать на русском языке. Весьма похоже, что нашим людям не хватает той конструктивной бесшабашности и жизнерадостного задора, о которых пишет Брэнсон. Надеюсь, что оптимистичный дух оригинала, который сохранился в великолепном переводе Михаила Вершовского, зажжет в читателях желание изменить свою жизнь, пустить в нее больше света и радости — назло всем условностям и запретам. В конце концов, разве не об этом говорит русская пословица: «Волков бояться — в лес не ходить»? И что, вечно ей оставаться лишь пословицей?
Сергей Турко,
заместитель главного редактора
издательства «Альпина Бизнес Букс»













Вступление

Пресса называет меня и моих партнеров из Virgin «хулиганы в раю». Бесспорно, мы склонны делать практически все не так нудно, как остальные, — в конечном итоге это позволило мне стать обладателем пары тропических островов, где я могу развлекаться, — так что пресса, наверное, права. И для меня это здоровый подход. Я работаю от души и развлекаюсь от души.
Хотя я никогда не следовал правилам на каждом шагу, все-таки по пути мне удалось кое-чему научиться. Мои уроки жизни начались еще дома, в самом юном возрасте. Они продолжались в школе и в бизнесе, когда еще подростком я издавал журнал Student. Я по-прежнему учусь и хочу верить, что это никогда не кончится. Эти уроки дали мне много полезного в жизни. Я описал их и надеюсь, что вы сможете найти на этих страницах нечто такое, что вдохновит и вас.
Я верю в поставленные цели. Помечтать никогда не плохо, но у меня к этому делу практический подход, Я не сижу, погруженный в мечты о невозможном. Я ставлю перед собой цели, а затем думаю, как их достичь. В школе мне с трудом давались чтение и письмо. В те времена о дислексии еще никто не слышал, и поэтому мои учителя были убеждены, что я просто лентяй, и тогда я научился все запоминать наизусть. Теперь у меня очень хорошая память, и она стала одним из главных инструментов в моем бизнесе.
Когда я только начинал, все было намного надежнее, чем сегодня. Не возникало проблем с выбором профессии — часто вы просто продолжали дело своего отца. Матери в большинстве своем сидели дома. Сегодня же ни в чем нельзя быть уверенным, а жизнь превратилась в нескончаемую борьбу. Людям, если они хотят чего-то добиться, приходится делать выбор. И самый главный урок, который я усвоил, — берись и делай. Неважно, что именно, неважно, насколько трудным кажется дело. Как сказал древний грек Платон: «Начало — самая важная часть любой работы».
Путешествие длиной в тысячу миль начинается с первого шага. И если ты раздумываешь над тем, где же оно кончается, да еще рисуешь в воображении все долгие изматывающие мили между началом и концом пути, представляя все подстерегающие тебя опасности, то можешь так и не сделать этот первый шаг. И чего бы ты ни хотел достичь в жизни — не приложив усилий, ты никогда не достигнешь цели. Сделай этот первый шаг. Испытаний будет много. Порой тебя может отбросить назад — но в конце концов ты дойдешь. Удачи тебе!

 Ричард Брэнсон







 
1

БЕРИСЬ И ДЕЛАЙ!




Верь, что это можно сделать
Ставь перед собой цель
Живи полной жизнью
Никогда не сдавайся
Готовься как следует
Верь в себя
Помогай другому




