Транскрипция лекций Ламы Кенпо Ньима Вангьяла, прочитанных в Москве во время июньского Ритрита 2007.

"Семь зеркал Великого Совершенства" Дренпа Намка.

Первый день

Сегодняшня наше учение будет посвящено Дзогчен - традиции Великого Совершенства. Сегодня мы рассмотрим, поговорим о том, что присутствует в этом учении, какие блага возникают из практики Дзогчен, какие заслуги, а также каковы причины для этой практики. В целом, в учениях Бон присутствуют три раздела наставлений, - а именно Сутра, Тантра и Дзогчен. Дзогчен является сердцем и основой, сущностью всех путей. Что касается текстов или традиций, которые изучаются и практикуются, то их также существует множество.

Основным источником учения являются Шанг-Шунг Ненгью, Намка Трулзо , А-трид О Сэл. Глядя на историю традиции Шанг-Шунг Ненгью, мы говорим, что источник Учения - Кунту Зангпо, наставником был Тапихрица. Двадцать четыре мастера в этой линии реализовали радужное тело. Способ учения и передачи практики назывался «передача от одного к другому». Это не значит, что учения передавались лишь одному человеку. Просто видимо, ситуация складывалось так, что только один ученик у каждого мастера, был способен реализовать их полностью, достичь в них полного совершенства. Поэтому мы и говорим об этой линии, как о «передаче от одного к другому».

В историческом аспекте, до восьмого века двадцать четыре мастера реализовали радужное тело, также и многие другие совершенные мастера достигли реализации в Шанг-Шунге и в Тибете. Если мы рассматриваем более современную историю, то до нашего времени практика изучения Дзогчен равно присутствует в двух традициях Бонпо и Ньингма, - в этих традициях содержатся схожие учения.

Двадцать четвертым учителем в этой линии является Тапихрица, далее в восьмом веке был великий мастер Нангжер Лодпо, владыка учения, реализовавший практику йидама Мери, обладавший как большими знаниями , так и большой реализацией. В силу того, что Нангжер Лодпо был непревзойденным мастером, обладал большими способностями и знаниями, в нем зародилось чувство превосходства над другими, связанное с цеплянием за «я». Дабы преодолеть это, Тапихрица проявился в чистой форме Нирманакайи. До этого события считается, что Тапихрица был человеческим существом, принявшим рождение, он усердно практиковал учение Дзогчен и достиг реализации. Второй раз он проявился в чистом явленном теле, дабы наставить на верный путь и передать учения Нангжеру Лодпо и исправить в нем несовершенство в практике, связанное с цеплянием за «я», возникшее из-за гордости.

Могут быть разные взгляды на тему достижения радужного тела, достижения состояния Будды и то, каким образом происходит дальнейшее действие на благо других существ. Оно (состояние Будды) характеризуется тем, что на благо обучаемых существ, в согласии с соответствующими условиями и потребностями (живых существ), проявления возникают и существуют, - чтобы наставить тех существ, которым они необходимы. В данном случае мы говорим о таком примере, отсекающем сомнения по поводу дальнейшего проявления после реализации радужного тела: есть или нет (дальнейшие проявления), помогают ли они (джалуйпа) существам, или полностью уходят и растворяются. На благо существ их проявления продолжают возникать, и это один из примеров.

В целом, мы говорим, что основной метод практики, как и вообще весь путь освобождения, лежит через устранение неведения, через устранение трех ядов. Путь Дзогчен заключается в постижении изначальной пробужденности, - поддерживая поток созерцания, этот метод сам по себе является противоядием, преодолевающим силу неведения, цепляния за «я». Три яда, пять ядов полностью устраняются, отбрасываются и устраняются таким созерцанием.

Согласно традиции Сутры, например, говорится о том, что для достижения полного состояния Будды требуется неисчислимое количество кальп, неисчислимое количество времени надо накапливать заслуги, очищаться от омрачений. В завершении всех путей, а мы говорим о пяти путях, пути накопления, применения, медитации, видения и (больше) необучения – вершиной этих путей является состояние Будды . Однако Сутра говорит , что невозможно в этом теле в течение бесчисленных воплощений, пройдя все пути , в завершении их стать Буддой , это возможно лишь в теле света, - а для этого необходимо родиться в Акаништхе (наивысшем измерении мира богов). Учение Сутры говорит, что в этом человеческом теле невозможно достичь состояния Будды, и финальное достижение, полное осуществление, происходит путем принятия рождения в теле света в мире богов в Аканиште. Однако, Дзогчен говорит, что с помощью его методов возможно достижение состояния пробуждения в этом теле, которое уже при этой жизни преобразуется в тело света, совершая великий перенос. Поэтому нет нужды совершать перерождение в другом мире.

Когда мы стремимся практиковать Дзогчен, то сначала выполняем девятисоттысячное накопление предварительных практик, затем идет основная часть, основная практика: прямое введение, постижение природы ума . Это общий путь для всех, как для монахов, принявших обеты, так и для мирянина. Эта структура пути совершенно одинакова для всех. Есть четверостишие, объясняющее суть этой практики, в нем говорится: «Воззрение велико, как небо. Источником, главой всего является воззрение, утвердитесь в воззрении, а это и есть учение Дзогчен. В практике же идите постепенно от малого к великому: установив великое воззрение, подобно идущему по ступеням лестницы идите постепенно вверх, начиная с самой нижней ступеньки, откажитесь от недобродетели и совершайте добродетель. И все это должно быть связано великим состраданием и методом, в котором мудрость и искусные методы едины, - практикой шести парамит»*(-буквально, есть слова Тонпа Шенраба Мивоче, которые нужно процитировать).

Итак, великое воззрение, детальная практика, восходящая ступень за ступенью вверх, наличие великого сострадания, и воплощение его на деле путем шести великих совершенств, - это одно из наиболее известных высказываний, объединяющих суть всего пути согласно учению Бон. Есть множество учений Дзогчен и объяснений с ними связанных. Однако если практика Дзогчен не является противоядием, искореняющим наши три яда (пять ядов), отравляющих наш ум, но при этом мы считаем, что практикуем Дзогчен, - то это не будет верной практикой. Если же, практикуя Дзогчен, мы видим, что сила омрачений уменьшается, тогда мы на верном пути.

В начале практики Дзогчен, выполняя Нгондро, также важно сформировать намерение и устремление, которое выражается следующим образом: пусть силой совершения этой практики Великого Совершенства в этом теле, в этой жизни я обрету перенос в Великое Тело Радужного Света. Это верное устремление и намерение, соответствующее пути Дзогчен.

Если мы практикуем Тантру либо Сутру, то каждый раз намерение и устремление формируется и объясняется по-разному. На пути Сутры говорится: да очищу я накопленные недобродетели, да соберу неисчислимое количество заслуг, и в завершение да обрету я состояние Будды. Это подобная мотивация. В Тантре есть также свое устремление, намерение и свой плод. В Дзогчен же оно формируется, как было сказано выше.

Нужно развивать силу ума и устремление, потому что сначала, опираясь на истории жизней пробужденных учителей, глядя на них, мы можем развить доверие, - что достижение пробуждения возможно. Вначале наш ум может быть слаб и сомневаться в том, возможно ли достичь или нет состояния Будды в этой жизни. Противоядием к таким сомнениям, выражающим слабость ума, является обращение к биографиям пробужденных учителей.

Мы стремимся достичь состояния Будды, обладающее двумя характеристиками, – очищение омрачений и полное развитие достоинств, совершенных качеств мудрости. Хотя методом Дзогчен и является пребывание в изначальной пробужденности, поддержание и сохранение этого состояния, - предварительные практики (принятие прибежища, зарождение бодхичитты, гуру- йога, обращение с молитвой) также являются важнейшей и неотъемлемой частью пути, который мы развиваем. Подспорьем для развития нашей способности к созерцанию является обращение с молитвой к учителю – это одно из важнейших средств для развития этого созерцания. Метод гуру-йоги или почитание учителя является чрезвычайно важным для Дзогчен.

Мы говорили, что в Тантре гуру-йога важна, так вот еще более важным методом это является в Дзогчен, ибо само созерцание, суть Дзогчен заключается в пребывании, в поддержании потока изначального осознавания, не опираясь на никакие измышленные средства (такие как порождение божества) и, при этом, не отвергая, не избавляясь от мыслей. Поэтому важно благословение учителя, в силу которого мы достигаем уверенности в этом состоянии отсутствия сомнений. Это подобно поддержке, подпирающей силе, служащей опорой для нашей практики и усиливающей ее глубину. Все это исходит из обращения к учителю с молитвой.

