Снег, осеннюю грязь и
весеннюю талость
Я любил, и любовь эта в
сердце осталась,
В непогоду душа
погружается в сон,
Как в туманное завтра
моих похорон.
На безлюдьи, в размытой
дождем панораме,
Где беснуются ветры,
скрипя флюгерами,
Неприкаянный дух мой не
ищет тепла,
На лету раскрывая вороньи
крыла.
Что желанней душе, если
стала пустыней,
Той душе, на которой
смерзается иней,
Чем туман, нашей хляби
бескровный король
И предвестие стужи,
проникшее в щели?
Лишь неведомо, с кем на
случайной постели
Под одной простыней
убаюкивать боль.