Сотрудники в Virgin придумали мне кличку: «Доктор Да». Они прозвали меня так потому, что я никогда не говорю «нет». Я всегда нахожу больше причин для того, чтобы сделать что-то, чем для того, чтобы не делать. Мой лозунг таков: «К черту всё — берись и делай!». Я никогда не говорю: «Я не могу этого сделать, потому что не знаю, как это делается». Я всегда попробую. И не позволю дурацким правилам меня остановить. Я найду законный способ их обойти. Я говорю моим сотрудникам: «Если хотите что-то сделать, беритесь и делайте». От этого будет польза для всех нас. Люди работают, их идеи оцениваются по достоинству, а Virgin только выигрывает от такого вклада и напора.
Я уверен: нельзя позволять, чтобы тебя остановило убогое словцо «нельзя». Если у тебя недостаточно опыта для достижения поставленной цели, ищи другие пути. Если хочешь летать, отправляйся на аэродром, разноси там чай. И держи глаза открытыми. Смотри и учись. Не обязательно ходить в художественный колледж, чтобы стать дизайнером мод. Поступи на работу в дизайнерскую фирму уборщиком, держись за метлу. И двигайся по лестнице вверх.
Моя мама, Ева, — прекрасный пример такого подхода. Во время войны она хотела стать летчицей, поэтому отправилась на аэродром в Хестон и попросила ее принять. Ей сказали, что летчиками бывают только мужчины. Мама была очень хорошенькой и даже танцевала на сцене. Она была совсем не похожа на мужчину. Но это ее не остановило. Мама напялила кожаную летную куртку, спрятала свои светлые волосы под кожаным шлемом да еще и заговорила низким голосом. И получила ту работу, о которой мечтала. Она научилась летать на планере и стала тренировать пилотов-новичков. Это были молодые ребята, которые потом сражались на своих истребителях в битве за Британию.
После войны мама решила стать стюардессой. В те времена стюардессы должны были владеть испанским языком и окончить курсы медсестер, но она поговорила с ночным портье в авиакомпании, и он потихоньку вписал ее имя в список. Вскоре мама уже была стюардессой. Она по-прежнему не говорила по-испански и никогда не была медсестрой. Но голова у нее работала. Она ни за что не сказала бы «нет». Она просто взялась — и сделала.
Мама была не единственным человеком в нашей семье, кто говорил: «Берись и делай!».
Знаменитый полярный исследователь, капитан Роберт Скотт, был двоюродным братом моего прадеда и человеком большого мужества. Он дважды побывал в Антарктике. Он поставил перед собой цель первым достичь Южного полюса. Все говорили, что этого не может сделать никто. Он отвечал: «А я могу». И это ему почти удалось. Он достиг Южного полюса, но оказался вторым. Первым туда добрался Руаль Амундсен. Это было серьезным ударом для Скотта. На обратном пути он умер. Когда говорят, что призов за второе место не бывает, я думаю о нем. Он знаменит именно тем, что вторым пришел к Южному полюсу. Кстати, Скотт был первым, кто пересек Антарктику на воздушном шаре, но вот этого люди как раз и не помнят.
Я затеял издавать журнал Student еще во время учебы в школе, когда мне было пятнадцать. Находились люди, уверявшие, что у меня ничего не получится. Они говорили, что я слишком молод и у меня нет никакого опыта. Но я хотел доказать, что они неправы, и верил, что это можно сделать. Я все тщательно выверил. Я рассчитал, во что обойдутся бумага и печать. Потом подсчитал доходы от продажи и от размещения рекламы.
Мама дала мне четыре фунта стерлингов на марки. Вместе с моим школьным другом Джонни Джемсом мы потратили почти два года, рассылая сотни писем и пытаясь завлечь рекламодателей. А еще я пытался взять интервью у разных знаменитостей. Писать все эти письма и ждать ответа на них было куда веселее, чем сидеть на уроках латыни. Я ошалел от кайфа, когда мы получили наш первый чек от рекламодателя. Он был выписан на огромную по тем временам сумму — двести пятьдесят фунтов. Моя вера окупилась сторицей.
На экзаменах в школе я не блистал. Я знал, что мне больше по душе самостоятельная жизнь. Мои родители позволили мне сделать этот выбор. Они поддерживали меня во всем, что бы я ни делал. Так что я бросил школу, когда мне было шестнадцать, чтобы полностью посвятить себя журналу. Мы с Джонни расположились в полуподвале лондонского дома, принадлежащего его родителям. Это было здорово — ты молод, свободен и в Лондоне! Мы пили пиво, развлекались с девчонками и слушали грохочущую музыку. Мы жили как студенты, только нам не приходилось учиться. Я взял кое-какие первоклассные интервью: у Джона Леннона, Мика Джаггера, Ванессы Редгрейв и Дадли Мура. В нашем журнале мелькало больше известных имен, чем во многих ведущих изданиях. А теперь и сами знаменитости стали заглядывать к нам на огонек. Жизнь в полуподвале превратилась в блистательный хаос и была похожа на бесконечную классную вечеринку.
Но мы занимались и серьезными вещами. Мы отправляли наших людей освещать ключевые события того периода, вроде войны во Вьетнаме и голода в Биафре. Мы чувствовали, что в состоянии что-то изменить. То, что мы делали, было серьезно и в то же время доставляло нам радость. Мы были спаянной командой. Даже моя семья помогала нам продавать журнал. Мама брала с собой в парк солидную стопку свежих номеров и продавала их там. Каждый раз, когда нам подворачивался какой-то шанс, мы за него хватались.
Мы расширили бизнес, став первыми, кто начал продавать грампластинки по сниженной цене, пользуясь почтовой рассылкой, — первое объявление об этом появилось в последнем номере Student. Когда забастовка почтовых служащих поставила на этом деле крест, мы стали искать другие пути. Мы не сдавались. Нашей целью было открыть магазин грампластинок, но не хватало денег. Тогда мы уговорили хозяина одного обувного магазина отдать нам свободную площадь. Все свои силы мы вложили в рекламу открытия и добились того, что магазин стал местом тусовки для студентов. За ним последовал второй, потом третий. Вскоре почти в каждом крупном городе у нас появились магазины — а мне не было еще и двадцати. Деньги текли рекой. Но я не расслаблялся. Мы решили поставленную перед собой задачу, но я не считал ее единственной.
Одной из самых главных целей было то, что я, как и капитан Скотт, всегда хотел жить жизнью, наполненной до краев. Поэтому, когда в 1984 году меня попросили финансировать регату и выиграть «Голубую ленту» для Великобритании, я сразу же согласился. «Голубая лента» — это приз тому, кто быстрее остальных пересечет океан от Америки до Ирландии. Я сказал, что стану членом команды, и начал тренироваться изо всех сил. Существовала лишь одна маленькая проблема: у нас с Джоан вот-вот должен был появиться ребенок, и я обещал, что буду рядом, когда ей придет время рожать. И тут сообщили, что установилась прекрасная погода, — в самый раз для старта. Отказавшись от участия, я бы подвел команду.