Тот, кто указал, раскрыл природу нашего ума и есть наш коренной лама. И это не обязательно должен быть великий учитель. В Дзогчен говорится о разных ламах и учителях: ламе примера, ламе значения и ламе символа или знака. Говорится, что все проявления тоже ламы, - все, что возникает в уме. Лама не обязательно тот, кто что-то говорит и объясняет учения. Учителя, который нам что-то объясняет, мы называем «лама, указывающий на сущность значения» или «лама, объясняющий значение примера».

Все проявления также являются учителем Дзогчен, и мы называем это «лама как украшение», потому что эти проявления подобны украшению ума. Все видимое, предстающее перед умом – это тоже учитель и не менее важный учитель Дзогчен, чем тот, кто в человеческом теле объясняет учение Бон. Но, конечно, это не относится к начальной стадии практики. Пока мы не стабильны и не постигли глубоко суть осознавания, пока не созерцаем его глубоко, то утверждать, что все видимое это наш учитель – очень сложно, да и не является таковым (в начале).

Если же мы постигли все проявления как украшение своего ума, учителя как выражение, то, соответственно, нет никакой возможности для возникновения омрачений, и такое достижение очень велико. Ибо обычное омрачение возникает при цеплянии за проявления, - цепляясь за них, хватаясь, мы вовлекаемся в омраченное состояние ума, в котором присутствует понятие «я», двойственность и.т.д. Когда все проявления являются украшением нашего ума, то нет никакой возможности омрачения, нет основы, опоры для заблуждения. Это общее ознакомление с учением, то, что можно вкратце сказать о Дзогчен .

Далее же следуют предача чтением (лунг) и короткие пояснения по тексту называемому «Семь зеркал Великого Совершенства». Это учение даровано Дренпа Намка. Подробное его объяснение сейчас невозможно, но сущностные моменты будут объяснены.

Дренпа Намка мы называем вторым Буддой, вторым наставником, ибо он особо активен и благословенно проявляется для передачи и сохранения учений в этот период упадка, в период пяти вырождений. В восьмом веке, благодаря ему, были сокрыты учения (терма). Его вполне можно назвать Буддой нашего времени, вторым Буддой. Существует много учений связанных с ним, например, такие как Намка Трулдзо, а рассматриваемое сегодня учение называется «Семь зеркал Великого Совершенства».
Читать далее

Примером может служить история. Когда Тапихрица проявился наставить на истинный путь Нангжера Лодпо, тот был могуч в реализации Йидама посредством практики двух стадий. Однако с помощью своих достижений он не смог полностью избавиться от привязанности и цепляния, они остались в нем. Чтобы избавить его от них, Тапихрица явился в человеческом облике, дал йогину тайные наставления, которые помогли преодолеть это цепляние [и привязанность]. Об этом говорится в Намтаре (жизнеописании) учителей линии Ненгью.

Далее говорится об искусном методе, связанном с постижением природы ума и удержания, пребывания в ней. Объясняется определенный метод созерцания [по просьбе Ринпоче описание метода созерцания исключено из открытой публикации].

Пусть будет благо!

Из книги Mahathera Ledi Sayadaw “Manual of Mindfulness of Breathing”

Глава VIII. Первая тетрада (четверка)

[цитата из сутры:]
(I) Йогин (человек, посвятивший себя тренировке ума) осознанно выдыхает и осознанно вдыхает.
(II) Когда выдыхается длинный выдох, он знает, что выдыхает длинный выдох. Когда вдыхается длинный вдох, он знает, что вдыхает длинный вдох. Когда выдыхается короткий выдох, он знает, что выдыхает короткий выдох. Когда вдыхается короткий вдох, он знает, что вдыхает короткий вдох.
(III) Выдыхая, он старается переживать весь выдох в целом – его начало, середину и конец. Вдыхая, он старается переживать весь вдох в целом – его начало, середину и конец.
(IV) Когда он выдыхает, он старается смягчить и успокоить выдох. Когда он вдыхает, он старается смягчить и успокоить вдох.
[конец цитаты]

На первой стадии должна быть предпринята попытка устойчиво удерживать внимание на выдохах и вдохах.

На второй стадии должна быть предпринята попытка воспринимать длинные и короткие выдохи и вдохи как длинные и короткие соответственно.

На третьей стадии должна быть предпринята попытка переживать выдохи и вдохи в целом – их начало, середину и конец.

На третьей стадии должна быть предпринята попытка смягчить и успокоить выдохи и вдохи до тех пор, пока они не станут необычайно тихими.

На первой стадии пока еще не представляется возможным воспринимать такие детали, как длина выдохов и вдохов. На этой стадии следует удерживать внимание на кончике носа или верхней губе (что также возможно), то есть на местах, где воздействие выдохов и вдохов может быть легко распознано, и стараться осознавать каждый выдох и вдох, который происходит. Практика должна длиться один или два часа, либо так долго, как это представляется возможным, и в течение всего этого времени внимание должно быть направлено на кончик носа или на верхнюю губу. Следует настойчиво прилагать усилия до тех пор, пока не будет достигнуто восприятие каждого выдоха и вдоха без пропущенных дыханий, ускользнувших от внимания.

На второй стадии, после того как удержание внимание на выдохах и вдохах освоено, следует пытаться воспринимать длинные выдохи и вдохи как длинные, а короткие выдохи и вдохи – как короткие. Даже в течение одного сеанса медитации возникают как длинные, так и короткие дыхания. Каждое длинное и каждое короткое дыхание следует воспринимать соответствующим образом, причем восприятие должно охватывать каждое дыхание без пропуска ни единого выдоха или вдоха. Когда выдохи и вдохи происходят медленно, они длинные, а когда они происходят быстро – они короткие. Таким образом, восприятие длинных и коротких выдохов и вдохов состоит в восприятии медленных и быстрых выдохов и вдохов.

На третьей стадии, когда переживание длинных и коротких выдохов и вдохов освоено, каждое дыхание, возникающее в теле, должно восприниматься в его целостности, начиная непосредственно от его начальной точки внутри тела, через его середину, и вплоть до его конечной точки внутри тела, причем крайние точки дыхания (начало или конец) располагаются на кончике носа и в пупке.

На четвертой стадии, когда переживание дыхания в его целостности освоено, грубые и неровные дыхания должны быть постепенно смягчены и успокоены. Они должны становиться все более и более мягкими и тонкими до тех пор, пока не достигается стадия, когда кажется, что вдохи выдохи полностью исчезли.


Глава IX. Метод Комментария

В комментарии (название на пали) имеются три уровня усилий, а именно:
Счет (название на пали): внимание фиксируется на выдохах и вдохах посредством их подсчета.
Соединение (название на пали): внимание направляется непосредственно на выдохи и вдохи и делается более сильным и устойчивым, однако, счет прекращается.
Фиксация (название на пали): усилия наращиваются до тех пор, пока не обретаются более высокие уровни достижения.

Имеются две точки, в которых дыхание может быть схвачено [распознано]: кончик носа и верхняя губа. Для одних людей дыхание более отчетливо распознается на кончике носа, для других – на верхней губе. Внимание должно быть направлено на область, в которой восприятие наиболее ясно – эту область можно назвать «пятном осязания». В начале следует направить внимание на пятно осязания, подсчитывая, сколько раз выдохи и вдохи воздействуют на это пятно. На следующей стадии необходимо стараться непрерывно удерживать внимание на выдохах и вдохах без помощи счета. В конце же следует прилагать усилия к тому, чтобы сделать внимание более сильным и устойчивым.

Счет

Существует два метода [стадии] счета – медленный и быстрый – в соответствии с тем, является ли внимание слабым или сильным. В начале ум беспокоен и отвлечен, а внимание слабо, и из-за этого не все дыхания осознаются. Некоторые дыхания ускользают от внимания и не распознаются. Подсчитываются только те дыхания, которые были ясно восприняты, а те, которые не были ясно восприняты, исключаются из счета. Таким образом, подсчет идет медленно – это медленная стадия.

Подсчет ведется в три круга (название на пали). В первом круге ведется счет от одного до пяти; затем во втором круге – от одного до шести; в третьем – от одного до семи; в четвертом – от одного до восьми; в пятом – от одного до девяти; и наконец в шестом – от одного до десяти. После шестого круга начинают снова с первого круга. Иногда эти шесть кругов считают за один.[1]

Сначала направьте внимание на пятно осязания и, когда выдох или вдох ясно воспринят, считайте «один». Продолжайте считать «два», «три, «четыре», и т.д. в случае, если вновь возникающие выдохи и вдохи ясно воспринимаются. Если хотя бы один из них не был ясно воспринят, прекратите последовательный счет, и продолжайте считать «один», «один», «один» до следующего ясного восприятия выдоха и вдоха, после чего счет продвигается до «два». Когда досчитаете до пяти в первом круге, возвращайтесь к единице. Продолжайте счет таким же образом до тех пор, пока все шесть кругов не будут выполнены. Поскольку при таком методе подсчитываются только ясно воспринятые дыхания, он называется медленным счетом.

