Трамваи сегодня на редкость медлительны. В трамваях сегодня так здорово думается! Нимиро любит трамваи и ненавидит печатную машинку - ну да что делать. Им с хозяйкой нужно сплавлять слова.
Нимиро заходит в гостиницу, ставит машинку на стойку и крепко обнимает хозяйку. И утыкается хозяйке носом в плечо. Нимиро сегодня в черных брюках и льняной рубашке - карманов нет, какая жалость, негде носить с собой сигаретный дым.
- Зачем мы всё это придумали, подруга? - равнодушно спрашивает хозяйка, - Теперь нам придётся их убить. А это нехорошо. Но придётся.
И она идёт за своей печатной машинкой, вытаскивает её из-под стойки, садится в кресло. две машинки на столе, два кресла по бокам, Джастин наливает им красное вино в высокие бокалы на тонких ножках.
- Мы - две мазохистки, Джи, - Нимиро неотрывно смотрит на Джастина, и понимает, что ей будет очень сложно не назвать его другим именем. - Это стоило понять еще в самом начале нашего знакомства - мы две мазохистки. Поэтому мы их убьем. Им не будет больно? - Нимиро встречается взглядом с хозяйкой и кивает в сторону Яс... Джастина.
Машинка успела покрыться пылью, и Нимиро вытирает пальцами клавиши. В. Л. А. Д. Пробел, символ закрытой скобки.
- С чего начинаем?
- Этим - уже было. А нашим... Владу вряд ли. Ярославу - да. - сухо, - Начнём со смерти. Я пишу смерть. А ты напиши любовь - но только со своей стороны, у тебя это лучше выйдет. А потом я. История одна и та же, изменений нет. Просто пишем с разных сторон. И сравниваем. Хорошо?
- Ну давай, - Нимиро трет переносицу и поправляет очки. - Это будет графомански и пафосно, - вздыхает. - Ты меня потом обматери и заставь снова стать злой, хорошо? - глянув на хозяйку, Нимиро склоняется над печатной машинкой, прикусывая губу.