Тогда я спросил Джоан: «Как мне поступить?» «Взялся — делай, — сказала она. — До родов еще две недели. Ты успеешь вернуться». Мы отплыли, рассекая волны на нашем катере Virgin Atlantic Challenger. В конце первого дня плавания я получил сообщение о том, что родился мой сын — Сэм. Мы салютовали шампанским и продолжили наш путь. Приз за самый лучший результат всех времен был у нас почти в руках, когда на подходе к Ирландии мы попали в мощнейший шторм, а за шестьдесят миль до финиша нас накрыла огромная волна. Корпус катера раскололся пополам, и он пошел ко дну.
SOS! SOS! SOS!
Мы оказались в море на спасательном плоту, посреди ревущего шторма. Корабль, шедший в Америку, спас нам жизнь. Мы потерпели неудачу в первой попытке выиграть «Голубую ленту», но не сдавались. Шесть лет спустя я снова вышел на старт на катере Virgin Atlantic Challenger II. Все шло хорошо, пока мы не обнаружили, что в наши топливные баки попала морская вода. Машины заглохли. Часами мы прочищали баки и пытались запустить двигатели. Казалось, все без толку. Наконец остальные сказали, что пора сдаться. Они решили, что все кончено. Но я знал, что это наша последняя попытка. Если мы не сделаем этого сейчас, то не сделаем никогда. Я должен был убедить их не сдаваться. И я сказал: «Да ладно вам, мы же должны это сделать, давайте попробуем».
Мы были измотаны до предела. Глаза покраснели от усталости. Всех тошнило. Мы ненавидели яхту. Мы ненавидели море. Мы мечтали проспать неделю подряд. «Надо продолжать!» — проорал я. «Ладно, — кивнули остальные. — Попробуем в последний раз».
Кое-как нам удалось запустить машины и начать движение. Но никакой надежды не было. Мы отстали настолько, что, казалось, нет смысла и пытаться. Но мы продолжали идти вперед, наверстывая время. В конце концов мы побили рекорд всего на два часа и девять минут — но мы его побили! Урок, который я извлек и которому следую всю жизнь, состоял в том, что надо пытаться, и пытаться, и опять пытаться — но никогда не сдаваться.
Через день после того, как мы завоевали «Голубую ленту», один швед по имени Пер Линдстранд пригласил меня снова пересечь Атлантику — на монгольфьере. Я вспомнил своего старого героя, капитана Скотта. Он летал на шаре над Южным полюсом. Но я никогда не летал на воздушном шаре. Никто вообще не летал на монгольфьере так далеко. Это было безумие. Это было слишком рискованно. К тому же мои компании теперь оперировали сотнями миллионов фунтов стерлингов. Что произойдет, если я погибну?
В общем, проблем хватало. Но я не мог не принять этот вызов и упустить шанс попробовать что- то новое. И я сказал: «К черту всё — беремся и делаем!» Но сначала я спросил Пера: «А дети у тебя есть?» «Да, — сказал он. — У меня их двое».
Это меня устраивало. Если он готов рискнуть, то и я тоже, Я пожал ему руку и сказал, что полечу с ним. Я всегда говорю людям, что если они хотят сделать что-то как следует, то нужно все как следует спланировать и подготовиться. Мы с Пером отправились в Испанию, чтобы научиться летать на монгольфьере. Только позже я понял, что эти уроки спасли мне жизнь.
Среди прочего я узнал, что такой воздушный шар работает на топливе, которое, сгорая, нагревает воздух в оболочке. Горячий воздух поднимается — и монгольфьер тоже. Когда горелка выключена, воздух охлаждается, и шар опускается ниже. Управляя им, пилот должен подогревать или охлаждать воздух, чтобы монгольфьер оказывался на нужном уровне, — там, где ветер дует в том направлении, куда нужно лететь.
Ветры и струйные течения дуют от Америки по направлению к Европе. Мы стартовали из Америки и двадцать девять часов спустя уже были над Ирландией. Мы стали первыми, кто пересек Атлантику на монгольфьере. Существовала только одна проблема — как приземлиться. У нас еще оставались полные баки с горючим, а опускаться с ними на землю было слишком опасно. Можно потерпеть крушение и сгореть. Тогда мы решили спуститься пониже и сбросить баки в открытом поле. Мы уменьшили пламя в горелке и опустились как можно ниже, а потом сбросили баки. Но теперь монгольфьер потерял слишком много веса. Словно мячик, он отскочил от поля и взмыл в небо, став неуправляемым.
«Давай спускаться у берега, так будет безопаснее для людей внизу», — сказал Пер.
Мы влетели в плотный туман и, прозевав береговую черту, оказались над водой. Угрожающе темное море было покрыто волнами. Если бы мы опустились вниз вместе с монгольфьером, то могли бы запросто утонуть. Я пытался натянуть на себя спасательный жилет. И вдруг Пер — с высоты семнадцати метров — прыгнул в ледяное море. Избавившись от его веса, монгольфьер резко взмыл вверх, и для моего прыжка стало уже слишком высоко. Рассчитывать мне было не на кого.
Я летел все выше и выше — уже в облаках. Ветер нес меня на север, по направлению к Шотландии. Я был один на самом большом монгольфьере из когда-либо существовавших. Топлива у меня оставалось примерно на час. Когда оно кончится, я просто упаду в море. Я попытался включить рацию. Ни звука. Я просто не знал, что мне делать. Можно было попробовать прыгнуть с парашютом или оставаться в корзине. Я взял блокнот и написал: «Джоан, Холли, Сэм, я вас люблю!» «Пока жив, ты можешь что-нибудь сделать, — сказал я себе. — Что-то да подвернется». И это «что-то» действительно подвернулось. Монгольфьер дрейфовал вниз, к серому морю, я вышел из облаков. И увидел вертолет. Они искали меня! Я приветственно вскинул руки, и люди с вертолета замахали мне в ответ. Теперь я был в безопасности.
Оказавшись ближе к волнам, я прыгнул в море, подальше от монгольфьера. Без моего веса он тут же взлетел вверх, исчезая из виду. Экипаж вертолета выловил меня из ледяной воды, Я спросил о Пере, но они рассчитывали на то, что обнаружат его рядом со мной. Пер находился в море уже несколько часов. Нам нужно было срочно его найти. Я сказал, где примерно мой напарник выпрыгнул из монгольфьера, и его спасли прежде, чем он погиб от переохлаждения.
Весь этот полет был удивительным приключением. Я вынес из него целый ряд уроков. Делай что-то не тогда, когда тебе просто этого хочется, но готовься как следует, верь в свои силы, помогай другому — и никогда не сдавайся.
Все эти уроки могут оказаться полезными в жизни. Вы не обязательно должны заправлять огромным бизнесом, летать на монгольфьере или бить рекорды скорости на моторной яхте, чтобы усвоить те уроки, которые усвоил я. Ваша цель может быть совсем небольшой. Журнал Student поначалу был совсем крошечным бизнесом. Я продавал площадь под рекламу в журнале со школьного телефона-автомата, потому что верил: я могу это сделать — и сделаю. Если вы действительно хотите чего-то добиться — беритесь и делайте. Какой бы ни была цель, ее не достичь до тех пор, пока человек не отбросит страх — и не взлетит.
