Когда счет выполняется повторно много раз, количество ясно воспринятых дыханий увеличивается, а промежутки между периодами последовательного счета становятся меньше. Когда каждое дыхание ясно воспринимается, счет идет без пропусков и становится быстрым. Следует продолжать до тех пор, пока ни одно дыхание не будет выпадать из счета.

Нет необходимости считать вслух, мысленный счет вполне достаточен. Некоторые люди предпочитают считать вслух. Другие отсчитывают одну бусину на четках в конце каждого шестого цикла и стремятся насчитать определенное количество кругов четок в день. Сущность практики, однако, состоит в том, чтобы сделать восприятие ясным, а внимание – сильным и устойчивым.


Соединение

Когда достигается уровень, при котором каждый выдох и вдох ясно воспринимается посредством счета, так что ни один из них не ускользает от внимания, следует прекратить счет и переходить к методу соединения. Здесь метод соединения состоит в удержании внимания на пятне осязания и ясном восприятии всех выдохов и вдохов без их подсчета. Это означает продолжение приложения таких же усилий, как и на стадии счета, но уже без опоры на счет, с целью сделать восприятие более ясным, а внимание – более сильным и устойчивым.

Как долго должен применяться метод соединения? До тех пор, пока не возникнут сопутствующие знаки (counterpart signs, название на пали), то есть ментальные образы, которые возникают, когда достигается продвинутая стадия концентрации.

Когда внимание становится зафиксированным на выдохах и вдохах, (то есть, когда достигается определенный уровень концентрации), возникают проявления, такие как массы пушистой шерсти, порывы ветра, россыпи звезд, драгоценных камней, жемчуга или жемчужных бус и т.п. различных форм, в различных сочетаниях и разных цветов. Это называется сопутствующими знаками. Усилия на стадии соединения должны прилагаться до тех пор, пока сопутствующие знаки не проявляются ясно всякий раз, когда прилагается усилие.[2]

Фиксация

На стадиях счета и соединения внимание все еще должно быть зафиксировано на пятне осязания. С момента возникновения сопутствующих знаков, следует начинать практику третьей стадии – метода фиксации. Сопутствующие знаки являются проявлениями (манифестациями) и напоминают новые ментальные объекты. Не являясь природными объектами, однажды возникнув, они легко исчезают, и как только они исчезли, их трудно вызвать снова. Поэтому, когда возникает сопутствующий знак, следует прилагать специальные усилия с дополнительной энергией по фиксации внимания на знаке для того, чтобы удержать его от исчезновения. Таким образом, необходимо стремиться делать эти знаки все более ясными с каждым днем. Приложение этих специальных дополнительных усилий известно как метод фиксации.

По достижении стадии фиксации следует избегать семи неподходящих вещей (название на пали) и культивировать семь подходящих вещей (название на пали). Также должны быть осуществлены десять видов навыков медитативного погружения (название на пали).

Семь неподходящих вещей следующие:

1) неподходящее место
2) неподходящая деревня, в которой [практикующий] получает еду в виде подаяния
3) неподходящие разговоры
4) неподходящие друзья и товарищи
5) неподходящая еда
6) неподходящий климат
7) неподходящие позы тела

Эти вещи названы неподходящими, поскольку они приводят к ухудшению медитации. Соответственно семь подходящих вещей – это прямые противоположности семи выше перечисленных, то есть подходящие место, деревня, разговоры, друзья, еда, климат и позы, которые приводят к улучшению медитации.

Десять навыков медитативного погружения следующие:

1) чистота тела и посуды
2) гармонизация пяти духовных способностей (индрий)
3) способность к [удержанию] объекта внимания
4) контроль бурного ума
5) приободрение угнетенного ума
6) умение делать бесстрастный ум приятным
7) спокойствие, ведущее к уравновешенному уму
8) избегание людей, не обладающих концентрацией
9) связь с людьми, обладающими концентрацией
10) обладание умом, который всегда обращен к медитативному погружению

Осуществив вышеперечисленные качества и вооружив себя ими, следует прилагать специальные энергичные усилия на протяжении многих дней и месяцев, фиксируя внимание на сопутствующих знаках, чтобы сделать их устойчивыми. Этот метод должен практиковаться до тех пор, пока не будет достигнута четвертая джняна.



Знаки

Я теперь покажу различные знаки, возникающие на трех стадиях практики, а также типы концентрации, достигаемые на этих стадиях.

Образ выдоха и вдоха, который возникает на стадии счета, называется предварительным знаком (название на пали). На стадии соединения он называется обретенным знаком (название на пали). Проявление, которое возникает на стадии фиксации, называется сопутствующим знаком (название на пали).

Медитативная концентрация, достигаемая во время возникновения предварительного знака и обретенного знака, называется предварительной концентрацией (название на пали). Медитативная концентрация, развиваемая при фиксации внимания на сопутствующем знаке на стадии фиксации, но до полного погружения (название на пали), называется концентрацией доступа (название на пали). Четыре джняны называются концентрацией посредством погружения (название на пали).

На стадиях счета и соединения выдохи и вдохи – объекты медитации – постепенно смягчаются и успокаиваются. В конце концов, они могут стать настолько тонкими, что кажется, они вообще исчезли. Когда такое происходит, следует продолжать удерживать внимание на пятне осязания и пытаться уловить выдохи и вдохи в этой точке. После того как выдохи и вдохи вновь начинают ясно восприниматься, вскоре следует ожидать возникновения сопутствующих знаков, что в свою очередь означает обретение доступа к упачара-джняне (название на пали). Здесь упачара-джняна означает концентрацию доступа медитации сферы чувственного (название на пали), которая преодолела пять помех (название на пали).

Успокоение выдохов и вдохов вплоть до их исчезновения, упомянутое в методе Комментария, возникает автоматически, так что специальных усилий для его возникновения прилагать не следует. Я сам видел йогинов, у которых выдохи и вдохи успокоились до точки их исчезновения. Однако, в сутре, в которой сказано (цитата из сутры на пали), смысл состоит в том, что при достижении стадии соединения следует прилагать специальные усилия для успокоения выдохов и вдохов.

Когда выдохи и вдохи, как может показаться, прекратились, люди, не обладающие необходимыми навыками медитации, могут подумать, что выдохи и вдохи действительно исчезли или остановились. Тогда они, возможно, прекратят медитативную практику [что является ошибкой]. Пусть все будут внимательными касательно данного момента.

[1] Видимо, имеется в виду подсчет выполненных кругов – см. ниже (прим. пер.)
[2] То есть, во время каждого периода практики (прим. пер.)
Gyer.ru > 7 зеркал Великого Совершенства

Чогьял Намкай Норбу родился в Восточном Тибете в восьмой день десятого месяца года земли тигра (1938 г.).
Когда ему было два года, двое учителей признали его перерождением Адзом Другпы, который был одиним из великих учителей Дзогчена начала двадцатого столетия и был учеником первого Кьенце Ринпоче и учеником Патрула Ринпоче. В тридцать лет Адзом Другпа, получил прямые видения от несравненного Джигме Лингпы (1730-1798) и стал тертоном, или открывателем укрытых текстов сокровищ.
В возрасте восьми лет Чогьял Намкая Норбу был признан Шестнадцатым Кармапой и Ситу Ринпоче. Они узнали в нем перерождение Падмы Карпо (1527-1592), знаменитого учителя школы другпа кагью, исторического основателя государства Бутан. С восьми до четырнадцати лет Чогьял Намкай Норбу учился в монастырской школе, выполнял уединенные практики и получал учения у известных учителей, в числе которых была женщина учитель Аю Кандро (1838-1953). В то время ей было сто тринадцать лет, и пятьдесят шесть из них она провела, практикуя в темноте. Чогьял Намкай Норбу получил от нее ряд передач, которые впоследствии интенсивно практиковал. В 1954 году он жил в Китае как представитель тибетской молодежи и преподавл тибетский язык в Юго-Западном Университете национальных меньшинств в Чэнду провинции Сычуань.
После возвращения на родину, в Дерге, семнадцатилетний Чогьял Намкай Норбу, следуя полученному во сне видению, встретился со своим коренным учителем Чангчубом Дордже, который жил в удаленной долине на востоке. Практикующий целитель, Чангчуб Дордже Ринпоче возглавлял общину, состоящую из его последователей: мирян, йогов и йогинь. От него Чогьял Намкай Норбу получил дополнительные посвящения и прямую передачу сущностного учения Дзогчен. И, что самое важное, этот учитель ввел его непосредственно в переживание состояния дзогчен. Чогьял Намкай Норбу прожил у Чангчуба Дордже Ринпоче почти год, часто помогая ему в медицинской практике, а также в качестве писца и секретаря. После этого Чогьял Намкай Норбу отправился в длительное паломничество по Центральному Тибету, Непалу, Индии и Бутану.
С 1958 по 1960 год он работал в Министерстве развития правительства Сиккима в Гангтоке, над созданием и редактированием тибетских учебников.
В 1960 го­ду, в возрасте двадцати двух лет, он отправился в Италию и провел несколько лет в Риме. Начиная с 1964 года Чогьял Намкай Норбу много лет был профессором Восточного института Неаполитанского университета, где преподавал тибетский и монгольский языки и историю тибетской культуры.
В 1983 го­ду он организовал в Венеции первый Международный конгресс по тибетской медицине.
В течение последних двадцати пяти лет проводит в разных странах учебные семинары и дает наставления по практикам Дзогчена, а также по тибетской культуре, в частности по янтра йоге, медицине и астрологии.
Чогьял Намкай Норбу также является автором более десяти книг по медитации Дзогчена, в числе которых "Кристалл и путь света" и "Круг дня и ночи".
Выше приведенные сведения большей частью взяты Джоном Рейнольдсом из биографии на тибетском языке.
В июне 2009 года во время практики осознанного сновидения я опять «встретилась» с Намкай Норбу Ринпоче, получив разрешение и благословления и практическое руководство по садханам Пробуждения.
В 1997 году во время прохождения практик абсолютного темного ритрита я впервые встретилась в пространстве Дхарматы с Намкай Норбу Ринпоче. Он в это время проводил семинар по практикам Дзогчен в Москве по практикам Естественного Ума

(выдержки из книги "шива юнн друнг ньен гьюд, или шивасиддхантха")

ненаписанные и последние слова великого мастера и отца тибетской медицины по имени Юток Йонтен Гонпо младший.

Трехлетний мальчик играл с другими детьми в доктора, измерял им пульс и осматривал мочу; он уже узнавал травы и минералы из которых готовят лекарства. Когда мальчику исполнилось восемь лет, отец начал учить его тибетской медицине. Мальчик стал изучать буддизм, искусства и язык с другими учителями, и во всем, чем бы он ни занимался, он достигал совершенства.

Однажды в возрасте четырнадцати лет, ему во сне явилась богиня Друпа Лхамо. Одетая в синие одежды, она предстала перед ним с сосудом, наполненным нектаром, в руках. "Меня отправил к тебе Будда Медицины, - промолвила она, - он передал тебе этот сосуд. Выпей нектар!" Мальчик принял сосуд, и когда он выпил нектар, его тело стало чистым, сияющим и кристально ясным. Тогда богиня произнесла слова пророчества: "Через два года ты неожиданно встретишь учения Четырех медицинских Тантр (тиб. - Джуд Ши). Благодаря этим Тантрам ты принесешь неизмеримое благо множеству существ". Когда мальчик проснулся, то почувствовал себя безмерно счастливым.

Мальчика звали Юток Йонтен Гонпо - ему предстояло стать тибетским доктором и одним из самых прославленных мастеров. Он родился в 1126 году в поселении Гоши Ретханг в Западном Тибете, на восьмой лунный день в последний месяц лета. Отца его звали Кхьюнгпо Дордже, а мать - Пема Оден.

На следующий день после явления во сне богини Друпа Лхамо, к Ютоку пришел геше по имени Ротон, который страдал от серьезной формы ревматизма, его ноги невыносимо болели, и попросил вылечить его от недуга. Юток успешно выполнил просьбу. Потом Ротон отправился в Центральный Тибет и оставался там в течение двух лет. Там он заболел заразной болезнью, и никакие лекарства ее не брали. Только известный доктор Центрального Тибета Упа Дардрак смог ему помочь.

Ротону стало известно, что у доктора Упы была передача на Четыре медицинских Тантры, и они с доктором начали их изучать вместе с комментариями. Упа также передал ему три традиции практики Ночин Шанглон, особого защитника Тибетской медицины и врачей. Когда Ротон вернулся в Западный Тибет, он понял, что если он передаст Четыре медицинских Тантры Ютоку, тот сумеет их сохранить и распространить. Ротон и Юток вместе разбирали содержание Джуд Ши, а также тех знаний по медицине, которые туда не входили. Юток убедился в глубине познаний Ротона, что вдохновило его на обучение. Некоторое время Юток не разглашал Четыре Тантры, и никого по ним не учил.

Первое путешествие Ютока в Индию состоялось, когда ему было восемнадцать лет. Там, в месте под названием Куда Линг ему явилась дакини Мандарава и передала ему танатру Чангло Накпо. Оттуда Юток отправился в Варанаси, где изучал Восемь ветвей целительства, Сомарадзу и другие медицинские учения. Он путешествовал по всему индийскому полуострову, был на Цейлоне, на горе Грифов, и везде глубоко изучал медицину и буддийскую философию.

Юток вернулся в Тибет, когда ему было 21 год. По возвращении он посвятил себя клинической практике и обучению студентов. Так продолжалось десять лет, пока во сне ему не явилась богиня Дуцима, которая посоветовала ему снова отправиться в Индию. По ее словам эта поездка была очень важной для будущей деятельности Ютока на благо других. Он последовал совету богини, и в Индии его наставляла дакини Мандарава, которая передала ему 75 тантр, связанных с восемью ветвями целительства. В частности, Юток получил необычайно глубокое учение тантрического пути к просветлению, сравнимое с сердечной сутью дакинь, а также пророчество касательно дальнейшего распространения этого учения. Это учение впоследствии стало известным как Юток Ньинтик - "Сокровенная сущность Ютока".

По возвращении в Тибет, он стал непревзойденным доктором и мастером, известным под именем Юток Йонтен Гонпо или "Юток - Властелин всех качеств". Он составил текст "Сущность Восьми ветвей целительства, расширенных и кратких", а также трактат по исследованию пульса, три манускрипта по медицине, "Малую Тантру", "Опыт врача для учеников", два комментария на Четыре медицинских Тантры и восемнадцать дополнений к Четырем Тантрам. Все учения в их полноте он передал Сумтону Еше Зунгу, но кроме него у Ютока было очень много учеников - более 300 полностью обученных студентов.

Однажды его пригласил правитель Западного Тибета. В течение четырех месяцев Юток учил срединному воззрению буддизма, а также Дзогчену - учению о самосовершенстве. Там же он передал серию посвящений, куда вошли Будда Медицины, посвящение мирных и гневных божеств, Хеваджра, Ваджра Килая, посвящения на защитников медицины и мудрецов медицины. Присутствующие выдели Ютока в самых разных обличьях: кто в виде мудреца или йогина, кто как великого учителя, в ауре приятных ароматов, в сиянии лучей и радуг, а многие слышали мелодичные звуки музыки. Однажды в течение часа за стенами дворца шел дождь из золотых плодов мираболана. Люди бросились подбирать плоды, и дождь прекратился, на что Юток заметил, что если бы не людская жадность, кроме плодов аруры с неба упали бы и другие необычайные лекарства.

Когда главный ученик Ютока по имени Сумтон Еше Зунг спросил учителя о значении таких особенных знаков, тот объяснил, что все знаки имеют три смысла: внешний, внутренний и тайный. На внешнем уровне знаки показали, что в Индии и в Тибете Юток был непревзойденным знатоком. На внутреннем уровне знаки указывали на то, что Юток обрел восемь великих способностей (таких как скороходство и другие сиддхи), а тайный смысл этих знаков состоял в том, что он был одним и тем же и неотделимым от бесконечных мандал всех Будд. Знаки указали на то, что Юток был эманацией врача Будды, а также Падмасамбхавы, Ашвагоши, Падампы Сангже, Вирупы, знаменитого доктора Кьебу Мела, а в Тибете - Сонгцена Гампо, старшего Ютока и Гампопы.

Всю свою жизнь Юток бескорыстно посвятил другим - он не только давал учения, но раздавал нуждающимся лекарства и дарил одежду бедным людям.

Однажды, когда Юток оказывал почтение самопроявленной статуе Будды, из ее сердца излился свет, и вокруг зазвучала мантра Будды Медицины. Затем все лучи растворились в голове Ютока. Он остался пребывать в созерцании с неподвижным взглядом до тех пор, пока его не позвал ученик Сумтон Еше Зунг. "Ты был со мною 12 лет. Теперь, если у тебя остались какие-то нерешенные сомнения, скажи мне. Возможно, скоро я уйду в другие земли". Сумтон испугался, что учитель умирает и стал звать на помощь. "Не кричи, - успокоил его мастер, - я еще проживу какое-то время, - я сказал так нарочно, чтобы напомнить тебе о непостоянной природе жизни". Сумтон оказал почтение мастеру, совершил символическое подношение вселенной и попросил его: "Учитель, дай мне окончательное учение, чтобы я смог стать Буддой". В ответ Юток передал ему гуру- йогу из Юток Ньинтик. Когда Ютоку было 76 лет, он собрал всех своих учеников и дал им учение и поднес им множеством даров. По этому случаю спел он такую песню:

Хэй! Внимайте, счастливцы! Слушайте внимательно, люди, В особенности те, кто собрался здесь.
Хотя вы столько всего слышали, Все это была иллюзорная бессмыслица.
Сегодня вы услышите то, что действительно имеет смысл.
Хотя вы столько всего видели, Все это лишь узоры лживых и обманчивых видений.
Увиденное сегодня очистит два вида загрязнений.
Если вы не знаете, «кто я», то знайте:
«Я» (эго- повседневный ум) - основа всех Будд и прибежище всех существ.
Вся живая и неживая вселенная пронизывают им тело, речь и ум.
Иллюзорные формы его тела - Это природа совокупностей священных божеств;
А его вещественность изначально чиста.
Его не ухватишь, как радугу, хотя Оно проявляется повсюду, как отражение луны в воде.