2

ЖИВИ ВЕСЕЛО!




Живи радуясь, трудись от души,
а деньги придут
Не теряй времена — лови свой шанс
Позитивно смотри на жизнь
Если тебя это не радует,
займись чем-то другим




Я не буду отрицать, что преуспел и добился успеха. Поговаривали даже, что все, к чему я прикасаюсь, превращается в золото. Люди спрашивают, в чем мой секрет. Как я делаю деньги? На самом деле они хотят знать другое: как они могут сделать деньги? Каждый хочет быть миллионером.
Я всегда говорю им одно и то же: у меня нет секрета. В бизнесе не существует правил, которым можно следовать. Я просто вкалывал и, как всегда, верил, что могу добиться своего. Но больше всего я все-таки старался жить весело.
Собираясь в 1997 году облететь вокруг земного шара на монгольфьере, я знал, что это очень рискованное дело, Я мог не вернуться. Прежде чем уехать, я оставил письмо своим детям — Сэму и Холли. В нем я писал: «Живите полной жизнью. Наслаждайтесь каждой ее минутой. Любите маму и заботьтесь о ней».
В этих словах все мое кредо. Не теряйте времени. Радуйтесь. Любите свою семью.
И заметьте, что совета о том, как «делать деньги», в этом списке нет.
Я не строил планы стать богачом. Радость жизни и преодоление испытаний — вот все, чего я хотел. И хочу по сей день. Я не стану говорить, что деньги не имеют значения. Мы не пещерные люди. Мы не можем питаться одними ягодами и кореньями. Мы живем в такую эпоху, когда для выживания деньги все-таки нужны. Как-то я сказал, что каждый день мне нужен один завтрак, один обед и один ужин. И я до сих пор так и живу. Я ни разу не затевал бизнес с целью сделать деньги — но обнаружил, что, если дело доставляет мне радость, деньги приходят. Я часто спрашиваю себя: радует ли меня моя работа, делает ли она меня счастливым? Я уверен, что ответ на этот вопрос значит больше, чем слава или богатство. Если что-то перестает давать радость, я всегда спрашиваю: почему? И если мне не удается исправить ситуацию, я перестаю этим заниматься.
Вы можете спросить: а откуда я знаю, что радость ведет к деньгам? Конечно же, так случается не всегда. У меня были и взлеты, и падения. Но в общем и целом мне очень повезло. Потому что, сколько себя помню, я получал радость — и зарабатывал деньги.
Мои первые уроки бизнеса нельзя назвать успешными, но я на них учился. Моя первая коммерческая схема родилась, когда мне было около девяти лет. Однажды на Пасху у меня родился великолепный план. Я буду выращивать елки к Рождеству! Я попросил своего лучшего друга Ника Пауэлла помочь мне посадить четыреста еловых семечек на поле возле моего дома. Мы трудились вовсю, но в то же время нам было весело. Мы любили возиться на ферме. А теперь нам всего-то оставалось дождаться, когда семена превратятся в рождественские елки. Это должно было занять восемнадцать месяцев. Для начала я уяснил, как работать с цифрами. В школьной арифметике я был не слишком силен. На бумаге цифры выглядели бессмыслицей. Но, планируя свой бизнес с елками, я оперировал реальными цифрами — и они имели смысл. Мешок семян стоил всего пять фунтов стерлингов, а мы будем продавать каждое дерево за два фунта. Значит, мы заработаем семьсот девяносто пять фунтов, а ради такой суммы стоило подождать. Даже в совсем юном возрасте я планировал надолго вперед и научился ждать положенной награды.
Вторым вынесенным из этой истории уроком стал тот простой факт, что деньги не растут на деревьях! Увы и ах, но кролики сгрызли все семечки. Однако мы им отомстили. Стыдно признаться, но, отстреливая кроликов, мы развлекались от души. Потом мы продали их местному мяснику по шиллингу за штуку. В общем и целом мы даже чуть-чуть заработали, а все наши друзья наелись пирогов с крольчатиной. Так что никто не остался без выгоды. Никогда не знаешь, что можно найти на солнечном пляже... Во время одного из отпусков я обзавелся необитаемым островом и собственной авиалинией. В 1976-м я трудился, как вол, создавая Virgin Music. В 1973 году альбом Tubular Bells, выпущенный Майком Олдфилдом, стал нашим первым большим успехом. К тому же мы заключили контракт с группой Sex Pistols, так что дела шли в гору. Мы были страшно заняты, но и веселились на всю катушку. Люди говорят вещи вроде того, что «этот чертов везунчик Брэнсон» наткнулся на такой суперхит, как Tubular Bells.
Да, это была большая удача, но мы ухватились за нее обеими руками. Майк предлагал этот альбом практически всем фирмам грамзаписи. Они отказались, а мы, услышав, поверили в него. Мы знали, что проект сработает, но заставить его работать оказалось совсем нелегкой задачей для стайки мальчишек, которыми мы, собственно, и были. Требовалось найти деньги. Нам пришлось проталкивать альбом на самый верх. Нам пришлось научиться думать по-другому. Мы попросили Джона Пила, чтобы альбом полностью прозвучал в его шоу, — и он согласился. Такого раньше не делал никто. И это сработало. Уровень продаж двинулся вверх.
Майк Олдфилд был слишком застенчив, чтобы рекламировать свой альбом. И мы нашли выход. Мы сделали видео и показали его по ТВ. Мощный прорыв произошел, когда музыка из альбома прозвучала в фильме «Изгоняющий дьявола». Теперь Tubular Bells продавался вовсю. Мы добились успеха, но неустанно искали новое звучание и новые таланты.
К концу 1977 года мне понадобилась передышка. Мы с Джоан решили расстаться. Мне было грустно, но я всегда стараюсь искать в событиях положительную сторону. Мне нравится удирать из Лондона зимой. Музыка, солнце и море позволяют расслабиться, а удаленность от Лондона дает возможность спокойно подумать и поработать над свежими идеями.
Я полетел на Ямайку. Отчасти отдых, отчасти работа. Я плавал в теплом море. Лежал на пляже. Слушал классные группы, игравшие регги. А потом услышал в музыке что-то новое. Это новое придумали местные диджеи и радиожокеи, которых называли тостерами. Музыка представляла собой что-то вроде раннего рэпа, так что я поймал момент, когда нечто значительное только-только начинало проклевываться. Ямайские музыканты чеков не берут, так что я подписал контракты с двумя десятками групп регги и кое с кем из тостеров, расплачиваясь наличными, которыми был набит мой кейс. Потом мы продали целую кучу их пластинок. Это был прекрасный пример того, как работает мой лозунг: живи весело, а деньги придут.
Я все еще был на Ямайке, когда мне ни с того ни с сего позвонила Джоан. «Мы можем встретиться в Нью-Йорке?» — спросила она. В Нью-Йорке нам было хорошо, но телефон не умолкал. Нам хотелось удрать и побыть наедине друг с другом. Меня как-то спросили, назвал ли я свою фирму Virgin в честь Виргинских островов. «Нет, — ответил я. — Мы назвали компанию Virgin потому, что сами были девственниками в бизнесе»*. Но тогда мне пришло в голову, что мы никогда не были на Виргинских островах. И нам с Джоан они показались самым подходящим местом для романтического уединения. Я потратил всю нашу наличность на контракты с ямайскими музыкантами. Но я где-то слышал, что если планируешь купить дом на островах, то тебя бес-