Пустотное звучание его речи - это песня эха, Раскатов грома восьмидесяти четырех тысяч учений.
Речь проливается дождем учений на тех, кого нужно вести,
И существа встают на путь созревания и освобождения.

В пустоте и ясности повседневного ума несказанное изначальное состояние.
Блаженство пронизывает все, оно непрестанно возрастает.
Пустота и сострадание нераздельны,
Поэтому все явления - порождения ума, освобождаются сами собой.

Еще немного усилий и «я» - В мгновение ока полностью пробужденный Будда,
встречаемый с сотнями Будд, ведущих существ к обретению и проявлению качеств пробужденного будды.

С верой, не подвластной сомнениям,Молитесь не колеблясь им!
Замутненное видение Вам мешает увидеть качества Будды в себе.
В привычном способе восприятия, вы видите во мне человека,
который методом сострадания Лечит болезни ума, вызванные тремя эмоциями,
тремя «виновниками» - Ветра, Желчи и Слизи.

Тот, кто обрел свободу ума, Неподвластен препятствиям земли,
Воды, огня и ветра, богов и демонов, Живых врагов и неживой природы.
Он может парить в небесах быстрее птицы, И погружаться в морскую пучину,
И никто не в силах его остановить.
Он может пройти сквозь скалы, как метеоритный луч, И стать огненным богом в неистовом пламени.

Нынешние поколения имеют немало заслуг, но лишь единицы услушали меня.
В тех, кто услышал Зародятся ростки пробуждения,
Очистятся негативности, накопленные за эоны времени,
Будут преодолены препятствия и неблагоприятные условия этой жизни,
Они освободятся сами и освободят других,
И станут свободными их последователи.
Освободятся даже те, Кто считает что вредит мне и втайне придерживается противоположных взглядов,
Не сомневайтесь: и такие обретут пробуждение и получат освобождение по пути счастья.

Если сумеете открыть свое сердцем и ум и ваши намерения будут подлины, вы избавитесь от недоверия и приобретете прибежище жизни, и Тогда оба вида загрязнений немедленно начнут исчезать.

Тем, кто встретит меня в жизни, в видениях или во сне,
Я открою путь ко временным и окончательной целям.
Все Вы, кто пришел сегодня, и те, кто еще придет,
Помните эти слова!

Поскольку время обучения в этом мире подходит к концу, я отправлюсь в чистые земли Будды.

Затем Юток дал множество советов своим ученикам-врачам. Потом многоцветные лучи света в виде радужной сети заполнили все небо. Сияние коснулось тела Ютока и он воспарил в пространстве и перенесся в земли Будды Медицины, не оставив никаких бренных останков.

Свободный перевод с тибетского языка в сокращенном варианте был сделан доктором Нидой Ченагцанг и Элио Гуариско с текста: gYu thog gsar rnying gi rnam thar by Dar mo sman rams pa, published by mi rigs dpe skrung khang, 1982, Bejing, China.
Перевод на русский язык: Анна Розова
и скорректированы мной Еленой Щербич.

Глава 1.0

Введение, отворяющее новичкам Врата к Учению Бон – Великой Колеснице Просветления.

Автор: Геше Тензин Друг Драг

Предисловие Автора

История, исследующая религию и цивилизацию за многие тысячи лет от самых своих истоков, подобна капитану, ведущему корабль в потоке мировых культур, и является квинтэссенцией мудрости. Знания о ней появляются благодаря большим исследовательским усилиям ученых, но в качестве первого ознакомления предлагаю читателям эту небольшую книгу – введение в историю. Для того, кто заново отворяет врата, ведущие в область знания множества сведений, касающихся Бона, открывает врата мыслящего ума, она зажигает светоч, указывающий путь для ознакомления с историей. Чтобы, взяв ее себе за основу, читатель смог проплыть весь океан истории религии и культуры, необходимо так же чтобы он, полагаясь на корабль усердия и анализа, высоко ценил и тех, кто обладает оком мудрости. Когда путешествуют по великому пути узнавания, время от времени возникают трудности преодоления фантазий и неведения, но, в конечном счете, он приводит к уверенности в осознаваемой истине. Когда же, вступив на путь изучения, мы испытываем десятки тысяч проблем, то обязательно надо обращаться за советом к блеску и могуществу ученых, обладающих сотнями тысяч исследовательских навыков.

Таким образом, в саду различных соперничающих мировых историй, культур и религий сияют жаркие лучи яркого света знания десятков миллионов широко образованных знатоков, отчего капли сердца ученых расцветают цветами множества сотен сочинений, и постепенно созревают плоды – история, содержащая смысл их сердец. Благодаря именно этому избавляешься от таких недостатков, как слепота бездействующего органа зрительного восприятия и немота закрытости лепестков речи, и приобретаешь человеческие способности разговаривать и понимать смысл. Таков этот ключ осознавания, что дается читателям, которые распахивают врата пока еще невежественного ума. И тогда, развязав узел корня горла (то есть речи), приобретаются сотни языков, на которых можешь говорить, и, раскрасив видящие очи в сотню цветов, раскрываются лотосы совершенного знания. Однако, хоть во всем этом громадном хранилище драгоценностей религий, культур и историй этого мира, существует множество могущественных самоцветов, способных исполнить даже желания, которые превосходят сферу моего разумения, но в данном случае я хочу поднести из них читателям на рассмотрение следующее. Эта традиция Вечного Бона белых шапок, родившаяся в стране Ситпи Шангшунг Мар (пупе могущественной держательницы драгоценности земли), которая среди бесчисленного количества звезд религии, культуры и истории подобно владыке семерых чистокровных коней излучает яркий блеск, и я прошу читателя обратить свое внимание к природе этого опыта, дабы постичь и узнать его. Если посмотреть на время существования этой традиции от самых истоков ее возникновения, то можно определить, что ее жизнь насчитывает более восемнадцати тысяч лет. Если же посмотреть на ее распространение в настоящее время, то она отнюдь не является самой распространенной на Земле. Во-первых – это потому, что она является религией малочисленного народа, во-вторых – язык и письменность на которой она существует мало известны и распространенны на Земле, в третьих – на протяжении трехсот с лишним человеческих лет эта традиция сильно ослабла из-за нестабильности вызванной разнообразными неблагоприятными обстоятельствами, причинившими ей большой вред. Вот почему этому яркому белому свету и славе этой традиции не было возможности распространиться на всей Земле. И поэтому же ее история до сих пор не достигла ушей и не стала объектом непосредственно рассмотрения множества читателей, но, по-прежнему, остается в скрытом, ущемленном состоянии.

Тем не менее, не смотря на столь малое ее распространение, эта традиция, в числе многих других драгоценных мировых традиций с богатой историей, заключает в себе чрезвычайно важный внутренний смысл. И более того, бесспорно, она является, в частности, корнем, из которого произошла религия, культура и вся история Тибета. По-прежнему в числе множества мировых наследий культура и история страны Заснеженных гор является предметом изучения, в частности, она является родиной знания тибетских старожилов, ведь в числе множества других спорных вопросов, которые обсуждают сотни ученых, имеется вопрос и о роли тех или иных исторических лидерах. Поэтому эта культура и история Вечного Бона приветствуется в настоящее время и ее героический рык знаний разносится среди множества народов планеты, приводя обоснование предварительной истинности. Когда же у множества молодых людей, вышедших из широких врат, ведущих к мудрости, благодаря изучению, изысканиям и оттачиванию своего понимания Бонской истории и культуры, в уме появится картина долгой и древней цивилизации и истории своего народа, тогда и придет благоприятное время для нового рождения этой цивилизации.

Таким образом, для читателей, имеющих белый свет в сердце, который освещает историю и литературу этой традиции, хоть такой человек, как я, с ограниченными врожденными и приобретенными умственными навыками и малыми средствами для исследования и лишен большой на то способности, но со всем уважением я должен употребить хотя бы свои малые силы и поднести в качестве подарка с большим почтением эту насущную на данный момент книгу – поводыря по Бонской истории, культуре и религии, под названием "Введение, отворяющее новичкам Врата к Учению Бон – Великой Колеснице Просветления". Однако, как сказано в пословице: "Мал цветок, да подношение богам," – эта маленькая ознакомительная книжица, украшенная гирляндой слов и смысла, хоть по части слов и не является объемистой, а по части содержания является записками по историческим фактам, извлеченным из океана Бонской литературной традиции – это очень краткая версия содержания сотен книг, отчет о множестве исследованных трудов и разъяснение разнообразных высказываний. Кроме того, эта книга – лишь семя, служащее основой по исследованию истории для тех, кто обладает оком понимания, она – словно поводырь, указывающий путь истории для всех интересующихся этим.
Читать далее...

В даосской литературе немало рассказов о людях, достигших бессмертия в результате овладения тайнами сексуальной практики. В одном из рассказов "Ле сянь чжуань" ("Жизнеописания выдающихся бессмертных") повествуется о некой Нюй Цзи, торгующей вином. "Случилось одному бессмертному, проходя мимо ее дома, выпить ее вина; в залог уплаты он оставил ей "Книгу чистой девы" в пяти свитках. Открыв и познакомившись с его книгой, Цзи нашла в ней советы относительно питания жизненного принципа и интимного союза. Цзи тайком переписала главные из них, а затем, устроившись в отдельном доме, стала добрым вином залучать туда молодых парней и оставлять их ночевать, дабы на практике испытать книжные предписания. Так продолжалось 30 лет, лицо ее все молодело, словно было ей только 20. После многих лет появился тот же бессмертный. Он шутливо заметил Цзи: "Без учителя похищающий дао даже с крыльями не улетит". Тогда она оставила семью и последовала за бессмертным. Никто не может сказать, куда они ушли" [11, c. 125]. Заметим попутно, что в этом отрывке мы находим подтверждение сказанному нами выше о чрезвычайно важной роли, которая отводилась даосами наставникам. И здесь женщина, овладев тайной, не могла стать бессмертной самостоятельно. Лишь последовав за наставником, она могла рассчитывать обрести бессмертие.
Практикующим "питание жизненного принципа" соединением инь и ян даосские наставники предлагали два основных способа: coitus reservаtus (прерванный половой акт) и "возвращение семени" (хуань цзин).
Первый способ предполагал многократные coitus reservatus с непрерывным рядом партнеров для питания силы ян возможно большим количеством инь. Наиболее простая процедура из трактата "Юй фан чжияо" ("Руководство для яшмовых покоев") приведена в работе А.Масперо. Тут описаны подготовительные ласки и техника любовного соединения, говорится об избавлении от всех болезней и продлении жизни того, кто способен в течение суток осуществить coitus reservatus на протяжении двенадцати копуляций, при этом следует сменить последовательно возможно большее число партнеров. "Если за одну ночь сменить десять партнеров, это высшая степень превосходства" [25, c.385].
Другой способ ("возвращение семени) заключался в том, чтобы в момент эякуляции сдавить уретру. При этом семя отводится в мочевой пузырь, откуда затем выводится с мочой. Даосские практики, однако, считали, что тем самым можно заставить семенную жидкость подняться вверх, чтобы питать ею мозг. Поэтому этот способ назывался еще "заставить семя вернуться и питать мозг" (хуань цзин бу нао).
Так же, как и дыхательные упражнения, описанные выше процедуры требуют предварительной подготовки и наставлений учителя. В небольшом сочинении V в. из антологии "Юнь цзи ци цянь" говорится, что приступать к этим занятиям надо "в день кай или чу первой декады месяца, когда они будут совпадать с днем цзя-цзы шестидесятидневного цикла в час живого воздуха после полуночи", при этом нельзя быть пьяным, грязным, отягощенным пищей, ибо нарушение этих условий порождает болезни. Необходимо "совершенной медитацией" отрешиться от всех посторонних мыслей. После этого "мужчины и женщины могут практиковать метод вечной жизни". Практика эта объявлялась абсолютно секретной, "ее нельзя передавать никому, кроме мудрецов". Практикующие этот способ в соответствии с правилами, будь то люди молодые или старые, обретали энергию, становились сильными и здоровыми" [25, c.386: 19, c.199].
В период правления династии Тан были широко распространены различные руководства, посвященные сексуальным вопросам, написанные в дотанское и в танское время. Среди последних заслуживает упоминания медицинский трактат известного даосского врача Сунь Сымяо (601-682) "Цянь цзинь яофан" ("Бесценные рецепты"), впервые напечатанный в 1066 году и переизданный в 1307, 1544 и 1604 гг. Специальный раздел трактата был посвящен "здоровой половой жизни". В восемнадцати частях раздела автор излагал рекомендации, в целом совпадающие с прежними руководствами. Есть однако и новые элементы. Так, Сунь Сымяо обращает внимание на достижение мужчиной сорока лет, считая этот возраст поворотным пунктом в сексуальной жизни и для физического состояния в целом. "Когда мужчина достигает сорока лет, он вдруг замечает, что его потенция уменьшается... Пэн-цзу сказал: "Лечение одного человека за счет другого - вот истинное лечение" [19, c.193].
Для достижения того же эффекте "возвращения семени" Сунь Сымяо предлагает надавливать на акупунктурную точку пинъи, которая находится в одном цуне выше правого соска. В последней части раздела говорится о запретах. Например, для того, чтобы избежать бесплодия, рекомендовалось женщине остерегаться ртути, а мужчине - оленьего жира [19, c.196, 197].
Мы рассмотрели некоторые наставления даосских врачей и учителей, в которых сексуальные отношения рассматривались как средство продления жизни, достижения бессмертия. Они не имели целью обзаведение потомством. Однако продолжение рода, рождение детей было, как уже отмечалось выше, обязанность каждого члена общества. Понятно, что даосские трактаты не могли пройти мимо столь существенной стороны сексуальной практики. Они должны были отрегулировать наметившееся несоответствие между процедурами, рекомендуемыми для достижения высшей цели даосизма - бессмертия, и процедурами, необходимыми для продолжения рода. В трактатах "Дун сюань цзы", "Юй фан бицзюе" говорится, что поскольку при соединении инь и ян в результате эякуляции утрачивается эссенция ян, то ее надлежит компенсировать за счет впитания эссенции инь. Так, желающий обзавестись потомством даос должен был предварительно увеличить свою эссенцию настолько, чтобы расход ее не нанес ему вреда, не укоротил срок жизни. Пэн-цзу указывал, что необходимо питать эссенцию и дыхание, остерегаться частой эякуляции, для зачатия ребенка вступать в интимную связь лишь через три-четыре дня после завершения менструального цикла. Мальчик, рожденный при этих условиях, будет наделен талантом, долголетием, известностью. Если же появится девочка, то она будет мудрой, добродетельной, выйдет замуж за знатного.
В "Юй фан бицзюе" приведен следующий диалог между Желтым императором и Чистой девой: "Правильный путь заключается в том, чтобы не извергать семени и сохранить его. Как нужно извергать семя, чтобы обзавестись ребенком?" - спросил Желтый император у Чистой девы. На это она ответила так: "Неодинаково это для сильных и слабых, для молодых и старых. Каждый мужчина должен регулировать извержение соответственно своей жизненной силе". Далее Чистая дева перечисляет возможности эякуляции мужчин различного возраста: сильные мужчины двадцати лет могут иметь эякуляцию дважды в день, а слабые - один раз; сорокалетние - один раз в три или в четыре дня (в зависимости от здоровья); пятидесятилетние - один раз в пять или в десять дней; шестидесятилетние - один раз в десять или двадцать дней; семидесятилетние - один раз в месяц, а слабые не должны вовсе терять эссенцию. Даос Лю Цзин дополняет: "Мужчина может позволить себе извергать семя весной один раз каждые три дня, летом и осенью - два раза в месяц. Зимой следует вовсе воздержаться от этого" [19, c.146; 25, c.383].
В более поздних сочинениях, например, в "Су нюй *мяо лунь" ("Сокровенные рассуждения Чистой девы"), написанном примерно в 1500 г., описанная выше процедура "возвращения семени" называется "заставить Желтую реку течь вспять" (*Хуанхэ *).Читать далее
Подводя итог изложенному, нельзя не заметить, что устойчивость традиций донесла из глубины веков целый ряд положительных знаний из области китайской народной медицины, фармакологии, гигиены, зачатки современной химии, которые "законсервировались" в даосских рекомендациях.процедурах, прикрытые слоем мистики и суеверий.

Э. С. Стулова
Даосская Практика Достижения Бессмертия

статья востоковеда Э.С.Стуловой "Даосская практика достижения бессмертия", впервые опубликованную в 1984 году издательством "Наука" в сборнике "Культура народов Востока.