___________
* Virgin по-английски значит «девственник, девственница». — Прим. пер.

платно и с шиком будут катать по всем окрестностям. Я позвонил риелтору на Британских Виргинских островах. Объяснил ему, что у меня компания грамзаписи и что я хочу купить какой-нибудь остров, чтобы оборудовать там студию.
«Приезжайте, будете нашими гостями. У нас полно чудесных островов на продажу. Мы вам все покажем».
Вместе с Джоан мы вылетели на Британские Виргинские острова, где были приняты с королевскими почестями. Лимузин, присланный в аэропорт, доставил нас на виллу. Все было как в раю. На следующий день нас уже ждал вертолет, на борту которого мы и совершили ознакомительный тур. Мы летели над раскидистыми пальмами и синим морем, приземляясь то на одном сказочном острове, то на другом. Мы осматривали фантастические частные имения и развлекались от души. Мы растягивали наш бесплатный отпуск как только могли, но в конце концов все острова, выставленные на продажу, были осмотрены.
Мы спросили агента, нет ли у него чего-нибудь такого, что мы еще не видели. «Есть один островок, — сказал он, — настоящее сокровище. Вообще-то он довольно далеко, но совсем нетронут. Называется Некер». Риелтор добавил, что остров принадлежит какому-то английскому лорду, который никогда на нем не бывал.
Далекий остров — звучало здорово, и по двум причинам. Во-первых, это означало, что нас ждет долгий полет, в котором будет чем полюбоваться. Во- вторых, нам сразу понравилось его название. А то, что остров нетронут, означало, что никаких построек на нем нет. И может, его удастся купить недорого.
Сначала наши прыжки с острова на остров были просто игрой. Мы вовсе не собирались покупать острова. Я никогда не думал, что мне это по карману. Но теперь я завелся. Я хотел купить себе место в раю. И у меня появилась новая цель.
Мы пролетели над синим морем, на дне которого был виден светлый песок. Вертолет приземлился на белом песчаном пляже. Посреди острова распростерся зеленый холм, на который мы и взобрались. Вид сверху стоил всех потраченных усилий. Остров просматривался во всех направлениях. Он стоял внутри кольца коралловых рифов, а белый пляж шел почти по всему периметру. Риелтор сказал нам, что туда выползают черепахи, чтобы откладывать яйца. Море было таким прозрачным, что мы видели гигантского ската, словно парящего в воде. На острове было два небольших озера и буйный тропический лес. Над нашими головами пролетела стайка черных попугаев. Никаких вилл. Настоящий необитаемый остров. Стоя на холме и глядя на море, я был королем, владыкой всего, что видел вокруг. Я влюбился в Некер с первого взгляда.
Агент предупредил нас, что пресной воды на острове нет. Если мы его купим, нам придется добывать ее из морской.
«Это хорошо, — подумал я. — За необитаемый островок без воды и без единого дома они много не запросят», а потом спросил риелтора о цене. — Три миллиона фунтов стерлингов, — сказал он в ответ. Мне такая цифра и не снилась. — Могу предложить сто пятьдесят тысяч фунтов, — сказал я. Мое предложение составляло пять процентов от запрошенной цены Я сделал его совершенно серьезно, но риелтору было не смешно. — Остров стоит три миллиона фунтов, — повторил он. — Последнее предложение: даю двести тысяч фунтов, — сказал я. Мы спустились с холма и пошли к вертолету. Когда мы прилетели назад, к вилле, наши сумки уже были выставлены из номера. Нас попросту вышвыривали вон. Мы переночевали в дешевой деревенской гостинице и на следующий день уехали.
Остаток отпуска мы провели на другом острове. Мы планировали слетать в Пуэрто-Рико, но, добравшись до аэропорта, узнали, что рейс отменен. Пассажиры с потерянным видом слонялись по зданию. Никто ничего не пытался предпринять. Тогда это сделал я — кто-то ведь должен. Нанял самолет за две тысячи долларов. Потом разделил эту сумму на количество пассажирских мест. Получалось тридцать девять долларов с носа. Я одолжил доску для объявлений и написал на ней: «Virgin Airways. Билет в один конец до Пуэрто-Рико — тридцать девять долларов».
Так в самый разгар нашего отпуска родилась идея Virgin Airways, хотя сама авиалиния по-настоящему начала действовать тогда, когда у нас уже была разработанная бизнес-идея. Я никогда прежде не нанимал самолет, но, как это было с Tubular Bells и ямайскими тостерами, я увидел шанс — и ухватился за него. И посмотрите на Virgin Atlantic теперь! Мы летаем в тридцать городов по всему миру. У нас есть Virgin Blue в Австралии, Virgin Express в Европе и Virgin Nigeria. В наших планах фигурирует и Virgin America. Но мы пошли еще дальше — Virgin Galactic предложит желающим полеты в космос. Никто не делает ничего подобного. Это дерзкий шаг. Но мы снова впереди всех. За двадцать один год мы прошли путь от найма чартерного самолета до космических путешествий.
После возвращения с Джоан в Лондон из нашего отпуска я был сосредоточен на своей цели: купить остров Некер. Я провел кое-какое расследование. Обнаружилось, что владелец Некера не был богат, — поэтому, наверное, так ничего на острове и не построил. Я также выяснил, что он спешно продает остров, потому что ему позарез нужны двести тысяч фунтов на постройку дома в Лондоне. Это была именно та сумма, которую я предлагал агенту. Похоже, мое предложение оказалось абсолютно точным!
Единственная проблема заключалась в том, что двухсот тысяч фунтов у меня не было, так что их еще предстояло где-то занять, я предложил владельцу сто семьдесят пять тысяч, которых у меня тоже не водилось. Мое предложение было отвергнуто. Я отложил это дело и занялся работой. Через три месяца мне позвонили и сказали, что остров мой, если я дам за него сто восемьдесят тысяч фунтов стерлингов. По условиям договора я также был обязан построить дом и опреснительную установку, чтобы в течение пяти лет сделать остров пригодным для жилья. Это влетало в копеечку. Но я был уверен, что деньги на это как-нибудь да найдутся, — и согласился.
Теперь мне всего лишь оставалось достать деньги, чтобы купить остров моей мечты. Требуемая сумма казалась недосягаемой, но я поклялся достичь цели, я обещал себе, что найду деньги для покупки острова, — и я их нашел, взяв несколько ссуд в банках и заняв остальное у друзей и членов семьи. Дело тут, конечно, не в покупке острова просто, как я и говорил, радуйтесь жизни, а деньги придут. И вы достигнете ваших целей.
Сейчас Некер — это чудесное место, где все мои друзья и родные собираются, чтобы отдохнуть и развлечься. Здесь разворачивалось действие последнего эпизода моего реалити-шоу «Миллиардер-бунтарь». Камера снимала вид с террасы. Перед нами предстала прекрасная панорама: море, белый песок пляжа и пальмы. Это был тот самый вид, который открылся нам с Джоан с вершины зеленого холма почти три десятилетия назад. Я подписывал контракты с ямайскими рок-группами, а кончилось все тем, что у меня появились авиалиния и собственный остров. Не все и не всегда дается легко. Но если у тебя есть цель и позитивный взгляд на жизнь, то есть и к чему стремиться. Работать от души и от души веселиться — это все, для чего живет человек.
Но как только какое-то дело перестает доставлять радость, я начинаю подумывать о переменах. Жизнь слишком коротка, чтобы проживать ее с кислой физиономией. Просыпаться в состоянии стресса, чувствуя себя несчастным, — это не жизнь. Я выяснил это для себя много лет назад во время совместной работы с моим самым старинным другом, Ником Пауэллом.
Ник был рядом со мной с момента зарождения Virgin. Я генерировал идеи, а Ник вел всю бухгалтерию и распоряжался деньгами. Он в основном занимался магазинами аудио- и видеозаписей сети Virgin, и с ними все шло прекрасно. Начиная создавать авиалинию, мы хотели, чтобы она стала самой лучшей. Мы вбухали в нее миллионы фунтов стерлингов. Наш главный конкурент, компания British Airways, пыталась нас остановить. По мере того как война между нами набирала обороты, нам нужно было все больше и больше денег, которые словно проваливались в бездонный колодец. Virgin Music — богатая компания, но авиалиния сжирала всю наличность. И Ник был совсем не в восторге от такого огромного риска. Тогда-то мы оба поняли, что ему пора заняться чем-то другим. Я выкупил его долю акций Virgin.
Первой и главной любовью Ника всегда было кино. Он воспользовался деньгами, полученными от продажи акций, чтобы основать Palace Pictures. Ник сделл классные фильмы, такие как «В компании волков» (The Company of Wolves), «Мона Лиза» (Mona Lisa) и «Жестокая игра» (The Crying Game). Последняя картина принесла ему «Оскара». Он по-прежнему в кинобизнесе, по-прежнему работает с удовольствием, и мы по-прежнему друзья. После долгой борьбы наша авиалиния наконец стала приносить прибыль. Если бы Ник остался с Virgin, он, возможно, заработал бы больше денег, но без особой радости или удовольствия. Если бы мы продолжали работать вместе после того, как радость исчезла, нашей дружбе мог бы прийти конец. Ник сделал правильный выбор. Поэтому я говорю: никогда не старайтесь просто заработать деньги. Надежный успех никогда не придет, если деньги — ваша единственная цель.
Мне повезло. Сейчас в активах Virgin огромные суммы. Мне говорят, что пора и расслабиться. Отойти от дел. Я спрашиваю: «А чем мне заняться?» Мне отвечают: «Пиши акварели. Играй в гольф. Радуйся жизни».
Но я и так радуюсь жизни! Моя работа — радость. И радость — именно та основа, на которой я строю  свой бизнес. Радость была самым главным элементом с самого начала, и я не вижу причин это менять.
Не каждый располагает деньгами для начала бизнеса, или удачей, или вовремя подвернувшимся хорошим шансом. Иногда вы рады просто иметь работу — любую. И вы цепляетесь за место на фабрике, или в магазине, или в телефонной службе. Вы можете ненавидеть эту работу, однако стараетесь добиться того, что можно. Но приносит ли это радость? Иначе говоря, вы и впрямь считаете себя обязанным ездить взад и вперед по осточертевшей колее? Действительно ли работа, которая вам ненавистна, и есть ваш единственный шанс? Кем бы вы ни были, у вас всегда есть выбор. Осмотритесь вокруг. Подумайте, чем еще вы могли бы заняться.
Интернет открыл множество дверей. Моему другу нужен был автофургон напрокат. Он поискал в Сети и с ходу получил два десятка предложений: автофургоны с водителем и грузчиком. Всемирная паутина полна коммерческих и рабочих возможностей — она изменила жизни людей, у которых достаточно идей и энергии. Даже те, у кого нет почти никакого опыта, могут создать вполне успешную торгово-посылочную компанию в Интернете. Пятнадцать лет назад Уилф и Кэти начали Chillis Galore с того, что раздавали друзьям приготовленную ими пасту из перца чили прямо на своей кухне в Норфолке. Потом они стали продавать ее на местных ярмарках, а отзывы от любителей чили побудили их выйти в Интернет. Сейчас Уилф и Кэти готовят и продают самые разные и необычные приправы и пасты, а весь их чили так и растет в двух теплицах на заднем дворе. Принц Чарльз реализует органические продукты своей фирмы в режиме онлайн. И есть даже такая посылочная компания, Christmas Tree Land, которая продает рождественские елки. А начиналась она с маленькой придорожной будочки. Сегодня они продают все, что нужно для праздника, — от игрушек до колокольчиков. (Так что в восьмилетнем возрасте я все-таки был прав. И если бы кролики повели себя ло-джентльменски, я бы мог стать королем рождественских елок!)
Но даже без Интернета каждый может начать новый бизнес прямо из дома. Вы можете мыть окна, брать белье на глажку или выгуливать собак. ВЫ можете стать художником или писателем. Вы можете стать садоводом. Вы можете делать и продавать куклы. Анита Роддик приготовила крем для кожи у себя на кухне. Сейчас ее Воду Shop - глобальная империя. Вы можете делать заправку для салатов у себя в гараже, как Пол Ньюмен. Сначала это было его хобби. Теперь у него большая компания. (Все ее доходы Пол пускает на благотворительность. На сегодняшний день он раздал больше ста пятидесяти миллионов долларов — совсем неплохо для хобби.) Согласен, Полу Ньюмену не нужно было заботиться о начальном капитале. Но есть десятки дел, которыми вы можете заниматься дома и зарабатывать деньги. Это может оказаться действительно интересным и стать началом новой карьеры, которая вас будет по настоящему радовать.
Если же вам по-прежнему приходится работать на кого-то и делать то, что вам совсем не нравится,  - как оно и бывает у большинства людей, - не надо плакаться по этому поводу. Смотрите на жизнь оптимистично и продолжайте работать. Трудитесь как следует, честно зарабатывая свои деньги. Радуйтесь встречам с людьми, с которыми вас сводит ваша работа. А если вам все равно тоскливо, поставьте перед собой задачу жестко отделить вашу личную жизнь от работы. Веселитесь и развлекайтесь в свободное время. Вы почувствуете себя гораздо лучше и станете получать больше радости от жизни и от работы.

