Поиски бессмертия - своими собственными силами, или обращаясь к помощи магов и заклинаний, - это центральное и важнейшая часть Даосизма. Ближайшая цель даосов заключалась в избавлении от недугов, продлении жизни, омоложении.
Поисками бессмертия занимались еще задолго до оформления даосизма как религии. Эликсир жизни пытался отыскать Цинь Ши-Хуанди (221-210 гг. до н.э.). Ханьский У-ди (140-87 гг. до н.э.) принимал пилюли бессмертия. Тай-у (424-451 гг.) император династии Северная Вэй, удостоился чудодейственного талисмана. Стареющий Чингис-хан обратился за лекарством бессмертия к даосскому монаху Чан-Чуню (1222 г.).
История увлечения правителей эликсиром жизни, взлеты и падения советников-даосов, вражда даосов и буддистов, жаркие диспуты при императорских дворах - все это имело место со времени глубокой древности вплоть до недавнего времени [2, c.133-146, c.241-243; 5, c.145; 6, c.122-123]. При маньчжурской династии Цин (1644-1911) даосизм захирел окончательно, лишенный всякой поддержки двора. Однако многие чиновники-конфуцианцы в частной жизни практиковали "религию индивидуального спасения" - даосизм.
Бессмертие в религиозном даосизме мыслилось как материальное бессмертие, бессмертие тела, а не души. Даосы полагали, что души и духи не могут существовать без телесной оболочки. "Если даосы в поисках долголетия представляли себе его не духовным, а материальным бессмертием, это не было выбором между различными возможными решениями, для них это было единственно возможным решением. Греко-романский мир рано стал противопоставлять друг другу дух и материю. В религиозных концепциях выразилось противопоставление единой духовной души материальному телу. Китайцы же никогда не разделяли дух и материю. Для них мир был непрерывной последовательностью от пустоты на одном конце до самой грубой материи на другом, а потому душа не стала невидимым и духовным антиподом видимого и материального тела. Более того, существовало слишком много душ в человеке, чтобы какая-нибудь из них могла служить противовесом телу. было две группы душ: три верхние души (хунь) и семь нижних (по). И если были расхождения по части того, что с ними случалось в ином мире, все сходились на том, что они разделяются в момент смети. При жизни, как и в момент смерти, эти многочисленные души часто неопределенны и туманны. После смерти, когда рассеяна эта армия духов, каким образом смогут они снова собраться воедино? Тело же, напротив, являлось единством и служило домом этим и другим духам. Таким образом, лишь увековечение тела в той или иной форме может обеспечить продолжение живой личности в целом [24, c.17].
Поиски бессмертия, этой конечной цели религиозного даосизма, "требовали от человека немалых жертв, заставляя его мобилизовать всю свою волю и выдержку, все способности и терпение. Практически тот, кто посвятил свою жизнь этому делу, должен был с юных лет отказаться от нормальной жизни с ее горестями и радостями, отрешиться от всех стремлений и страстей, во всем ограничить себя и целеустремленно двигаться только к одной великой цели" [4, c.245].
Поскольку способов достижения бессмертия много, необходим был мудрый наставник, который указал бы, по какому пути следовать, в каком направлении прилагать усилия. Кроме того, в трактатах и руководствах даны лишь самые общие указания. Без разъяснений учителя, без его расшифровки невозможно овладеть методом и процедурами в полном объеме. Тайна останется нераскрытой.
Первым шагом на великом пути к бессмертию были добродетели общечеловеческие, поскольку бессмертными, как считали даосы, становились люди смертные, которые достигали этого в результате терпеливого и продолжительного труда. И прежде всего они должны были быть добродетельными и достойными, верными и гуманными, почтительными и искренними. Лживые, недостойные люди напрасно искали бы бессмертия.
Даосы верили, что совершение добрых дел удлиняет жизнь, совершение же злых дел укорачивает ее, приближает смерть. Более того, желающий достичь положения бессмертного на земле (ди сянь) должен, как указано в "Баопу-цзы", совершить 300 добрых дел. Желающий стать бессмертным на небе (тянь сянь) должен совершить 1200 добрых дел. Если при этом он совершит 1199 добрых дел, а затем одно дурное, все добрые дела аннулируются, и надлежит заново приступать к совершению положенного числа добрых дел [31, c.12]. Появились даже специальные таблицы гунгогэ, в которых фиксировались добрые и дурные дела. Такие таблицы вели многие конфуцианские чиновники.
Целый ряд предписаний требовалось выполнять не только даосам, ищущим бессмертия, но и простым добродетельным людям. В первую очередь это пять запретов: не убивать, не пить вина, не лгать, не красть, не прелюбодействовать, а также десять добрых деяний: почитать родителей, соблюдать верность господину и наставнику, сострадать всем тварям, помогать страждущим даже во вред себе, освобождать на волю животных и птиц, возводить мосты, сажать деревья, строить жилища и колодцы у дорог, наставлять неразумных людей. Одним из элементарных требований, предъявляемых к монаху, совершенствующемуся на пути к конечной цели, было вегетарианство. Некоторые даосские школы, однако, разрешали своим последователям есть мясо и пить вино, предписывая пост лишь в определенные дни.
Как мы уже говорили, даосы полагали, что человек имеет три верхние души хунь и семь нижних по, которые после смерти покидают тело. Само тело рассматривалось как жилище для душ. Поэтому даосы стремились сохранить тело. Для достижения бессмертия надо было упорно трудиться, дабы уничтожить причины смерти и разложения. Среди духовных усилий важнейшее значение придавалось питанию духа (шень), укреплению единства души и тела. Читать далее