3

БУДЬ ОТВАЖЕН
 



Оценивай риск — и рискуй
Верь в себя
Будь верен своим мечтам и целям
Не сожалей о прошлом
Будь отважен
Дав слово, держи его




В 2004 году я снимал реалити-шоу «Миллиардер-бунтарь». Сюжет последнего эпизода имел неожиданную концовку. Я предложил победителю, Шону Нельсону, чек на миллион долларов — но здесь и была ловушка. Он мог взять чек или бросить монету, чтобы попытаться выиграть еще более солидный секретный приз. Я протянул ему чек. Шон взял его и увидел длинный ряд нулей. После этого я забрал у него чек, сунул к себе в карман и протянул ему серебряную монету. «Каков же твой выбор? — спросил я. — Монета или чек?»
 Жизнь на каждом шагу вынуждает нас принимать суровые решения. Что же выберет Шон?
Он был явно потрясен. Риск становился колоссальным. Все или ничего. Шон спросил: «Хорошо, Ричард, а что бы сделал ты?»
Я ответил: «Это твой выбор». Можно было бы добавить: «Да, я часто рискую, но это всегда продуманный риск. Я неизменно взвешиваю шансы, о каком бы деле ни шла речь». Вместо этого я промолчал. Он должен был принять решение сам.
Шон шагал взад и вперед, обдумывая ситуацию. Было очень соблазнительно — рискнуть. В таком случае он выглядел бы очень крутым парнем. К тому же таинственный приз мог быть огромным. В конце концов, однако, Шон сказал, что не может ставить миллион долларов на один бросок монеты. У него был совсем небольшой бизнес, а эти деньги могли помочь ему развернуться всерьез. Они могли круто изменить его жизнь к лучшему и, кроме того, помочь людям, работавшим на Шона и доверявшим ему. «Я беру чек», — сказал он. Я был рад это услышать. «Если бы ты решил бросать монету, я перестал бы тебя уважать», — сказал я. Он сделал правильный выбор и не стал рисковать там, где ситуация выходила из-под его контроля. Шон получил миллион долларов и таинственный приз. Этой солидной наградой стал пост президента Virgin — на три месяца. В Virgin входило 200 компаний, так что Шон мог научиться очень многому. Это был поистине золотой шанс.
Я всегда ищу в таких людях, как Шон, нечто такое, что отличает их от остальных. Люди, работающие в Virgin — особого склада. Это не стадо послушных овец. Они мыслят самостоятельно. Они полны интересных идей, и я к ним прислушиваюсь. Иначе какой смысл нанимать талантливых людей, если ты не используешь их таланты? Среди прочего я стараюсь заставить людей в Virgin думать о себе и видеть себя в позитивном свете. Я твердо убежден, что в жизни нет ничего невозможного. И я говорю им: «Верьте в себя. Все в ваших силах». А еще я говорю: «Будьте отважны, но не играйте в орлянку».
Каждую неделю я получаю тысячи идей. Это чьи-то цели и мечты. Идей слишком много для того, чтобы я изучал каждую из них. Сначала их рассматривают мои помощники, отбирая самое существенное. Так что я занимаюсь только самыми интересными и оригинальными предложениями.
Одна из представленных мне идей привела к катастрофе. Я был молод, и моя страсть попробовать все на свете едва не стоила мне жизни. К сожалению, для автора идеи все закончилось трагически.
Человек по имени Ричард Эллис прислал мне фотографию своей «летающей машины», под двумя большими крыльями которой располагался трехколесный велосипед. Вся эта конструкция приводилась в движение небольшим мотором. Над головой пилота располагались лопасти. На фотографии был изображен человек, летевший над верхушками деревьев. Мне стало интересно, и я пригласил его, чтобы посмотреть, как эта штука работает.
Когда он приехал, мы отправились на местное летное поле, взяв в собой Джоан и кое-кого из друзей. Эллис вывел машину на взлетную полосу. Сначала надо было бешено крутить педали, чтобы набрать скорость. Потом запускался мотор, и лопасти начинали вращаться. Он сказал, что я буду вторым человеком, пробующим эту машину, но мне не нужно пытаться взлететь. «К ней сначала надо привыкнуть», — сказал изобретатель. Мне вся эта затея нравилась. Я оседлал велосипед. Эллис дал мне кабель с резиновым выключателем на конце, который вставлялся в рот. Чтобы заглушить мотор, надо было просто прикусить выключатель. Сделав это, я бы остановился в конце взлетной полосы и не взлетел.
— О’кей! Пошел! — крикнул Эллис.
Я сунул кабель в рот и покатил по полосе, крутя педали с бешеной скоростью. Запустился мотор. Теперь я ехал все быстрее и быстрее. Когда машина разогналась, я прикусил выключатель, чтобы заглушить мотор. Безрезультатно. Машина продолжала набирать скорость. Я еще сильнее сдавил выключатель зубами. Нулевой эффект. Скорость была уже под пятьдесят километров в час. Прямо под собой я увидел Джоан, стоявшую в конце взлетной полосы. И внезапно оказался в воздухе. Машина оторвалась от земли вместе со мною, вцепившимся в руль. Я летел. Машина взмыла к верхушкам деревьев, потом еще выше. Когда я был на высоте тридцати метров, то понял, что ее надо как-то остановить. Я схватился за провода и выдернул их. Горячий мотор обжег мне руки, но в конце концов движок заглох и я, петляя, начал спускаться. В самый последний момент порыв ветра перевернул машину. Весь удар приняло на себя крыло. Я упал на траву — целый и невредимый, но в состоянии приличного шока.
Неделю спустя, когда Эллис взлетел на своей «летающей машине», она рухнула на землю. Он разбился насмерть.
Конечно, его гибель — несчастье, но люди, одержимые мечтой, нередко платят за это жизнью. Альпинисты срываются со скал, летчики-испытатели гибнут в катастрофах. Еще ребенком я знал героя войны Дугласа Бейдера. Он дружил с моей тетей Клэр. В одной из аварий Дуглас лишился обеих ног, но снова научился ходить — и снова поднялся в воздух. Вы можете быть предельно осторожны, пытаясь избежать любого риска, но нельзя обезопасить себя со всех сторон. Я верю, что удача играет очень большую роль в нашей жизни. Нетрудно сдаться в тяжелой ситуации, но я убежден, что мы должны оставаться верными нашим мечтам и целям, как были им верны эти замечательные люди, И если уж вы решились на что- то, не надо оглядываться назад и сожалеть о сделанном шаге.
Одно решение, в котором я никогда не раскаивался, касалось предложения, поступившего от молодого американского адвоката, дело было в 1984 году, и он хотел, чтобы я инвестировал капитал в новую трансатлантическую авиалинию. Я мечтал о чем-то подобном еще до знакомства с его планом. Фредди Лейкер, герой моего детства, создал Skytrain — авиакомпанию, совершавшую рейсы между Англией и Америкой по сниженным ценам. Он был Давидом по сравнению с Голиафами гигантских авиалиний. Лейкер хотел сделать цену полетов доступной, чтобы большему количеству людей они были по карману, но в 1982-м его компания все-таки обанкротилась, Я читал бизнес-предложение, помня о Фредди и моем опыте с наймом самолета до Пуэрто-Рико.
Дело требовало вложения огромных сумм, и я сказал себе: «Не поддавайся соблазну. Даже не думай об этом. Но я уже не мог противиться соблазну. Идея зацепила меня, захватила целиком. Я могу принять решение относительно людей и идей за шестьдесят секунд. Я больше полагаюсь на свой инстинкт, чем на пухлые тома отчетов. По прошествии одной минуты я знал, что это — мое. Это был дерзкий, смелый шаг, но его стоило сделать. Я решил изучить проблему повнимательнее. Мне предстояло самому оценить степень риска.
В то время уже существовала авиакомпания, продававшая дешевые билеты на трансатлантические рейсы. Она называлась People Express. Я попытался туда дозвониться. Казалось, всем срочно понадобилось лететь, потому что все их телефонные линии были заняты. Я набирал номер авиакомпании целый день, но таки не пробился. Я знал, что мог бы организовать дело лучше, чем они. Весь уик-энд я размышлял над этой проблемой и к воскресному вечеру решился. Я буду отважен. Я просто возьмусь — и сделаю.
В понедельник я позвонил в Boeing, самую крупную из американских компаний, производящих самолеты, и спросил, сколько будет стоить аренда одного авиалайнера на год, для них это был необычный вопрос, но меня выслушали внимательно. Под конец разговора мы договорились и о цене. Я считал, что в достаточной степени исследовал проблему. Теперь вместе с партнерами по Virgin Music мы собрались, чтобы ее обсудить. Они сказали, что я сошел с ума. Я же утверждал, что мы можем себе это позволить. Надо дерзать. «Я не хочу, чтобы мы, как скряги, сидели на деньгах. Они должны работать», — сказал я. Мои партнеры были совсем не в восторге, но я продолжал гнуть свое. Я сказал, что ‚ Virgin Music зарабатывает кучу денег. Сумма, необходимая для того, чтобы открыть авиалинию, была меньше, чем треть нашей ежегодной прибыли. Это большие деньги, но не огромные, даже потерян их, мы все равно остались бы на плаву. «Это не чрезмерный риск. К тому же будет весело!» Им не понравилось слово «весело . для них бизнес был серьезным занятием. На самом деле так оно и есть. Но для меня гораздо важнее радость. Я хочу жить полной жизнью. Я хочу стремиться к новым горизонтам. И я решил назвать авиалинию Virgin Atlantic. Я пригласил сэра Фредди Лейкера на ланч, чтобы обсудить мой новый проект. У него за плечами были годы и годы опыта, и он с радостью согласился мне помочь. Но главное — Лейкер знал, какие проблемы ожидают того, кто решится запустить новую авиалинию. Его компания была в полном порядке до тех пор, пока гиганты авиаперевозок ее не подрезали. Резервного капитала у них хватало. Они могли позволить себе временно пойти на убытки, чтобы вывести его авиалинию из игры. Фредди повис на волоске. Деньги кончились, и он разорился. За ланчем он рассказал мне, как работает авиалиния. Мы обсудили и то, чего следовало опасаться.
Фредди cказал: «Будь готов к грязным приёмчикам British Airways. Это их подлые трюки разорили меня. Не позволяй им сделать тоже самое и с тобой. Обращайся во все инстанции и жалуйся как можно громче. Моя ошибка была в том, что этого не делал»
Я не люблю жаловаться. Я никогда не плачу над пролитым молоком. Я просто иду дальше. Но я пометил в памяти: «Будь готов к грязным приёмчикам. Жалуйся во весь голос». А еще Фредди посоветовал мне: «Сервис не должен быть убогим, доведенным до голого минимума. Большие авиалинии тебя на этом подрежут, как подрезали меня. Вместо этого предложи сервис лучшего качества, чем у них, по хорошей цене. Люди ценят комфорт. Не забудь про развлечения. Люди любят веселиться. Удачи тебе. И будь готов к тому, что придется постоянно быть начеку».
Все эти советы пригодились, когда мне пришлось вести переговоры с руководителями авиаиндустрии. Главным объектом внимания была безопасность полетов. На втором месте стоял вопрос финансовой обеспеченности компании. Я разработал план движения денежных средств в расчете на выживание. Нанял нужных людей. Получилась крепкая команда. Держался я цепко, отвергал любые «нет» и «нельзя».
Я находил обходные пути для решения проблем, которым, можете мне поверить, не было конца.
British Airways действительно прибегла к недостойным приемам. Ее руководители пытались похоронить нас, пачкая мое имя грязью. Сэр Фредди сказал: «Засуди негодяев!». Я подал на British Airways в суд за клевету — и выиграл.
Когда Virgin Atlantic стартовала в 1984 году, никто не думал, что линия протянет больше года. Боссы больших американских авиакомпаний говорили, что мое поражение неминуемо. Сегодня почти все они вышли из этого бизнеса, а я по-прежнему в игре. Да, я вел себя отважно, но не по-дурацки. Конечно, я рисковал, организовывал авиалинию, но шансы представлялись мне хорошими. Это не была ситуация «все или ничего», как в истории с победителем шоу «Миллиардер-бунтарь», к тому же я хорошо продумал структуру управления риском. Шон Нельсон мог все выиграть или все проиграть одним броском монеты. Отказаться от искушения было мужественным шагом.
Моей следующей большой авантюрой стал запуск Virgin Trains в 1996 году. Идея родилась, когда я был в Японии. Я отправился туда, чтобы присмотреть площадку для строительства нового супермаркета нашей сети Virgin Megastore. Поездка в сверхскоростном поезде привела меня в восторг— словно летишь в самолете.
«Почему бы таким поездам не быть и в Великобритании?» — подумал я и тут же, чтобы не забыть, сделал несколько пометок в блокноте. Это была судьба. Через неделю правительство Великобритании заявило, что начинает демонтаж старой системы управления железными дорогами и приглашает новые компании участвовать в тендере за право пустить свои поезда. Я мгновенно отреагировал, выразив свою заинтересованность. В газетах появились заголовки: «VIRGIN НАЦЕЛИВАЕТСЯ НА ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНЫЙ БИЗНЕС». Пресса писала, что это был смелый шаг.
И снова, как и в ситуации с авиалиниями, нашлись люди, убежденные, что я потерплю крах. Работа заняла пять лет, но мы справились, создав самый современный поезд в мире. Момент торжества наступил, когда моя жена дала ему название Virgin Lady. На тот момент его скорость была слишком высока для старых железных дорог страны. Мы снова оказались впереди всех. В новостях говорили, что наша компания выполнила взятые на себя обязательства.
Самое главное, чего я всегда хочу добиться, - это сдерживать слово, которое кому-то дал. Я ставлю перед собой цели и не отступаю от них. Успех — это нечто большее, чем просто удача. Нужно верить в себя и воплощать задуманное в жизнь. Тогда и другие начинают в тебя верить.
Иногда я получаю деловые предложения, которые отвергаю. У меня была возможность инвестировать в Ryanair, хорошую авиалинию, но без особого
сервиса.
Я отказался. У Ryanair дела до сих пор идут очень хорошо. Я также не согласился инвестировать в Trivial Pursuit* и «заводное радио», а ведь это были хорошие идеи. Я отказался от предложения стать членом-страхователем Lloyds, хотя это самая большая страховая компания в мире. Они страхуют от огромных убытков в результате таких катастроф, как тайфуны и землетрясения. Однако в данном случае отказ был правильным выбором. На этом деле я мог потерять целое состояние.
В жизни всегда что-то выигрываешь и что-то теряешь. Будь доволен и весел при выигрыше. Не сожалей о проигрыше и не раскаивайся. Никогда не оглядывайся назад— прошлого ты все равно не изменишь. Но я стараюсь учиться на его ошибках. Не каждому из нас дано управлять авиалиниями и железнодорожными компаниями. Многие ставят перед собой более скромные цели. Но о чем бы ты ни мечтал — берись за дело, вперед! Будь осторожен, если фактор риска целиком зависит от случая либо труднопредсказуем, но помни: выбирая гарантированную безопасность, ты никогда не познаешь радость победы.
____________
 * Trivial Pursuit — одна из самых популярных настольных игр 1980-х. В наши дни существует несколько компьютерных версий игры, включая варианты для карманных компьютеров.— Прим. пер.
** «Заводным радио» называются радиоприемники, не нуждающиеся в батареях. Источником питания служит генератор, который приводится в действие ручной заводкой пружины, как в обычных будильниках. — Прим. пер.
4