Перевод Ян Хин шуна.
1.
Дао, которое может быть выражено словами, не есть постоянное дао. Имя, которое может быть названо, не есть постоянное имя. Безымянное есть начало неба и земли, обладающее именем — мать всех вещей.
Поэтому тот, кто свободен от страстей, видит чудесную тайну [дао], а кто имеет страсти, видит его только в конечной форме. Оба они одного и того же происхождения, но с разными названиями. Вместе они называются глубочайшими. [Переход] от одного глубочайшего к другому — дверь ко всему чудесному.
2.
Когда все в Поднебесной узнают, что прекрасное является прекрасным, появляется и безобразное. Когда все узнают, что доброе является добром, возникает и зло. Поэтому бытие и небытие порождают друг друга, трудное и лёгкое создают друг друга, длинное и короткое взаимно соотносятся, высокое и низкое взаимно определяются, звуки, сливаясь, приходят в гармонию, предыдущее и последующее следуют друг за другом. Поэтому совершенномудрый, совершая дела, предпочитает недеяние; осуществляя учение, не прибегает к словам; вызывая изменения вещей [он] не осуществляет их сам; создавая, не обладает [тем, что создано]; приводя в движение, не прилагает к этому усилий; успешно завершая [что либо], не гордится. Поскольку он не гордится, его заслуги не могут быть отброшены.
3.
Если не почитать мудрецов, то в народе не будет ссор. Если не ценить редких предметов, то не будет воров среди народа. Если не показывать того, что может вызвать зависть, то не будут волноваться сердца народа. Поэтому, управляя [страной], совершенномудрый делает сердца [подданных] пустыми, а желудки — полными. [Его управление] ослабляет их волю и укрепляет их кости. Оно постоянно стремится к тому, чтобы у народа не было знаний и страстей, а имеющие знания не смели бы действовать.
Осуществление недеяния всегда приносит спокойствие.
4.
Дао пусто, но в применении неисчерпаемо. О глубочайшее! Оно кажется праотцем всех вещей.
Если притупить его проницательность, освободить его от хаотичности, умерить его блеск, уподобить его пылинке, то оно будет казаться ясно существующим. Я не знаю, чьё оно порождение, [я лишь знаю, что] оно предшествует небесному владыке.
5.
Небо и земля не обладают человеколюбием и предоставляют всем существам возможность жить собственной жизнью . Совершенномудрый не обладает человеколюбием и предоставляет народу возможность жить собственной жизнью.
Разве пространство между небом и землёй не похоже на кузнечный мех? Чем больше [в нём] пустоты, тем дольше [он] действует, чем сильнее [в нём] движение, тем больше [из него] выходит [ветер].
Тот, кто много говорит, часто терпит неудачу, поэтому лучше соблюдать меру.
6.
Превращения невидимого [дао] бесконечны. [Дао] — глубочайшие врата рождения. Глубочайшие врата рождения — корень неба и земли. [Оно] существует [вечно] подобно нескончаемой нити, и его действие неисчерпаемо.
7.
Небо и земля — долговечны. Небо и земля долговечны потому, что они существуют не для себя. Вот почему они могут быть долговечными.
Поэтому совершенномудрый ставит себя позади других, благодаря чему он оказывается впереди. Он пренебрегает своей жизнью, и тем самым его жизнь сохраняется. Не происходит ли это от того, что он пренебрегает личными [интересами]? Напротив, [он действует] согласно своим личным [интересам].
8.
Высшая добродетель подобна воде. Вода приносит пользу всем существам и не борется с [ними]. Она находится там, где люди не желали бы быть. Поэтому она похожа на дао.
[Человек, обладающий высшей добродетелью, так же как вода], должен селиться ближе к земле; его сердце должно следовать внутренним побуждениям; в отношениях с людьми он должен быть дружелюбным; в словах должен быть искренним; в управлении [страной] должен быть последовательным; в делах должен исходить из возможностей; в действиях должен учитывать время. Поскольку [он], так же как и вода, не борется с вещами, [он] не совершает ошибок.
9.
Лучше ничего не делать, чем стремиться к тому, чтобы что либо наполнить. Если [чем либо] острым [всё время] пользоваться, оно не сможет долго сохранить свою [остроту]. Если зал наполнен золотом и яшмой, то никто не в силах их уберечь. Если богатые и знатные проявляют кичливость, они сами навлекают на себя беду.
Когда дело завершено, человек [должен] устраниться. В этом закон небесного дао.
10.
Если душа и тело будут в единстве, можно ли сохранить его? Если сделать дух мягким, можно ли стать [бесстрастным] подобно новорождённому? Если созерцание станет чистым, возможны ли тогда заблуждения? Можно ли любить народ и управлять страной, не прибегая к мудрости? Возможны ли превращения в природе, если следовать мягкости? Возможно ли осуществление недеяния, если познать все взаимоотношения в природе?
Создавать и воспитывать [сущее]; создавая, не обладать [тем, что создано]; приводя в движение, не прилагать к этому усилий; руководя, не считать себя властелином — вот что называется глубочайшим дэ.
11.
Тридцать спиц соединяются в одной ступице, [образуя колесо], но употребление колеса зависит от пустоты между [спицами]. Из глины делают сосуды, но употребление сосудов зависит от пустоты в них. Пробивают двери и окна, чтобы сделать дом, но пользование домом зависит от пустоты в нём. Вот почему полезность [чего либо] имеющегося зависит от пустоты.
12.
Пять цветов притупляют зрение. Пять звуков притупляют слух. Пять вкусовых ощущений притупляют вкус . Быстрая езда и охота волнуют сердце. Драгоценные вещи заставляют человека совершать преступления. Поэтому совершенномудрый стремится к тому, чтобы сделать жизнь сытой, а не к тому, чтобы иметь красивые вещи. Он отказывается от последнего и ограничивается первым.
13.
Слава и позор подобны страху. Знатность подобна великому несчастью в жизни. Что значит, слава и позор подобны страху? Это значит, что нижестоящие люди приобретают славу со страхом и теряют её также со страхом. Это и называется — слава и позор подобны страху.
Что значит, знатность подобна великому несчастью в жизни? Это значит, что я имею великое несчастье, потому что я [дорожу] самим собой. Когда я не буду дорожить самим собой, тогда у меня не будет и несчастья. Поэтому знатный, самоотверженно служа людям, может жить среди них. Гуманный, самоотверженно служа людям, может находиться среди них.
14.
Смотрю на него и не вижу, а поэтому называю его невидимым. Слушаю его и не слышу, поэтому называю его неслышимым. Пытаюсь схватить его и не достигаю, поэтому называю его мельчайшим. Не надо стремиться узнать об источнике этого, потому что это едино. Его верх не освещён, его низ не затемнён. Оно бесконечно и не может быть названо. Оно снова возвращается к небытию. И вот называют его формой без форм, образом без существа. Поэтому называют его неясным и туманным. Встречаюсь с ним и не вижу лица его, следую за ним и не вижу спины его.
Придерживаясь древнего дао, чтобы овладеть существующими вещами, можно познать древнее начало. Это называется принципом дао.
15.
В древности те, которые были способны к учёности, знали мельчайшие и тончайшие [вещи]. Но другим их глубина неведома. Поскольку она неведома, [я] произвольно даю [им] описание: они были робкими, как будто переходили зимой поток; они были нерешительными, как будто боялись своих соседей; они были важными, как гости; они были осторожными, как будто переходили по тающему льду; они были простыми подобно неотделанному дереву; они были необъятными подобно долине; они были непроницаемыми подобно мутной воде. Это были те, которые, соблюдая спокойствие, умели грязное сделать чистым. Это были те, которые своим умением сделать долговечное движение спокойным содействовали жизни. Они соблюдали дао и не желали многого. Не желая многого, они ограничивались тем, что существует, и не создавали нового.
16.
Нужно сделать [своё сердце] предельно беспристрастным, твёрдо сохранять покой, и тогда все вещи будут изменяться сами собой, а нам останется лишь созерцать их возвращение. [В мире] — большое разнообразие вещей, но [все они] возвращаются к своему началу. Возвращение к началу называется покоем, а покой называется возвращением к сущности. Возвращение к сущности называется постоянством. Знание постоянства называется [достижением] ясности, а незнание постоянства приводит к беспорядку и [в результате] к злу. Знающий постоянство становится совершенным; тот, кто достиг совершенства, становится справедливым; тот, кто обрёл справедливость, становится государём. Тот, кто становится государём, следует небу. Тот, кто следует небу, следует дао. Тот, кто следует дао, вечен и до конца жизни [такой государь] не будет подвергаться опасности.
17.
Лучший правитель тот, о котором народ знает лишь то, что он существует. Несколько хуже те правители, которые требуют от народа их любить и возвышать. Ещё хуже те правители, которых народ боится, и хуже всех те правители, которых народ презирает. Поэтому, кто не заслуживает доверия, не пользуется доверием [у людей]. Кто вдумчив и сдержан в словах, успешно совершает дела, и народ говорит, что он следует естественности.Читать далее
80.
Пусть государство будет маленьким, а население редким. Если [в государстве] имеются различные орудия, не надо их использовать. Пусть люди до конца своей жизни не уходят далеко [от своих мест]. Если [в государстве] имеются лодки и колесницы, не надо их употреблять. Даже если имеются воины, не надо их выставлять. Пусть народ снова начинает плести узелки и употреблять их вместо письма. Пусть его пища будет вкусной, одеяние красивым, жилище удобным, а жизнь радостной. Пусть соседние государства смотрят друг на друга, слушают друг у друга пение петухов и лай собак, а люди до самой старости и смерти не посещают друг друга.
81.
Верные слова не изящны. Красивые слова не заслуживают доверия. Добрый не красноречив. Красноречивый не может быть добрым. Знающий не Доказывает, доказывающий не знает.
Совершенномудрый ничего не накапливает. Он все делает для людей и все отдаёт другим. Небесное дао приносит всем существам пользу и им не вредит. Дао совершенномудрого — это деяние без борьбы.

Внимательно изучив даосскую космологию, можно обнаружить такое простое на первый взгляд суждение: бытие возникло из небытия.
Вначале было небытие или пустота. Затем в пустоте появилась мысль. Никто не знает, откуда она пришла, но эта мысль привела все в движение. В первое мгновение движения образовалась Ци.
Двигаясь, Ци начала разделяться и трансформировалась в Инь и Ян.
Инь и Ян породили пять элементов, пять стихий: огонь, землю, металл, воду и дерево. Затем во Вселенной появились десять тысяч объектов — другими словами, все. Однако эти объекты со временем возвращаются обратно в пустоту. Именно в этом движении вперед-назад и заключается Дао.
все явления Вселенной состоят из Инь и Ян. При этом под явлениями понимаются не только объекты физического мира — горы, вода или человеческое тело, — но и те явления, которые мы обычно считаем неощутимыми: чувства, восприятие, побуждение и сознание.
Чувства отражают реальность наших ощущений. Осязание, зрение, обоняние, вкус и слух являются одновременно источниками информации об окружающем мире и сами творят этот мир.
Мы стремимся повторить приятные ощущения, избегая неприятных. Весь окружающий мир, всю свою жизнь и мысли мы выстраиваем в соответствии с нашими чувствами; и это даосы относят к известным явлениям.
Восприятие отражает избирательную способность разума; она также представляет собой явление, потому что с помощью избирательности мы можем сортировать предметы, присваивать им категории или создавать их. Все созданное в сумме образует тесное сплетение причины и следствия, которое еще больше привязывает нас к миру явлений. Эта категория носит название импульса (побуждения). Мы верим в то, что управляем событиями, однако в действительности события образуют сеть, которая сдерживает наше развитие. Сознание, или наше самоощущение в мире, стоит выше этих факторов; однако оно наиболее ответственно за нашу связь с остальными явлениями.
Помните: Вселенная была создана мыслью — не мыслью Всевышнего, а неким побуждением, импульсом, стремлением разделить. Вселенную не материальным, а мысленным образованием. Инь и Ян включают в себя как физические, так и умственные категории.Читать далее