БРОСАЙ ВЫЗОВ САМОМУ СЕБЕ




Целься выше
Пробуй новое
Снова и снова бросай себе вызов




Каждому человеку нужно к чему-то стремиться. Назовите это вызовом или целью, но это именно то, что делает нас людьми. Принимая вызов, мы прошли путь от пещерного человека до полетов к звездам.
Бросая себе вызов, ты растешь. Меняется твоя жизнь. Взгляд на мир становится жизнеутверждающим. Достичь поставленных целей не всегда бывает легко, но это не причина для того, чтобы останавливаться. Никогда не говори «сдаюсь». Всегда повторяй: «Я могу. И я буду пытаться, пока не добьюсь победы».
Для меня существуют два типа вызова. Первый — это делать в работе все, что в моих силах. Второй — поиск приключений. Я пробую совместить и то и другое. Я пытаюсь объять необъятное. Я увлечен. Я люблю искать новые вещи и новые идеи. Для меня такой поиск — радость.
С первым в жизни вызовом я столкнулся, когда мне было четыре или пять лет и летом мы на пару недель поехали в девон. К нам присоединились сестры отца и дядя. Когда мы приехали, я сразу же побежал на пляж и уставился на море. Плавать я не умел, и тетя Джойс поспорила со мной на десять шиллингов, что я не научусь держаться на воде до конца нашей поездки. Я принял ее вызов в полной уверенности, что выиграю. Большую часть времени море было неспокойным, а волна — высокой, но я старался вовсю. День за днем я барахтался в воде, касаясь одной ногой дна. Я посинел от холода, нахлебался соленой воды, но плавать так и не научился. «Не расстраивайся, Рики, — успокаивая меня, сказала тетя Джойс. — Получится на следующий год».
Я проиграл пари. Я был уверен, что к следующему году тетя о нем забудет. Когда мы отправились домой на машине, я не отрываясь смотрел в окно. Если бы только я научился плавать! Я ненавидел этот проигрыш. День выдался жарким, а в пятидесятые годы дороги были очень узкими. Мы ехали довольно медленно, и тут я увидел реку. До дома мы еще не доехали, а значит, отпуск еще не закончился, я понимал, что это мой последний шанс выиграть, и завопил: «Остановите машину!» Мои родители знали о нашем пари и, хотя обычно они не были склонны подчиняться требованиям пятилетнего мальчишки, мой отец, как мне кажется, знал, чего я хотел и как много это для меня значило.
Папа съехал на обочину и остановил машину. «Ну, в чем дело?» — поинтересовался он. «Рики хочет еще раз попытаться выиграть эти десять шиллингов», — сказала мама. Я выскочил из машины, быстро разделся и через поле побежал к реке. Когда я был уже у берега, мне стало страшновато. Река казалась глубокой, а быстрое течение захлестывало торчащие из воды валуны. Рядом находилось мутное мелководье, где коровы расположились на водопой. Оттуда проще было войти в реку. Я обернулся и увидел, что все стоят неподалеку, наблюдая за мной.
Мама улыбнулась и помахала мне рукой. «Ты сможешь, Рики!» — крикнула она. Я прошлепал по грязи и плюхнулся в воду. Как только я попал в реку, меня сразу же подхватило течение. Я ушел под воду и начал задыхаться. Потом вынырнул, и меня понесло вниз по реке. Я сделал глубокий вдох и расслабился. Я знал, что смогу. Я оперся одной ногой о камень и оттолкнулся. И вскоре поплыл. Я по-собачьи плавал по кругу, но выиграл пари! Я слышал, как вся семья громко подбадривает меня, стоя на берегу. Когда я наконец выполз на берег, то был совершенно измотан, но страшно горд собой. Через грязь и заросли крапивы я кое-как дополз до тети Джойс. Она протянула мне десять шиллингов со словами: «Ты молодчина, Рики!» «Я знала, что ты сможешь», — сказала мама.
Я тоже знал и не собирался сдаваться до тех пор, пока этого не докажу.
В школе у меня было неважно с чтением. Уроки стали мукой из-за моей дислексии. Сама мысль о поражении была мне отвратительна, но, как я ни сражался, а чтение и письмо давались мне, как и многим другим людям, с огромным трудом. Может показаться странным, но именно из-за этого я стал мечтать о профессии репортера — о работе, где читать и писать приходится постоянно. Когда я узнал, что в моей школе объявлен конкурс на лучшее сочинение, то немедленно принял в нем участие. Не знаю, кого больше всех шокировала моя победа. Я был учеником, которого постоянно наказывали за двойки по языку и литературе. Но этот-то ученик и победил в конкурсе сочинений. Я был в восторге.
Когда я рассказал об этом маме, она сказала: «Я знала, что ты сможешь победить, Рики». Моя мама никогда не говорит «невозможно». Она убеждена, что если человек действительно берется за дело, то для него нет ничего невыполнимого. С этого момента дела в школе пошли лучше. Я сконцентрировался на трудных словах, и проблем с орфографией стало гораздо меньше. Это хорошая иллюстрация того, что можно добиться практически всего, но ты должен приложить усилия. Я не переставал ставить перед собой новые задачи. От победы в конкурсе сочинений я перешел к созданию журнала Student. думаю, мне хотелось доказать, что паренек, которого постоянно наказывали за его неспособность как следует читать и писать, может это сделать, — и я доказал.
Повзрослев, я принимал более серьезные вызовы. Казалось, я жил на максимальных оборотах. Я жаждал приключений. Опасность манила меня. Я уже установил рекорд, впервые перелетев через Атлантику на монгольфьере вместе с Пером. После этого мы решили пересечь Тихий океан от Японии до Соединенных Штатов. Это была гораздо более опасная авантюра — восемь тысяч миль над океаном. Такого еще не делал никто. Я знал, насколько велик риск, потому что один из наших соперников погиб, пытаясь достичь той же цели. Оболочка шара прорвалась, и он упал в ледяную воду. Из-за сильного шторма его не успели вовремя спасти, и он умер от переохлаждения.
Джоан не хотела, чтобы я в этом участвовал, и, честно говоря, я и сам нервничал. Но я обещал лететь, и мы были готовы попытаться. Я просто не мог выйти из игры и отдался на милость судьбы. Мозг говорил: «Остановись!», но сердце приказывало: «Вперед!» Какой бы ни была опасность, я все равно бы не сдался, и, думаю, Джоан это тоже понимала.
Я знал, что путешествие будет не без странностей. Я «командный игрок», старающийся разглядеть и раскрыть в людях их лучшие стороны. Пер — молчун и одиночка, склонн